Любовь божественному противоестественна

По спине прошлись болезненные мурашки. Янтарные глаза забегали по ванной комнате, будто бы в поисках спасения. Сердце застучало еще громче, еще быстрее. Кян опустил глаза на свои дрожащие руки. «Чего я так испугался.. все хорошо. Так? Все хорошо.» — старательно успокаивал себя Реки, заморозив взгляд на кране. Только бы не поднимать глаза. Только бы не видеть этого снова. — Реки? Ты слышишь? Иди, встречай гостя! — торопил голос Масаэ рыжего. Ком в горле мешал дышать и вот-вот собирался вырваться слезами, но Кян держал себя в руках. Парень умылся холодной водой, схватил толстовку и выскочил из ванны. — Приве-е-е… воу, ты в норме? — Ланга сидел перед телевизором и настраивал приставку. — Д-да… — Реки снова стало нехорошо. — А что, я так плохо выгляжу? — отшутился он. — Ты… побледнел… — Хасегава привстал и подошел к другу и поднес ладонь к его лбу. — Уверен, что в норме?… — после той… травмы Ланга очень беспокоился о состоянии Реки, иногда даже слишком. — Разумеется! Забей, чувак. — Кян натянул на себя улыбку. — Давай, ты взял игры? Садись, будем играть… — Смотри… — Джо развернул ноутбук к Черри. — Думаю это он. Я очень часто видел его рядом с Адамом, к тому же, почти на всех встречах он мелькает на фотографиях… а на той — нет. Каору с легким удивлением посмотрел на Кодзиро. — Не плохо… молодец. — Что это за взгляд… — нахмурился Нанджо. — Ну и что будем с ним делать? — Надо попросить его дать показания против Айноске. Уверен, есть много вещей, за которые можно его засадить. — Думаешь, что он сдаст Адама? — Вряд ли, но что предлагаешь делать? Оставить все как есть? Мы должны хотя бы попытаться. — Черри поднялся из кресла. — Не устал? — Реки отложил джойстик и потянулся. — А ты? — Ланга повернулся с Кяну с довольной улыбкой от очередной победы. Рыжий посмотрел на часы. 0:37 Глаза побаливали, но сонливости не было. Он проморгался, от чего по щекам заблестели маленькие слезинки. Хасегава положил тяжелую от усталости руку на макушку Реки и взъерошил его волосы. — Давай ложиться. — Ланга потянулся отключать телевизор и приставку. — Угу… — Кян не смог сдержать зевок. — Ложись на кровать. — А ты куда? — На пол, я схожу за футоном… — Кян усилиями поднял свое уставшее и расслабленное тело. — Эй, погоди, ты собираешься спать на полу? — Хасегава был ошарашен. — С твоими-то травмами? — Ну не положу же я гостя на пол? У вас, канадцев, все так просто… — Хмыкнул он почесав затылок. — К тому же, я почти здоров… да и на футоне тоже очень даже удобно. — На кровати все равно лучше. — продолжал настаивать Ланга. — Ну и что ты предлагаешь делать? — Кян начинал раздражаться. — Лечь вместе? — Хасегава опять говорит быстрее, чем думает, в комнате повисла неловкая тишина. Дежавю? Парни смотрели друг на друга выпученными глазами, не зная что друг другу говорить. «Ты идиот, Ланга Хасегава. Ты — гребаный идиот. Реки такое предложение не одобрит. Что теперь делать? Объясняться? Это глупо, почему так сложно просто подумать, а потом говорить. Совершенно на своих ошибках не учусь…» — Парень через зубы втянул разряженный от напряжения между ними воздух, будто бы показывающий током в легких и сердце и задержал дыхание, в ожидании ответа друга. «И что мне ему ответить…?» — Кян напрягся и прикусил нижнюю губу. — «Нет, ну спать на одной кровати… не слишком ли… по-гейски?..» — ступня, словно метроном или громко тикающие часы, отсчитывающие даже секунды так, словно это минуты, начала непроизвольно и нервно постукивать по полу. — Я за футоном.. — отвернулся рыжий. — Да, иди… — Ланга закрыл лицо руками. Дверь в комнату с хлопком закрылась. — Придурок… — прошептал себе Хасегава. — Это не он? — Кодзиро старался незаметно показать на дворецкого за забором, поливающего цветы в красивейшем саду у «дворца» Айноске. — Ты бы ему еще крикнул. Тоже мне, шпион нашелся. Ты ведёшь себя странно, сними эти дурацкие солнечные очки, сейчас вечер, идиот. — негодовал Каору, переворачивая страницу журнала. — Эй, четырехглазый, не выделывайся. Думаешь твоя огромная шляпа выглядит лучше? — Нанджо выхватил журнал у Сакурояшики. — Она, хотя бы, красивая. — бросил Черри. — В отличие от тебя.. — добавил шепотом он. — Ты так же говорил про свой скейт, робошизик! — У нее есть имя, идиот. — прошипел Каору, наступив на ногу Джо. — Кто в здравом уме дает имя доске?! — Прекратите, я давно вас заметил. Здравствуйте, Черри, Джо. — Тадаши, словно призрак, тихо явился перед