Солнце и луна

🌙 – Ты говорил, никаких трудных в классе нет, - устало просопел в подушку Тэхён, мешком свалившись на кровать рядом с читающим книгу братом. Он обошёл семь мест, прежде чем нашёл квартиру, в которой хоть как-то можно пожить несколько месяцев, и теперь пришёл на полчаса в отчий дом, чтобы навестить пациента и забрать свою сумку, которую скинул здесь перед тем, как поехать в школу. – Кто расстроил моего малыша? - безразлично спросил больной, любовно перелистывая страницу книги. – О Джеëн? Ли Кихëн? – ...ук, - неразборчиво пробормотал в наволочку парень и тяжело вздохнул. Намджун оторвался от чтения нового шедевра Кинга на языке оригинала, чтобы удивлённо посмотреть на младшего. – Кто? Тэхён поднял голову и недовольно сдвинул брови. – Чон. Чонгук. Хён приоткрыл рот, застыл забывчивой золотой рыбкой на пару секунд, будучи не в силах подобрать слов. Потом вскинул одну бровь, набрал в лёгкие побольше воздуха и... промолчал. А после вернулся к чтению. Шокированный подобной реакцией брата, вернее её отсутствием, Тэхён хотел было возмутиться и уже открыл рот, чтобы высказать недовольство вслух, однако Намджун предупреждающе выставил ладонь, подкрепив протест веским: – И слышать не хочу. – Что значит "не хочу"? - вспыхнул Ви, подскочив на кровати. Внезапный гнев взбодрил его, заставив забыть об усталости. – Нет уж, выслушай меня, раз по твоей милости я оказался в клетке с двадцатью тиграми. Усмехнувшись, хëн терпеливо закрыл книгу и отложил её на прикроватную тумбу. Потом расслабился и кивнул, всем своим видом указывая на то, что готов слушать. – Итак, - начал он иронично. – Чтобы понимать всю картину, я должен для начала поинтересоваться, какого цвета сегодня трава. – За идиота меня держишь? - опешил Тэхён. – Пойми меня правильно, Тэхëн-и, раз уж ты назвал выпускной класс клеткой с тиграми, а Гук-и трудным учеником, я обязан спросить, не красная ли сегодня трава. Я не выходил на улицу со вчерашнего дня, могло статься так, что всё кардинально переменилось за ночь. Потому-то самый спокойный ученик стал трудным, а примерный коллектив превратился в гадюшник. И я охотно в это поверю, если ты сейчас пойдёшь и принесешь мне красной травы. – Ах, ну конечно, - ядовито произнёс Ви. – Могу понять, почему ты мне не веришь. С тобой он наверняка белый и пушистый, очень живо интересовался сегодня твоим самочувствием. Как думаешь, он влюблён в тебя? В этом возрасте как раз начинают гормоны играть, уважение и симпатию часто путают с любовью... – Ким. Тэхён, - строго произнёс Намджун. – Перестань судить людей по себе. Парень жёстко ухмыльнулся и не стал продолжать тему, на которую они беседовали не один и даже не два раза. «Больно бьешь, брат», - подумал он. – А теперь, кроме шуток, что случилось? Потерев шею ладонью, Тэхён погрузился в воспоминания прошедшего дня. После общего опроса, он объяснил классу новую тему, и всё было как нельзя удачно. Ученик Чон больше не глядел волком, предпочитая отдавать всё внимание доске, а не учителю. Ученица О, хоть и бросала на Ви кокетливые взгляды, попытки заговорить, к счастью, оставила. На этой прекрасной волне Тэхёну в голову и пришла казавшаяся злобно-гениальной идея. Объяснив нерушимое правило построения предложения, он написал на доске три иллюстрирующих примера. Среди них, как он вслух заметил, не было ни одного исключения. И всё же в последнее закралась намеренно совершенная ошибка. Учителю Киму это показалось забавным - сделать грубую ошибку и ждать, пока кто-то его исправит. Своего рода закрепление темы, проверка на понимание. Тэ искреннее считал, что английский невозможно выучить, можно только понять его, а уже после запомнить исключения. К сожалению, никто из класса ошибку не заметил - так решил поначалу