Пока не меркнет свет

- Опять ты всё путаешь, - недовольно поморщилась Барроуз. – Сначала дождись зелёного сигнала, а потом уже приступай к отправке сообщения. - Прошу прощения, мэм. – Ухура провела ребром ладони по взмокшему лбу. – Я что-то с кодом не могу разобраться. - Откуда ты вообще взялась, такая непонятливая? – скривила губы старшина. - Академия Звёздного флота, первый курс. - Первый? – Из груди её вырвался недоверчивый смешок. – Первый – и тебя сюда направили? Кто-то очень хочет, чтобы ты не вернулась обратно, дорогая моя. Промолчав в ответ, Ухура склонилась над пультом. Если вдуматься, не такой уж и мудрёный этот шифр. Понять бы только, в чём логика… - Неправильно, - вздохнула Барроуз. – Ты забыла про позывные, и твоё сообщение примут за фальшивку. Ухура с трудом подавила желание треснуть кулаком по панели. - А злишься ты совершенно напрасно. Я когда-то была такая же, как ты: щеголяла в кадетской форме, мечтала, что попаду на флагман, не меньше. Ну и что в итоге? Закончила Академию с отличием, и направили меня на это корыто. – Закинув ногу на ногу, она поудобнее растянулась в кресле. – Каждый раз, когда приезжаю домой в отпуск, мама благодарит всех богов за то, что я ещё жива. Знаешь, какова статистика смертности в патрульных отрядах? Девушка покачала головой. - Тяжело вам, наверное, приходится. - Ничего. – Барроуз махнула рукой. – Притерпелась уже. Знаешь, захожу, бывало, в бар, подсаживается ко мне какой-нибудь красотуля – весь на понтах, куртка из меха сехлата, коммуникатор последней модели… Начинает мне втирать, какой он крутой. А потом спрашивает: «Ну а ты-то чем занимаешься?» «Служу на патрульном корабле» - и у него глаза как плошки. Немая сцена. Улыбнувшись, старшина прикрыла глаза. - Такие моменты многого стоят. - Наверное. – Помедлив, Нийота добавила: - А куртка на меху сехлата – это гадость. Все суставы ломило, перед глазами то и дело вспыхивали цветные точки. Он лежал под двумя одеялами, и всё равно от холода его била лихорадка. - В рубашке ты родился, парень, - процедила сухощавая женщина в синей форме офицера медслужбы, прижимая гипошприц к его шее. – Ещё бы десять секунд – и конец. Дружка своего благодари. Ойкнув, Джеймс потёр место укола. - Какого дружка? - А кто, по-твоему, тебе первую помощь оказывал? – возмущённо раздалось у него за спиной. - Боунс, с меня бутылка, - выдохнул Кирк, откидываясь на подушку. Врач неодобрительно покачала головой. - Давай руку. Подозрительно глядя на иглу в её руке, он повиновался. - Мэм, а что вы хотите со мной делать? - Фильтрацию крови, что же ещё. Надо очистить твой организм от яда. - Скажите, а это больно? Увы, жалостный взгляд Джеймса Кирка, безотказно действующий на женщин всех возрастов, на сей раз не сработал. - Потерпишь, не маленький. Проткнув иглой нежную кожу у запястья, она нажала кнопку над кроватью. - Полежишь так полчаса. Постарайся не двигать рукой. Едва она вышла из палаты, Боунс уселся в изголовье кровати и склонился над недовольным приятелем: - Кирк, ты не злись на доктора Филлипс. Она один из крупнейших специалистов по токсикологии на планете. Если бы не она… - Похоже, я слишком многим задолжал сегодня. – Со скептической усмешкой Джеймс заложил руки за голову. – При этом я весьма смутно помню, что со мной стряслось. Кажется, пюре оказалось некачественным? - В нём нашли быстродействующий яд. - Бред какой-то. – Парень тряхнул головой. – Я взял тарелку из репликатора и тут же сел за стол. Возможность подсыпать отраву была разве что у тебя да у Кэрол Маркус – и то маловероятно, чтобы кому-то из вас удалось проделать этот фокус прямо у меня на глазах. Маккой одарил его невесёлой ухмылкой: - Полиция уже проверила репликатор. Его перепрограммировали так, чтобы во все блюда и напитки из яблок добавлялось ядовитое вещество. Джеймс изумлённо присвистнул. - Яблоки!.. - Твои любимые. – Поднявшись, Боунс прошёлся по палате. – Причём за час до тебя Гэри Митчелл пил яблочный сок – с ним всё в порядке. По лицу Джеймса пробежала болезненная гримаса, плечи затряслись от смеха. - Марсианская ведьма… В тёмных глазах Маккоя мелькнула тревога. - Джеймс, тише! Игла! – Он осторожно придержал проводки фильтратора. – С тобой всё в порядке? - Более чем. – Всё так же вздрагивая, он уткнулся щекой в подушку. – Я знаю, кто пытался меня отравить. Пальцы конвульсивно сжали одеяло. - И я знаю, кто может стать следующей жертвой. Боунс! Дай мне коммуникатор. Заткнув пробкой колбу с едва пенящейся рубиновой жидкостью, Лейла Каломи выключила горелку и приглушила свет. Сегодня ей вновь пришлось сказаться больной и отменить занятия: надо было довести до конца решающий опыт со спорами нимфиды. Узнай кто-то из начальства, чем она тут занимается, не миновать бы ей трибунала. Но есть вещи, ради которых можно поставить на карту и карьеру, и свободу. Там, за ещё не остывшим сверхпрочным стеклом, к которому льнули замёрзшие ладони Лейлы, плескалась