В моем сердце - только ты

      С момента уезда Эмиля прошла неделя. Знали об этом все, кроме Масленникова. Общались с ним по видео, даже как то раз Сударь и Полина ездили к Иманову и Але в гости. Они тогда гуляли по ночному городу, сходили в ресторан и остались на ночь, по любезному предложению девушки.       Как то Даник, находясь в студии один, позвонил Эмилю по видео: -Привет, братан! — радостно поприветствовался блогер. -О, какие люди, Данияро, привет! — ответил Иманов и потянулся за наушниками. -Как ты там? -Всё отлично, вот, только что домой пришел. Алю на тусовку к подруге отвозил. -Какое совпадение! Мы тож… -Привет, Эмилька! — откуда ни возьмись, в кадре с парнем в очках, появился Никита. -Напугал, дурак! — расхохотался Даник и, хватаясь рукой за сердце, вызывает смех и у своих приятелей. -Привет, Сударь. -Ты меня, кстати, перебил! — возмутился парень сидящий рядом со старшим, — Эмиль, — вновь смотрит на друга, чьё изображение маячить на мониторе, — Мы завтра хотим устроить пати в клубе! Будет вся наша команда, ты обязан придти! -Да, — подхватил его Сударь, — приезжай! -Ну не-е-ет, пацаны. -Отказы не принимаются! -Ну вы же прекрасно знаете, почему я не хочу ехать. -Эмиль, мы тебя вновь встречаться с Масленниковым не заставляем. Я тебе даже разрешаю вообще с ним не разговаривать! Только приедь! -Да хер с вами, — чешет затылок, — Ла-а-адно, где и когда? -Бар под названием «Волна», время 19:00, ждем тебя такого нарядного и в хорошем настроении! -Понял, принял, до завтра! -Давай!       Видео звонок сбросили с той стороны экрана, и теперь лицо Сударя меняется на более серьезное и, кажется, волнительное. -Ты уверен, что они нас за это не прибьют? -Ох, Сударь, Сударь, ну а как по твоему? Задолбали уже. — поднимает голову Даник. Кажется, он абсолютно уверен в своих действиях. -Я всё-таки думаю не стоит лезть… -Да ладно тебе, для них стараемся! -Ну ладно…

