Зазеркалье

Глава 15 Минато сидел у кровати Джирайи, хмуро глядя на записи на коленях. Слабые звуки больницы доносились из-за закрытой двери. Поначалу Джирайя был слишком нестабилен, чтобы переехать в больницу, и когда он, наконец, оказался вне опасности, Тсунаде перевела его в отдельную палату в больнице общего профиля Конохи, чтобы лучше следить за его выздоровлением. Хотя опасность миновала, саннин еще какое-то время будет слаб, прикован к постели с приказом отдохнуть. Или иначе. Джирайя крепко спал с тех пор, как Цунаде дала ему обезболивающее в первый раз, когда он проснулся, но, по словам ниндзя-медика, он скоро должен прийти в себя. Минато надеялся, что он будет там, и тогда он сможет спросить о загадочном сообщении Джирайи: «Их больше, чем одно». Минато заметил, что что-то шевелится с кровати. Он сел, скользнув вперед на своем сиденье, не сводя глаз с лица Джирайи. — Сэнсэй? Джирая застонал, ерзая под простынями, когда его лицо сморщилось. Его глаза распахнулись, и он в полусне оглядел комнату. — Минато? — Я здесь, — сказал Минато, придвигая стул поближе и кладя свой последний проект себе на колени. Он схватил чашку с водой с тумбочки и поймал ищущую руку Джирайи. «Выпей воды». Положив руку за голову Джирайи, Минато помог своему сенсею сделать несколько глотков из чашки, прежде чем поставить воду обратно у кровати. — Сакэ было бы лучше, — простонал Джирайя, снова сморщив лицо от дискомфорта. — Это между тобой и Цунаде, — сказал Минато, откидываясь на спинку стула. «Я просто следую указаниям доктора, и сейчас она представляет большую угрозу, чем ты». — Ладно, — фыркнул Джирайя. "Как долго я был во сне?" «Почти два дня. Тебе повезло, что Рин была там, когда ты появился. Она смогла немедленно начать лечение, сократила время твоего выздоровления и, возможно, спасла тебе жизнь». Минато подумал о том, чтобы спросить о драке, но он не хотел слишком быстро толкать своего сенсея. Он мог дать пожилому человеку несколько минут, чтобы сориентироваться и еще немного проснуться. — Я должен поблагодарить ее, — сказал Джирайя, на мгновение закрыв глаза, прежде чем снова открыть их и посмотреть на Минато. Он воспользовался моментом, чтобы сосредоточиться, обеспокоенный хмурый взгляд покрыл его лицо. — Что случилось с твоими руками? Минато посмотрел на свои перевязанные руки. Его рукава скрывали истинную степень травм, что его вполне устраивало. — Был… был инцидент, — сказал Минато, глядя на записи на коленях и перетасовывая их. Он поднял глаза и увидел, что Джирайя смотрит на него. «Скрытая чакра Кьюби тяготела к Наруто, вызывая его кошмары, влияя на его настроение. Однажды ночью этого стало для него слишком много». — И он потерял контроль, — закончил Джирайя, глядя в потолок. «Думаю, мы должны были это предвидеть. Печать, которую он имеет, позволяет чакре Кьюби вытекать, это только имело бы смысл, это также было бы способом утечки чакры » , — проворчал он, испытывая отвращение к собственной оплошности. Минато пожал плечами, ретроспективно было двадцать двадцать. «Я изолировал дом от скрытой чакры. Пока он должен быть в безопасности. Что ты узнал в Амегакуре?» Минато удержал руку на плече Джирайи, когда раненый попытался подняться и принять сидячее положение. Не потребовалось много усилий, чтобы удержать его сенсея. Джирайя перестал сопротивляться, бросив злобный взгляд на Минато. Однако его бледное лицо и бисеринки пота на лбу выдавали его. «Сама страна все еще находится в ловушке гражданской войны, хотя все, кажется, зашло в тупик. Ханзо мертв, но несколько его генералов смогли собрать последних своих людей в восточной половине страны. Больше всего беспокоит дело, однако, в Пейне». — Значит, он здесь? Что вы имели в виду, говоря «его больше, чем один»? Это тот самый Пейн, о котором вы говорили? Минато пришлось прикусить язык, чтобы больше не задавать вопросов в спешке. Он работал над предположениями и полу подсказками с тех пор, как все это началось, он был более чем готов получить реальную информацию, с которой он мог работать. Джирайя поднял обе руки в останавливающем жесте, поморщившись, когда поднес