Элия

50 Когда Микэль пришёл домой, Анрэй уже собирал свои вещи. — Анрэй... — проговорил Микэль, чувствуя недоброе. — Ты куда-то собрался? — Собрался, — не поворачивая головы, ответил парень, — я переезжаю. — Но почему?! Анрэю было трудно говорить, его трусило, однако он сделал над собой усилие, чтобы элиец этого не заметил. — Нам необходимо расстаться. — Как? Почему?! Анрэй затянул паузу, но так и не ответил, продолжая собирать вещи. — Анрэй, почему?! — повторил Микэль. — Почему? — повторил разгневанный элиец. — Ещё спрашиваешь? Где ты сейчас был?! Микэль растерялся, не зная, что ответить. — Молчишь? Так я за тебя отвечу: сейчас ты раздевался перед незнакомым мужиком и уж конечно же не ради того, чтобы поиграть в кости! Краска залила щеки элиотида. — Ты не так все понял! Это был учёный, он изучал процесс бессмертия и вечной молодости, он хотел увидеть, как у нас устроено тело, почему мы остаемся вечно молодыми и можем жить сколько угодно. — Ага, — саркастически усмехнулся Анрэй. — Прибереги эти сказки для идиотов. Он уже успел сложить свои вещи, небрежно бросив: — Прощай. Элиотид смотрел ему вслед и не могут поверить, что это произошло наяву, по лицу потекли горячие слёзы, а грудь сдавило от боли. — Как же так... — прошептал Микэль, опершись о стену. Он от души расплакался. Элиос какое-то время не наблюдал за Микэлем, чтобы ещё больше не травмировать себя, видя, как он счастлив с Анрэем. Однако, за это время произошли потрясающие события: Анрэй сам его бросил, Элиос и пальцем не пошевелил для этого. По лицу титана пробежала злорадная усмешка. Пришло время действовать. Он размышлял, почему Микэль имеет над ним некую силу и власть. Элиотид способен остановить его своими упреками и пренебрежением, вызывая чувство стыда. Титан решил в корне изменить своё поведение: пусть думает о нем, что хочет, он — повелитель, а Микэль всего лишь его творение, хочет он или нет, а придётся подчиняться. Калео вышел, прихрамывая. — Ты не видел Элиоса? — спросил он. — А ты мне ничего не хочешь сказать? — разозленно посмотрел на него Кэй. — Как можно незаметно украсть целую связку ключей у того, кто тебе доверяет, например? Парень опустил белокурую голову, сгорая от стыда. — Прости меня, я осознаю, что поступил подло. Но мне было очень нужно, поверь. Я сразу же признался Элиосу, что ты не виноват, что я украл эти ключи. — Ты разочаровал меня и подорвал моё доверие, — ответил Кэй, отвернувшись в сторону. Микэль не думал, что когда-нибудь испытает такую сильную боль после ухода Анрэя. Погруженный в эти переживания, он даже не заметил, как какое-то время за ним наблюдал Элиос, присев напротив. Заметив это, элиотид вздрогнул. — Какая незадача, Микэль, все же этот деревенский парень посчитал, что ты его не достоин и покинул тебя. Не припомню, как его там зовут, я создавал такие посредственности для массовки и сразу же забывал их имена. — Убирайся! — воскликнул элиотид. Титан иронично усмехнулся: — Нет, теперь я буду жить здесь, с тобой. — ?! — Я так сказал и будет так, как я хочу. Я — твой создатель, всю твою красоту и таланты создал я, ты — моя собственность. — Да пошёл ты к черту! В мгновение ока Элиос оказался возле него: — Советую прикусить язычок и впредь выбирать выражения тщательнее. Помни, кто я и кто ты. В доказательство своих слов, Элиос швырнул Микэля на ложе, лишь облако белых, как горные снега, волос, взметнулось в воздухе. Титан придавил его тяжестью своего тела, элиотид слышал его горячее дыхание, чувствовал сквозь одежду огромных размеров орган, колом упершийся ему в ногу. Все внутри похолодело от ужаса. Микэль понял, что не может пошевелиться. — Элиос, пожалуйста, не надо, прошу тебя... — жалобно посмотрел на него несчастный элиотид. Титан лишь иронично усмехнулся. Наконец, Элиос мог овладеть им прямо здесь и сейчас. Но он представил Калео, по ногам которого текла кровь, вспомнил его милое личико, искаженное страданием и болью. Он не хотел такого для Микэля, как и не хотел насилия. Пусть Микэль привыкнет и со временем у него не будет выбора, кроме как добровольно отдаться ему. — Помни, что только мне ты обязан своей непревзойденной красотой, — усмехнулся титан, — твоё сердечко так отчаянно колотится, того и гляди выпрыгнет из груди, так испугался меня? — Элиос склонился над ним и, просунув сквозь его губы язык, насильно сорвал несколько поцелуев, сладких, как мёд. Тысячи ночей с Калео не могли сравнится с одним таким мгновением. Испуганный элиотид бегло ответил на его поцелуй. — Сегодня мы будем спать вместе, мой хороший, — титан провёл рукой по белокурым, как и у самого, волосам элиотида. После этой фразы Микэль болезненно насторожился. Он боялся себе представить, что будет с тем, в кого войдёт этот гигантский ужасающий орган, по его телу пробежала дрожь. Элиотид понял, что Элиос шутить не намерен. Титан схватил его в охапку и, прижавшись к его лицу щекой, заснул. Этой ночью он был по-настоящему счастлив. Но элиотид не мог глаз сомкнуть, боясь пошевелиться и разбудить повелителя. Всю ночь в его ногу упирался этот ужасающих размеров твердый орган. Микэль подумал, что если это окажется внутри него, то он, наверное, умрёт. В довершение всего, элиотид вспомнил, что от него сегодня ушёл Анрэй, в глазах заблестели слёзы. Все было паршивее некуда. Калео не находил себе места — Элиос не ночевал во дворце. Юный элиотид предусмотрительно успел сделать слепок ключа от спальни повелителя, но его не было не только в спальне, но и нигде поблизости. Калео предположил, что Элиоса нет не то, что во дворце, а и в самой Элии. Он вспомнил большую, хорошо сложенную фигуру титана, с белокурыми кудрями и совершенными чертами лица. Элиотиды — лишь его маленькие подобия. Только он есть настоящая, совершенная красота, власть, сила и знание. Мысли об Элиосе сводили Калео с ума: где он сейчас, с кем? Он был ласков с ним прошлой ночью, долго целовал и даже ненароком прижал к себе... Калео поморщился: сидеть было по-прежнему больно после ночи с Элиосом. Теперь это его привычное состояние — состояние боли моральной и физической.