***

      Вечер. Друзья только съехались на место и пересчитывались. Всего должно было быть 14 человек, но насчитали только 13. -Так, всех вижу… А Эмиль где? — оглядывал ребят Стас.       А Диму как током прошибло. Иманов? Его не предупреждали, что он придет! Какого хрена?! -Я тут! — показалась из-за угла кудрявая макушка. -О! Вот теперь точно все в сборе! Пошли, мы столики забронировали.       Эмиль с Димой пересеклись взглядами: младший смотрел с неким холодом и грустью, а вот Масленников с сожалением и нежностью. Пока все проходили через главные двери, Даника и Сударя поймал за руки Дима, несильно, но резко тянув на себя. -Так так та-а-ак, и. Что. Это. За. Хер. Ня? — саркастически улыбался Дима, разговаривая по слогам и смотря на напуганных парней. -Ну да, — наконец подал голос Никита, устанавливая с другом зрительный контакт, а хотя, лучше бы он этого не делал, — Мы его пригласили, а что? — и скрещивает руки на груди. — Он тоже наш друг. -А мне почему не сказали?! -Да зачем? Ты бы идти не стал, — уже уверенно встает Данияр, — сегодня мы хотим просто повеселиться, а что там между вами происходит, нас не касается. Пошли уже.       Только Масленников хотел возразить, как его буквально пихнули в здание.       Внутри здание выглядело намного больше, чем с наружи. Оглушительная музыка и мерцающий свет заставляют оторваться от повседневной суеты и танцевать до упада. Кто-то заказывает алкогольные напитки, кто-то ищет себе пару, а другие танцуют. Конкретно наша компания села за столики и заказала на всех еды. Из-за того, что Дима, Даник и Сударь опоздали, у них оставались только 3 стула на выбор. Парни переглянулись между собой, потом посмотрели на Масленникова и побежали занимать места, оставляя единственное свободное рядом с Эмилем у окна.       «Вот ведь скоты» — ругается про себя старший и усаживается на диван, стараясь не смотреть в сторону бывшего парня, что делать очень непросто, когда ты сидишь почти вплотную к нему!       Спустя примерно 5 часов, все уже были достаточно пьяны, кроме Никиты и Даника. Они стояли у барной стойки, попивая безалкогольные коктейли и уже некоторое время наблюдая за Масленниковым. Тот подходит и кричит бармену сквозь музыку, какой коктейль он хочет, а друзья переглядываются. Дима почти взял свой стакан, как его позвал Стас, и он попросил Даника присмотреть за напитком, пока он не придет. Так как барная стойка плохо освещалась, то Даник быстро достал из кармана маленькую коробочку Виагры и хотел подсыпать её в стакан Димы, но рука Никиты останавливает его: -Ты правда уверен в этом? -Я… -Ребята-а-а, — пришел Дима и наклонил к себе Сударя, что-то бормоча ему, а Данияр уже помешивал зонтиком в стакане коктейль Масленникова. -О! Его принесли, спасибо, пацаны, — забирает кружку Дима и выпивает всё почти залпом.       Парни переглядываются снова и после ухода их друга продолжают болтать как ни в чем не бывало.       Ближе к часу ночи Никита заказал для всех машины, чтоб их довезли до дома. В один салон залезли 4-ро человек: Эмиль, Дима, Яна и Егор. Сзади, опять по случайности судьбы, сидели Иманов и старший вплотную друг к другу из-за Яны, а на переднем сиденье расположился Егорик.       Такси развезло почти всех, но как на зло, остались на заднем сидении два человека. А именно Эмиль и Дима. Сразу же с уходом из салона Яны, Масленников пулей переместился к окну, получив в спину легкую насмешку. Обернувшись, увидел, что Иманов прикрывает рот рукой, как бы делая вид, что опирается на неё, а на лице нет ни капли веселья. Спокоен как удав. Но старший то знает, что он ржал над ним. Смотря в окна, Иманов говорит водителю остановиться в следующем квартале, и, не получив ответа, решает, что его услышали. Казалось бы вот, нужный дом, но таксист даже не сбавляет скорость, едет дальше. Тут уже парни переглянувшись и поняв, что никому из них в ту сторону, куда направляется машина, не нужно, Дима осмеливается потревожить мужчину: -Простите, но нам нужно было туда. — и показывает рукой назад, но получает ответ: -Не беспокойтесь, ваш трезвый друг сказал отвезти вас двоих вот на этот адрес, — передает листок, который Масленников хочет взять, но смуглая рука его опережает, буквально вырывая этот несчастный лист из-под носа. Эмиль внимательно читает записку, а потом на его лице всплывает полное непонимание ситуации. -Что ты так смотришь? — приподнимает уже Дима бровь. -Нас везут на студию.       Больше они с водителем спорить не стали.       Вышли как и обещал мужчина, возле здания в котором находилась студия, направляясь к подъезду. Иманов опережает старшего, влетая в дверь и сам нажимает на кнопку вызова лифта. Двери отворяются — внутри никого нет. Ну еще бы, почти 2 ночи. Заходят в хорошо освещаемую комнатку и нажимают на нужную цифру.        Давление между собой оба начали ощущать еще в машине, а когда узнали про то, что их везут на студию непонятно зачем, оно стало только сильнее. Казалось бы, обычный лифт: светло-серый пол в черную крапинку, чуть темнее стены и метровое зеркало, висящее на уровне груди и окружающие парней с трех сторон. Оба стоят по разным углам, один смотрит в пол, другой на дверь. Масленников поднимает глаза и только сейчас понимает, насколько прекрасного парня он упустил: аккуратно уложенные кудри, чудом не растрясенные на танцполе, стильные очки на переносице, которые Дима ему сам и купил, черная оверсайз футболка, облегающая торс младшего из-за того, что он опирается на перила поясницей, на плечах лежит на несколько размеров больше чем нужно, красная расстёгнутая рубашка, имеющая на себе темные полоски, и черные джинсы, достаточно свободно сидящие на прекрасных смуглых бедрах.       Масленников вдруг с ужасом осознает, что он безумно хочет прижать Эмиля к стене и поцеловать. Нежно, иногда кусая и не давая ему шанса вырваться из каменной хватки. Хочет снова покрывать его шею поцелуями, и не только шею. Возвращается в реальность и осознает, что на него смотрит предмет его же обожания. Блять, спалился. Время как на зло тянется медленно, лифт всё никак не хочет ехать. Старший смотрит в пол, молясь, чтобы двери быстрее отворились и он пулей вылетел отсюда.       А Иманов до сих пор пялился на Диму. Почему тот рассматривал его? Вопрос, на который младший не может ответить сам себе. В ярко-белом свете лифта все скулы Масленникова кажутся острее. Волосы немного потрепаны, но это не беда. Тоже черная футболка с короткими рукавами, которые позволяют увидеть множество татуировок на его руках: буквы, символы, масонский треугольник… Парень сам не замечает, как улыбается, вспоминая о том, как старший проиграл ему это тату, а потом радовался как ребенок, которому подарили долгожданный вагон вкусностей.       