This is bullshit

Уху, час ночи! Какаши проснулся рано. Он хватал ртом воздух и был весь в поту. Ка… ка… ши… — Прекрати, — пробормотал он, закрывая уши трясущимися руками. Как ты мог убить ее? — Я не… Ты ужасный, отвратительный ребенок! — Это был несчастный случай, — Какаши прошел в ванную и запер дверь. Я слышал, что все его товарищи по команде мертвы. Он как болезнь. — Мне жаль, — прошептал он. Какаши не мог ясно думать. Мысли путались у него в голове, и он был больше сосредоточен на дыхании, чем на чем-либо другом. Какаши включил воду и вымыл руки. Раз, два, три раза. Все еще там. Четыре, пять, шесть раз. Кровь, стекавшая по его пальцам, была теплой, но заставляла его чувствовать холод. Семь, восемь, девять раз. Он чувствовал, как ее пульс замедлялся, а дыхание сбивалось при каждом движении его руки. Хатаке мыл руки снова, и снова, и снова. Скреб под ногтями, в складках, спускаясь вниз по ладони. Снова и снова. «Смойся… почему они все еще такие… красные?» — Какаши? — это был Айзава. Он стучал в дверь. Он говорил что-то еще, но Какаши не мог его расслышать. Шум воды стал громче, и от стука у него зазвенело в ушах. Он смутно чувствовал, как ногти впиваются в кожу. Ка… ка… ши… — Отвали. Ка… ка… ши… — Оставь меня, черт возьми, в покое! — он обернулся, там кто-то был. Кто мог быть в его доме? — Какаши! — кто-то тряс его. — Ты знаешь, где ты сейчас? — Где я? — медленно повторил он. — Ванная… твой дом… с Хизаши… — Хорошо. Что мы сегодня делали? — он был точь-в-точь как Минато. Это было ему слишком знакомо. Какаши сглотнул подступившую к горлу желчь. — Мы пошли в торговый центр… Там был злодей. Я остановил ее, — звон прекратился, и чувства начали возвращаться к телу Какаши. Он замедлил дыхание и стряхнул руки Айзавы. — Ты в порядке? — спросил Айзава, хотя очевидным ответом было «нет». — Да. Плохой сон, вот и все, — Какаши вытер руки и протиснулся мимо Айзавы, чтобы вернуться в свою комнату. — Вот и все, что было, — повторил он. На следующее утро Какаши вел себя так, как будто ничего не случилось; Айзава сделал то же самое. — Первый день в школе! — Хизаши просиял. — Надо быть готовым! — Айзава достал готовые вафли из духовки и поставил их на стол. — Заши, не мог бы ты принести взбитые сливки? — Конечно! Какаши отказывался позволять себе что-либо чувствовать по поводу этой беседы. Прошлой ночью он был уязвимым и ненавидел это. Ненавидел то, что теперь он был ребенком, который нуждался в утешении. Он уже проходил через это в одиночку раньше, почему он не мог сделать это снова? Его мозг не мог определиться между эмоциями ребенка и взрослого, так что теперь они странным образом сливались воедино. Он мог бы просто запереть их, но ему все равно снились кошмары, с которыми удавалось справляться только потому, что он жил один. Он собрал свою сумку и вышел из дома вместе с Хизаши и Айзавой. Какаши ничего не сказал за всю поездку и предпочел просто читать свой роман. Айзава и Хизаши вели светскую беседу на заднем плане. Какаши предпочитал думать, что он тренировался столько, сколько мог, и если ему суждено было умереть, то так и должно было случиться, но это все равно не помогло избавиться от чувства страха, скапливающегося в животе и практически овладевающего его телом. Он знал, что что-то пойдет не так, он просто не знал, что именно. И это его злило. Когда они подъехали к школе, Какаши понял, что он прибыл не первым. В комнате было еще три человека. У первого были зачесанные назад черные волосы, а из его задницы словно торчала какая-то палка, у второго волосы были разделены посередине пополам, наполовину белые, наполовину розовато-красные. У него также был шрам на глазу. Последней была девушка с черным конским хвостом и светлой кожей. Какаши впитывал информацию за долю секунды, сразу же связывая ее с их семьей, домашней жизнью