ними. Мужчины вздрогнули и напоследок озлоблено переглянулись. — Мы просим прощения за беспокойство. — Каору и Кодзиро резко успокоились. — Вы ведь не просто так пришли? Что вам нужно? — отвечал холодный, будто бы мертвый голос Тадаши. — У нас есть один разговор. — начал Нанджо. — Понимаете, … — Травма Божественного скейтера — дело рук Адама? — прервал его Сакурояшики. На секунду глаза Кикути округлились. Тадаши и Черри смотрели друг на друга. От взгляда Каору веяло холодом и злобой. Каору мало на кого так смотрел. Даже Джо видел его лишь раз, когда сломал Кару. Ему казалось, что Сакурояшики убьет его на месте. Черри не просто зол на Адама. Он хочет, чтобы Айноске получил по заслугам и ответил за каждый свой поступок. Злоба на него копилась годами. Он мог вытерпеть его ублюдское поведение раньше. Но вспоминая окровавленного Реки, своего друга, соперника, да и просто хорошего райдера… Кажется, терпение лопнуло. — Нет, не так. Это дело твоих рук, не так ли? Адам заставил тебя? — Каору продолжал давить на слугу. — Просто расскажи нам. Не беспокойся, ты будешь в безопасности, мы защитим тебя от него. Кикути молчал. — Нам.. лучше пойти… — Кодзиро дотронулся до плеча Черри. Вдруг Тадаши отвернулся и порылся в кармане, после чего достал чёрный конверт с красным сердцем и протянул его Нанджо и Каору. «В стиле Адама…» — проскользнула мысль в головах мужчин. — Господин Айноске знал, что вы придете. Кодзиро достал небольшую записку, от который подозрительно сильно пахло резким мужским одеколоном и вином. — Засранец… — раздраженно усмехнулся он. Реки зашел в комнату с футоном и, кинув его рядом с кроватью, сел на пол. — Ну… — он откинул голову назад. — Кто где спит? — Сыграем в рошамбо*? — Ланга протянул другу сжатый кулак. — Победитель спит на кровати! — «Рошамбо»..? — рыжий поднял бровь. Хасегава показал пальцами камень, ножницы и бумагу. — Что за странное название… в Японии — просто дзянкэн*. — Кян протянул кулак в ответ. 1, 2, 3.. Реки показывает победные ножницы на бумагу Хасегавы и ухмыляется. Он, довольный, юркнул под мягкое одеяло и высунув лицо с прищуром и довольной улыбкой посмотрел на Лангу. «На кота похож…» — щеки канадца слегка порозовели. — Выключишь свет? — Кян устроился на подушке. Наконец-то, от постельного белья не пахло спиртом и хлоркой, стены и лампы не слепили белым, лишь на столе теплым свечением горела лампа. — Конечно. — щелчком выключателя комната наполнилась голубоватым лунным светом. Хасегава устроился на полу, на не менее удобном футоне. Рыжий пялил в потолок. Что-то все ещё не давало ему уснуть. — Ты уверен, что будешь спать на полу? — обеспокоено переспросил Реки, однако вместо ответа он услышал лишь тихое посапывание. Кян повернулся на бок и посмотрел вниз. Лунное свечение завораживающе, словно звезды, блестело на бледной и белой как снег коже Ланги, вдобавок красиво отливаясь на его голубых волосах, иногда напоминающих рыжему саму луну в безоблачные ночи. «Красивый..» — вдруг проскользнуло в мыслях Реки. Он неосознанно потянул руки к лицу спящего, но тут же отдернул ее. «Что за..» — парень сжал свое запястье. — «Фу, я как гей какой-то…» — Кян снова перевел взгляд на канадца и, будто бы не контролируя себя, дотронулся до его щеки. «Кожа такая мягкая…» — рыжий снова отстранился и уперся взглядом в стену. «Какого черта…» — нахмурил брови он. — Доброе утро! — Ланга резко отодвинул шторы, впустив в комнату яркие лучи солнца. Рыжий поморщился. — Доброе… почему так рано?… — занудел Реки, на что Хасегава лишь рассмеялся. — Нам в школу пора, не забыл? — улыбнулся он. Кян, поморщившись, взглянул на, как ему показалось, чересчур бодрого и счастливого друга, но вдруг его голову поразили воспоминания за вчерашнюю ночь, и он, в смущении, тут же отвернулся. — Ну ты чего? — Ланга подбежал к Реки и начал стягивать с него одеяло. — Дава-а-ай! А то опоздаем! — Иду я, иду… — разочарованно застонал Кян. — Шевелись, ну ты чего! — Ланга продолжал толкать друга по дороге, в то время как тот лениво догрызал сэндвич. — Может прогуляем?