Кажется, в обоих что-то загорелось. Такие маленькие, затушенные некоторое время назад фитильки, снова начали сиять, излучая тепло. Иманов проявляет инициативу первый: встает и уверенно, но медленно идет к Масленникову. Останавливается в 3 сантиметрах, смотрит снизу вверх, пытаясь разглядеть в этом закрытом и неизвестном ему Диме что-то знакомое, родное. Начинает улыбаться, видя, как старший явно обратил на него внимание, вертя головой в какие угодно стороны, но не смотря на него. Спустя пару секунд не выдерживает, направляя взгляд в карие глаза. Те смотрят с нежностью, светясь цветом горького шоколада. А ведь раньше они встречали блогера каждое утро и засыпали с ним ночью. Покачав головой, парень понимает, что этот мелкий засранец, похоже, добился своего.       Резко берет его за щеки двумя руками и накрывает чужие губы своими. Невозможно описать то, что испытываешь, прикасаясь к любимому человеку спустя дни разлуки и мучений. Будто мир вокруг становится другим, более веселым, красочным. С этим кудрявым мальчишкой вся жизнь Димы становится только лучше. Оба прикрывают глаза, зная, что улыбаются друг другу. Как подростки. Невозможно больше сдерживать себя, слишком многое накопилось. Масленников берет Эмиля на руки, придерживая за бедра и чувствуя, как ноги Иманова крепко сжимаются на его пояснице, нехотя отпускать. Прижимает младшего к стене, уже более быстро и грубо целуя, смазно переходя на шею, скидывая с плеч Эмиля кофту. Выцеловывает кадык, кусает ключицы, выглядывающие из-под ткани, сразу же зацеловывая следы от собственных же зубов, а уши улавливают знакомые полу-стоны бывшего парня. В штанах у обоих становится слишком тесно…       Дзиньк.       Парни пугаются, но это лишь прозвучало оповещение о том, что лифт приехал. Наконец-то. Выбегают, ну как, еле выходят из лифта, попутно целуясь. Забывшись, Иманов уже хочет снять с Масленникова футболку, но тот останавливает его: — Не здесь, зай.       «Зай»… Дима частенько так называл Иманова во время отношений, но сейчас оно в голове Эмиля обозначало только одно:       Они явно помирились.       От этого становилось тепло на душе, но все равно хотелось бы услышать объяснения от самого Димы. Старший еле как попадает ключом в скважину, второй рукой прижимая Иманова к себе за талию. Вваливаются в коридор, а Масленников прижимает любимое тело к первой же попавшейся стене. Скидывает со смуглого тела сначала красную кофту, а потом позволяет тому оголить и свой торс. Вновь берёт Иманова на руки и тащит в спальню. Аккуратно кладет Эмиля на кровать, зацеловывая, кажется, каждый миллиметр его тела. От смуглой шеи пахнет парфюмом, который всегда кружил старшему голову. Руки Эмиля быстро начинают расстегивать, звенящую в полной тишине комнаты, пряжку, сразу же после этого снимая джинсы. По темной комнате раздаются долгие причмокивания и тяжёлое дыхание парней, вперемешку с шорохом одежды.       Масленников сквозь серые боксеры гладит чужой стояк одной рукой, пока другая прижимает руки младшего к спинке кровати над головой. Целует жадно, но в тоже время нежно. Заглушает откровенно громкие стоны Иманова всё новыми поцелуями, а потом начинает целовать пресс, стягивая с него мешающую ткань. Берет член Эмиля в руку и начинает плавно водить вверх-вниз по всей длине, беря в рот один сосок, слушая, как младший стонет от такого наслаждения. Закидывает ноги Эмиля на собственные плечи и начинает тереться о его промежность собственным стояком, который, кажется, сейчас порвет мешающую ткань от возбуждения. На минуту отстраняется, ища в ящике прикроватной тумбочки смазку. Заветный щелчок крышки на долю секунды пробуждает сознание Иманова, но новый поцелуй от его возлюбленного пьянит сильнее любого алкоголя. Дима абсолютно уверен в том, что делает, наверное… Немного вязкой субстанции появляется на пальцах Масленникова, и он трет ими около заветной дырочки Эмиля, специально не заходя во внутрь. -Пожалуйста, Ди… — скулит на ухо младший, кусая чужую раковину, после чего оказывается вновь прижатым за руки к кровати, а рот мгновенно закрывают поцелуем.       Пока парень отвлечен, Масленников проталкивает сразу два пальца внутрь, от чего Эмиль разрывает поцелуй, распахивая глаза, смотрящие в потолок, и издает громкий стон. Дима начинает вновь облизывать соски на смуглой груди и одновременно с этим активно шевелит пальцами в проходе Иманова, то просто проталкивая их во всю длину, то разводя их как ножницы, растягивая тем самым младшего. Спустя пару минут добавляет третий палец и смотрит в глаза парню, который уже даже не стонет, а кричит от удовольствия, но этого все равно для него мало. Эмиль смотрит пошло, слишком даже, высовывая язык и переводя взгляд на приоткрытые губы Димы, облизывает их, получая в ответ поцелуй. Наконец Масленников, устраиваясь поудобнее, стягивает боксеры и проталкивает головку в Иманова. Растяжка пальцами помогает, но даже 3 штуки недостаточно, чтобы растянуть Эмиля на размер члена Масленникова. Старший входит наполовину, а Иманов, привыкнув к размерам, перемещает ноги с плеч парня на его талию, сжимая её и насаживаясь полностью, а нос утыкается в шею Димы, чувствуя на макушке поцелуй. Толчки становятся более глубокими, уверенными, но Масленников всё равно следит за реакцией Иманова, стараясь не причинить ему дискомфорта. Возвращает долю внимания члену младшего, который тоже требует ласки и двигает по нему ладонью в ритм толчкам. Тишину разбавляют только блаженные стоны парней и пошлые шлепки кожи о кожу. Спустя время, Эмиль изливается в кулак старшего, но Масленников даже не думает сбавлять ритм. После оргазма младший чувствует всё в разы острее, нежнее, что делает его стоны громче и дольше, создавая для ушей старшего музыку. Через несколько минут толчки всё медленнее и медленнее, пока Дима совсем не остановился в Эмиле, войдя во всю длину. Держит так минуту, напрягая мышцы, а потом кончает в Иманова, выходя и вытирая их обоих какой то тряпкой. Что это было, в темноте он не смог определить. Ложится рядом с Эмилем и пытается отдышаться, улыбаясь в полудреме. -Люблю тебя, Эмиль. — шепчет тот на ухо парню, чье обессиленое тело он прижимает к себе за талию, чувствуя как горячий нос Иманова утыкается ему в шею: — И я тебя.       Так они и засыпают в обнимку.

