Миссия "Найти королеву"

Терпкий тягучий вкус медленно расходился по рту, пока она смаковала кусочек за кусочком. Липкая влажность покрывала язык и Джин Соль блаженно закатила глаза, когда солоноватый вкус достиг корня языка. Очередной кусочек скрылся меж звонко клацнувших острых зубов. Ловкий язык тщательно облизал каждый палец и прошёлся по отливающим алым когтям. — Не человечина, конечно, но тоже вполне аппетитно. Джин Соль покосилась на блюдо. Там ещё хватало ломтиков свежей крольчатины. Она невольно усмехнулась, вспомнив дрожащие колени слуги, принёсшего еду. Как же, страшная кумихо, что спит и видит, как бы затащить в койку первого попавшегося мужика да сожрать его без остатка? Дурость же. Люди порой слишком высокого о себе мнения. Да ради такой щуплой и невнятной фигурки, как у давешнего слуги, она не пошевельнёт ни одним из девяти хвостов. Тем более у незнатного люда мясо жёсткое и застревает меж клыков — мучайся ещё, выковыривай. Таких жрать только с голодухи или если узнают лишнего. А потом сиди да молись, как бы несварения не вышло. Хотя паренёк дрожал бы меньше, скрой кумихо свою нечеловеческую сущность. Ведь зайдя в покои, он лицезрел поистине невероятную для большинства смертных картину. Джин Соль возлежала на мягкой кушетке в окружении девяти огненно-рыжих хвостов, плавно покачивающихся словно на ветру. Глаза светились в полумраке свечками – подойдёшь ближе и вполне обожжёшься. Если прибавить, что ханбока на лисице в этот раз не было, легко понять слугу, со скоростью молнии опустившего взгляд. Его напополам разрывали смущение и жгучий страх, уж слишком чуждой для человеческого глаза была красота кумихо. Лисица фыркнула и провела кончиками пальцев по молочной коже от груди до бедра, в лунном свете она и вовсе словно светилась изнутри. До того довольный взгляд потускнел. Сколько бы лет не проходило мимо, ничто не оставляло следа на коже и лишь верная, куда вернее всего остального, память вытаскивала из своих недр неприглядную картину зияющей на боку раны – ровной и точной, какой никогда не останется от клыков зверя. Рука, нанёсшего её, не дрожала. Волна пробежала по позвоночнику, откликаясь тупой болью в сердце. До чего же гадкое место! Эти стены воскрешают всё самое мерзкое. Неудивительно, что сюда отсылают всех неугодных. Джин Соль поднялась на ноги и поёжилась от обнявшей её прохлады, кутаясь в хвосты. Неужели так трудно хотя бы в приезд короля на дровах не экономить? Кумихо принялась натягивать обратно свои одежды. Ей определённо нужно развеяться, иначе она с ума сойдёт от скуки. И Джин Соль, недолго думая, решила направить стопы в излюбленный квартал развлечений людей. Там и повеселиться можно и, если повезёт, найти достойную добычу, благо подвыпившие людишки даже не подозревают сколько опасности может таиться в красивой женщине. Коварная усмешка расползлась по губам, а ладони были готовы сложиться в волшебный жест, как в дверь постучали. — Людишки… нет, я определённо сожру кого-нибудь, но не от голода, а чтоб на сердце полегчало, — шепнула под нос лисица и замолкла в надежде, что незваный гость, не дождавшись ответа, уберётся прочь. Но к робкому стуку добавился блеющий и, порядком надоевший, голосок Ха Джин. — Го-госпожа? Вы не спите? И какого же ответа она ждёт? Лисица выгнула бровь. Иногда наивность и неловкость служанки казались бесконечными. Оттого ещё удивительней был факт, что она умудрилась дожить до своих лет. — Сплю. Сладким сном. — Ох, не буду мешать. Торопливые шаги прервались также быстро, как начались, видимо даже такая глупышка сумела понять, что не так. — Это совсем не смешно! — А по мне очень смешно, — в подтверждение слов Джин Соль хохотнула в кулак. Недовольное сопение за пределами покоев раззадоривало ещё больше. Открывать кумихо не собиралась, как и задерживаться надолго во дворце, но