одну из них к голове. «Да, он здесь, и такая же загадка, как и та, что мы видели в зеркале». Остановившись на мгновение, Джирая глубоко вдохнул и снова выдохнул. Минато позволил своему сенсею собраться с мыслями, прежде чем продолжить. «Помнишь, я сказал, что Риннеган был у Нагато, но это был Яхико по ту сторону зеркала?» Минато кивнул. Это несоответствие было одной из причин злоключения Джирая. «Я столкнулся с тем же самым в Амегакуре. Лицо Яхико с Риннеганом Нагато. Однако это был Нагато. Несмотря на то, как он выглядел, я уверен, что это был он. ." Джирайя заерзал на кровати, глядя в потолок. — Он был таким могущественным, как ты думал? — спросил Минато, желая знать, с чем они столкнутся. Его сэнсэй кивнул, поморщившись при воспоминании. «Более могущественный, чем я думал, что он будет. Мне пришлось использовать свой режим мудреца, чтобы хотя бы получить шанс… Его было больше, чем один». Волна ужаса захлестнула Минато. Он на мгновение схватился за руки на стуле, чувствуя, как все еще острое жжение от ожогов пронзает его ладони. Джирайя был избит, когда использовал свои способности сендзюцу, не просто избит, а почти убит. Минато никак не ожидал столкнуться с таким сильным противником, у которого все еще были повреждены руки. "Что вы имеете в виду, более чем один из него?" Джирайя покачал головой, распущенные белые волосы упали ему на лицо. «Не знаю как, но у него было более одного тела. Они не были клонами. Это были разные люди, но у всех были рыжие волосы, пирсинг и Риннеган. Я никогда раньше не видел ничего подобного. …» Минато провел рукой по волосам. Ему немного не понравилось то, что он услышал. «Вы заметили какие-нибудь слабости? Что-нибудь, чем мы могли бы воспользоваться в бою?» Джирайя провел ладонями по глазам. Он помолчал мгновение, глаза были закрыты, и на его лице было глубокое хмурое выражение. "Их видение было связано", сказал он медленно, просеивая свою память. «Они могли видеть то, что видел другой, поэтому, когда они сражались вместе в ближнем бою, почти не было слепых зон. Разделение их и проведение битв один на один или два на один помогло бы смягчить это… Они также использовали только одну технику каждый, техника призыва, техника поглощения чакры и техника привлечения или отталкивания как физических объектов, так и дзюцу». Минато на мгновение замолчал, обдумывая информацию. — Значит, вы видели только три тела? он спросил. Джирайя фыркнул: «Как будто троих было недостаточно. Они не казались затронутыми физическими травмами или болью, работали в идеальном унисон, и невозможно сказать, есть ли еще тела или нет». Он застонал от боли, переходя в другую позу. Джирая оглянулся на Минато, на этот раз глядя на стопку бумаги и блокнотов на коленях Минато. "Что это?" — спросил Джирайя, указывая на бумаги в руках Минато. Минато посмотрел на свой последний проект, наполовину все еще думая об информации, касающейся Амегакуре и Пейна. «Это план на случай непредвиденных обстоятельств, аварийная остановка зеркала. Эта печать должна прервать пути чакры и немедленно разорвать связь». Минато взял бумаги, пролистал их, рухнув на свое место. Он провел рукой по лицу и тяжело вздохнул. «К сожалению, я не знаю, что это сделает с самим зеркалом. Это может сделать кристалл инертным, лишив возможности снова связаться с тем другим миром…» Усталые, полуприкрытые глаза Джирайи какое-то время наблюдали за ним, прежде чем озвучить мысли Минато. «И вы не можете решить, хорошо это или плохо». — Нет, — признал Минато, потирая голову. Его светлые волосы торчали во все концы, когда он убрал руку, еще более неряшливо, чем обычно. «Мы знаем, что у Пейна, которого мы видели в зеркале, есть версия самого себя в Амегакуре нашего собственного мира. Мы знаем, что он чрезвычайно опасен и враждебен, — Минато указал на фигуру Джирайи, лежащую на кровати, — как показали вы сами. также знаю, что в том другом мире он был опасен и достаточно полон решимости вторгнуться в Коноху. Планирует ли он сделать что-то подобное в этом мире? Потенциал для разведки с помощью зеркала так же велик, как и опасность, которую оно