и возможными способностями. Он смутно осознавал, что черноволосый мальчик что-то ему говорит, но годы, проведенные с Гаем, позволили ему не обращать внимания на шум. Со своего места сзади он мог видеть всех и каждого. Он быстро осмотрел обстановку класса, запоминая все. Самые быстрые пути отхода и самый простой способ проникнуть внутрь. Различное оружие, которое можно было использовать, и сценарии. От этой своей привычки он, скорее всего, никогда не откажется, и, по его мнению, это было хорошо. Студенты начали занимать свои места, и Какаши решил, что лучший способ справиться со всем этим — как можно спокойнее. Он не собирался утруждать себя разговорами с людьми, он не хотел сближаться с ними. Какаши не обращал внимания на остальную часть класса, пока не вошел Айзава. — Вам здесь не место, если вы пришли поиграть в друзей, — сказал он. Айзава лежал на полу в своем желтом спальном мешке. «Ну конечно», — подумал Какаши, сдерживая улыбку. Все повернулись, чтобы посмотреть на Айзаву. — Это курс для героев, — он встал. — Так, прошло 8 секунд, прежде чем вы замолчали. Время ограничено. Вы, дети, недостаточно рациональны. Я ваш классный руководитель, Айзава Шота. Приятно познакомиться, — он был невозмутим. — Это немного неожиданно, но наденьте это и выйдите на поле, — Айзава достал спортивную форму. Какаши переоделся в ванной. Он не хотел тратить время на объяснения своих шрамов и татуировок случайным людям, которых он не знал. Он должен был помнить, что эти люди не были ниндзя, они рассматривали шрамы как свидетельство трудностей, которыми они обычно и были, но Какаши предпочитал рассматривать их как знак того, что он все еще жив.

На тренировочном поле

— Тест на оценку причуд?! — хором воскликнул класс. — А как же церемония вступления? Студенческая ориентация? — спросила девушка с короткими каштановыми волосами и постоянно раскрасневшимися щеками. Какаши прищелкнул языком: «Они хуже, чем я думал». — Если вы собираетесь стать героем, у вас нет времени на такие мероприятия. Преимущество Юэй в почти полном отсутствии школьных традиций. Именно так учителя проводят свои занятия. Вы же занимались так со средней школы, верно, дети? Айзава продолжал говорить, но Какаши слушал вполуха. Он снова сосредоточился, когда было упомянуто его имя. — Хатаке, ты был первым на практическом экзамене, верно? — Да, — «ты был тем, кто назвал мне мой результат». — В младших классах средней школы… — Айзава оборвал себя, вероятно, вспомнив, что Какаши не ходил в школу. — Неважно, просто подойди к кругу и брось мяч, используя свою причуду. Какаши медленно кивнул, размышляя о том, как применить свою причуду к мячу. Он вздохнул и встал в круг. Какаши вытащил свиток, прикусил большой палец и несколько раз сложил руки в разных жестах. — Кучиёсе но Дзюцу, — пробормотал он, и появилась маленькая серая собачка. Она больше походила на волка, чем на собаку. — Босс? Где мы? — Это долгая история, я расскажу тебе все позже, но сейчас мне нужно, чтобы ты взял этот мяч и пробежал с ним так далеко и быстро, как только сможешь. — Какое-нибудь конкретное расстояние? — Считай это тестом, — Какаши ухмыльнулся. Пес быстро кивнул и взял мяч. — О, и Шиба, как только закончишь, положи его на пол, — пес снова кивнул, а затем убежал. Айзава прищурился, и все они стали ждать. Примерно через 5 минут аппарат отключился. — Шесть километров. — Что?! — вскрикнули все остальные. — Вау. Он немного перестарался, — пробормотал Какаши. — Откуда взялась эта собака? — спросил Айзава. Чтобы избежать необходимости объяснять тонкости техники призыва, Какаши просто сказал: «Карманное измерение», — и вернулся к одноклассникам. — Ого! — все говорили одновременно. — Что это? Звучит забавно! — воскликнула девочка с розовыми волосами, розовой кожей и рожками. — Мы можем использовать наши