вся её надежда. Увы, шанс проверить свои теоретические построения у неё будет только один – нельзя ошибиться. Страшно подумать: что, если вместо вожделенного снадобья она получила яд? Крепче сжав стальной корпус коммуникатора, точно это могло отвести беду, Лейла набрала номер Спока. - Привет. Я не помешала? - Добрый вечер, Лейла. Я могу посвятить пять с половиной минут разговору с тобой. - Как мило с твоей стороны, - принуждённо усмехнулась она. – Спок, у меня есть для тебя новости. Надо поговорить. - Хорошо. Если ты хочешь сообщить мне что-то серьёзное, я готов встретиться с тобой завтра в девять вечера. - Идёт, - поспешно сказала она. – Приходи ко мне. Я приготовлю вегетарианский ужин. - Я ценю твою заботу, Лейла. – Голос вулканца слегка потеплел. – Мне будет приятно провести время с тобой. - Я люблю тебя, Спок, - прошептала она. - Всего хорошего. Сигнал оборвался, и она со вздохом захлопнула крышку коммуникатора. Зачем он вообще сдался ей – холодный, надменный, скучный вулканец? Не в деньгах же дело, не в положении – о таких вещах она редко задумывалась. На внешности его природа отдохнула: худоба, бледность и эта дурацкая стрижка, как у арестанта... Секс? Да чудо ещё, что они прямо в процессе не засыпают. И всё-таки она не могла его потерять. Одержимость, зависимость – можно называть, как угодно. Но с его уходом что-то внутри треснет так, что уже не склеить. Устроившись с ногами в кресле, старшина Барроуз перелистывала модный журнал. Сгорбившаяся в уголке Ухура штудировала инструкцию для связистов, время от времени кивая в ответ на реплики наставницы. - Ты посмотри-ка, что теперь на Бетазеде носят… Сарафаны, подумать только! У нас они совсем недавно из моды вышли. - Да, мэм. «В настоящее время на звездолётах класса «Конституция» отказались от модели приёмника, напрямую замкнутой на цепи транспортатора…» - А этот Морелли ловок, решился нажиться на бабской глупости. Духи с орионскими феромонами, ха! Да ты хоть с ног до головы ими себя облей – ничего не выйдет, если ты не орионка. - Конечно, мэм. - Слушай, а какие у тебя духи любимые? Ухура оторвала растерянный взгляд от падда. - Ээ… Простите, что вы сказали? - Совсем у тебя от учёбы крыша едет, - фыркнула Барроуз. – Трудолюбие – это, конечно, похвально, но… На панели зажглась синяя лампочка, и старшина поспешно схватила наушник. - «Хантер» на связи, говорит старшина Барроуз. Какая честь для нас, миледи… Позвать лейтенанта-коммандера Эмерсона? Прошу прощения? – Тщательно подрисованные брови поползли вверх. – Да, она на борту. Сию минуту. Толкнув Нийоту локтем, она протянула ей переговорное устройство. - С тобой хочет поговорить вулканская леди. С немалым удивлением девушка надела наушник, но не услышала ничего, кроме треска и шипения. - Провода отошли, - буркнула старшина и склонилась над панелью. – Как сейчас? -…член Попечительского совета Вулканского планетарного заповедника, - донёсся до Нийоты тихий мелодичный голос. – Я рада познакомиться с вами, мисс Ухура. Кивнув старшине, она плотнее прижала наушник. - Я тоже рада знакомству, мэм. - Коммандер Спок рассказал мне о вас. – Непохоже было, что вулканка испытывает какие-то затруднения, говоря на стандарте: слова слетали легко и свободно, без малейшего акцента. – Я восхищена вашим мужеством и благородством в истории с сехлатом. Далеко не всякое разумное существо рискнёт собой ради другого. - Я просто не нашла другого выхода, мэм, - со смешком выдавила она. – Вот и пришлось пойти против правил. - И поэтому вы оказались на «Хантере»? - Да, мэм. Это моё наказание. - Коммандер Спок одинаково взыскателен к другим и к себе, - с тихим вздохом заметила вулканка. – Но я попросила его дать мне возможность связаться с вами и лично выразить моё одобрение. Кроме того, вы, вероятно, успели полюбить К’тери? Как ни странно было слышать такое из вулканских уст, Ухура с трудом проглотила комок в горле. - Я очень скучаю по нему. В наушнике что-то зашуршало, и послышалось знакомое фырканье. - Кажется, он – тоже, - весело заметила вулканка. – Жаль, что помехи не позволяют включить видеосвязь. - К’тери, - тихо позвала Нийота. – Ты меня слышишь? Я обязательно скоро приеду и навещу тебя. Смотри, веди себя хорошо. И не болей. - Слышал? – осведомилась вулканка. – Я уверена, мисс Ухура, он выполнит ваш наказ. Но приезжайте к нам поскорее, а то не узнаете его. К’тери растёт не по дням, а по часам. - Я постараюсь, мэм, - счастливо выдохнула Нийота. – Спасибо вам большое. - Ну что вы. – Вулканка, казалось, была смущена. – Мне это доставило удовольствие. Всего вам доброго, мисс. Живите долго и процветайте. - Живите долго и процветайте, мэм, - эхом повторила Ухура. Лампочка на панели погасла. Барроуз с любопытством покосилась на юную курсантку. - Ты прямо светишься вся. - Хорошие новости, - беспечно улыбнулась девушка и вновь достала падд. Что бы ни ждало её впереди, с этим вполне можно будет справиться.