Тэхён. Но, конечно, напрасно недооценил Чон Чонгука. Он подошёл к нему после урока - Ви уже собирал записи, сделанные братом, в портфель. С тетрадью в руках и избегающим прямого контакта взглядом этот парень выглядел как обычный, ничем непримечательный школьник, и ничто в таком Чон Чонгуке не напоминало о том, каким он может быть - колючим, язвительным, импульсивным. – Мне нужно кое-что спросить у вас, сонсэнним, - произнёс ученик, положив тетрадь на учительский стол. – В последнем предложении, как мне кажется, ошибка. Тэхён даже улыбнулся, всё ещё не понимая, в какую ситуацию попал. В конце концов , именно этого он и ждал - чтобы кто-то нашёл ошибку. Значит, Чонгук понял тему. А что может быть лучшим показателем навыков учителя, чем знания его учеников? Парень опроверг замечание, прописанное Ким Намджуном в его личном деле, о том, что плох в грамматике. – Тебе следовало сказать об этом сразу, как заметил, а не дожидаться окончания урока, - пожурил парня Тэхён за излишнюю скромность. В тот момент он просто ещё не знал, с кем связался. – Обрати я на вашу ошибку внимание одноклассников, вас вообще перестали бы воспринимать, как учителя. Я сделал вам одолжение, промолчав. Вам не кажется, что вашему преподаванию не хватает профессиональной этики и дистанцирования от учеников?. . – Этики? Дистанцирования? Твою мать! - рявкнул Ви. – Именно поэтому я и не пошёл в учителя. Этот наглый сопляк!.. – Тэхён-и, скажи, и в чем он не прав? - несмотря на учительский тон, Намджун не смог скрыть улыбку в глазах. – Панибратство с учениками не закончится ничем хорошим. Они готовы слушать только авторитетное мнение, мнение человека, которого уважают. Одним только нахождением на одной волне уважения не добиться. Завтра попробуй заинтересовать их чем-то кроме историй из своей личной жизни. В конце концов, ты несколько месяцев провёл в Лондоне на языковой практике. Уверен, тебе есть, что рассказать. – Хён, - страдальчески вздохнул Тэхён. – Среди твоего круга точно больше нет людей, которые могли бы заменить тебя? Я, правда, не знаю, что делать. – Знаешь, Тэхён-и, - Намджун положил ладонь на плечо брата. – Конечно, знаешь. Лучше тебя кандидатуры мне не найти. Я очень ценю твою помощь. И чтобы доказать это, сегодня вечером сходим поесть твоих любимых блюд, я угощаю. Смирившись со своей судьбой на ближайшие три месяца, Ви кивнул. И тут же заискивающе продолжил: – Вместо этого, хëн, не мог бы ты отплатить мне иначе? – Ха? Мне казалось, ты уже состоявшийся взрослый и зарабатываешь достаточно, чтобы не просить денег у своего хëна. – Причём тут деньги, - отмахнулся Тэхён. – Если хочешь, я сам тебе доплачу. В общем, хëн, как тебе идея пожить со мной на съемной квартире эти три месяца? – О, нет... – О, да! - преувеличенно бодро воскликнул парень. – Ты же знаешь, я абсолютно не приспособлен к жизни в одиночку. В Сеуле хозяйством занимался Хосок-а... - Тэ состроил милое личико и проникновенно произнёс: – Хён, я умру здесь один, без тебя. И тебе снова придётся искать кого-то на замену. – Боже, - выдавил из себя слабый к такому поведению младшего брата Намджун. – Ладно, только дай мне собраться. – Хён? - Ви широко улыбнулся, чувствуя, как сильно поднялось настроение. – Обожаю тебя. – О, когда же я слышал это от тебя в прошлый раз? - насмешливо заметил старший Ким. – Два года назад, когда помог тебе проскочить мимо отца с сумками и проводил на поезд до Сеула? – Я всегда от тебя в восторге, просто не часто об этом говорю, - подмигнул брату Тэхён. – А теперь скорее собирайся, нам нужно успеть убраться отсюда до возвращения двуглавого цербера. – Не называй так родителей, - несерьёзно пригрозил Намджун. – То, что они наши родители, не отменяет возможности быть съеденными ими