… — Реки повернулся с Хасегаве и захлопал глазами. — Даже не пытайся. Сходи, хотя бы ради приличия. — Хасегава отвернулся, пытаясь скрыть вновь появившийся румянец. «Что это был за взгляд?..» Кян недовольно выдохнул и, уже самостоятельно, поплелся до школы. Открытая дверь класса снова окунула Реки в суету учебных дней, от которых он уже успел отвыкнуть. Рыжий помедлил, перед тем как войти в кабинет. — Ты в порядке? — наклонившись, прошептал ему на ухо Хасегава. Кян отпрянул от столь близкого контакта, и, кажется, смутился. — Т-ты чего?! К-конечно в порядке! — рыжий шмыгнул в класс, подальше от Ланги, закрыв лицо рукой. Сердце вдруг стало так быстро биться, что такое? Одноклассники удивленно захлопали глазами. С задних парт подбежали пару человек, с которыми Реки более-менее иногда общался. — Чува-а-ак, привет! Ты куда пропал? Нам говорили, что ты в больнице, что случилось? — один из парней закинул руку на плечо рыжему, от чего тот поморщился от тупой и давящей боли. В класс, наконец-то, зашел ошарашенный от резкости Кяна Ланга. — Да я… — Реки вспомнилось что ему говорил Черри. — Меня машина сбила. — Чего?! — округлил глаза второй парень. К ним подтянулось ещё несколько человек. — Какой ужас, Реки, как так получилось? — среди всех была и Мейуми. Ее забота казалась… будто бы наигранной. — Надеюсь, сейчас тебе лучше? — Ну, раз я здесь — то да. — Так как тебя так угораздило? — одноклассник дернул Реки за плечо, от чего тот снова поморщился. Он почесал затылок, вспоминая фальшивую историю. — Я из скейт-парка ночью возвращался и не увидел… — Да уж… — парень, наконец, убрал руку с плеча Кяна. — Скейтбординг когда-нибудь убьет тебя… — Что ж… — немного грустно ухмыльнулся рыжий. — Может быть. Все в классе быстро замолчали и разбежались по своим местам, как только учитель зашел в кабинет. Кян тяжело плюхнулся на стул и скучающим взглядом посмотрел на доску. — Прикинь… — парень спереди повернулся к Реки. — Мейуми все это время клеилась к Ланге… — прошептал он. — Чего?… — рыжий бросил быстрый взгляд на девушку. — Они встречаются, что ли?… Одноклассник пожал плечами и повернулся обратно. «Странно, мне казалось, если бы у Ланги появились отношения — он сказал бы мне…» — Реки лёг на парту, положив голову в сторону Хасегавы. — «Не хочу чтобы он встречался.. с ней…» — его брови нахмурились. «Хотя, это неудивительно… Ланга, ты… такой красивый…» — Кян вздрогнул от осознания того, о чем он думает и отвернулся, заглядывая в окно. Теплый ветер теребил макушки деревьев и перья редких птиц, сидящих на них. Солнце только-только взошло, на улице было светло и ещё не так жарко, как обычно бывает днем, особенно в мае. Маленькие дети веселились на улице, радуясь предстоящему лету. Завидно, ведь Реки ещё сдавать экзамены, в отличие от них. Парню хотелось чтобы учебный день поскорее закончился, выйти из школы, пойти в парк, домой, куда угодно, лишь бы только больше не сидеть в душном кабинете, особенно пока на улице была такая хорошая погода. Лекции учителя не хотелось слушать от слова совсем. Надо же, урок надоел рыжему быстрее, чем он сам думал. Ланга скучающе смотрел на кудлатые огненно-рыжие волосы Реки. Канадца мучала немая боль где-то за грудиной. Что-то продолжало беспокоить его. Ни день, ни два, и даже ни неделю. Уже давно, очень давно. Мне было так тяжело без тебя. Кажется, будто бы я был создан для встречи с тобой. Где-то в глубине души я всегда видел свое отражение в твоих огненных глазах. Я сгорал в них, сгорал, словно льдинка. И мне хотелось растаять в них плотностью. А может я просто никогда не встречал таких как ты? Раз за разом ты спасал меня, был рядом… Мои чувства к тебе… Я никогда не чувствовал такого. Окрыляющая любовь, поднимающая тебя будто бы к самым звездам, слишком близко, чтобы обжечься о них. Как что-то может казаться таким приятным и болезненным одновременно? Каждый твой взгляд на меня после того случая… Будто бы протыкал насквозь, словно копьями, раз за разом. Больно, но мне хотелось чтобы ты посмотрел на меня снова и снова… Я пустил этот яд по венам, но устал. Я пал так сильно в своей любви к тебе. Ты был прав, будто снял и разбил мои розовые очки. Наверное, мне стоит поблагодарить тебя за это. Но как бы я не старался, ожоги от твоих глаз все равно остались в моем сердце. У меня не получилось разлюбить тебя, у меня не получится, и я не думаю, что я когда-то пытался это сделать. Звон из коридора окончил урок, глаза Ланги все ещё были в расфокусе, он будто смотрел сквозь предметы, взгляд был притупленный. Голос Реки выдернул заторможенного Лангу из его мыслей. — Ну ты чего сиди-и-ишь, пошли! Такая духота тут, звонок уже давно прозвенел! «Твоя улыбка вновь ранит меня. Ранит, ведь я понимаю, что она никогда не будет…» — Хасегава ухмыльнулся и поднялся с парты. «Легче будет никогда больше не видеть ее.» — Пойдём на крышу. — «Не стоит