***

      Иманов спит на кровати. Со стороны улицы доносится уже привычная, утренняя суета Москвы, которую парень узнает из тысячи. Приоткрывает глаз, щурясь от резкого освещения в комнате и, зажмурившись, вспоминает вчерашнюю ночь. Губы приоткрываются, и Эмиль улыбается, переворачиваясь на тот бок, с которого можно было бы увидеть Масленникова. Глаза открываются уже полностью, но всё еще часто моргая, а Димы рядом с собой тот не видит. Сон как рукой сняло. Быстро поднимается на руках, осматриваясь: его вещи валяются по всему полу, и даже в коридоре, который видно из-за открытой в комнате двери, а Димой тут и не пахнет. Быстро одевает свои вещи, попутно беря телефон и набирая старшего, оббегая комнаты в его поиске. Трубку не берут. Да что происходит?!       3 часа ночи в день вечеринки.       Дима смотрит на спящего Иманова и вообще не понимает, что делать дальше. Алкоголь моментально выветрился, как только глаза Масленникова открылись и сфокусировались на голом парне, лежащем рядом. Поднимается с кровати, надевая боксеры со штанами и выходя на балкон, попутно зажигая сигарету. Да, не любит курить, но сейчас по-другому нельзя. Ночной город во тьме кажется отражением звездного неба, из-за горящих фонарей и фар машин. Слышен гул ветра и сигналы автомобилей. Всю идилию прерывает уведомление на телефоне: «Сударь» -Надеюсь, вы наконец то помирились)))

«Дима»

-В смысле " наконец то»?! Это ты водителя такси подговорил?!