почему бы не поиграть немного? Всё-таки служанка крайне забавная. — Король желает видеть вас. — В такое-то время? Видать слухи о любви короля к супруге сильно преувеличены. Но послал он тебя зря. Передай, что ни один человек, будь он хоть самим императором, не в силах приказывать мне. — Это неправда. Кумихо вперилась в дверь растерянным взглядом, словно хотела сквозь неё увидеть Ха Джин, уж очень непривычно было слышать твёрдый ответ от вечно неуверенной служанки. Веселье исчезло, как огонь под ливнем. — Пока у вас есть долг вы подчиняетесь госпоже, а значит обязаны пойти на встречу, ибо таково желание королевы матери. Да как она смеет напоминать о главной слабости?! Ярость окрасила всё багровым. Джин Соль понятия не имела, как оказалась в коридоре, как и не знала, каким образом её ладонь очутилась на шее служанки, сжимая ту до едва слышного хруста. Тело кумихо уже не подчинялось разуму, ведомое лишь гневом. Рот Ха Джин открывался, но выпускал лишь хриплые сипы, пальцы её судорожно скребли по руке кумихо, царапая до крови, но та, казалось, не замечала ран. Она приблизила лицо к Ха Джин и втянула запах свежего страха. Зрачок женщины сузился, давая лучше рассмотреть палитру цветов радужки. — Я погляжу, ты успела забыть одну маленькую деталь. Долг твоей госпоже действительно висит надо мной, но, — лисица клацнула зубами прямо над ухом женщины, наслаждаясь прошедшей по её телу волной мурашек. — твой уже нет, а значит я в любой момент, стоит только возникнуть слабому желанию, могу свернуть твою хрупкую шейку. — Так убейте! — прохрипела Ха Джин, заполучив немного воздуха. — Только грозитесь. — Вот ещё. Тебе только в радость умереть. Наверняка будешь на небесах от счастья, что отдала жизнь за госпожу... Так уж и быть, веди к королю, глупый щеночек.

***

Король не оправдал ожиданий лисицы совсем. Он был до ужаса обычным мужчиной, даже еще мальчишкой. Смертельно уставший, будто не спал несколько ночей подряд он и сейчас, вместо положенного и столь необходимого сна, ковырялся в ворохе документов. Красив в меру, Джин Соль за свои годы видала мужчин и покрасивее, хотя в этом определённо была харизма и очарование, некая внутренняя энергия. Заслышав её появление Чхольчон поднял голову от заваленного стола и смерил лисицу уставшим взглядом. И зачем так себя мучить, когда можно поручить подобную работу министрам? Непонятно. Потерев покрасневшие глаза, король вздохнул и отодвинул бумаги в сторону. — Звали меня? — Да. Раз уж ты откликнулась на королевскую просьбу, нам нужно обсудить, в чём она состоит. — Естественно, — нарочито незаинтересованно. На самом же деле Джин Соль распирало от любопытства. Что же такое задумал король, что даже усмирил былое презрение к колдунам? Король распахнул ворот одежд, глаза Джин Соль сравнились с чайными блюдцами. Она, конечно, ждала всего, но точно не этого. Впрочем, на вороте он и остановился, вытаскивая из-под верхних одежд шарф, который был явно не новый, а алый, но уже выцветший. Зачем королю носить его? Единственно возможный вариант – эта вещь бесценна для него. — Этот шарф мне подарил очень дорогой человек. Перед тем как меня покинуть. Чхольчон держал ткань в руках с видом смертельно раненного, будто в жалкой тряпице сосредоточена вся надежда и сама жизнь мужчины. Насколько же дорог был ему человек, подаривший платок? — Скажу сразу, мёртвых оживлять я не могу. Нет, теоретически, есть возможность. Было бы желание да неограниченное количество подопытного материала, но… Жаль людей, которые наверняка пострадают, не было совершенно. А вот своих сил и времени очень даже было. Не собиралась она куковать в холодном и мрачном дворце уйму времени. Так что пусть просит что попроще и она поскорее вернётся в своё скромное жилище. Про себя она выразительно ругнулась. Жилище. Человеческая девка теперь