мне так глубоко погружаться в мысли…» — Пошли-пошли! — Кян взял канадца за запястье. — Там хоть ветерок дует… Улыбка Хасегавы стала грустнее, бурящий взгляд сверлил пол. — Иду. На крыше как обычно было много людей, кто обедал, кто просто общался. Рыжий пристроился на своей любимой скамейке и достал свое бенто. — Приятного аппетита! — парень сложил ладошки и протянул Ланге ещё одну небольшую коробочку. — Моя мама и тебе приготовила, держи. — Не говори с набитым ртом… — усмехнулся Хасегава. — Спасибо.. — он открыл коробку, из нее ещё пахло теплым рисом и яйцами, все сильнее разыгрывая голод у парней. — М-м-м-м! — радовался Реки. — Кажется, я так и не отошел от больничной еды… — засмеялся он. Грустные мысли окончательно выветрились из головы канадца. Он неуклюже взял палочки и попытался зацепить ими хотя бы что-то из содержимого. — Не насилуй так еду. — рыжий взял своими палочками немного риса и протянул другу. — Открой рот. «А-а-а»! «Он что, специально это делает?!» — нахмурился парень, но еду все-таки съел. — Ты видела Лангу?… — Того новенького с голубыми волосами? — Да-да. Тебе он… не кажется странным? Несколько месяцев ходит грустным, а как только его друг… Этот рыжий… Как его там… — Реки, вроде? — Вот, да. Он так обрадовался, когда Реки в школу стал ходить… — Ну, видимо они просто близкие друзья. — Ты не понимаешь, нет… я около него сижу, знаешь как он на этого рыжего пялился?… — Думаешь он?… — Да он как щеночек вечно носится за ним. — Ну, он не выглядит как гей… по крайней мере, раньше мне так не казалось… — Прикинь, за ним все девочки в нашем классе бегают… — Это потому что он иностранец! — Вот-вот! Да и вообще он странный, что они в нем нашли? Неподалеку стояли две девушки. Кажется, отношение Ланги к Реки без внимания не осталось. — Чего это они на нас так пялятся?… — нахмурился рыжий. «Это из-за того что я его покормил? Так и знал, что это странно выглядело.» — Не знаю… — проговорил Ланга не дожевав омлет. — Но вот одна из них когда мы поссорились постоянно на меня вешалась и предлагала до дома проводить… — Эй, сам говорил не есть с набитым ртом! Кстати, та девушка.. Мейуми. Вы что… встречаетесь? Ланга сглотнул. — Ты чего, головой ударился? Нет, конечно. Она меня, честно говоря, раздражает иногда. Уж очень навязчивая. Реки почувствовал странное облегчение. — Вот и хорошо. — Хорошо? — Хасегава приподнял бровь. — Н-нет, я… — вдруг начал оправдываться рыжий. — Она мне самому не нравится, просто хочу для тебя самого лучшего! — «Это прозвучало ещё страннее! Боже, чего я так смущаюсь?!» Наконец-то, учебный день кончился. Кто же знал, что Реки так сильно выдохнется от возвращения в школу? Парень закинул портфель на кровать и упал рядом. Ему нужно было срочно кое-что узнать. Ради этого он даже отказался от прогулки с Лангой после школы. Кян достал телефон. «Я часто краснею перед другом, это нормально?» — гласил его запрос в интернете. Первые ссылки выдавали почти одно и тоже: «Признаки гомосексуализма» «Как понять, что ты гей» «LGBTQ+ форумы» Кян нахмурился. «Бред какой-то.» Он несколько раз обновил страницу. Ничего не поменялось, все те же сайты. «Нет, ну не могу же я быть из этих?» — Реки нажал на вторую ссылку. Открытая страница гласила. 1. В первую очередь, если вы задумались об этом, значит вы уже столкнулись с влечением к своему полу. «Да нет, что за глупости.» 2. Возможно, вам нравится кто-то конкретный. Понаблюдайте за своим поведением по отношению к нему. Вероятно, вы часто засматриваетесь на него. «Ну да, засматриваюсь, и что? Он просто красивый в этом нет ничего такого… так ведь…?» С каждым пунктом уверенность Реки постепенно развеивалась. 3. Вам может часто не хватать этого человека. Возможно, вы не замечая за собой, радуетесь его звонкам и сообщениям. «Ну было такое. Пару раз… Может тройку, и что?» Вдруг баннер сверху показал новое SMS от Ланги. Уголки губ Реки невольно растянулись в улыбке. «Да блять, я что, правда лыблюсь?!» — Реки! Реки! Прикинь, нам тут в конце года решили поездку устроить, на остров Симодзи! Мы были там с ребятами, помнишь? На горячих источниках. Ты поедешь? Билеты, вроде, не очень дорогие! — Ого. С чего бы это… А когда поездка? — Может, хотят нам дать расслабиться перед экзаменами? Через два дня, вроде. «Думаю, я смогу…» — хотел было написать Реки, но вдруг вспомнил про свои шрамы. «Там ведь будет пляж… Какое мне море с такими шрамами? Я не осмелюсь выйти так к людям. — Ладно, я к тебе забегу, ты не против? Как раз обсудим! — Ага… ну, ладно. На удивление быстро Хасегава уже был на пороге дома Кяна. — Привет… ты как-то быстро.. — Ага… привет… — у Ланги ещё была отдышка. — Ну что, ты поедешь? — Я… честно говоря даже не знаю… — Э-э-эй! Ну ты чего? Что случилось? — Да я… не хочу как-то… — Ты? Не хочешь? Не верю. Реки помялся. — Слушай, а не одолжишь мне свой костюм? — вдруг осенило рыжего. Торс вполне можно скрыть за плавательным боди! — А-а-а… а тебе зачем?