представляет. На данный момент мы знаем, что они могут активировать зеркало, но могут ли они пройти? Насколько мы поняли, только Сандайме обладали такой способностью, хотя это не гарантия…» Минато замолчал, хмуро глядя в пол, упершись локтями в подлокотники кресла и сцепив ладони на подбородке. Он мог видеть, как Джирайя наблюдает за ним на его периферии. Его сенсей ничего не сказал, просто с грустью наблюдал, как Хокаге борется со своим бременем ответственности. «Я рад, что открыл зеркало хотя бы по той причине, что теперь у меня есть Наруто, но… я также подверг деревню серьезной опасности… я все еще подвергаю ее опасности. Имею ли я право быть таким эгоистичным?" В конце концов, Джирайя протянул дрожащую руку и положил ее на колено Минтао. — Минато-чан, — сказал он, заставив Минато поднять на него взгляд. Мысли Минато мысленно перенеслись в то время, когда он был еще ребенком, только что из академии, не подозревая о проблемах и разбитом сердце, с которыми он столкнется. Затем момент был упущен, и он вернулся на свое место, глядя на своего сенсея, лежащего раненым и прикованным к постели, чувствуя себя усталым, обеспокоенным и старым. «Ты не мог знать, что это произойдет, и теперь, когда ты в такой ситуации, ты делаешь все, что можешь. Это все, что кто-либо может от тебя требовать. Несмотря на то, что говорят твои многочисленные поклонники, ты не Бог, ты просто мужчина и делаешь все возможное в данных обстоятельствах». Джирайя сделал паузу, позволив своему сообщению дойти до сознания, прежде чем продолжить: — И не позволяй мне слышать, как ты упрекаешь себя за то, что пытаешься урвать немного счастья. ." Минато на мгновение задумался о том, что сказал Джирайя. Последние восемь лет его жизни были настолько поглощены деревней, что было трудно оправдать то, что какую-то его часть или что-то еще поставили на первое место. Возможно, ему не нужно было думать об этом как о решении «или-или». И Наруто, и деревня нуждались в защите. Ему просто нужно найти способ защитить обоих одновременно. «Ну, а что такого в том, что Пейн открыл зеркало со своего конца?» — спросил Джирайя, нарушая наступившую тишину. Вздохнув, Минато был благодарен за смену темы, но хотел, чтобы разговор мог перейти на что-то менее тревожное. «На днях охранники АНБУ сообщили, что зеркало было активировано. Пейн был с другой стороны. Он ничего не говорил и ничего не пытался делать, просто несколько минут наблюдал, а затем снова закрыл зеркало». — Он быстро учится, — проворчал Джирайя, пытаясь принять более вертикальное положение, но Минато остановил его во второй раз. Джирайя скривился, но остался неподвижен. — Значит, эта новая печать у тебя — крайняя мера. Минато кивнул, снова глядя на свои бумаги. — Дай-ка посмотреть, — протянул Джирайя дрожащую руку. "О, нет." Минато покачал головой, прижимая бумаги ближе к груди. «Цунаде снесет мне голову, если я позволю тебе напрячься. Ты отдыхаешь, значит, никакой работы». — Я сойду с ума, просто лежа здесь весь день, — проворчал Джирайя, но его рука тут же опустилась обратно на кровать. «Может быть, я поставлю несколько печатей по всей комнате и позволю Наруто занять тебя. Он может болтать о рамене и различиях вкуса мисо-свинины двух миров». Минато смотрел, как моргают тяжелые глаза Джирайи, блуждающие по комнате. — Хотя мне кажется, что большую часть времени ты будешь спать. — Маловероятно, — Джирайя подавил зевок. Минато покачал головой. «Спи. От тебя никому не будет пользы, если ты не дашь себе отдохнуть и восстановиться». — Такой же напористый, как Цунаде, — проворчал Джирайя, но его глаза уже были закрыты, а голос звучал невнятно, когда он провалился в сон. Подождав немного, чтобы убедиться, что его сенсей действительно спит, Минато собрал свои вещи и тихо вышел из комнаты. Он вышел из больницы через боковую дверь, чтобы избежать лишнего внимания. Он уже немного опоздал к обеду, но начал ходить по улицам, выбирая более длинный путь домой. Рин и Какаши знали, что он заедет навестить Джирайю. Они либо придержат его для него, либо оставят ему остатки. Разговор с Джирайей дал ему много пищи для