знает, где она обитает, а значит место убежища придётся менять. В этот раз лисий долг принёс ей особенно много проблем. — Нет, нет, — король с донельзя испуганным видом замотал головой, — она, точнее, он не мёртв. Как бы объяснить... Он ещё не родился. Повисла тишина. Чхольчон и сам понимал, что звучат его слова, как горячечный бред. Сам ведь не верил, даже когда его любовь пыталась объяснить ситуацию. Лисица дёрнула вылезшими наружу ушами. Под влиянием сильных эмоций ей не всегда удавалось сдерживать истинную натуру. — Шутить изволите, Ваше Величество? Учтите, добрым нравом я не отличаюсь. — Я не шучу. Как бы странно это не звучало, но в теле моей жены оказалась душа человека из будущего. Всё, что я имею, получено благодаря ему, а ещё Бон Хван один из немногих людей, к кому я испытываю искренние чувства. Было видно, что королю тяжело говорить о столь сокровенных чувствах. Если это и вид помешательства, то очень сильного, но, чтобы прояснить всё окончательно, слов мало, нужны весомые доказательства. Джин Соль выхватила шарф и принюхалась. Только убогим людям необходимы долгие исследования, ей же достаточно запаха. Король вскочил, но волевым усилием сдержался и вернулся на место, внимательно наблюдая. Конечно на шарфе был запах короля, но не только. Будь эта вещь обычной – купленной и Джин Соль бы развела руками, но королю повезло, шарф был творением рук искомого человека и хранил тонкий шлейф аромата. Женского. Что и требовалось доказать – у короля помешательство. Но сосредоточившись, лисица почуяла ещё один мужской запах – слабый, будто эфемерный. Запах был нематериальным, он ощущался, но не на уровне физическом, скорее духовном. — Надо же, — она вернула вещь Чхольчону и наклонила голову к плечу. Левое ухо подрагивало, выдавая что-то подобное смущению. — Действительно не врал и не бредил. Но чего вы от меня хотите? Я не могу вырвать душу из будущего, понятия не имея, где конкретно она находится, и принести на блюдечке. — И не нужно. Достаточно будет, если ты мою душу отправишь в будущее. Джин Соль скривилась при мысли, что лучше бы он молил её вернуть одного из жалких людишек к жизни. Она обещала подумать до утра. Если поразмыслить, долга перед королём у неё не было, а значит и выполнять его просьбу как положено, не нужно. Сейчас главное избавиться от треклятого долга и убраться прочь из этой дыры. Лёжа на футоне в своих покоях и укрывшись хвостами – нужно же спасаться от царившей во дворце прохлады, она предавалась ленивым размышлениям. От безделья она раздирала коготками деревянные полы, а потому не сразу услышала стук, но даже когда различила его в вечернем соловьином разноголосье, и не подумала выяснить кто там. Слишком лень. А незваный гость тем временем прекратил барабанить дверь. Радости правда это не принесло. Ха Джин, кто ещё мог столь настырно скрестись в её покои, зашла внутрь. Ощутив на себе далекий от дружелюбного взгляд, служанка содрогнулась всем телом и отступила на шаг. — Что же такого важного ты решила сказать, раз вломилась без спроса? Я ведь могу передумать и таки обглодать твои старые кости. — Прошу прощения, но я от королевы матери. Она желает узнать, чего хотел король. — А я не желаю рассказывать. — Но… — Без «но»! Я не должна отчитываться за каждый вздох. Пускай долг всё ещё висит надо мной, это не означает, что я превращаюсь в покорную рабыню. Служанка кивнула. Но не ушла. — Раз вы не желаете делиться желанием короля, то выслушаете её просьбу. Взамен на ваш долг она требует, чтобы вы избавились от короля раз и навсегда. Ну вот это уже куда более понятное желание. Удивительно, что милая, хоть и вздорная девушка из воспоминаний превратилась в коварную женщину. Впрочем, чего ещё ждать от людишек? Просьба королевы матери в корне меняла ситуацию. Теперь лисице не нужно было возиться с исполнением желания