… — Да я вот… к лету набрал. — Набрал? — Хасегава приподнял бровь. — А по тебе и не скажешь. Ну ладно. — Спасибо. — считай спасен. Осталось только упросить маму. — Слушай, я чего заходил-то… Я тут у нашей классной спросил… Она сказала, что скейтборды взять с собой нельзя будет… «Скейтборды?» — изумился Реки. — «Чего это он так тему резко сменил..?» — Придумаешь, как нам их с собой протащить? — Протащить?… — Кяна окутало странное волнение. Раньше он бы с энтузиазмом начал придумывать план, но сейчас… Сейчас было как-то не по себе. — А зачем нам их протаскивать? — Ну ты чего? Не узнаю тебя. Чтобы ночью покатать. Ты помнишь какие там дороги обалденные? И правда, асфальт там был очень ровным, на острове было много спусков — так что катать там было одним удовольствием. Только вот… Реки этого будто бы не хотелось. — Да… помню… — Ты чего так помрачнел?… Я, кажется, понял. У тебя пропал интерес к скейтбордингу? — с лица самого Ланги сошла улыбка. — Так заметно?… — Почему? — Я не знаю… — Тебе страшно? — Хасегава подошел чуть ближе к рыжему и положил ему руку на плечо. — Я могу понять, почему ты это чувствуешь, но знаешь… Я обещаю тебе, что такого больше не повторится. Скейтбординг — это твое. Ты бы видел себя, когда ты на доске. Твои глаза горят, да так, что из них будто искорки вылетают. Ты потрясающий, Реки. Не только в катании, вспомни только мою доску! У всех бывают трудные периоды, но ты же знаешь, что я всегда рядом? Я помогу тебе с этим справится. Давай сходим в наш скейт-парк? Уверен, такой гениальный скейтбордист как ты быстро все вспомнит. Не понравится — уйдем, это исключительно твой выбор, я не буду тебя заставлять, но знаешь… Скейт — это часть тебя. Мне кажется никому, и даже тебе самому, нельзя ее у тебя забирать. Я вижу как тебе это нравится. Я верю, что это вернётся. Просто доверься мне. — Ланга вытащил скейтборд из-за спины. — Ты с самого начала это планировал? — «И как я раньше его не заметил?…» — Кто знает. — ухмыльнулся парень. — Ну что, ты согласен. — Черт с тобой, подожди, сейчас свой принесу. — Я в тебе не сомневался! Скейт-парк как обычно пустовал. Закатное солнце, будто уходившее под воду моря, отливало золотыми волнами. — Это точно хорошая идея?.. — Так! Реки! — Молчу-молчу… — Для начала… попробуй встать на нее. Кян положил доску и с недоверием. — Может хоть за руки подержишь? — Нет, пробуй сам. Реки поставил одну ногу на доску, вторую, и… шум от его падения раздался эхом на весь спот*. Хасегава подскочил и побежал к другу. — О Боже, ты в порядке? — А-ага.. — парень почесал затылок. — Это.. немного сложнее, чем я думал. «Ладно, он по крайней мере не хочет уйти отсюда.» — Ладно, теперь буду держать. Сохраняй спокойствие, подумай о чем-то хорошем… Под успокаивания Ланги парень медленно встал на доску, крепко цепляясь за руки друга. — …Помнишь как я впервые встал на доску? Реки усмехнулся. Кажется, работает. — Смотри на меня. Помнишь, как часто я падал? Ха-ха-ха, а помнишь-помнишь… помнишь как я чуть под машину не угодил? — заговаривая рыжего, канадец постепенно ослаблял хватку и отпускал руки. — Помнишь, как я чуть в обморок не упал, когда впервые поцарапался? Помнишь мои глаза, когда ты прыгнул через меня, тогда, около DopeSketch, когда мы впервые встретились? — Помню… ха-ха.. да.. — А теперь опусти глаза. Реки в недоумении опустил глаза и… Он стоял на доске сам? Ноги не дрожали, а Ланга стоял рядом, с руками убранными в карманы. — Тебе нужно было просто расслабиться. — довольный Хасегава сделал пару шагов назад. — Так вот какого быть учителем! Мне нравится! Кян, будто бы никого не слыша сделал толчок, ещё один, и ещё… он едет! Так просто, не падая! — Воу-воу-воу! Подожди, Реки! — Я, кажется… кажется начинаю вспоминать! — Вот они. Вновь горящие глаза Кяна. Кажется, по ним соскучился не только Ланга, но и сам рыжий. Он делал поворот на поворотом, так уверенно, будто и не сходил с доски. Реки разогнался и ударил о тейл и… все-таки упал. — Черт! — Хасегава подбежал к другу и помог ему подняться. — Ты в порядке? Чего творишь, рано тебе ещё олли… — Ага-ага, подожди, я ещё раз попробую!