ГРАНИЦА ПУСТОТЫ: По праву рождения

// - если вы видети эти палочки, значит Энней говорит голосом демона. {} - а этими скобочками отделяется речь Юши и всех прочих высших существ.      Энней вышел с сеновала и, набрав полную грудь свежего воздуха, с силой выдохнул. Он почувствовал, как с воздухом уходит и его усталость, и вновь силы наполняют его тело. Хотя это было не так же хорошо как с лукой, но все равно его состояние стало гораздо лучше. Следом, широко зевая и потягиваясь, вышел его спутник, на чьем лице читалось недосыпание и огромное нежелание куда-либо идти.      - И как тебе удается быть таким бодрым? Ты наверняка лег позднее меня и еще умудрился не проспать. А я с учетом прошлой бессонной ночи с удовольствием бы еще денек другой поспал, – Фалько потряс головой, чтобы окончательно проснуться.      - Вообще-то я даже не ложился. Не могу спать, хотя мне и хотелось. Просто вышел на улицу, вдохнул, и вместе с воздухом, впитал энергию, усталость отступила, – пояснил Энней. – Это происходит с тех пор, как я потерял себя.     - А ты не пробовал сонное зелье принимать, может, сработает? – Фалько принялся приглаживать на затылке волосы.      - Нет, демон говорил, что ничто поможет… кроме дубины и, хотя это звучит странно, но почему-то я ему верю. Если не считать того, что он управляет моей волей, мне кажется, он никогда мне не соврет и не причинит вреда. Смешно, только не подумай, что он мне нравится, я бы избавился от него, не задумываясь, если бы представилась такая возможность, – ответил Энней, и в этот момент что-то укололо его в бок, и ноги подкосились.      «Не забывай, что я слышу все, о чем ты думаешь», – леденящий голос пронзил ому до кончиков ногтей и тут же сменился на обиженное мычание. - «Мне неприятно выслушивать подобное, хотя я, и польщен твоим доверием. Не волнуйся, Эшхель, я не стану тебе врать – я твой защитник и твой палач, твой хозяин и твой раб, мы едины, и тебе от меня не избавиться. В конце концов, это твоя судьба».      - Какого черта, ты цел? – Фалько подхватил друга за руку.      - Все в порядке, это было предупреждение, чтобы я не пытался сделать не обдуманного, – Энней поднялся и отпустил его. – Идем, нам пора, а то опоздаем.     Энней двинулся вперед, стараясь не оборачиваться на Фалько. Блондина тревожило не только то, что он мог сделать с парнем, но и то, что ему сказал демон: «Это твоя судьба». Что бы это значило? Если демон знал, что оме предначертано, значит, кто-то ему об этом сказал, а раз так, то возможно Бейлеру не надо далеко ходить, чтобы получить ответы. Вот только этот гад не слишком-то настроен на разговоры.      Северная арка представляла собой две огромные резные колонны, между которыми была натянута деревянная табличка с название города. Энней и Фалько подошли как раз вовремя, поскольку Калли уже закончил погрузку своего каравана. Караваном назывался огромный покрытый броней тягач на гусеницах, работающий на энергии магического кристалла и не менее бронированный прицеп вообще без колес, но с гладким слегка приподнятым по краям дном, единственным люком на крыше и маленьким импровизированным окошком сбоку. Вся эта конструкция служила надежным укрытием от гигантских тварей, обитателей пустыни. На крыше прицепа сидел юный ома, тот самый, что был вчера в трактире. Он поправлял крепления брони и то и дело пытался пригладить волосы. Они, правда, как он не старался, не собирались лежать ровно.      - А вот и мои спутники, пришли вовремя, что ж это только плюс в вашу пользу. Выполняйте все мои указания, не путайтесь под ногами и мы с вами поладим, – усмехнулся Калли, закидывая сумку в кузов тягача. – Готовы провести четыре дня на свежем воздухе?      - На все сто, – Фалько ударил кулаком в ладонь (еще одна его привычка).      - Мы кстати не представились, моего друга зовут Фалько, а я Энней. Мы очень благодарны, что вы позволили нам поехать с вами, – Бейлер решил, что будет лучше, если они попытаются не ссорится с караванщиком.     - Мне особо фиолетово как вас зовут, я делаю это ради пятисот нумис и потому, что вы хотите стать студентами академии, – отмахнулся Калли.      - А вы что, учились в военной академии? – опешившим голосом спросил Фалько. Калли не создавал впечатления бывшего ученика Салариуса.      - Конечно, нет, но мой старший сын в этом году тоже отправился на поиски своей судьбы. А видит он ее именно в этой академии, – ответил Калли, в его голосе звучала гордость.      - Мой брат обязательно найдет Салариус, и станет самым великим воином, хотя ему и сейчас нет равных. И я когда подрасту, стану таким же, – юный ома спрыгнул с крыши и подошел к папе. – Удачного пути. А вы, если встретите моего брата, передавайте ему привет.      - Заметано, и как же зовут твоего непобедимого брата? – Фалько поднял вверх большой палец.     - Деймон, Деймон Алтаир, вы его узнаете, мой сын сразу бросается в глаза и Деус на него очень похож. Только не спрашивайте, почему у нас разные фамилии, это слишком долгая история и не для детских ушей, – ответил Калли. – А тебе уже пора в школу, мелкий, если хочешь стать похожим на брата, тебе следует учиться, хотя, Деймон считал это занятие абсолютно бесполезным. Вы оба полезайте в прицеп и ничего там не трогайте. Мы отправляемся.      Деус помахал им рукой и побежал прочь. Фалько и Энней забрались в прицеп, закрыли за собой тяжелый люк и расположились у некоторого подобия окна. Калли сел в кабину и завел мотор, тягач заурчал словно котяра, мягко и приятно. Наконец разогревшись, он дернулся и тронулся с места. Двигался караван медленно и плавно, но стоило ему выйти за пределы города, как он ускорился, и ребят стало прилично трясти.      - Интересно, почему он назвал своих сыновей так странно, словно демон и бог? - вдруг произнес Энней.      - С чего ты взял? – удивился Фалько.      - Деус, так звали бога одного из племен, населявших когда-то земли моего родного города, а Деймон, демон страха в мифологии зверолюдей. Иногда я вспоминаю некоторые вещи, которые никогда не знал или возможно слышал о них в детстве. Знаешь, это, наверное, странно, но я почти не помню ничего раньше семи лет. Так и сейчас, я точно знаю, что означают эти слова, но откуда я это знаю, ответить не могу, – задумчиво произнес ома. Раньше он никогда особо не задумывался о своем детстве, но в последнее время, все чаще возвращался в то первое свое воспоминание.      В тот день, папа повел его в школу и Энней тогда впервые увидел книги, в библиотеке. Одна ему очень хорошо запомнилась, на ней был нарисован красивый черный конь, а у него под ногами пылал огонь. Тогда библиотекарь не разрешила Бейлеру взять книгу, потому что та была в секции для взрослых, но Энней был так заворожен обложкой, что решил обязательно прочесть ее, когда вырастет. Правда к тому времени, как ома получил доступ в эту секцию, книги там уже не было. Библиотекарь сказала, что та где-то затерялась, и никто не знает, кто ее брал последним. Энней был очень огорчен, но со временем он забыл и о книге, и о прекрасной лошади. Это было его первое воспоминание, и ома отталкивался от него, пыталась вспомнить хоть что-нибудь из того, что было раньше. Однако все, что пока ему удалось уловить, было несколько слов на другом языке, значение которых он прекрасно знал и образ треугольника с сияющим глазом.      - Не парься, я, к примеру, тоже помню себя только с четырех лет, да мне особо и не важно, что было до этого возраста, – пожал плечами Фалько.      - А мне важно, моя жизнь сплошная тайна, мне нужно знать как можно больше о моем прошлом и о моих родителях, – Энней не отрывал взгляда от проплывающего мимо леса.      - Прости, давай больше не будем об этом. Если ты не против, я пока вздремну, – Фалько слегка замялся. Он повернулся к куче наваленных мешков и, забравшись на них сверху, попытался уснуть.      Энней смотрел в окно, вновь и вновь погружаясь в свою память, но как назло ничего не вспоминалось. Его мозг устроил себе выходной, а чтоб ома отстал, посылал ему одну и ту же картинку черного коня. Это состояние можно было назвать ступором, когда не хочешь о чем-то думать и, как назло, думаешь только об этом.      