размышлений, и ему нужно было несколько дополнительных минут, чтобы проветрить голову, прежде чем вернуться домой и увидеть Наруто. Минато не успел пройти больше квартала от больницы, как рядом с ним появился АНБУ. - Хокаге-сама! Они атакуют через зеркало, - без предисловий сказал АНБУ. Едва слова сорвались с ее губ, как деревню прогремел взрыв. В его груди рос лед, Минато развернулся и посмотрел на башню и облако черного дыма, поднимающееся в небо. В одно мгновение появилась огромная собака, но это была скрюченная версия собаки с тремя головами, крыльями и большим пирсингом в морде. Из этого района донеслись крики и прозвучала тревога, когда собака начала буйствовать. — Хокаге-сама! — позвал один из шиноби рядом с ним, ища приказы. Минато даже не повернулся к нему, все еще глядя на нападение на его деревню. «Джонин будет сдерживать и уничтожать призыв, его шиноби и любые другие силы вторжения. Генин эвакуирует мирных жителей из Деревни и ведет их в убежища. Они не должны входить в район, непосредственно окружающий битву. сам район боя, а также защитить усилия по эвакуации». Минато посмотрел на АНБУ, все еще стоящих рядом с ним, игнорируя «Хай, Хокаге-сама», от нескольких окружающих шиноби, которые исчезли, чтобы выполнять и распространять его приказы. «Пусть Какаши встретится со мной в башне, Рин и Итачи должны остаться в доме и охранять Наруто. Они должны покинуть дом, только если нет другого выхода, убедитесь, что они это понимают». Затем, не дожидаясь подтверждения, он метнулся в свой кабинет. Когда он прибыл, крики бедствия и звуки битвы стали ближе. Выглянув в окно по пути к двери, Минато увидел уже лежащие на улице обломки и повреждения. Выбежав в коридор, он обнаружил еще больший беспорядок, поскольку клерки спешили через холл, закрепляя, опечатывая и перемещая документы. Некоторые остановились и заметили его прибытие, вскрикнув с облегчением. — Хокаге-сама! «Теперь Хокага-сама здесь, он обо всем позаботится!» - Они на нижних уровнях, Хокаге-сама! Пробегая мимо всех, не останавливаясь, чтобы ответить на их призывы, Минато побежал к лестнице. Пол на мгновение содрогнулся, и с потолка посыпалась пыль, когда неподалеку раздался взрыв, сопровождаемый яростным ревом. Звук не был похож на собаку, пусть даже скрюченную и деформированную, как монстр, которого он видел снаружи. Минато надеялся, что виновный незваный гость не вызвал больше существ, чтобы помочь в нападении. На данный момент он доверил бы своим АНБУ и джонинам сдерживание вражеских сил. Гораздо важнее было отрезать врагу возможность получить подкрепление или уйти через зеркало. Спустившись на первый этаж, Минато промчался мимо главного входа. Обогнув поворот к следующей лестнице, его взгляд остановился на картине перед ним. Там, где должен был быть ряд офисов, стен и потолка, вместо этого была большая дыра, голубое небо, проглядывающее сквозь здания и беспокойный вид на улицу за стенами Башни. Минато увеличил скорость, прыгая по сломанной лестнице на нижние уровни. Он молился, чтобы его печать сработала, ему нужно было быстро закончить битву, прежде чем враг сможет закрепиться. ХХХХХ Наруто обошел кухонный стол, ставя посуду и проходя мимо каждого сиденья. Обед сегодня был поздним и опять не рамен, но они добавили еще одну сервировку за столом, и это компенсировало все. Он все еще думал, что Итачи был странным, тихим и немного пугающим, но Наруто привыкал к этому. Новый охранник был далеко не таким суровым, каким казался сначала. К тому же у Итачи был младший брат. Когда он узнал об этом, первой реакцией Наруто было то, что, возможно, он мог бы завести друга своего возраста. Потом он узнал, что младший брат был Саске с придурком. Тем не менее, напомнил он себе, это была Новая Коноха. Возможно, Саске здесь не был бы заносчивым хвастуном, каким он был в Старом Конохе Наруто. Чем больше он думал об этом, тем больше Наруто понимал, что причин, по которым люди не любили его в старом мире, здесь просто не существовало, насколько он мог судить. В Старой Конохе он был один, сирота, и у него была репутация вечно доставляющего неприятности. Здесь, в