Приближается отлив

Он медленно осознавал себя. Сначала только мысли, без чувства тела: он ощущал себя разделенным на несколько частей, но одновременно и единым. Что-то огромное, необъятное, иррациональное и трансцендетное затаилось за границей сознания, но стоило лишь задуматься в том направлении — и его затопило с головой неограниченным сырым знанием. Он пока был не способен осмыслить всю его целостность, но твердо знал, что теперь оно будет доступно ему в любой момент времени. В ушах будто плескался прибой — постоянный шорох-шепот-шелест, из которого периодически всплывают отдельные слова: Баланс, Порядок, живой, замена. Баланс — нарушен, Порядок — доминирует, он сам — замена прошлому и он жив. И теперь именно он должен разбираться с первыми двумя. Излечить раны, нанесенные Тейвату его предшественницей. Его долг. Но… помимо этого он свободен. В этот миг пришло следующее осознание: перед глазами кромешная тьма, однако он не успел испугаться, что ослеп — веки поднялись сами собой. Первое, что он увидел: молодой парень, рыжие волосы, глубокие синие глаза, россыпь бледных веснушек на щеках и переносице; прорезанный в нескольких местах китель, запятнанный алым, и разводы крови на лице внезапно вызвали чувства — злость на кого-то, страх за него. Из шелеста в голове, как пузырьки воздуха со дна безбрежного океана, поднимались имена — но ни одно из них не казалось полностью подходящим: Тарталья? Чужой? Парень деликатно, почти невесомо коснулся его руки, и наконец пришло правильное имя. Аякс. В глазах Аякса переливалась та же бездонная, непостижимая пучина возложенного самим мирозданием долга, но как антитеза его ноше, другая полярность. Хаос к его Порядку. Точно, он же должен восстановить Баланс. Он осторожно повернул ладонь, сжимая пальцы Аякса в своих, и в тот же миг осознал еще и свое тело. Ныло в груди, остро, как глубокий порез, а еще, отзвуком от других отделенных частей — грудная клетка под ключицей, левые бедро и плечо и живот в правой подвздошной области. Но он стоял сам, даже не сильно шатаясь. — С возвращением. И с вознесением, — губы Аякса дрогнули в неширокой, но полной облегчения улыбке. Которая, впрочем, быстро стала насмешливой — только в глубине глаз затаилась настороженность. Он глубоко вдохнул и наконец вспомнил свое имя. Пьеро Джоплин, несостоявшийся академик. Иль Дотторе, Четвертый предвестник Фатуи. Новое воплощение Небесного Порядка. Второй выразительно скривился, отпуская наконец пальцы Аякса и оборачиваясь. Остальные слепки тоже приходили в себя, общее сознание становилось четче, безо всяких амулетов, которые здесь, в Селестии и не работали. Теперь они впятером просто постоянно были связаны, как коллективный разум муравейника. Потребуется время, чтобы освоиться с этими расширившимися способностями. Например, стоило в эту паутину связей скользнуть одной мысли от Первого, как она начала множиться, ветвиться и расти: Аякс ждет от него подвоха. Потому что Аякс — Чужой, а Дотторе отныне — его противоположность. Переменная-противовес в уравнении Баланса. А значит они равны. Равные значит близкие. Близкие значит доверие. Доверие значит лю… Щелчок пальцами перед лицом вывел Второго из подобия транса и заставил рефлекторно перехватить Аякса за запястье. Слишком быстро перехватить — скорость реакции заметно изменилась. Аякс еще раз щелкнул пальцами, не позволяя снова зациклиться на одной мысли и понимающе усмехнулся: — Не утони пока в новых знаниях и возможностях. Я помню, каково это — впервые ощутить связь с сутью мироздания. Но у тебя будет время разобраться не спеша. Второй не стал пояснять, что его проблема состояла немного в другом, просто кивнул: верно, время еще будет. Восстановить соотношение Хаоса и Порядка было важнее — а еще изгнать это легкое ожидание неприятностей, эту настороженность из глаз Аякса. И он даже помнил, как это можно сделать быстро, пока его новообретенная сила еще бурлила от перехода в новый сосуд. Задумчиво поглаживая Аякса по так и не отпущенному запястью и слушая, как становится глубже и немного чаще его дыхание, Второй потянулся мыслью в Тейват, в долину Ардрави, где он почти закончил с приготовлениями перед тем, как его переместило в Селестию. Система прицеливания в старом руинном культиваторе ожила, доставленные из Снежной ракеты плавно вошли в пусковые шахты и спустя пару секунд уже летели в точку на стыке измерений, туда где таилось самое древнее Окаменевшее Дерево. Хаос Бездны выплеснулся в мир, резко уравновешивая весы, приводя две половины уравнения к равенству, и Аякс широко распахнул глаза, замер на бесконечное мгновение, а потом уже без всяких колебаний обхватил Второго обеими руками под челюстью и жадно поцеловал. Общая паутина сознания снова пришла в движение, задрожала разными идеями: укуси до крови, поцелуй с языком, расстегни его китель, дерни за волосы, ему нравится, нам тоже нравится, хороший способ гарантировать, что ни одному из нас в будущем не захочется нарушать Баланс… — Ой, а что это там внизу горит? Так полыхает, что даже отсюда видно! — высокий голосок Паймон впервые оказался к месту, не позволив им забыть о действительности. Сама Паймон парила у края острова, после ее крика к ней подтянулся шокированный Дайнслейф, который не мог отвести взгляд от своей самой обычной правой руки дольше чем на пару секунд, и нетерпеливо притоптывающий на месте Скарамучча, которому явно не терпелось оказаться как можно дальше отсюда. Люмин и Путешественник были заняты, горячо обнимаясь и зажав между собой бледного и растрепанного, но несомненно человекоподобного и пока вполне живого бывшего Чтеца. Один из Ножей лежал совсем рядом с ними, выроненный Путешественником. Второй держал Третий, и на беззвучный вопрос он показал образ, как выдергивает его у себя из плеча — Скарамучча не понежничал. В голове всплывали все новые переменные, складываясь, добавляясь в мировое уравнение в голове Дотторе. Дайнслейф говорил о Люмин: «Она хочет уничтожить Порядок как явление». И тот факт, что место Богини занял Дотторе не означал, что она отступит от своих планов. Скорее всего нет, а значит не стоило давать ей шанса. Путешественник уверенно заявлял: «Это не значит, что я согласен с вашими методами и не буду мешать вам, когда опасности подвергаются невинные». А опасность обязательно будет. Еще пару веков, пока чаши весов будут сотрясать остаточные колебания, миру придется нелегко. Эпидемии, растущее поголовье монстров, землетрясения и штормы последуют обязательно; разве что хиличурлы, ко всеобщему счастью, больше не будут одной из проблем. И Путешественник наверняка захочет положить этому конец, а Скарамучча поможет — кажется, он успел найти для себя новую цель существования, противоположную прежней. Обмен информацией в паутине коллективного разума не занимал и секунды, решение было принято быстро. Пятый, правда, пытался продавить кровожадное «убить их всех!», но остальные решительно наложили вето — пока. И под заинтересованным взглядом Аякса Четвертый открыл несколько точечных порталов, отправляя всю эту компанию в Тейват. У Хранителя Небесного Порядка и у Чужого еще будет много дел. Но прямо сейчас они оба исполнили свой самый неотложный долг — и были немного свободны.