… Реки, как ни в чем не бывало раз за разом вставал и падал, пытался снова и снова… «Вот он. Мой Реки.» — Ланга, довольный тем, что вернул другу частичку его самого, сел на скамейку и радостно наблюдал за тем, как профессионал возвращается в свое дело. Весь покоцанный, но счастливый Кян завалился домой. — Короче, у меня идея. — Реки покопался в комоде и достал скейт ключ. — Удиви меня. — Ланга, вымотанный, как ему казалось, не меньше Кяна упал на кровать. — Мы снимем траки на скейтбордах… — он начал показательно откручивать подвески со своей доски. — И положим их в рюкзак. Потом нужно будет запихнуть деки под объемные толстовки и надеть капюшоны, чтобы торцов не было видно… так нас не должны спалить. — Я уже говорил тебе, что ты потрясающий? Реки покраснел. «Что-то он зачастил с этим…» — А-а-а… зайди ко мне перед отъездом, я все сделаю… — Хорошо! — Ланга, будто бы чем-то приободренный, встал с кровати. — Спасибо тебе ещё раз! — Тебе спасибо… не думал, что всего одна катка принесет мне столько удовольствия. — Ха-ха! Так и знал! Не за что) Думаю, я уже пойду…. А то на улице стемнело… — Как, так быстро? — Кян выглянул в окно. И правда, небо уже было темным. Он не заметил, как быстро пролетело время за катанием. — Да, конечно, иди… пока! — Ага, до встречи! — Кажется, это здесь. — Джо ещё раз светился с адресом на записке. — Как тривиально. Он выбрал место, в котором мы впервые встретились. — Черри закатил глаза. — Надеюсь здесь мы с вами навсегда и попрощаемся. — прервал их голос из темноты. — Адам… — в унисон сказали мужчины. — Угадали! — Айноске наигранно похлопал в ладоши. — Зачем ты позвал нас? — Джо был напряжен. Кого-кого, но Адама поздними вечерами ему видеть не хотелось. — Встреча чисто условная. Хотел попросить вас больше не приставать к моим слугам. Вероятность того, что вы и правда догадаетесь, что это был Тадаши… была крайне мала, но и ее я предусмотрел. — голос Адама, холодный и мрачный, разносился эхом по месту встречи — небольшому, адаптированному самими райдерами, скейт-парку. — Видимо, я недооценил ваши умственные способности. — Почему нельзя было просто написать или передать через того же слугу? — отвечал ему тем же холодным голосом Каору. — Немного не в моем стиле. — ухмыльнулся злобным оскалом Синдо. Быстро и с громким цоканьем от его ботинок, Адам приблизился с «старым друзьям» и приобнял их за плечи. — И поверьте мне… — прошептал он. — Если ещё раз попробуете — я устрою вам взбучку посильнее, чем Божественному Скейтеру. — Он резко отпрянул и с показательным отвращением отряхнул руки, которыми пару секунд назад обнимал Черри и Джо. — Что же… рад был встрече. — Айноске начал было уходить, но вдруг его остановил Сакурояшики. — Что ещ— — не успел Адам договорить, как вдруг удар прилетел ему в лицо. — Эй, погоди, а это не слишком? — подбежал Джо. — Думаешь? — отдышавшись, сказал Каору. — Честно?… — Нанджо помялся. — Думаю, ему мало. — ещё один удар, но теперь от Кодзиро, повалил Айноске. — Давно хотел это сделать. — выдохнул Джо. — Я тоже. — положил ему руку на плечо Черри. — Вы… идиоты… — кряхтел с асфальта Адам. — Ваше… счастье, что я сегодня в хорошем настроении… Вам никогда не понять меня… не понять мою боль… — Ой, да заткнись ты. — Черри с силой пнул Айноске в грудь, что заставило его наконец замолчать. — Пойдём отсюда. Они отошли на пару десятков метров и, сняв с себя серьезные мины начали хихикать. — Думаешь нам влетит? — продолжал смеяться Джо. — Думаю да… но сейчас, честно говоря все равно… — Он, вроде, говорил что-то про хорошее настроение, нет? — Я не разобрал… — снова ухмыльнулся Черри. — Думаешь, ему этого достаточно? — Точно нет. Это нужно повторить тысячи и тысячи раз, чтобы он расплатился за всех, кому причинил вред. Но думаю если бы мы зашли дальше… — …Нам бы не просто влетело… — продолжил за ним Кодзиро. — Но, по крайней мере на душе стало немного легче… — Это да… — довольно выдохнул Каору. Наконец-то. Заветный день. Хасегава забегает к Реки. — Почему так долго?! — Извини-извини, я проспал! — Проспал он, а мне тут на скорость доски разбирать! Ну слушай, если я не успею… — Кян выхватил скейтборд у Ланги и начал откручивать подвески. — Успеешь, я верю в тебя, давай! — Не отвлекай!