Пока не меркнет свет

Ровно в девять часов в квартире Лейлы Каломи раздался звонок. Разгладив складки золотистого шёлкового платья и в последний раз махнув расчёской по волосам, она направилась к двери. - Привет, Спок. Традиционный поцелуй в щёку, непроницаемый взгляд в ответ на её улыбку. Три жёлтых ириса в хрустящей прозрачной обёртке занимают привычное место в вазе: Спок находил земной обычай дарить женщинам цветы нелогичным, но весьма интересным. - Я пыталась приготовить пломиковый суп, - со смущённой улыбкой призналась Лейла. – Увы, это оказалось выше моих кулинарных способностей, поэтому пришлось ограничиться салатами и окрошкой. - Ты же знаешь, я не привередлив, - пожал плечами Спок. Чокнувшись безалкогольным шампанским, они принялись за еду. Лейла попутно рассказывала о прошедшем дне, о забавных выходках кадетов – вулканец кивал, изредка вставляя свои замечания. - Ты говорила, что у тебя есть какие-то важные новости, - наконец сказал он. Лейла машинально покрутила в ладони поясок платья. - Позавчера меня вызывал Арчер. Он заявил, что Академии не нужно столько гражданских специалистов и что меня зачисляют биологом в экспедицию на Альсиду-6. - Это неплохой вариант, - задумчиво произнёс Спок. – Сам император недавно упоминал о необходимости колонизации Альсиды. Ты сможешь намного быстрее сделать карьеру, чем здесь. - Но это на краю Галактики! И никто не знает, сколько лет мне придётся там провести. – Лейла придвинулась ближе к нему, умоляюще взглянула в глаза. – Неужели тебе не жаль будет расстаться со мной? - Я не вижу смысла сожалеть о неизбежном. Да и потом, у меня было достаточно времени для анализа наших личностных параметров, и я пришёл к выводу, что как партнёры мы не вполне подходим друг другу. Лейла попыталась сдержать дрожь в голосе: - Ты не хочешь больше встречаться со мной? - Я полагаю, тебе стоит найти кого-то, кто смог бы удовлетворить твою потребность в эмоциональном контакте. Я же нуждаюсь в партнёрше с более высоким уровнем логического мышления. - То есть я недостаточно умна для тебя, - усмехнулась она. - Смотря что ты понимаешь под словом «ум», - пожал плечами вулканец. – Я благодарен тебе за совместно проведённое время и желаю тебе успеха во всём. - И я тебе, Спок. – Её грудь с усилием приподнялась. – Выпьем на прощание. Ты ведь любишь виноградный сок? Дождавшись его кивка, Лейла скользнула на кухню. Её руки дрожали, когда она наливала в один бокал из бутылки и в другой – из стеклянной колбы. - За тебя. – Она протянула Споку бокал. – Спасибо за всё. И прости, если что не так. - Тебе не за что извиняться, - произнёс он, прежде чем отпить. Пряная жидкость обожгла язык и нёбо, он закашлялся, сгибаясь пополам. Лейла испуганно бросилась к нему, обняла. - Спок! Спок, что с тобой? Господи, господи, пусть всё будет хорошо! Я люблю тебя… Стены шатнулись перед его глазами и вновь встали на положенные им места. Плетёный ковёр больше не взбрыкивал, пытаясь спихнуть его. И он поднял голову, встречаясь взглядом с прекраснейшей на свете женщиной. Её ресницы цвета старого золота, её матово-белая кожа, запах её волос кружили ему голову. Сама мысль о том, чтобы расстаться с ней, причиняла невыносимую боль. - Лейла, - выдохнул он и притянул её к себе, врываясь в её рот жадным поцелуем. Ухура в очередной раз прошлась по коридору. Явившись по вызову в каюту лейтенанта-коммандера, она обнаружила дверь запертой и уже десять минут ждала неизвестно чего. Похоже, на этом корабле здорово барахлят терморегуляторы: по полу тянет холодком, носки ступней мёрзнут в форменных ботинках. Каково проводить здесь дни и ночи, жить от тревоги до тревоги и знать, что лишь чудо может перенести тебя отсюда на нормальное судно? Дверь неожиданно поехала в сторону, в коридор хлынул свет. - Можете войти, кадет Ухура. Отдав честь, она подошла к офицеру, сидевшему за столом. - Здравия желаю, лейтенант-коммандер. - Вольно, - кивнул он. – Только что я просматривал ваше дело, кадет. Я