короля. Можно попросту избавиться от него. Подло? Бессовестно? Пожалуй. Но к счастью, совести у неё не было с самого рождения. — Всё сказала? Можешь уходить. Передай госпоже, что я услышала и приняла к сведению её желание. Ха Джин помялась, но всё же вышла, не решаясь и дальше раздражать кумихо. И не зря. Раздражение скопилось под кожей, грозясь в любой момент выплеснуться наружу. Не успела лисица вернуться в постель, как стук повторился. И что ещё забыла эта глупая девка?! Но у входа в покои застыла совсем не служанка, а незнакомая женская фигура, закутанная в тёмные одежды. Незнакомкой была ровно до того момента, как Джин Соль втянула запах. Тот самый, что был на шарфе короля. — Какая честь видеть нынешнюю королеву в моих покоях. Несмотря на резкий тон кумихо, Со Ён примирительно улыбнулась. — Не хотела мешать вашему отдыху, но нам нужно поговорить. Королева прошла внутрь, не скрывая удивления при виде лисьих хвостов. Она, конечно, знала, что во дворце находится настоящая кумихо, но одно дело слышать и совсем другое видеть своими глазами. Со Ён остановилась недалеко от окна и лунный свет окутал фигуру, подобно невесомому покрывалу. В бледном свете женщина напоминала существо неземное и даже больше похоже была на героя мифических легенд, чем сама Джин Соль. — Я хотела попросить об услуге. Как «неожиданно». Похоже людишки спутали её с восточным джином, исполняющим желания. Но всё-таки интересно послушать, о чём попросит королева. Неужели хочет сохранить при себе ветреного благоверного? — Мой муж, любовь жизни моей, — Со Ён вздохнула. — Я знаю, о чём он просит вас, и от себя хочу поддержать его просьбу. Улыбка, что вот-вот должна была расползтись по лицу лисицы, треснула. Она ожидала, что очередная часть презренного людского рода станет молить о личных благах, игнорируя чужие. — Мне больно отпускать его и, будь это в моих силах, я бы сделала его самым счастливым в мире. Но сердце короля принадлежит другому человеку и, оставаясь со мной, он тоскует. Помогите ему, прошу. Если нужна плата, я приложу все силы, чтобы дать её. Единственное, что я могу дать прямо сейчас, это моя искренняя благодарность. Но вы можете пожелать, чего угодно – богатства, власти, убежища… Почему-то Джин Соль зацепилась за последнее. — Убежище? И где же? — Можете жить во дворце, пока подбираете подходящие владения. У нас богатая библиотека и много другого. Можете читать и развлекаться. — Читать? Вот глупость. Будто мне нужно разбирать людские закорючки. Тем более я и не умею. — Я могу научить, — тепло улыбнулась Со Ён, но поспешно добавила: — Конечно, если вы этого хотите. — Возможно. Со Ён склонилась в поклоне, чем заставила кумихо дрогнуть. До чего же странная женщина – благодарит, хотя Джин Соль ещё ничего не сделала! — Зачем вы просите такое… — лисица запнулась. Уши, вновь вылезшие наружу, прижались к затылку от беспокойства. — Какая вам выгода в подобном желании? Какой смысл?! — Никакого, — Со Ён наклонила голову к плечу. — Но в данной ситуации смысл и не нужен. Я люблю его, а когда любишь, о себе думаешь в последнюю очередь. Годы с ним были счастливыми. У меня есть наш сын. Свою порцию счастья я уже получила, теперь его очередь. Вы поможете мне? Джин Соль скрипнула зубами, зажмурила глаза и неожиданно для самой себя выдохнула: — Да. На секунду, совсем на краткое мгновение, в её мыслях пронеслось: «Наверное было бы неплохо, если бы и меня кто-то так любил». Тут же её ладони оказались зажаты в тёплых людских, улыбка Со Ён из мягкой превратилась в яркую и неудержимую. Смотреть на её улыбку было очень приятно, Джин Соль захотелось продлить это мгновение. Но вскоре они с королевой распрощались, и та ушла в ночной мрак. Лисица застыла. Любовь. И что в ней ищут люди? Что же в ней такого хорошего? Наверное, было бы неплохо узнать об этом побольше.