причуды так, как только захотим! Как и ожидалось от курса героев! — невзрачный мальчик со странными локтями улыбнулся. «Это раздражает», — Какаши закатил свой видимый глаз. — Это забавно? — в классе воцарилась тишина. — У вас есть три года, чтобы стать героями. Вы собираетесь вести себя так все это время? Ладно. Тот, кто займет последнее место по всем 8 тестам, будет признан не имеющим потенциала и исключен. «Что ж, теперь ставки немного повышаются, не так ли», — Какаши весело улыбнулся. — А?! — весь класс завопил. — Мы вольны делать с учениками все, что захотим, пока это касается учебы. Добро пожаловать на курс героев Юэй! — Айзава жутко ухмыльнулся. — За последнее место исключат? Но это первый день! Нет, даже если это был не первый день в школе, это слишком несправедливо! Какаши на самом деле пришлось сдерживать смех. «Несправедливо? — подумал он. — Глупые маленькие дети». — Стихийные бедствия, крупные аварии и эгоистичные злодеи. Происшествия, время и место которых невозможно предсказать. Япония охвачена несправедливостью. Герои — это те, кто берет под контроль эти ситуации. Если вы хотели пойти поговорить со своими друзьями в «Микки Ди» после школы, очень жаль. В течение следующих трех лет Юэй будет делать все возможное, чтобы заставлять вас проходить одни трудности за другими. Услышав это, Какаши ухмыльнулся: «Ну, думаю, время здесь не будет потрачено совсем уж зря». Айзава продолжал говорить, но Какаши не слушал. Он был слишком занят, разглядывая выражения лиц своих «одноклассников». Они были похожи на детей, которых бросили на съедение волкам. «Это должно быть интересно». Остальные тесты были даже слишком легкими, по крайней мере, для Какаши. Совсем не стараясь, он занял первое место почти в каждом из них, за исключением силы хвата, в котором он занял второе место. Он, вероятно, не выиграл бы тут, даже если бы попытался. Для забега он просто воспользовался Шуншин но Дзюцу и добрался к финишу за 54 милисекунды. Во время этого теста маленький мальчик с зелеными волосами, казалось, переживал экзистенциальный кризис. Следующим испытанием была сила хвата, в котором он проиграл кому-то с шестью руками. Он напомнил Какаши Кидомару из Четверки Звука. Какаши сморщил нос от отвращения. Он не так уж плохо справился с этим тестом, но у него определенно не было силы захвата более 540 килограмм. Направив в руку чакру, Какаши приблизился к 200 кг. Какаши также заметил, что кто-то наблюдал за ними. Они не сильно старались остаться незамеченными. Какаши знал только одного человека (во всяком случае, в этом мире), который пытался бы спрятаться, надев ярко-желтый костюм. Двое в другом его мире. Для прыжка в длину Какаши снова прибегнул к Шуншин но Дзюцу. Во время быстрых повторяющихся шагов из стороны в сторону он просто копировал скорость Гая. Не так уж сложно, учитывая, что до войны они все время «сражались», и он использовал это упражнение, когда тренировал Саске. Приседания: Какаши на самом деле ничего не нужно было делать, его пятнадцатилетнее тело не было не в форме, оно было просто… маленьким. Он сделал около восьмидесяти приседаний, прежде чем время вышло. Какаши был не самым гибким человеком, но он был неплох. Поэтому наклоны к пальцам ног у него все равно получились лучше, чем у детей. Дальше был бег на длинные дистанции. «Это соревнование?» — недоумевал Какаши. Он привык к тому, что ниндзя просто… уже хорош в этом. В конце концов, примерно 85% времени, которое он провел, будучи ниндзя, прошли в постоянном движении. Если вы не можете бегать на длинные дистанции, вы не ниндзя. Естественно, Какаши на самом деле не бегал, он просто пользовался Шуншином и так перемещался по дорожке. — Хорошо, теперь я сообщу вам результаты. Общее количество — это просто сумма оценкок, которые вы получили по каждому тесту, — сказал Айдзава после окончания подсчетов. 