Искусство мысли

      Родители Лейны, как и она сама, происходят из аристократического рода. Долгое время род был хоть и знатен, но довольно беден. Долгие годы и поколения Краузы все теряли и теряли свое богатство, а вместе с тем и достоинство, пока Эрагон Крауз — отец Лейны — не занял место дипломата в землях луфиров. Злые языки шепчут, что, если бы не его жена — Имерия Крауз, талантливый телепат и предсказатель — Эрагон никогда бы не добился мира между людьми и большой частью племён луфиров, тем самым дав передышку Герцогству на одном из фронтов. Многие считали, что их брак был браком по расчету. Может, это и так. Лейна никогда не видела особой любви и согласия между родителями.       Дипломатический успех вернул роду Крауз богатство и знаменитость. Долгое время имя Эрагона звучало на всех светских приемах. В это же время родилась Лейна. Ее воспитанием больше занималась мать. Отец появлялся изредка, выдавал какую-то многомудрую истину или учил краткой политической уловке и снова исчезал.       Имерия передавала дочери свое мастерство. И пусть к предсказаниям Лейна осталась равнодушна, телепатия пришлась ей по вкусу.       Лейне исполнилось десять, когда Имерия осознала свою ошибку. Имея возможность с раннего возраста залезать в головы к людям, Лейна уже ребенком приобрела циничность и жестокость по отношению к чужим эмоциям и мыслям. Лейна не ценила других людей, если те не имели для нее никакой практической пользы. Она не чувствовала ни боли, ни сожаления, выправляя чужую волю так, как ей хотелось.       Имерия пыталась исправить свою ошибку, научить девочку чувствовать и ценить. Когда не помогли слова, Имерии пришлось применить заклятие Кукловода на собственной дочери, чтобы скрыть от Эрагона опасные наклонности Лейны. И следующие пять лет Лейна провела под заклятием.       Через пять лет Имерия умерла от лихорадки. Заклятие спало. Лейна хорошо помнила, как стояла у кровати мертвой матери, ощущая, как спадает заклятие, как собственное тело снова подчиняется только ей.       Через два дня Лейна убила служанку. Из любопытства. Вонзила несчастной в шею столовый нож и с интересом наблюдала за предсмертной агонией, чутко вслушиваясь в безумный хаос в голове умирающей. Лейне очень хотелось снова увидеть, почувствовать это сладкое дыхание чужой смерти совсем близко. Увы, она не испытала ничего.       Зато испытал отец, застав свою дочь в крови, разрезающей мертвое тело.       От смерти или лечебницы Лейну уберегла магия. Эрагон скрытно сдал дочь в академию Нираис и постарался забыть о случившемся. Отныне его дочь была мертва для всех живущих в Венши.       Академия научила Лейну многому. Вспомнились все отцовские хитрости и уроки любезности, все приемы ставшей ненавистной матери. Лейна быстро научилась изображать благородство и невинность, скрывая свои эксперименты. Она все также ничего не чувствовала. Лейна научилась изображать некоторые эмоции, наблюдая за окружающими, но понять их так и не смогла. Единственная, доступная для нее эмоция было любопытство. Ей часто было любопытно, как устроено то, или это, что будет, если сделать так или эдак. Часто, не видя рамок дозволенного, Лейна заигрывалась, превращая свои эксперименты в пытки.       Так она добралась до некромантии, посчитав данную отрасль магии наиболее привлекательной.       Ее учителем стал Гудвин Теппели, заместитель ректора академии. Человек столь же гениальный, сколь и безумный. Свои наклонности и жестокость он талантливо скрывал под маской добродушного молодого профессора биомантии. Теппели долгие годы в тайне от всех изучал некромантию. Это было непросто. Если внешние изменения еще можно было скрыть при помощи биомантии, то что делать с обезображенными трупами и мощной некроэнергией, не почуять которую бы ни смог даже самый паршивый маг? Теппели потратил годы на решение этих проблем. И когда все было идеально готово к любым экспериментам, появилась Лейна.       Может, это была глупая случайность, а может сработала близость натуры и характера. Может, Теппели не ожидал такой наглости от студентки, а может и сам уловил в ответном взгляде обещание долгой телепатической пытки. Лейна прочла в мыслях своего профессора его настоящие планы и склонности, но, вместо того чтобы донести ректору, лишь довольно улыбнулась в ответ. А ночью Гудвин обнаружил ее в своем тайном подвале заинтересованно осматривающей свежий труп.       — Так что мы будем с ним делать, профессор? — Лейна бросила на остановившегося в дверях мага любопытный взгляд из-под темной челки. — Как думаете, возможно поднять труп и отправить его на черный рынок продавать свои органы? Думаю, неплохая идея для сохранения их свежести.       Это был первый случай за всю долгую карьеру Гудвина, когда он на миг лишился дара речи, а оттого не одарил Лейну каким-нибудь вскипанием крови или чем похуже. Этого мгновения хватило и промелькнувшее ледяной молнией любопытство. Что можно вырастить из этой нахальной девчонки? И можно ли использовать ее в качестве помощницы? Теппели, честно говоря, поднадоело самому прятать трупы.       Так Лейна стала личной тайной ученицей Гудвина. До самого конца обучения в академии, почти каждую ночь она сбегала в тайный подвал ради того, чтобы поупражняться в некромантии и понаблюдать, как Теппели создает очередную некротварь. Любопытство Лейны было полностью удовлетворено.       С годами они стали ближе. Теппели порой упоминал что-то о своем прошлом, Лейна изредка говорила о семье. Все чаще они просто говорили за работой о пустяках, о других людях, о сплетнях и своих идеях. Наверное, не ничего удивительного в том, что на утро после своего совершеннолетия Лейна проснулась в одной постели с Гудвином. Такие пробуждения повторялись еще ни раз и ни два. В самом деле — одной тайной больше, одной меньше? Пару раз в подвале они как-то скинули со стола очередной труп и…       Теппели ничего не сказал ей на выпускном, ни о чем не просил и ничего не советовал. Лейна не считала это чем-то странным.       По окончанию академии Лейна вернулась домой. С улыбкой встретилась с отцом, все в белом, такая чистая, разумная, благородная. Что ж, возможно, Эрагон слишком хорошо разбирался в людях. Он нервно улыбнулся в ответ и пообещал любые деньги лишь бы Лейна больше не возвращалась.       Лейна пожала плечами и ушла. Правила академии и мнение семьи больше не ограничивали ее. Ей было чем заняться.