должен был убедиться, что вы та самая Ухура, дочь осуждённых. - Это имеет какое-то значение, сэр? – вздёрнула подбородок она. - Имеет. Вы должны были знать мою сестру, Фриду Эмерсон. Ухура настороженно кивнула. - Она вела у нашего курса занятия по физподготовке, сэр. Сложив руки на груди, Эмерсон прошёлся по комнате. - Когда я в последний раз видел её, она казалась очень взволнованной. Сначала я думал, это из-за грядущего назначения. Но потом она рассказала, что до неё случайно дошли факты, много лет скрываемые приближёнными Его величества. Резко повернувшись, он шагнул к столу и включил монитор. - У меня остался дубликат её письма к вам. «Уважаемая мисс Ухура, Я должна сообщить Вам, что мне известны некоторые факты о заговоре, за который были осуждены Ваши родители. Большинство полагает, что эта история закончилась девять лет назад, но я знаю, что у заговорщиков остались наследники, что интриги против власти Императора плетутся и сейчас. Я догадываюсь, зачем Вы на самом деле поступили в Академию, и хочу Вас предостеречь: попытки такого рода обычно заканчиваются дурно. Если мои слова Вас не остановят, вы можете в дальнейшем об этом пожалеть. Однако если Вы всё же намерены узнать правду, я жду Вас в семнадцать часов в городском парке, возле памятника героям Третьей Мировой. Я передам Вам все документы, уличающие истинных виновников заговора. Старшина Звёздного Флота Ф. Эмерсон». Ухура тяжело вздохнула. - Жаль, что я так и не получила это письмо. Все улики наверняка уничтожили безопасники – если только мисс Эмерсон не спрятала их слишком хитро для Мэллори и его подручных. - Она что-то упоминала о тайнике. Но где он может находиться, мне даже в голову не приходит. Грузно опустившись в кресло, он не глядя ударил по клавише. Экран погас. - Я сообщил вам то, что считал своим долгом сообщить, кадет. Вы свободны. Глубже вдохнув, Кэрол постучала в дверь роскошно отделанного домашнего кабинета адмирала Маркуса. - Заходи, заходи, - бросил он. – Располагайся. Хочешь сладостей? Только что был Стоун, оставил мне коробку мармелада с Бетазеда. Кэрол тряхнула головой. - Спасибо. Как-то неохота. - Что ж, тогда перейдём к делу. – Откинувшись на спинку кресла, он сложил руки в замок на животе. – Мне жалуются на тебя. Говорят, кадет Маркус на занятиях невнимательна, легкомысленно относится к выполнению домашнего задания, дерзит офицерам. Она уткнула взгляд в гобелен за его спиной. - Это всего один раз было. Я сказала нашему преподавателю по психологии, что он ничего не смыслит в экзистенциализме – и это правда. Адмирал дёрнул уголком рта: - Слово-то какое страшное. А что ты учудила тогда в буфете? Во всеуслышание брякнула, что Кирка надо отравить – и он тут же рухнул на пол. Бледные щёки залил румянец. - Я тут не при чём, отец. - Ещё бы ты была при чём! – процедил он. – На будущее тебе наука: думать надо прежде, чем говорить. И учёбу подтягивай. Дочь адмирала Маркуса не должна с хвостами бегать. Кэрол молча кивнула. - Вон, посмотри на Ухуру. Разве она способнее тебя? Но проблем у неё почему-то нет. - Нет?! – рвано выдохнула Кэрол. – Да она сейчас на «Хантере» границу патрулирует, и грохнуть её могут в любой момент. Адмирал выпрямился. - Откуда у тебя такие сведения? - Она сама мне писала перед отлётом. Адмирал потянулся к сенсорному экрану. - Так-так, звёздная дата… административный протокол… направить на патрульное судно «Хантер»… причина – нарушение правил внутреннего распорядка в общежитии… ответственный – коммандер Спок. Он покачал головой. - Бедняжка Ухура. Судя по всему, коммандер не вполне объективен по отношению к ней. Это слишком суровое наказание за подобные пустяки. - Мне тоже так кажется, отец, - неуверенно произнесла Кэрол. - Похоже, мне есть что добавить в его характеристику. Побарабанив пальцами по столешнице, он кивнул дочери: - Ступай. Подложив ладонь под тонкую, как русский блин, подушку, Ухура повернулась на бок. На патрульных судах об отдельной каюте никто, кроме