1-й: Какаши Хатаке 2-я: Момо Яойорозу 3-й: Шото Тодороки 4-й: Кацуки Бакуго И так далее, и тому подобное. Какаши испытывал странное чувство гордости. Гордость, которую он испытывал только тогда, когда получал повышение, которого не было уже с тех пор, как было объявлено, что он станет следующим Хокаге, или всякий раз, когда его ученики в чем-то преуспевали. Какаши нахмурился и отогнал это чувство прочь. «Я начинаю расслабляться», — подумал он. — Кстати, я солгал насчет исключения, — сказал Айзава, выключая экран со списком. — Это был рациональный обман, чтобы увидеть все возможности ваших причуд. — Что?! — Конечно, это была ложь. Это стало бы очевидно, если бы вы просто задумались об этом, — Яойорозу посмотрела на других учеников, как на идиотов. Какаши, с другой стороны, не поверил, что это была полная ложь. «Он сказал, что у последнего нет никакого потенциала, но если он обнаружит, что у человека, занявшего последнее место, все-таки есть потенциал, что тогда?» Он проделал нечто подобное со своим тестом с колокольчиками. Айзава и Какаши на самом деле были очень похожи. — На этом мы закончили. В кабинете вы найдете раздаточные материалы с учебной программой и тому подобным, так что, когда вернетесь, просмотрите их. Мидория, в кабинет медсестры. Завтрашний день будет насыщен еще более строгими тестами. Приготовьтесь. Хатаке. Увидимся в моем кабинете после уроков. Прошло несколько обычных занятий, и остальные ученики познакомились друг с другом. Какаши был менее увлечен социальным аспектом школы, проучившись в ней всего год и за это время сведя дружеское общение к минимуму. Как только прозвенел школьный звонок, Какаши направился в кабинет учителя. Он постучал в дверь. — Хм? — дверь открыла женщина, в которой Какаши узнал Полночь. — О, ты Хатаке Какаши, верно? — пугало, о котором шла речь, кивнуло. — О, прекрасно, Айзава предупреждал, что ты придешь. Иди в кабинет директора, он хочет поговорить с тобой. — Конечно, — Какаши снова кивнул и отправился на поиски своей цели. Как только он нашел кабинет директора, ему сказали войти еще до того, как он постучал в дверь, что его немного расстроило, учитывая, что он всю свою жизнь тренировался скрывать свои шаги. — Привет, Хатаке, — за столом сидела крошечная мышь/собака/грызун/медведь. Айзава и Хизаши тоже были там, вместе с высоким мужчиной в длинном пальто. «Его призвали техникой Кучиёсе но Дзюцу?» — Какаши задумался. — Йоу. — Пожалуйста, присаживайся, — Какаши сел рядом с Айзавой. — Я полагаю, тебе интересно, почему ты здесь? «На самом деле нет, он, вероятно, просто собирается спросить, почему у меня нет никаких подтверждений», — Какаши мысленно усмехнулся. — Нет. — Нет? Тогда ты знаешь, почему ты здесь? — Да, — Какаши подавил желание вытащить свою книгу. Вместо этого его рука просто дернулась. — Отлично, мы можем перейти прямо к делу. Кто ты, Хатаке? — Меня зовут Хатаке Какаши. Мне 15 лет, — Какаши собирался сказать Джоунин, но остановил себя. — В настоящее время я живу с Айзавой Шотой, или Сотриголовой, и Хизаши Ямадой, Сущим Миком. До этого я жил на улице. У меня не было постоянного места жительства, поэтому я довольно часто переезжал, — Какаши не дал им никакой информации, которой они еще не знали, но он предположил, что либо у мыши, либо у человека в костюме была причуда детектора лжи. Он склонялся к тому, что это был высокий мужчина, потому что Какаши никогда его раньше не видел, другой причины так думать у него не было. Краем глаза он заметил, как нахмурился Айзава. Высокий мужчина в пальто медленно моргнул. Какаши принял эту деталь во внимание. — Понятно. — Родители? — Хатаке Сакумо и неизвестная женщина, — высокий мужчина снова моргнул. — Могу я задать вопрос? Мышь засомневалась: — Да, конечно. — Вы служите в полиции? — он