Тем временем лес начал редеть, это означало, что они приближались к пустыне. Небольшой лес, отделяющий Крит от пустыни Долейн когда-то пересекался лишь узкой тропой, но с тех пор как стали использоваться караваны, здесь появилась дорога. Однако из-за промышляющих в пустыне бандитов, дорогой стали пользоваться реже, но благодаря таким «сорвиголовам», как Калли, она до сих пор не заросла.      Тягач перестал дергаться, и последние деревья скрылись за окном, открыв взору бескрайнюю пустыню с дюнами золотистого песка, поблескивающего в лучах восходящего солнца. Энней с замиранием сердца любовался подобной красотой, понимая, что через четыре дня, он будет мечтать о шелесте деревьев.      Фалько поднялся, когда солнце уже стояло высоко, очевидно время близилось к обеду. Бейлер все еще сидел у окна, разглядывая однообразный, теперь уже нагоняющий тоску, пейзаж.     - Неплохо я выспался, похоже, в этом путешествии есть свои плюсы, – сказал парень, усаживаясь рядом. – Послушай, раз уж нам выпало пара свободных дней может, узнаем друг о друге побольше. Я конечно и так тебе много о себе рассказал, но мы почти ничего не знаем о прошлом друг друга, пора познакомиться. Откуда ты родом?      - Я… - вопрос застал Эннея врасплох, еще несколько дней назад он бы с уверенностью заявил, что его родной город Лимес, но сейчас не знал, что ответить. – Не знаю. Жил я в Лимес, хотя сейчас меня там никто и не вспомнит. Словно призрак, без прошлого, мое настоящее просто ад, а о будущем даже подумать страшно. Все что я помню, все, чем жил, не существует, исчезло в один прекрасный день. Вот я и покинул город в поисках ответов, но все что пока удалось найти – это несколько воспоминаний из моего детства и еще могу видеть то, чего другие не видят.      - Стоять, ты хочешь сказать, что обладаешь «всевидящим зрением»? Не помню точно как оно там по научному называется, но оно есть только у очень сильных магов, - Фалько вскочил на ноги, едва не треснувшись головой о крышу прицепа и тут же рухнув обратно. – Это же невероятно, у обычных людей этот дар почти не встречается.      - То-то и оно, это наводит меня на некоторые размышления, о которых я бы предпочел не думать, – лицо Эннея отразилось грустью. – Давай не будем об этом, а ты сам, откуда родом?      - Рацио, это мой родной город, город изобретателей. Я провел там все свое детство с приемными родителями. Своих настоящих не знал, да это и не важно, я не мог бы пожелать лучших родителей, чем те которые у меня есть, – гордо заявил Фалько. – Увлекаюсь рукопашным боем, терпеть не могу несправедливость и лепешки из Татоа, фу гадость. Вот, пожалуй, и все что я могу о себе рассказать нового.      - Ты шел из Рацио в поисках Салариуса, как же ты оказался в Нории, только не говори, что ты решил, что академия может находиться в лесу между Норией и Лимесом? Ведь в этом направлении больше ничего нет, – удивленно спросил Энней.      - Вообще-то я заблудился, – Фалько коряво улыбнулся, прикидывая, какое объяснение будет звучать правдоподобнее. – Я шел в Крит, кажется, перепутал направления, с кем не бывает.      Энней закатил глаза, с этим парнем все было ясно. Их разговор был прерван резким торможением тягача. Ребята откинули люк и высунулись наружу. Калли вылез из кабины, сильно ругаясь и прихватив с собой ружье.      Бейлер выбрался на крышу и, посмотрев вперед, увидел то, что так расстроило их капитана. Прямо между двумя дюнами, преграждая им путь, лежал огромный Бронт, и это было довольно странно, поскольку в пустыне они не водятся. Ома спрыгнул на песок, прихватив с собой рюкзак, и побежал следом за Калли, Фалько последовал его примеру.      - Он мертв, только вряд ли это вермисы, они свою жертву в землю затаскивают и ничего от нее не оставляют, похоже на клыки степных драконов, только они здесь не водятся, как и Бронты, – задумчиво произнес Калли, когда они подошли. – Придется объезжать, тягач проедет по дюне, но не с таким тяжелым грузом. Пошли.      Энней смотрел на Бронта, останавливаясь взглядом на каждой детали его ранения. Почему-то в памяти всплыл другой убитый зверь, которого он видел по дороге в Норию и слова Матрена: «У того, кто это сделал, пасть была около метра в диаметре». И тут Эннея словно молнией поразило, а ведь у этого Бронта те же раны. У омы внутри все содрогнулось, он схватил Фалько и потащил его обратно к тягачу.      - Эй, ты чего? – в недоумении парень пытался освободить свою руку.      - Некогда объяснять, нужно убираться отсюда сейчас же, – ответил Энней, упорно увлекая его за собой. – Мастер Калли, скорее заводите мотор, мы должны торопиться.      - Не гони лошадей, сопляк, этот объезд не собьет нас с графика, и не указывай мне что делать, это моя прерогатива, – огрызнулся караванщик.      - Не во времени дело, я уже видел такие раны на Бронте, тот, кто это сделал, намного крупнее и опаснее степных драконов. Мы должны убираться отсюда и чем скорее, тем лучше, оно может быть еще где-то здесь, – крикнул ему Энней, еще не успев добраться до тягача.     Прикинув верить ему или нет, Калли бросил взгляд на Бронта и, запрыгнув в кабину, махнул ребятам рукой, чтобы они присоединились к нему. Он повернул ручку, и мотор заурчал. Стоило всем оказаться в кабине, как тягач сразу тронулся с места, сворачивая вокруг дюны. Энней вдруг почувствовал знакомое ощущение, словно колючки проскоблили спину, это был явный признак опасности, и он начал лихорадочно смотреть в окно, пытаясь понять, что так встревожило его чувства.      - Только не считайте меня трусом, просто мой караван сейчас не в лучшей форме для боя с крупной темной тварью, – сказал Калли, не отрывая взгляда от дороги.      - Никто так не считает, иногда отступление более разумно, чем заведомо проигранный бой, – ответил Фалько, нервно озираясь по сторонам.      В этот момент тягач сильно тряхнуло, и он заглох. Калли лихорадочно подергал все рычаги, но ничего не изменилось. Он с минуту подумал, а затем взял ружье и, открыв дверь, вышел.      - Похоже, энергетический канал отсоединился, я сейчас исправлю и вернусь, – сказал он.     - Нет, постойте это может быть…- очевидно, Фалько хотел сказать «опасно», но последнее слово застряло у него в горле.     Энней и Калли посмотрели вперед, и им стало ясно почему. Метрах в десяти от каравана в воздухе висела черная комета с голубым хвостом. Когда взоры всех троих обратились к появившемуся объекту, он вдруг сверкнул и расширился до невероятных размеров, примяв под собою песок. Это можно было сравнить с чем-то находящимся под огромным давлением и вдруг утратившим сдерживающую силу. Если бы под ним оказался не песок, а камень, он бы превратился в щебенку за мгновение.      Едва увеличившись, огромный шар лопнул, разлетевшись на миллионы сверкающих осколков, которые растворились, не пролетев и нескольких метров. На месте шара находилось нечто, до этого очевидно запертое внутри. Существо было похоже на джинна из сказки. У него было чешуйчатое тело с выступающими мускулами, перетекающее в длинный хвост, не касающийся земли. Две огромные лапы с шипами заканчивались не пальцами, а некоторым подобием пастей, в диаметре как раз около метра, из которых струилась слюна. На одной «лапе» у него красовался серебряный наручник с черным камнем. Голова создания была не менее странной. Четыре глаза в двух глазницах, разделенные перепонкой, внимательно смотрели на тягач. Рта не было, а на его месте смыкались выходящие из щек шипы. Вместо ушей закидывались назад острые рога, из-под которых струилась прядь огненных волос, замкнутых на конце кольцом. Одним словом то, что появилось перед тягачом, было не похоже ни на что, о чем Энней когда-либо слышал.      - Великий Гралерис, это же Юши, – сорвавшимся голосом прошептал Калли. – Ребята, быстро выбирайтесь из тягача.      Энней и Фалько выскочили наружу, как раз вовремя. Существо подняло лапу с наручником, по его кристаллу пробежала искра. В считанные мгновения под караваном образовалась воронка из черного тумана, и он провалился в неизвестность.      - Нет! – завопил Калли: – тебе конец!     Ома направился на создание, не осознавая, что в сотни раз слабее, но Фалько схватил его и оттащил назад. Несмотря на свой возраст, он был крепко сложен, и ему не составило труда удержать более хрупкого ому.      - Не сходи с ума, он от тебя мокрого места не оставит, - парень пытался его успокоить.      - Плевать, моя жизнь была в этом тягаче, – Калли с силой наступил Фалько на ногу, так что тот запрыгал от боли. Ома вырвался и, схватив с земли ружье, выстрелил в зверя. Однако тот лишь поморщился от свинцового шарика пуль, угодившего ему в грудь. Она не причинила ему не малейшего вреда. Юши фыркнул и медленно поплыл к оме, пока тот быстро перезаряжал ружье.      Энней и Фалько стояли поодаль и могли лишь беспомощно наблюдать. Оба они прекрасно понимали, что ничего не могут сделать. У Бейлера защемило под ребрами: «Неужели мне была дана такая сила, только чтобы убивать, разве не могу я спасти жизнь?» - промелькнуло в его сознании.      - Фалько, прикрой меня, – тихо сказал он и бросился за ближайший бугор песка. Калли все равно был слишком занят, чтобы это заметить.     Энней упал на колени, ома уже знал, что ему делать. Он во всех деталях вспомнил смерть Брукса, всю боль и ненависть, которую испытал тогда. Для большей эффективности ома ударил себя по лицу, чтобы вызвать боль. Его уловка сработала, в голове зазвенело, перед глазами полыхнул красный туман. Резкая боль прошлась по телу, и он ощутила, как плащ заскользил по коже. Но на этот раз что-то было не так. Несмотря на то, что на нем было одеяние демона, Бейлер все еще оставался в сознании и спокойно управлял своим телом, а это значило, что ему самому придется разбираться со зверем. Такой подход к делу не очень-то его обрадовал, но выбора не было, жизнь Калли зависела от его силы.     Энней не стал терять времени и выскочил из-за песчаной насыпи, по дороге обдумывая, чем бы запустить в этого громилу. Засунув руку в плащ, он извлек оттуда нож. Ома уже заметил, что все острые предметы, которыми ему приходилось пользоваться, выпадали из него. Они словно находились в потайном мешке, а внутренняя часть плаща была порталом в этот мешок.      /Но это же смешно/, – теряя голос от отчаяния, произнес Энней, но тут нож в его руке, как и тогда на дороге раздвинулся на двенадцать более тонких. – /Ну ладно, попытка не пытка/.      /Эй, ты, страшило!/ – крикнул ома, вновь не узнав свой голос.      Существо повернулось в его сторону и получило поток ножей прямо в голову. К счастью, рука словно сама знала как нужно кидать, даже если демон не забирал контроль. Издав дикий рев, монстр отшатнулся назад и смел все ножи со своей морды, словно это мухи. Подобный подарок его явно не обрадовал и зверь направился к Эннею, намереваясь разъяснить ему, что не позволит делать из себя подушку для иголок.      «Это не есть хорошо, по крайней мере, я кажется, его ранил», – подумал Энней, однако монстр совсем не выглядел раненым. Он надвигался на ому, словно гора и вдруг Бейлер почувствовал, как ему в руку что-то скользнуло. Он опустил взгляд и обнаружил у себя в руках «восход солнца», тот был сложен. Легким движением пальцев Энней повернул голову демона, выдвигая лезвие. Белоснежный металл блеснул на солнце холодным сиянием.     Долго не раздумывая, ома метнул ритуальный нож в приближающегося зверя. Тот попытался уклониться, но нож как заговоренный вонзился ему в бок, войдя по рукоять. Существо зарычало и стало крутиться, пытаясь стряхнуть кинжал.      - Эй, приятель, это бесполезно… - крикнул ему Калли. В этот миг тело существа обратилось в туман, и кинжал упал на песок: – это Юши хаоса, физическим оружием его не взять, я это уже понял.      «Очень мило, а у меня как раз только оно и есть в запасе», – с досадой подумал Энней. В этот момент кинжал отскочил от песка прямо ему в руку. – «Спасибо, но это не поможет».      «У тебя ведь есть Зером, используй его для превращения этого оружия в астральное, он должен на него поплевать», – прозвучал в сознании голос и стих.      /Не плохо, если бы я еще знал, что это значит/, – тихо ответил Энней. Он повернулся в ту сторону, где за песком сидел Фалько, и крикнул: – /Зером, ты мне нужен/.     Несколько мгновений спустя земля под его ногами зашевелилась, и из песка показались огромные глаза гусеницы. Энней быстро подставил ему кинжал, и тот без указаний выделил на лезвие сияющую жидкость. Ома догадывался, что это может быть и на всякий случай, не стал его касаться. Гусеница же сделав свое дело, зарылся обратно в песок.      