командира, и не мечтал – все спали в рубке. Ухуре досталась койка на втором ярусе, и первые несколько ночей она подолгу не могла забыться сном: всё боялась, что как-нибудь неудачно дёрнется и сорвётся на пол. Но сейчас её занимало совсем другое. Сохранились ли документы, собранные Фридой Эмерсон? Где она могла их спрятать? Если Нийоте удастся добраться до Императора и предъявить ему доказательства вины Сарека и Аманды, это, пожалуй, послужит справедливым воздаянием за смерть её родителей. А если от этих улик уже ничего не осталось? Ну что ж. Значит, у неё останется единственный вариант. Страшней, чем потерять тех, кто дал тебе жизнь, лишь увидеть, как умирает твой собственный ребёнок. Не надо пока об этом, не надо. Сейчас самое главное – вернуться в Академию живой и невредимой. Просто чудо: уже пять дней прошло, а они так и не натолкнулись на клингонов. Вот и бы дальше… Уже начинающие путаться мысли Нийоты были прерваны надрывным воем сирены. На экране вспыхнул значок красной тревоги. Нетвёрдой походкой Джеймс Кирк в очередной раз направился к барной стойке. Сегодня утром мамаша расщедрилась на прямо-таки королевский подарок: перевела ему на счёт двести кредитов. И он тут же бросился заказывать столик в «Лунном коте», но ему позвонила Марлена и беспечным тоном прощебетала, что сегодня утром она обнаружила в сумке радиоактивную коробочку с тенями. - Ещё немножко – и я могла получить неплохую дозу, - спокойно заметила она. – Но врачи сказали, что всё в порядке – надо только пройти профилактику. Так что я до утра в медчасти. - Советую тебе скорее закончить чертежи танталова поля, - буркнул Кирк. – Не то я сам сверну Лестер шею. И сейчас, опрокидывая очередной коктейль, он всё никак не мог избавиться от засевшей где-то под грудью колючей тревоги. При одной мысли, что он может потерять Марлену, внутри всё переворачивалось. - Эй, кадет, не хочешь ли купить кулон для своей подружки? – Невысокий парень с серебристо-серой кожей протянул ему футляр. Джеймс не смог сдержать восхищённого вздоха. Грани камня вспыхивали то морозно-голубыми, то красными, как вино, огнями, переливались, завораживая своей игрой. Он не знал, что это за минерал, с какой планеты, но сейчас это не имело особого значения. Он решительно потянулся за карточкой. - Не советую, - отчётливо раздалось за его спиной. Повернувшись, Джеймс встретился взглядом со светловолосой девушкой в цветастом платье, боком восседавшей на высоком стуле у барной стойки. Неспешно потягивая через трубочку ядовито-оранжевую жидкость, она снисходительно смотрела на продавца и покупателя. - Почему это? – вскинул брови он. - Потому что этот молодой человек – калуктианец. Судя по светлым волосам, он ещё не достиг сорокалетия. А до сорока они не имеют права совершать сделки на сумму более десяти кредитов без письменного разрешения Совета старейшин. – Отставив в сторону бокал, она еле заметно отвела плечи назад, потягиваясь. – Так что кулон завтра у тебя отберут, а деньги свои ты не получишь уже никогда, сколько по судам не бегай. Джеймс повернулся к парню и изумлённо покачал головой: того уже и след простыл. - Ещё одна «Звезда Ориона», - сказала девушка бармену. - Запишите на меня. – Подвинув к себе стул, Кирк уселся рядом. Его спасительница усмехнулась: - Что ж, неплохой способ оплатить юридическую помощь. - Я Джей Ти Кирк. – Чуть склонив голову набок, он послал ей тёплую, задумчивую улыбку. Она слегка опустила ресницы. - Эрил Шоу. - Наверное, работаешь в какой-нибудь адвокатской фирме? Она покачала головой. - Учусь в Академии Звёздного флота. Специальность – военный юрист. - Круто. – В синих глазах замерцали смешинки. – Я бы не отказался от такой подружки. - Увы, не судьба. – Поднявшись, она разгладила своё воздушное платье и направилась к выходу. Кирк бросился за ней: - Но почему? - Кулон ведь ты не для мамы покупал? – слегка улыбнулась Эрил, набрасывая пальто. – Всего хорошего. И её хрупкая фигурка скрылась в пёстрой толпе.