прямо здесь. Так что бери сменные трусы, книжки, и сматываемся. – Видели бы тебя такого ученики, - пробормотал хëн, пытаясь вспомнить, куда закинул спортивную сумку. ☀ – Гук-а, пришёл? - мама выглянула в коридор, как только услышала звук закрывающейся двери. – Как прошёл день? – Я дома, мам, - слабо улыбнулся Чонгук. – День как день. Как у тебя? – Тоже ничего нового, - когда сын разулся, она вернулась в гостиную, и разговор продолжился уже там. – Я приготовила вам с отцом поесть, до послезавтра должно хватить. Хорошо позавтракай перед школой, ладно? – Мам, - Гук поцеловал женщину в макушку. – Я уже не маленький, и вполне могу о себе позаботиться. Если бы такого Чонгука увидели его одноклассники, вряд ли поверили своим глазам. Вопреки своей социальной маске замкнутого и мрачного парня, он был весьма тактильным и нежным человеком. Они частенько сидели с мамой на диване в обнимку, смотря телевизор, а ещё Гук обожал, когда отец гладит его по голове. Словом, младший господин Чон дома напоминал скорее котёнка, чем пантеру, с которой его так часто сравнивали в школе. – У тебя дурная привычка не завтракать, а потом до обеда страдать от голода, дорогой, так что ничего личного, - она слегка сжала его руку, лежащую на подлокотнике. – Кстати, - мама слегка встрепенулась, вспомнив кое-что. – Час назад приходил молодой человек с приветственным подарком, он переехал в квартиру по соседству. Чуть позже я решила занести ему немного кимчи, но его не оказалось дома. Сходишь, когда он придёт? – Сосед, - поморщился Чонгук. – Мам, соседская квартира съемная, он наверняка здесь ненадолго. Это уже шестой жилец за последние два года. На всех кимчи не хватит. – Нельзя экономить на добрососедских отношениях, Гук-а, - поучительно произнесла женщина. – У нас в доме чудовищная слышимость. Если он вдруг затаит зло, одним прослушиванием шедевров нашего музыкального наследия не отделаемся. – Можно же вызвать полицию, - буркнул Чонгук, сдаваясь. – Можно не портить отношения с соседями, и тогда до полиции дело не дойдёт, - усмехнулась мама. – Ладно, посидела на дорожку, можно и идти. Не забудь про кимчи, милый, - она поцеловала сына в лоб и вышла в коридор. Парень не любил провожать родителей. Странное чувство посещало его каждый раз, как за ними закрывалась дверь - комом что-то вставало в горле, а на глазах наворачивались слезы. В детстве это было связано со страхом того, что они не вернутся, и если с возрастом боязнь исчезла, то неприятные ощущения остались, а Чонгук никак не мог от них избавиться. – До послезавтра, Гук-а, - крикнула мама с порога. – Счастливо, мам, - беспокойный сын прикрыл глаза и постарался максимально заглушить в ушах звук захлопывающейся двери. Сосед явился через полтора часа. Про чудовищную слышимость мама не солгала - даже сидя в своей комнате в наушниках, парень чётко услышал, как за стеной что-то громко бухнуло, а следом раздался приглушенный мужской смех. «Кимчи», - подумал Гук, поморщившись от перспективы знакомства с новым соседом. Отец всё ещё не вернулся с работы, и скинуть на него ответственность за соседское дружелюбие не представлялось возможным. Грустно взглянув на домашку по английскому и мысленно пообещав учебнику и рабочей тетради вернуться к ним в ближайшее время, парень поднялся на ноги, потянулся и, захватив с кухни кимчи, отправился с визитом вежливости в соседнюю квартиру. Руководствуясь принципом "Меньше слов - больше дела", Гук решил, что скажет "здрасть", отдаст контейнер, отшлифует всё это дело "дсвиданья" и исчезнет за дверью своей квартиры, аки тать в нощи. Короткая встреча без перспективы повторения. Точно. Кивнув самому себе, Чонгук позвонил в звонок. Дверь открылась через пару мгновений, а лучше бы не открывалась совсем.