Новой Конохе, у него не только был папа, но его папа был Хокаге. Минато даже сказал, что ему разрешается разыгрывать одну шутку в день, так что они не могли назвать его нарушителем спокойствия только за несколько розыгрышей, если бы ему разрешили. Это означало, что он сможет иметь группу настоящих друзей, может быть, даже лучшего друга. Наруто нахмурился, во второй раз обойдя стол и поставив стаканы рядом с тарелкой. Первыми, кто пришел на ум, были Шикамару, Чоджи и Киба. Они играли с ним. Даже если бы они никогда не были близки, может быть, здесь они могли бы стать настоящими друзьями. Чем больше он думал об этом, тем больше ему нравилась эта идея. Проходя близко к стене, когда он поставил две последние чашки, глаза Наруто скользнули по черной печати, нарисованной на стене, как и на любой другой стене в доме. Его планы завести новых и постоянно увеличивающееся число друзей в этом новом мире должны были отложиться до тех пор, пока ему снова не позволят выходить на улицу, перспектива, от которой он, честно говоря, разрывался. — Рин-несан? — спросил Наруто, останавливаясь после того, как поставил последний стакан. — Да, Наруто-кун? — спросила Рин, все еще склонив голову над прилавком. Она не работала над обедом, это уже было сделано. Она просматривала какой-то медицинский отчет, который был слишком сложным для понимания Наруто, когда он спросил об этом. Наруто перевел взгляд с Рин на окно, сосредоточившись сначала на сцене снаружи, а затем на черных отметинах, нанесенных по комнате через равные промежутки времени. "Для чего нужны печати?" Наступила пауза, затем вздохнул Рин в конце комнаты. Наруто поднял взгляд и обнаружил, что куноичи наблюдает за ним. «Полагаю, я буду тем, кого ты спросишь, когда соберешься», — пробормотала Рин, подходя к столу. - Садись, Наруто-чан. Наруто выдвинул ближайший стул и сел в конце стола. Он смотрел, как Рин успокаивается, а трепет в его животе нарастал от ее серьезного выражения. Она открыла рот, чтобы заговорить, затем закрыла его, открыла, затем закрыла, гримаса мелькнула на ее лице, прежде чем она снова разгладилась. Борьба делала ее отдаленно похожей на рыбу, и было бы забавно наблюдать, если бы Наруто так не нервничал в ожидании ответа. — Это трудно объяснить. Это очень сложный вопрос, — медленно сказал Рин, хмуро глядя на стол. Она посмотрела на Наруто. «Проще говоря, они здесь для нашей защиты». Наруто еще больше нахмурился. Его первой реакцией было то, что они думали, что в деревне они в безопасности, но Старая Коноха не была в безопасности, и определенно что-то снаружи дома пыталось проникнуть внутрь, он чувствовал это каждый раз, когда открывалась дверь. "Они сдерживают вещь снаружи?" Лицо Рин исказилось от беспокойства и замешательства. "Что снаружи?" Наморщив лицо, задумавшись, Наруто откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Трудно описать. Там что-то есть, но я этого не вижу. Думаю, Итачи-сан и Какаши-нии-сан видят, но они говорят, что тоже ничего не видят. Он наклонил голову, проведя сквозь нее руками. "Это слишком запутанно!" - Успокойся, Наруто-чан. Рин осторожно приподнял подбородок Наруто, пока тот снова не посмотрел на нее. «Мы во всем этом разберемся. А теперь просто скажи мне, что ты можешь». "Я не знаю!" - сказал Наруто, разводя руками. «Это… это больше похоже на чувство, чем на что-либо еще. Как будто что-то там ждет, чтобы войти, но ничего нет!» Рин на мгновение задумалась и открыла рот, но громкий взрыв снаружи прервал любой ответ, который она собиралась дать. Ее рот тут же захлопнулся, а глаза метнулись к окну позади блондина. Наруто вздрогнул от звука и развернулся на своем месте, чтобы посмотреть. Его глаза нашли клубы дыма, поднимающиеся над деревьями и крышами вдалеке. Стул Рин грубо ударил по полу, когда она вскочила, опрокинув его в спешке, и в следующее мгновение она уже была у окна. Она повернулась и схватила Наруто за руку, потянув его со стула к двери. «Давай, давай перенесем тебя в более безопасное место. В подвале есть надежное убежище». "В чем дело?" — спросил Наруто, все еще глядя в окно, когда Рин