***

Ночь кумихо провела в размышлениях. Как отдать долг и при этом исполнить просьбу короля и королевы? Если первое было вынужденным и обязательным, то второе скорее являлось её собственным желанием. Давненько она последний раз задумывалась о чужом благополучии. Кажется, это было в далёкой юности, когда она даже человеком обращаться не умела и вместе с братьями и сёстрами резвилась на лесных опушках, вместе с ними спасалась от охотников. Ни следа от капкана, сомкнувшегося на её ноге не осталось, но в памяти до сих пор яркое как вспышка томилось воспоминание о резкой жгучей боли. Лисица уставилась в пол помутневшими глазами. Интересно, где её родичи? Живы ли они вообще? Или её жертва была напрасной? Встряхнув головой только бы выкинуть упаднические мысли, она закуталась в одеяло. Сон к ней не пришёл ни через час, ни через два. Джин Соль, не находя места, металась по комнате. Хвосты, как у раздражённой кошки, колыхались позади. Она всё никак не могла решить, как ей быть. В другое время она не преминула бы обвести людишек вокруг пальца, даже радовалась бы собственной смекалке. Но сейчас на сердце словно мраморная плита лежит, придавливая её всю к полу и заставляя испытывать далёкие от приятного ощущения. Не иначе после стольких лет спокойной жизни в ней проснулась совесть. Ну или скорее родилась. Резко замерев посреди комнаты, лисица закусила губу до крови. Кивнула сама себе и кинулась искать письменные принадлежности. К счастью, они нашлись. Осталось только обзавестись писцом. Сама Джин Соль понятия не имела, как разбираются дурацкие чёрточки, с помощью которых смертные умудрялись общаться. Уже через несколько минут за письменным столом сидел охранник, влюблёнными глазами он сверлил кумихо. Та, привыкшая к реакции зачарованных мужчин, даже не взглянула на него, у неё были дела поважнее – подобрать правильные слова для послания. — Записывай, — бросила она стражнику и, не прекращая ходить взад-вперёд по покоям, принялась диктовать. — Ваше Величество, я тщательно обдумала вашу просьбу. Это невероятно сложно, перенести вас во времени, но не невозможно. Способ действительно есть, но учтите, это дорога в один конец. Решившись, пути назад уже не будет. Если же вы согласны, следуйте простым инструкциям: найдите водоём, желательно тот самый в котором уже происходило нечто магическое; смочите тот шарф, что вы мне показали, моей кровью, она будет приложена к письму, и бросьте в воду; дождитесь, когда кровь растворится в воде и прыгайте следом. Скорее всего вы не поверите мне и правильно сделаете. Я не желаю вам добра и более того поначалу хотела вас убить, но благодарите богов, что дали вам такую супругу, я помогу лишь потому, что она попросила. Хотя мне безумно сложно понять, зачем менять, уже преданное и любящее сердце, на туманную неизвестность. Взяв письмо с колбочкой крови в ладонь, она дунула на них. Послание растворилось в воздухе переместившись королю. Больше никто не сможет взять его в руки и даже видеть не будет. — Теперь нужно избавиться от свидетеля. Мужчина вздрогнул – магия развеялась, он поднял глаза. Вместо прекрасной девы, что пленила одним взглядом, над ним стояло хищное создание. Он принялся отползать, мотая головой и бормоча под нос просьбы пощадить. Но когтистая ладонь ухватила его за волосы, оттягивая голову и открывая тем самым ничем не защищённое горло. Резкий взмах руки и свежая кровь окрасила пол в алый. Кумихо прикрыла за собой дверь покоев и поморщилась. По правой руке струйкой стекала кровь. Подняв руку, она лизнула свежую рану. «Успел нож достать. Знала бы, даже не пыталась бы сохранить жизнь идиоту. Сразу бы убила, а не стирала память». Рана затянулась, но осадок остался. Джин Соль сложила ладонями волшебный жест. Да так и замерла. Желание попасть в квартал развлечений исчезло быстрее снега под лучами солнца. Что ей там делать? Очаровывать мужчин да играть в азартные игры? Раньше даже мысли о таком приводили в восторг, но сейчас изнутри грызло ощущение, что теперь ей этого мало? Лисица исчезла. Вот только местом назначения был не квартал развлечений, да и не хижина, более того, в тех местах её больше не видели. И лишь один человек точно знал, где живёт лисица. А кумихо наконец научилась писать и читать людские закорючки.