… — рыжий снова смутился. — И… готово! — Реки протянул парню траки. — Давай, суй в рюкзак, я помогу тебе деку под толстовку запихать. Довольные парни, еле-еле скрывающие свои улыбки подбежали к автобусу, который должен был довести их до порта. У учителя не возникло вопросов, пол дела сделано! Ланга и Реки сели на последние ряды. — Знаешь… — поежился Хасегава. — Сидеть как-то не очень удобно… — Терпи! Ты же хочешь покататься ночью? Ланга расстроенно выдохнул, но делать нечего. Он расслабил лицо и старался просто смотреть в окно. Посадка на борт тоже прошла успешно, только матросы иногда с подозрением косились на парней. И вот, наконец-то! Симодзи! Одноклассники с восхищением оглядывались по сторонам, по дороге в отель, в то время как Реки и Ланга с восхищением смотрели на ровный асфальт, по которому сегодня будут кататься. Заселение тоже прошло гладко. Их план по протаскиванию скейтбордов в поездку был успешно выполнен! Они могли с облегчением выдохнуть. Кян лег на мягкую кровать и расплылся в довольной улыбке. — Ну наконец-то… — Хасегава последовал примеру друга и тоже плюхнулся на кровать. — Я спину не чувствую… — Я тоже… — пожаловался Реки. — Мы через на пляж пойдём, ты идешь? — А.. да, конечно… ты же взял костюм? — Да-да, взял… — Парень порылся в рюкзаке. — Вот. — он кинул его на кровать другу. — Ага… спасибо… Шум за дверьми номера разбудили почти заснувших Лангу и Реки. Кян зажмурился и прислушался к разговорам в коридоре. Помимо обыденных диалогов из разряда «А мне идет это купальник?»; «Слушай, мне кажется я пополнела», он вдруг расслышал строгий голос классной руководительницы, нервно пересчитывающей класс раз за разом в попытках вычислить недостающих ребят, кем, как Реки быстро понял, были они с Лангой. Рыжий судорожно подскочил и окрикнул Хасегаву. — Чувак-чувак, поднимайся! — кричал он, пока канадец нехотя размыкал глаза. — Мы, кажись, задремали, они уже уходят! — после этих слов и сам Ланга подпрыгнул с кровати и, достав из рюкзака плавки, шмыгнул в ванную комнату. Кяну ничего не оставалось кроме как переодеться в комнате. С низом проблем не возникло, но с торсом… «Это ещё сложнее, чем водолазки, Боже, Ланга, да как ты это…» — Реки даже не успел закончить мысль, как вдруг случилось то, чего он боялся — щелчок двери. Ланга вышел быстрее, чем он успел закончить. — О-о Боже, извини, я ничего не видел!.. — Хасегава начал отворачиваться, но вдруг остановился. — Что… что у тебя на спине?.. — парень подошел ближе к зажимающемуся рыжему. Жар вдруг пробил все тело. «Ты не должен был этого видеть, не должен…» Кян прижался к стене, стараясь прикрыть шрамы, спину… Ланга неумолимо приближался все ближе. — Пожалуйста… — канадец поднял обеспокоенный взгляд на Реки. — Позволь мне посмотреть. — шум за дверью стих. Кажется, все уже ушли. — Не стоит. — Кян скатился по стене вниз и уткнулся носом в колени. — Это отвратительно. — Это неправда. — в голосе Хасегавы слышалась забота. Настоящая забота, не такая, какую он слышал в голосах остальных одноклассников. — Я не думаю, что это отвратительно. — Ты даже не видел. Не говори глупостей. — в отличие от канадца, голос Кяна был сдавленным комом в горле. — Почему от шрамов ты должен стать отвратительным в моих глазах? Ты никогда не станешь таким для меня. Реки поднял недоверчивый взгляд в глаза Ланги. «Почему ему мне хочется открыться?…» — рыжий снова посмотрел вниз и приподнялся на коленях. — Так хочешь увидеть? Ладно. — Кян развернулся с другу спиной. Сердце сжалось. Так страшно. Хасегава прикрыл рот рукой, чтобы сдержать нескромный вздох от шока. Он осторожно дотронулся кончиками пальцев до розоватого шрама. — Это..? — Да. — Ты не отвратителен. Нет. — Ланга слегка улыбнулся. — Ты врешь. — Нет. — Хасегава повернул парня к себе. — Посмотри на меня. Разве на моем лице есть отвращение? И правда. На его лице была лишь улыбка и все те же глаза, полные заботы. Реки осторожно качнул головой. — Вот видишь. Ты потрясающий. Для меня — всегда. — парень сильнее сжал плечо Кяна. — Я люблю каждый твой шрам, но до боли ненавижу того, кто его тебе оставил. — он выдержал небольшую паузу и поджал губы. — Извини, мне не стоило этого говорить… — канадец поднялся и нахмурился. Странно, но слова Ланги не показались рыжему отвратительными, скорее… по-настоящему приятными?.. — Все.. в порядке.. — Реки сам потихоньку поднялся с пола. — Я пойду на пляж… догоняй. — Хасегава вышмыгнул из комнаты. «Какой же я идиот.» — повторял про себя канадец, стыдливо закрывая лицо руками. Ты опять спас меня… Так странно. Никогда никто не