быстро вытащил его из кухни. Быстрый шаг по коридору, когда его тащили за руку, что-то дернуло в его памяти, но оно выскользнуло из его рук. Странное чувство смещения с тем же беспокойным стуком заняло свое место, борясь с растущим страхом в животе за внимание. «Не знаю, но мне это не нравится». Рин поторопила их обоих в вестибюль, остановившись, когда они чуть не столкнулись с Итачи. "Итачи-сан-" — Вы оба в порядке? — спросил Итачи, бросив на них взгляд, а затем выглянув в окно. Снаружи сквозь дверь и стены доносилось больше звуков разрушения. Наруто крепче сжал руку Рин, тревожное чувство дежавю усиливалось. Он едва услышал, как Рин ответила на вопрос, прежде чем отшатнуться, когда дверь открылась, и в холле появился АНБУ. «Враги прошли через зеркало», — без предисловий заявили в АНБУ. — Какаши уже на пути туда. Ты должен остаться здесь и охранять Наруто-куна. Хокаге-сама настаивал, чтобы он не покидал дом, если нет другого выбора. Рин кивнула, глаза и лицо приобрели выражение, которого Наруто никогда не видел на ней. Она крепче сжала его руку, подавив некоторую, но не всю панику, поднимающуюся в груди Наруто. — Мы понимаем, — сказал Итачи с выражением, если возможно, более серьезным, чем когда-либо. Кивнув, АНБУ развернулся и снова исчез за дверью. Когда дверь закрылась, Наруто вздрогнул, обхватив одной рукой живот. Предыдущее чувство казалось еще хуже, но он не мог сказать, была ли это его собственная паника. Итачи в несколько быстрых шагов подошел к двери, запирая ее. Еще один ужасный грохот снаружи сотряс землю и задребезжали окна. За звуком последовали новые взрывы, все со стороны Башни. Наруто услышал, как Рин что-то сказал над ним, но слова были потеряны для него. Его глаза были прикованы к двери, все внимание было сосредоточено на том, что происходило снаружи. Деревня подверглась нападению, как и его деревня. Усиливающиеся взрывы снаружи отражали взрывы из его снов и ужасные моменты перед тем, как он покинул Старую Коноху. Он смутно заметил, что Рин тянет его от двери вглубь дома. Паника охватила его живот, и Наруто обнаружил, что дышать становится все труднее. Это происходило снова и снова. Наруто не хотел, чтобы это повторилось. Наконец-то у него появился дом, и он не хотел так быстро его потерять. Следующий взрыв был близко, слишком близко. Весь дом сотрясся, с потолка посыпалась пыль. Сразу после этого раздался еще один взрыв, на этот раз вместо пыли обрушились куски потолка. Наруто вздрогнул, прижавшись к Рин, поняв, что через мгновение они перестали двигаться и что Рин чуть не раздавил его руку. Он поднял взгляд и моргнул, на мгновение не уверенный, что это была еще одна версия его кошмара. Снаружи через щели ползли клочки бумаги. Словно маленькие живые существа-оригами, они пробирались внутрь здания, пытаясь протиснуться между оконными стеклами и дверями. Десятки их выходили из внешних стен, а Наруто в замешательстве наблюдал. Итачи стоял между Наруто, Рин и бумагой. Глядя в лицо Рин, Наруто увидел, как ее глаза сузились, а лицо застыло, а другой рукой она сжимала кунай. Наурто открыл рот, но так и не успел задать вопрос. Один из клочков бумаги, болтающихся в окне, взорвался. Это был небольшой взрыв по сравнению с теми, которые они могли слышать снаружи, но он разбил окно, разбросав во все стороны стекла и осколки. Наруто вскрикнул от страха и удивления, в то время как Рин развернулась на месте, волоча его за собой и защищая от обломков. Еще два взрыва прогремели один за другим. Рин воспользовалась короткой паузой между взрывами и побежала назад тем же путем, которым они шли по коридору, волоча за собой Наруто. Наруто захныкал, когда то же бурное ощущение нахлынуло на него из разбитого окна. Наруто удалось быстро оглянуться через плечо, чтобы проверить, следует ли за ним Итачи, но Итачи уже сцепил кунаи с бледным рыжеволосым ниндзя. Стена позади них была сломана, и синеволосая женщина стояла прямо перед домом, и все больше и больше листков бумаги летело в холл. Бумага полетела к Наруто со скоростью сюрикена. Однако вместо того, чтобы вонзить его в него, они прилипли к его