Организатор случайностей

      Когда он открывает глаза, вокруг царит полумрак. Свет луны и уличных фонарей отражается от белизны снега и наполняет комнату голубоватым мерцанием. Пожалуйста, пусть это будет утро. Он шарит по простыни возле себя рукой и находит телефон. 17:34. Мелкие знаки на экране обретают четкость, и он видит несколько пропущенных звонков.       «Анонимный абонент».       Сердце начинает биться чаще, а от недавней усталости не остается и следа. Весь вечер проходит в приятном волнении. Такое волнение, наверное, испытывают дети, ждущие свой день рождения, влюбленные — встречи, маньяки — жертв.       Ближе к десяти телефон, который он не выпускал из рук все это время, наконец вновь звонит.       «Анонимный абонент». — Слушаю. — Квартиру еще сдаете?       Он улыбается в предвкушении, услышав пароль, и дает такой же кодовый ответ: — Квартира сгорела. — Добрый вечер. ваш отпуск закончен. Завтра в девять утра вы должны явиться в главный офис для получения материала по своей новой жизни. Пожалуйста, в будущем не пренебрегайте уставом и отвечайте на звонок с первого раза. — Приношу свои извинения. Я… — Хорошего вечера. Строгий женский голос сменяется гудками.       Конечно же, о сне говорить не приходится. В шесть утра он принимает душ, бреется, сушит волосы, завязывает челку в привычный пучок на затылке, гладит уже и так отглаженную белую рубашку. Не то чтобы предстоящая встреча предусматривала обязательный официальный дресс-код, но в такой одежде он чувствует себя более собранным. Энергия плещется через край, однако из зеркала в прихожей на него смотрит совершенно безэмоциональное лицо. Что ж, ему только предстоит узнать, какие эмоции должны его раскрасить.       Сегодня он узнает свое имя, возраст, характер, профессию, прошлое, настоящее и рекомендуемое будущее.       Он идет по Невскому, курит и гадает, с кем ему выпадет дружить, а с кем враждовать. Что любить, а что ненавидеть.       Поворот на Казанскую улицу, большущая арка с кучей разных вывесок слева и справа от нее. Одна из них гласила «ООО Фабула». Главный офис находится в самом центре северной столицы. Иногда проще прятаться, оставаясь у всех на виду.       Прямо, налево, прямо. Тяжелая деревянная дверь, лестница на второй этаж. Лицо обдает теплом. Железная дверь. Коридор. Поворот.       За ближайшим столом, весь в бумагах, сидит Кирилл. Мужчина не замечает вошедшего и продолжает что-то писать своим малопонятным медицинским почерком. Парень же садится на мягкий диван и буравит его взглядом. Через некоторое время тот поднимает глаза. — Ты рано. Никто еще не пришел. — Неудивительно. — Предвкушение не дает покоя? — Ну.       Кирилл снисходительно хмыкает и снова погружается в свои отчеты, а парень рассматривает соседний стол. Вязаная растаманская шапка на уголке монитора, фигурка из какого-то мультика, металлическая табличка «Александр Викторович». Ему смешно от мысли, что кто-то всерьез может называть придурковатого Санька Александром Викторовичем.       Он переводит взгляд. У рабочего места куратора — главного в этом помещении — стоит монументальная скульптура южной девушки с графином. Только сейчас он соображает, что таким образом все внимание падает на нее, а не на начальницу. Специально ли это? В углу дышит жизнью ее орхидея Всеволод.       Он не держу даже цветка. Работа фиктуса слишком нестабильна и непредсказуема: смена городов, а то и стран, смена паспортов, а вместе с ними и всего образа жизни.       Есть, конечно, те, кто проводят десятилетия под одой и той же личностью, но это, в основном, известные люди — актеры и музыканты, писатели и политики. Те, кто каждый день светит улыбкой с экранов и баннеров, продвигает идеи и концепции, внушает, внушает. Ну, или их супруги.       Его вполне устраивают роли, которые на первый взгляд кажутся второстепенными: «тот шумный первокурсник из общаги», «обаятельный личный водитель», «тихий, но расторопный официант». Пока у него было всего три жизни, но этого достаточно, чтобы убедиться: для того, чтобы повлиять на ход событий, не обязательно быть в основном составе. — Рано или поздно нам придется об этом поговорить, ты ведь понимаешь? — выводит его из раздумий голос Кирилла. — Я выбираю «поздно». — Прекращай паясничать. Мало смешного в то…       Дверь распахивается, шумно ударяясь о стену, и в кабинет заходит Саня. В помятой кофте с ярким принтом, с растрепанными волосами и смеющимися глазами. Он совершенно не был похож на мужчину под тридцать с серьезной работой. — Ты уже здесь! Здарова! — он пожимает руку и обнимает привставшего с кресла парня. — Выглядишь помятым. — Кто бы говорил. — Я не про одежду, — Саня ехидно прищуривается и занимает свое рабочее место, — ладно-ладно. Как настроение? Готов к новой жизни? — энергично спрашивает он, потирая руки. — Жду с нетерпением! Этот чертов отпуск сводит меня с ума. — О, это явно не отпуск, — встревает в разговор Кирилл. — Когда же ты уймешься? — меланхолично цыкает парень в ответ.       