Элия

67 Осушив чашу вина до дна, Андр пристально посмотрел на Микэля. Встав со своего места, он медленно подошёл к элиотиду и обнял его за плечи. — Конечно же, парень, обладающий столь примечательной красотой и талантами, не смог оставить меня равнодушным. И если ты ответишь на мою симпатию, я буду очень счастлив, — Андр многозначительно посмотрел на Микэля. Элиотид осторожно высвободился из его объятий. — Я недавно потерял своего возлюбленного и не хочу заводить новые отношения. Он ожидал от Андра агрессии и угроз, но их, к его удивлению, не последовало. Настоятель спокойно принял отказ и, казалось, нисколько не обиделся. — Хорошо, — ответил он, — но, если ты когда-нибудь передумаешь, то я буду рад. Скоро между высшими школами будет серьёзный поединок. Школа, которая соперничает с нами, собирается выставить свой главный козырь — непобедимого гладиатора по прозвищу Львиное сердце. В поединке с ним я собираюсь выставить тебя, ибо твой талант затмил всех остальных учеников. — Я не против, — ответил Микэль, — только я не хочу никого убивать. — У тебя не будет выбора, — задумчиво проговорил Андр, — потому что, если не убьешь ты, убьют тебя. Элиос сидел в осеннем саду, в своей любимой беседке, им овладели грусть и меланхолия, казалось, повелитель безразличен ко всему. Он вспомнил момент, когда Калео назначил ему в этой беседке встречу, а титан не пришёл. Тогда юный элиотид напился до полусмерти. Элиосом овладели тоска и сожаление, сейчас он не думал о Микэле, все его мысли переключились на Калео. Иногда начинаешь ценить кого-то только тогда, когда потеряешь его. Элиос не привык терять, он хотел владеть всем и всеми. С потерей Микэля он уже отчасти смирился, но он не мог смириться с потерей Калео. Этот элиотид так преданно любил его и вот теперь просто взял и ушёл! Этот нюанс не давал титану покоя. Калео принадлежит ему, как он мог просто взять и уйти? От этой потери было больно. Элиос думал, что Калео будет терпеть его всегда, но вышло совсем не так. — Да, я делал ему больно, очень больно, — проговорил Элиос. Столик был усыпан осенними листьями, повелитель тосковал, подперев голову рукой. — Вот сейчас я пойду и посмотрю, что делает этот несносный мальчишка! — осенило титана. Он, наконец, вспомнил, что может прибегнуть к помощи своих хрустальных шаров. Вот, уже несколько дней он не наблюдал за Микэлем, а сейчас воспользуется шарами, чтобы отыскать Калео. — Наверное, Аргос прав — я действительно потерял того, кто по-настоящему любил меня и кого мог бы любить я... Элиос начал вращать хрустальный шар, увидев в нем множество своих отражений-клонов. Он сосредоточил свои мысли на Калео и продолжал вращать предмет. Шар долго вертелся, и, в конце концов, остановился. Титан увидел какой-то постоялый двор, по которому бродил юный элиотид. — Мой мальчик! — воскликнул Элиос, ощутив в душе внезапный прилив теплоты и нежности. Калео снимал комнату на постоялом дворе, в какой-то самой отдаленной деревне. Элиос искренне пожалел, что упустил его и не знал, что ему дальше делать, как вернуть Калео. Боль утраты грызла душу, как серая мышь, титан больше не мог этого выносить и остановил шар. Он снова вышел в сад, бросившись в объятия своих вечных спутников — одиночества и пустоты. Кэй, как всегда, возился в саду, не замечая его отчаяния. — Как больно... — проговорил Элиос. Киар всеми силами пытался избегать Актеона, вспоминая сцену в саду, это было выше его сил. Актеон разбудил его плоть и, в глубине души, Киар хотел ещё раз испытать эти чувства и ощущения, но все его существо сковали страх и неуверенность. Если узнает Элиос — это будет конец. И вот, один раз, Актеону все же удалось застать элиотида во дворцовых покоях поздно ночью. Прижав его к стене, Актеон нагло забрался в его рот языком. Собрав всю свою силу, Киар оттолкнул элиотида и побежал прочь. Актеон погнался за ним. — Киар, подожди! Но элиотид бежал от него так быстро, как мог. Актеон, на ходу, сделал ему подножку и Киар растянулся прямо на паркете. Элиотид тут же придавил его тяжестью своего тела. — Отпусти! — угрожающе проговорил Киар и со всей силой скинул его с себя. Актеон упал навзничь и ударился об паркет. Между ними завязалась настоящая борьба, элиотиды катались по полу. — Зачем ты делаешь это? — спросил Киар. — Ты специально хочешь подставить меня, чтобы Элиос поскорее от меня избавился? — Нет, я просто тебя хочу. Киар пресекал любые попытки схватить его и ударил элиотида по лицу. — Ну тебе же понравилось тогда, в саду, зачем ты лжешь? — спросил Актион, вытирая кровь с губы. Киар снова ударил его и получил удар в ответ. Они били друг друга, пока не услышали шум: кто-то шёл прямо сюда, очевидно, привлеченный их криками и возней. Оставив Актеона, Киар пустился бежать. — Трус! — крикнул ему вдогонку элиотид. — Микэль, Микэль на арене! — прошептали все. — Он будет сражаться с Львиным сердцем! Это был дебют элиотида, он в первый раз вышел на арену. Его волосы были заплетены в косу, скрученную сзади в несколько раз. Его руки прикрывали наручи, а ноги — наколенники из листовой бронзы, на талии красовался набедренник. В руках элиотида яростно сверкал меч. — Микэль выходит против Львиного сердца! — кричали ученики его гладиаторской школы, находясь в состоянии возбуждения. Слухи о загадочном Львином сердце уже успели распространиться среди школ. Этого человека ещё никому не удавалось победить. Сможет ли его одолеть Микэль? Если у него это получится, повысится рейтинг его гладиаторской школы. На самом деле, гладиатор под прозвищем Львиное сердце, сам только недавно дебютировал и выступал только в двух тяжёлых сражениях, в которых оба раза победил, но его личность уже обросла множеством невероятных слухов и небылиц. Микэль вышел на арену — в нос ударил запах свежей крови, которая на скорую руку была присыпана песком. Амфитеатр был полностью заполнен людьми, жаждущими зрелищ и смертей. Они приветствовали Микэля криками и возгласами, которые образовали такой гул, что элиотид едва не оглох. Он без всяких эмоций смотрел на этих людей, беснующихся, словно звери в клетках и почувствовал в своей душе презрение и отвращение к ним. Вот, на арене, наконец, появился его противник — легендарный гладиатор Львиное сердце. Увидев его, Микэль застыл на месте и не мог пошевелиться. Он опустил меч, по лицу текли слезы, элиотид не сдвинулся с места — напротив него замер такой же пораженный внезапной встречей Анрэй. Они смотрели друг на друга, пока толпа вопила и бесновалась.