This is bullshit

Какаши в конце концов вспомнил, что нужно призвать своих нинкенов, и все они закричали на него. Справедливо. Как только он, наконец, смог объяснить им ситуацию, они успокоились и немного полежали с ним. Именно тогда он понял, как сильно скучал по ним и всем их маленьким причудам… какая игра слов. Однако он знал, что Айзава не был большим поклонником собак, и решил, что всякий раз, когда он будет вызывать собак, он будет делать это на улице, чтобы Айзава снова не прочитал ему лекцию о кошках. Какаши, как всегда, встал рано и решил приготовить завтрак. Он воспользовался своим шаринганом, потому что без него не было бы ни завтрака, ни кухни. Какаши никогда не был поклонником традиционных завтраков, они были скучными и не оставляли простора воображению. Именно поэтому, когда он исследовал другие страны, он часто обращал внимание на их кухню. Вместо рыбы, риса и мисо на завтрак Какаши приготовил яйца, вафли и сосиски. Пока он готовил, один из его клонов мыл посуду и накрывал на стол, другой выполнял за него другие обязанности, связанные с приготовлением пищи, а третий заканчивал домашнюю работу. Пока Какаши старательно (опять игра слов) завершал свои кулинарные изыски, Хизаши спустился вниз. Какаши и его клоны одновременно прекратили свои занятия и посмотрели на него. Какаши никогда не видел, чтобы человек пытался сказать так много, но говорил так мало. Какаши объяснил ему про клонов после того, как Хизаши успокоился, и тот рассмеялся. Айзава спустился вниз, когда Хатаке доедал вафли. Он выглядел приятно удивленным, а Какаши притворился, что не замечает счастья, вспыхнувшего в его груди. Он не был доволен тем, что, когда Айзава поблагодарил его, Какаши заметил, что часть усталости в его глазах исчезла, а улыбка не была такой натянутой, как раньше. И он абсолютно ничего не чувствовал, когда Хизаши хвалил его вафли или когда случайно пересолил яйца. Он говорил себе, что ничего не чувствует, но это было не так. «Все это когда-нибудь закончится, — сказал он себе. — Это ненадолго, и ты это знаешь». Он действительно это знал, но предпочел не обращать внимания. В голосе АНБУ звучала ярость, но он был доволен. Данзо может идти к черту. Где-то глубоко в аду Данзо чихнул, а Кабуто рассмеялся.

***

Шукаку и парень по имени Даби дрались до тех пор, пока им обоим это не надоело. Очевидно, песок и огонь плохо сочетаются в драке, но ни один из них не собирался останавливаться. Бар закрылся, и Шукаку с Даби пошли прогулятся. — Итак, что у тебя за история? — спросил Даби. — Какого, по-твоему, жанра? Трагедия, романтика, gore? — О, определенно, gore, — Шукаку посмеялся над воспоминаниями о людях, которых он убил. — Будучи кровожадным демоном, этого не избежать, по крайней мере, так говорят мои братья и сестры. И я думаю, они полны дерьма. — У тебя есть братья и сестры? — поинтересовался Даби. — Восемь засранцев, да, — кивнул Шукаку. Часть его задавалась вопросом, увидит ли он их когда-нибудь снова, но не то чтобы он скучал по ним. Потому что он не скучал. Он заметил, как слегка дернулись губы Даби, и предположил, что тот тоже заметил. — Что насчет тебя? — спросил он. Шукаку был не лучшим собеседником, отнюдь. Поэтому обычно он отвечал коротко, с большим количеством ругательств и оскорблений. Обычно эти отпугивало людей… и бессмысленные разговоры. Плечи Даби слегка напряглись, но он продолжал идти, Шукаку должен был признать, что он довольно хорошо умел скрывать свои эмоции, но от нечего делать, кроме как просматривать свои воспоминания и терроризировать всех вокруг, Шукаку научился хорошо разбираться в людях. Он подумал, что, возможно, сейчас самое подходящее время сменить тему. Но на какую тему? Убийство? Поджог? Вторжение в деревню? Хотя он и хотел бы поговорить об этих вещах, он прекрасно знал, что другие люди этого не делают. Не то чтобы его это волновало. Потому что его это не волновало. И нет, он не чертов цундере! — Так куда мы, нахуй, вообще направляемся? Даби остановился и огляделся по сторонам. — Хм… в еще один бойцовский клуб, который я знаю, — он ухмыльнулся, и Шукаку не смог удержаться от ухмылки.

***

Шигараки был недоволен. В этом не было ничего особенного, обычно он всегда был недоволен, но сегодня он был особенно раздражен. Они все еще не вернули Курогири, а ведь прошла почти неделя. Наверняка у мастера должен быть план? Но нет, теперь здесь были только он, Гиран и еще один парень, который иногда заходил. Мистер… Компресс, что ли? Возможно. Кого это волнует? Шигараки хотел кого-то похитить. Всякий раз, когда он какое-то время ничего не делал, у него просто возникала тяга к похищениям. У них действительно были планы вторгнуться в Юэй, но потом появился этот сопляк и все испортил. Шигараки ненавидел его. При следующем удобном случае этот парень умрет. Может быть, после небольшой пытки? Да. Его смерть определенно будет связана с пытками. В конце концов, что за злодей без небольшого злодейства? Очевидно, что это вовсе не злодей. Поэтому Шигараки ограбил банк. И поэтому Шигараки убил нескольких мирных жителей. Именно поэтому Шигараки взял кого-то в заложники и отрубил ему конечности. Он мог бы поступить и хуже. Кроме того, у этого чувака на четыре конечности меньше поводов для беспокойства, так в чем проблема? Это был риторический вопрос. Нет никаких проблем. Шигараки еще только предстояло протестировать свои новые игрушки, и он с нетерпением ждал возможности. И тут на него обрушилось осознание, будто это 400-килограммовый ходячий монстр с незащищенным мозгом и множеством причуд свалился на него. Спортивный фестиваль! Конечно, он не смог бы украсть ребенка с фестиваля, но поскольку там будет так много героев, кто же будет патрулировать улицы? А потом, когда они все будут счастливы, думая, что мероприятие прошло хорошо, он украдет ребенка, и все снова будет хорошо. Но ведь на самом деле не будет, и он это знает. Как бы он ни старался, он не может выбросить из головы слова этого проклятого ребенка. Он казался таким… мудрым. Как Сенсей — нет. Никто не был похож на Сенсея. Но… его слова казались слишком правдивыми. Слишком… реальными. Мальчик говорил, основываясь на собственном опыте, это было очевидно. Хотя возникал вопрос, насколько мог быть велик опыт у ребенка. Он почти почувствовал что-то похожее на сочувствие. Но это было бы нелепо. Потому что злодеи не испытывают сочувствия. Шигараки отбросил эти чувства — фу — и начал планировать. Он расскажет о своем плане всему подполью, и вскоре у них будет армия. Они все чертовски слабы, но вы же знаете, как говорится: количество превосходит качество. Пока он размышлял, в бар вошел Мистер Компресс. Шигараки рассказал ему свой план и попросил (заставил) его помочь. Мистер Компресс на самом деле не был против, он был просто маленьким говнюком, которому не нравилось выполнять приказы.