Саня смеется, переводя взгляд с одного на другого: — Новый город, новый офис, но как же здорово, что я по-прежнему могу быть свидетелем ваших постоянных перепалок, ребята!       Обычно фиктусы не сотрудничают с одними и теми же врачами, кураторами и их помощниками дольше, чем длится одна жизнь. Переехав из Москвы в Петербург он был уверен, что больше никогда не увидит этих двоих, что все их общение останется очередным воспоминанием. Почему Организация сделала такой ход, для него до сих пор загадка. — Это она? — он указывает на папку. — Ага. Думаю, это будет увлекательно. Даже немного завидую. — Саня похлопывает бумагами с его новой жизнью по столу, но не передает их. — Итак, теперь ты Владислав. — А неплохо. Влад или Слава? Саня заглядывает в бумаги, перелистывает несколько страниц. — Здесь не уточняется. На твое усмотрение, получается. — Тогда с этого момента называй меня Владом.       Славой звали его бывшего коллегу. Не самого приятного человека. А вот ни одного Влада он не знает. Для него это имя безлично. То, что надо. — Тебе 25.       Он кивает и тянется за папкой, чтобы самому просмотреть информацию. Но Саня делает вид, что не замечает протянутой руки и продолжает: — Твоя работа будет сопряжена с очень занимательным процессом. Уверен, вокруг будет много интересных людей и событий. — Если ты думаешь, что подобным образом интригуешь и изводишь, то так оно и есть. Дай уже самому взглянуть! — Два месяца ждал, а пару минут уже не получается? Может у нашего брата единственная радость в скучно офисной жизни — помучить таких, как ты? — он преувеличенно горько вздыхает. — Хорошо, ты меня бесишь, — перегибается через стол и силой забирает заветные бумаги. Он пробегает глазами по тексту, выхватывая отдельные слова: «уверенный и общительный», «стажировка на съемочной площадке», «стафф». — Стафф? Типа помощник? — Он самый. В твоем случае — подай-принеси.       Это немного разочаровывает. Снова обслуживающий персонал, снова никакого уважения. И снова, наверное, мелкая роль. — Рано унываешь, — воодушевленно говорит Саня, — посмотри на цель жизни!       Взгляд еще раз скользит по тексту, пока не останавливается на заветной фразе.       Что? — Что значит «уничтожить режиссера»?       Да, обязанности фиктуса могут переходить все возможные черты гуманности. Издевательства. Насилие. Убийства. Но он предпочитал не думать об этом. И вот: «уничтожить». На сколько сработало воспитание, основанное на полном отключении человечности? — Кай?       Он вздрагивает, слыша свое настоящее имя. Впервые за долгие месяцы. Хмурится и поводит плечами, словно пытаясь сбросить с себя что-то неприятное. — Влад. Меня зовут Влад.       Кирилл отрывается от своей работы и сурово смотрит на него, поджав губы. Кай делает вид, что не замечает этого взгляда. — Хорошо, Влад. Я говорю, что «уничтожить» — не значит «убить». Тут речь о дискредитации. На следующих страницах больше информации. Выдохни. — успокаивает его Саня.       Это хорошая новость. Размышления о морали и собственных границах допустимого можно в очередной раз отбросить в дальний ящик и надеяться, что возвращаться к ним не придется еще очень долго. Никогда, по-хорошему. — Надеюсь, у заказчика или контролера есть идеи на счет того, как мальчик на побегушках может повлиять на судьбу влиятельного человека, — он на секунду задумывается, — влиятельного, кстати? — Ну, это его второй фильм. Режиссер довольно молод, но его первый проект имел успех. В кинотеатрах крутили, на стриминговых площадках в топе держался приличное время. Тебе придется ознакомится, так или иначе.       Он кивает. Действительно, в его руках находятся если не все ответы на имеющиеся сейчас вопросы, то большая их часть. Страниц 150, которые расскажут ему о нем самом и о людях, которые будут его окружать. — Тогда пойду и займусь этим, — Кай встает, пожимает руку Сане, обменивается многозначительными взглядами с Кириллом на прощание и уже у дверей слышит его усталое: — Не забудь об обязательной консультации через два дня. Это хороший специалист, так что не валяй дурака, пожалуйста.       Не оборачиваясь, он поднимает руку с открытой ладонью в знак того, что все помнит и покидает офис.