повернулся к мужчине. Его глаза слегка расширились от удивления, прежде чем снова перестали показывать эмоции. — Верно. Как ты узнал? «Значит, я был прав», — Какаши просто пожал плечами и повернулся обратно к директору. — Хорошо, если не возражаешь, расскажи, что случилось с твоими родителями. — Моя мать умерла при родах, а отец покончил с собой, — Какаши оставался невозмутимым. Он размял пальцы, затем сжал ладони в кулаки. Он отчаянно пытался не достать книгу. «О, чего бы я только не сделал, чтобы подержать в руках свою прекрасную книгу». — Соболезную твоей утрате. — Спасибо, — сухо сказал Какаши. — Ты знаешь, чем занимался твой отец перед смертью?» «Черт». — Мне было шесть, большинство шестилетних детей не помнят таких вещей, — Какаши попытался уклониться от вопроса. — Ты помнишь? Какаши вздохнул: — Какое отношение имеет работа моего отца ко мне? Если вы спрашиваете, был ли он злодеем, ответ отрицательный. Гангстером он тоже не был. И, насколько мне известно, он не был связан ни с какими бандами. — Понимаю. Приношу извинения за излишнее любопытство. Какаши пришлось подавить желание рассмеяться и послать его подальше. «Я вполне взрослый человек, способный к мирной беседе. Когда-то я управлял деревней и имел дело со старейшинами. Все нормально», — напомнил он себе. — А твоя причуда? — Что с ней? — В чем именно она заключается? «Ненавижу повторяться». — Это называется «Воспоминание». Я помню кое-что о своем прошлом. Например, техники, способности и тому подобное, — объяснил Какаши. На лице высокого мужчины промелькнул шок. Директор посмотрел на него и спросил: — Не хочешь что-нибудь добавить? — Я… не знаю. Я не могу сказать, было ли это ложью или нет, — он пробормотал. Какаши ухмыльнулся. «Конечно, ты не можешь. Способность к воспоминаниям — это то, что я назвал бы своей причудой, если бы у меня была причуда. И я действительно помню кое-что о своем прошлом, я никогда конкретно не говорил о жизнях. Я просто сказал о прошлом». Какаши мысленно улыбнулся своей маленькой победе. — Что вы хотите, чтобы я еще рассказал? Я только что описал свою силу. — У тебя бывают воспоминания? — спросил Мышонок. — Да. — Какие? — О, всякие, — Какаши ухмыльнулся. — По типу? — Мышонок приподнял свои крошечные бровки. — Техники и силы. — Что-нибудь еще? — Может быть. — Какаши… — предупредил Айзава. — Это мои воспоминания, — Какаши пожал плечами, затем ухмыльнулся. — Спросите Номуру, если хотите знать. — Номура Ринджи? Терапевт? Разве она не в отпуске? — Интересно, почему… — пробормотал Какаши. Айзава посмотрел на Какаши. — Что ты сделал? — Я ничего не делал! Она прикоснулась ко мне первой! — Какаши ухмыльнулся. «Это прозвучало действительно плохо, ну что ж… пусть погадают». — Прикоснулась к тебе?! А… Ее причуда, — Айзава покачал головой. — Конечно, что еще я мог иметь в виду? — Я знаю, что ты знаешь, как это прозвучало. — На что ты намекаешь? — Я ни на что не намекаю. Ты читаешь эротику на публике! Не может быть, чтобы ты не знал, что только что произнес, — Айзава вздохнул. — У тебя нет доказательств, что я читаю подобные вещи. Где я вообще мог достать что-то подобное? Если вы не заметили, я ребенок. Айзава помассировал виски. — Знаешь что? Неважно. Мышонок улыбнулся этой перепалке, затем вернулся к своим расспросам. Он задал несколько вопросов, о жизни Какаши до того, как он оказался на улицах и во время. Каждый раз Какаши давал расплывчатый ответ, который говорил им ровно столько, чтобы считаться достаточным ответом. — Я не думаю, что сегодня мы добьемся чего-то еще. Я пришел к выводу, что ты не представляешь угрозы для школы, но за тобой будут наблюдать более тщательно, чем за другими учениками. Я тебя предупредил, — сказал директор. Какаши собирался ответить «Да, сэр», но промолчал. — Вы можете быть свободны. — Спасибо, директор Незу.