ногам, прилипли, напряглись, так что он едва успевал за быстрыми шагами Рина. Наруто в панике закричал, споткнувшись и рухнув на землю. Рин широко раскрыла глаза, увидев, что к нему прикрепляется все больше бумажек. Развернувшись, Рин потянула Наруто к себе и мимо нее, схватив одну из его ног светящейся зеленой рукой. Наруто почувствовал, как ее рука быстрым движением пробежала по его ноге, сметая и отрезая бумагу от него, чакра, окружающая ее руку, трещала о него даже сквозь штанину. Она сделала то же самое с другой его стороны, и вдруг он снова смог двигаться. Однако облегчение было лишь временным, так как после них появилось больше бумаги. Толкнув Наруто за собой, Наруто увидел вспышку ручных знаков, прежде чем Рин выпустил сильную волну воды. Она распылила его на бумагу, промокая и утяжеляя ее. Затем снова повернулся и потащил Наруто в прихожую. Не успели они сделать и нескольких шагов к лестнице, как парадная дверь распахнулась, и появились еще трое ниндзя. Рин повела Наруто за собой, когда она столкнулась с новыми угрозами. Толчок заставил Наруто споткнуться. Его ноги ослабели от натиска негативных эмоций, которые усилились как никогда. Он боролся с паникой, которая уже охватила его, и вспышками воспоминаний о той ночи, когда на Старую Коноху напали. Перед ним раздался лязг металла, когда Рин защищался от трех вражеских ниндзя, но Наруто этого не заметил. Он не заметил ни драки, ни крика Рин, чтобы тот вернулся. Он едва осознал собственное безумное осознание того, что то, что было снаружи, проникает в дом и идет за ним. Он обхватил руками живот, свернувшись калачиком, безнадежно желая избавиться от этого, что бы это ни было. Рука, схватившая его за рубашку и потянувшая вперед, вернула Наруто к событиям, разворачивающимся вокруг него. Это не Рин тащила его в безопасное место, это был один из вражеских шиноби, тянущий его к сломанной и разбитой двери. Приближаясь к источнику зловещей силы, Наруто снова почувствовал, как он вонзает пятки в землю. Он не мог выйти наружу, его ждало что-то, протянувшееся сквозь пробитые в защитных пломбах дыры. Схватив руку врага, Наруто попытался вытащить ее из-под рубашки. Когда это не помогло, он изо всех сил прикусил схватившую его руку. Нападавший вскрикнул от удивления и ярости, прежде чем отступить и ударить Наруто по голове. Удар заставил Наруто на мгновение увидеть звезды, когда мир опустился и закружился так же сильно, как от того, что его подняла рука врага, и от самого удара. "НАРУТО!" Откуда-то закричала Рин, ее голос достиг его, когда он в замешательстве моргнул. Подняв глаза, Наруто увидел, как Рин сдерживала двух других вражеских шиноби. Ее концентрация на мгновение прервалась, когда она в панике посмотрела туда, где его выносили за дверь. Один из ее противников ухватился за брешь и увернулся вперед, вонзив кунай в бок Рин, после чего она скрылась из виду. Наруто ахнул, когда он ударился о воздух снаружи. Было ощущение, что он горит. Температура ничем не отличалась от домашней, но в то же время обжигала кожу и скручивала желудок. Это было похоже на то, что он снова подвергся нападению в своем кошмаре, но он не мог видеть красный туман, только чувствовать его, и на этот раз он не мог проснуться. Он корчился, пытаясь оторваться от похитителя, так же отчаянно пытаясь вернуться в дом, как и уйти от врага. Рука вокруг него болезненно напряглась, но Наруто почти ничего не заметил. Он был слишком поглощен жгучей болью в животе. Он не замечал, куда его везут и следовали ли за ним из дома другие, он знал только, что они двигаются. Затем гнев просочился вместе с болью. Это началось как что-то чуждое, как будто оно было живым и самостоятельным, но затем оно зацепилось за собственный гнев Наруто. Сила питалась его возмущением по поводу похищения, причиняла боль его друзьям, разрушала его новый дом, нападала на его новую деревню. Он наливался и рос, пока Наруто не смог отличить чужой гнев, просачивающийся сквозь него, от своего собственного. Он прожег его насквозь, не только в животе, но и по конечностям и по коже с такой силой, что он потерял связь с внешним миром.