заботился обо мне так, как это делал ты… Должно быть, мне безумно повезло с тобой. С каждым днем мне становится лучше, и это твоя заслуга. Твои чувства… Раньше пугали меня, казались мне какими-то неправильными. Но сейчас… Сейчас что-то внутри меня требует твоего присутствия. Ты нужен мне рядом. Мои чувства… Они пугают меня, кажутся мне неправильными. Твое отношение ко мне — терапия. Никакие лекарства, операции, лечения не помогли бы стать мне таким счастливым как сейчас. Ты ведешь меня по правильному пути. Надо же. Неужели ты и правда нравишься мне, Ланга Хасегава? Даже если так. Я уже упустил свой шанс. Я был идиотом. Мы с тобой поменялись ролями. Размышления Реки прервал щелчок двери. — Решил не идти? — Ланга, весь мокрый, зашел в комнату. — Вы уже закончили? — Ага… без тебя было скучно. Ну, ладно. Я предлагаю ночью забежать на пляж. Что думаешь? — Пляж? Как мило. — усмехнулся рыжий. — Давай! — Отлично! Я тогда в душ… Соберешь скейтборды? Рыжий кивнул. «Я точно идиот.» — грустно ухмыльнулся Кян. Ланга тихонько толкнул дверь на выходе из отеля и вышмыгнул наружу. Никого. Лишь прохладный ветерок от моря и тихий шум волн. Хасегава одобряющим жестом позвал Реки за собой. Парни ещё раз переглянулись и… Запрыгнули на скейтборды и поселились к морю как можно быстрее. Шум колес, свежий и прохладный воздух бил им в лица. Дышать было легко и приятно. Кян развернулся на пролетающего рядом на скейте Хасегаву и засмеялся, на что тот ответил ему тем же задорным смехом. Давно они не были так счастливы вместе. Каждая секунда ценилась обоими на вес золота. Вот, за деревьями начал виднеться пляж. Рыжий на скорости подхватил скейтборд, прошмыгнул под забором и побежал к морю, Ланга за ним. Они бросили доски и у берега и сиганули в море прямо в одежде. — Боже, какая она холодная! — Кян уже не стеснялся говорить громко, почти кричать. — А ты чего хотел? — засмеялся канадец и плеснул на друга водой. — Эй! — рыжий уверенно поплыл за другом в попытках отомстить, что у него получилось. Он схватил парня за плечи опуская глубже под воду. Оба мокрые до нитки они смеялись и смотрели на звезды, казавшиеся им такими близкими. — Знаешь.. — отдышался Кян. — Когда я лежал в больнице я чувствовал такую пустоту.. думал, если вернусь в скейтбординг — она заполниться, но оказалось… что кое-чего мне не хватало больше, чем доски. — Реки вдруг сделался серьезным. — Тебя, Ланга. Я долго думал, в чем дело… — рыжий улыбнулся. — Кажется, ты мне нравишься. «Чего?…» — Хасегава приоткрыл рот от шока. — «Это же шутка? Быть такого не может. Он же… он же говорил, что такое ему противно…» — вдруг глаза парня углядели фонарик охранника вдалеке. — Шухер! — Ланга притянул рыжего к себе и они опустились под воду. Звездный свет преломлялся через воду и отсвечивал в широко открытые от удивления глаза Кяна. Сердца обоих безумно быстро колотились, будто вот-вот от биений по воде пойдут круги. Странное чувство, которое Реки никогда не испытывал стало ему наконец-то понятным. Это была любовь. Самая обычная любовь. Рыжий осторожно дотронулся большим пальцем до нижней губы Ланги, от чего у второго побежали мурашки, аж до самых коленей. Он медленно приблизился своими губами с устам Хасегавы и остановился, будто бы ожидая разрешения, коим было ответное движение канадца к губам рыжего. Ланга, в начале осторожно, а потом грубее, начал целовать Реки. Парень углубил поцелуй, теплый, отогревающий их синие он холодной воды губы. Кислорода обоим уже почти не хватало, и они всплыли наружу. Лицо Кяна сливалось с его цветом волос. Он тяжело дышал, продолжая держать Лангу за шею. — Я… я не понимаю… — рыжий бегал глазами во взгляде Хасегавы, пытаясь найти в них ответ. — Можешь считать это за взаимный ответ. — улыбнулся Ланга и снова осторожно приблизился к губам Кяна, как вдруг их прервали. — Эй! Вы что там делаете?! На пляже нельзя находится ночью! — кажется, их все же заметили. — Быстрее-быстрее! — они нехотя оторвались друг от друга и поплыли на берег, к доскам. Забрав их, они побежали к забору, прошмыгнули под ним и поехали как можно быстрее, как можно дальше. — Видишь его? — Не-а… Парни переглянулись и засмеялись. — Боже, что это было… — Ланга убрал мокрые волосы с лица. — Не знаю, но мне придется менять нам наждак… весь к черту вымок… — Эй, Реки… — Хасегава развернул парня к себе. — Я люблю тебя. Кян пару секунд изумленно посмотрел на него, но тут же расплылся в неловкой и смущенной улыбке. — Я тоже.