«Сударь» -Ну да, мы с Даником

«Дима»

-НАХУЯ?!

«Сударь» -НУ А КАК ВАС ЕЩЁ, ДЕБИЛОВ ЭТАКИХ, ПОМИРИТЬ?!

«Дима»

-ДА С КАКОГО ХУЯ ВЫ ЛЕЗЕТЕ В НАШИ ЛИЧНЫЕ ЖИЗНИ?!

«Сударь» -Ну вы же 100% переспали! Утром помирился с Эмилем и живи себе опять счастливо! Нас потом поблагодаришь.

«Дима»

-А не пойдетека вы все на хуй?! Помирить они нас, блять, пытались! Вы мне что, еще и Виагру подсыпали?!

«Сударь» -Даник хотел… Не знаю, подсыпал или нет…

«Дима»

-ДА ИДИТЕ ВЫ, БЛЯТЬ!!!

Абонент «Сударь» заблокирован.

      Масленников совсем потерялся. Если ему подсыпали Виагру, то это — конец, как объясняться перед Эмилем?! Но с другой стороны, он же не чувствовал возбуждения до поцелуя с Имановым… Друзья, тоже хороши! Что это за подкаблучные версии Ларисочки Гузеевой, нафиг?!       Сигарета падает из рук, а Масленников бежит. Бежит одеваться, берет телефон и выбегает из студии. Голова снова болит, хочется плакать, а еще лучше выть, как брошенный на произвол судьбы волк. Он не знает, что чувствует к Эмилю. Идет в ближайший бар, где хочет напиться до беспамятства. Заходит в здание, все веселятся, танцуют, но он будто в отдельной вселенной: всё вокруг движется как в замедленной съёмке, музыка глушит уши. Садится на свободное место и заказывает коньяк. Ещё бокал, ещё. Он потерял счет времени, бар круглосуточный, так что людей тут не убавляется. Кажется, с правой стороны началась драка из-за девушки, но Дима лишь бросает туда секундный взгляд и снова заливает в себя алкоголь. На всё разом стало плевать.       Наше время.       Иманов спустя несколько попыток дозвониться до Масленникова, догадывается посмотреть другие уведомления:       Голосовое сообщение от пользователя: «Дима» -Эмиль, наверное, сейчас ты спишь, а утром уже не обнаружишь меня рядом. Я запутался. Не понимаю, что я к тебе чувствую… Хах, мне, кстати только что писал Сударь… — интонация у него была истерическая, Эмиль никогда прежде не слышал его таким, — Они с Даником всё это подстроили… Чтоб нас отвезли в студию. И, кажется, подсыпали мне Виагру. Я не знаю, считать ли всё произошедшее между нами сегодня ошибкой, я…       Дальше младший предпочел не слушать. Рука с телефоном сжимается до побеления костяшек, и гаджет со всей силы летит в стену, издавая при столкновении треск. Парень сползает по стене вниз, а зубы сжимаются так, что аж челюсти сводит. Его использовали. Снова. Снова он был лишь игрушкой Масленникова. -Какой же я еблан! - орет на всю студию Иманов, начиная локтем колотить по стене позади себя. Щеки влажные от слез, чей соленый привкус он ощущает на губах. По всей квартире раздаются всхлипы и частое, громкое дыхание, по руке стекает кровь, но Иманова это больше не волнует. Эмоции вызвали астму, что побудило Эмиля судорожно начать искать ингалятор по полу, и когда находит, пшикает себе в горло лекарство, но с ужасом осознает, что оно кончилось. Горло перекрывает, не давая выдохнуть, Иманов еле как встает на ноги и тут же падает спустя 2 шага. Собрав все оставшиеся силы, стучит по стенам, таким образом пытаясь обратить на себя внимание соседей. Глаза закрываются, руки падают, становясь ватными и не повинуясь хозяину.       Тьма…