Тем временем Юши уже завис над Бейлером, как черная туча. Его истекающие слюной пасти потянулись к аппетитной добыче. Чудом увернувшись от удара мощной челюсти, Энней порезал зверя по лапе. Похоже, жидкость действовала, потому что тот как-то неестественно зарычал и, схватившись за лапу, отпрянул в сторону. Внимательно посмотрев на рану, а потом на Эннея, зверь закрыл глаза.      Он поднял лапу с наручником, и Энней понял, что его собираются стереть в порошок одним движением. Не дожидаясь своей участи, ома рванул вперед.      {Тебе не тягаться со мной, смертный, даже с таким оружием. Я Тайо}, - раздался голос. Говорил зверь, но не понятно было, откуда идет звук, казалось, он раздавался отовсюду. Темная тварь открыла глаза и около кристалла, на наручнике образовалась идеальная темно-фиолетовая сфера.      /Да хоть Тардиас*, ты уже история/! – выкрикнул Энней.      Сфера сорвалась с лапы существа и устремилась к неприятелю. Понимая, что не сможет уклониться, Энней подставил кинжал. Врезавшись в препятствие, сфера разорвалась, отбросив ому назад. Он почувствовал боль, даже костюм не уберег его от магического удара. Поднявшись на ноги, Бейлер вновь двинулся на зверя. Ребра ныли от боли, но отвлекаться на это, не было времени.      Убедившись, что соперник не собирается сдаваться, Юши поднял лапу и в пасти появился черный меч с узорами по всему лезвию. Меч был удивительным, поскольку черной была не только ручка, но и лезвие, а рукоять представляла собой два крыла, из которых выходила и ручка. Меч был равносторонним и одинаково смотрелся с обеих сторон.     Это оружие будто заворожило Эннея, ему почему-то очень захотелось заполучить его любой ценой. Тайо размахнулся и нанес удар, миллионы искр разлетелись в стороны. Несмотря на то, что он был втрое больше омы, Энней устоял, прикрываясь кинжалом, хотя далось ему это с трудом. Юши прищурился, если бы у него была пасть, она исказилась бы в ухмылке. Он принялся наносить один тяжелый удар за другим. Ома отражал их, с огромным трудом удерживаясь на ногах, еще чуть-чуть и он бы упал.      «Нужно что-то делать или он меня размажет», – Энней лихорадочно соображал. И тут он обратил внимание что, нанося тяжелые удары, противник оставляет свой тыл открытым во время замаха. Это был единственный шанс омы и когда Тайо занес лапу для очередного удара, Энней произвел быстрый выпад, угодив прямо в кристалл на наручнике. Как он и рассчитывал, это оказалось уязвимое место зверя, тот зарычал и, бросив меч, схватился за наручник.      {Не плохо, но все равно еще слишком слабо. У тебя мощная аура, учись и набирайся опыта, - голос Тайо стал слабее, хотя все еще исходил неизвестно откуда. – Настанет день, и мы встретимся вновь, я надеюсь, как равные}.      Юши зарычал, и его тело распалось на несколько маленьких комет, разлетевшихся в разные стороны с бешеной скоростью. Энней повернулся к Калли, стоявшему позади него.      /Не стоит ездить по этой пустыне без надежного оружия/, – с этими словами темный капюшон быстро исчез за ближайшей дюной. Оме еще предстояло вернуться к Фалько, чтобы Калли этого не заметил.      - Вот дерьмо, этот чертов урод, свистнул мой… - но не успел караванщик договорить, как в двух метрах над землей образовалась уже знакомая воронка и из нее выпал караван, мягко приземлившись на песок: – …тягач. Нет, вы это видели, он что, издевается?      - Похоже, он вернул то, что ему не принадлежит, после поражения, – Фалько вылез из-за насыпи песка, следом за ним показалась взъерошенная голова Эннея, он был весь в песке.      - Ну, вы, ребята, даете, а еще хотите поступать в академию. Интересно, чтобы вы стали бы делать, если бы этот чудик в черном не появился, а Юши превратил меня в горстку пепла? – зло усмехнулся Калли.      - А что мы могли сделать, у нас даже начальных знаний магии нет, к чему эта героическая смерть? – запротестовал Фалько. – В любом случае, все обошлось, нам пора возвращаться к намеченной цели.     - А мне лично интересно чего этот Юши к нам привязался, не похоже, чтобы мы нарушили его владения, создания хаоса не обитают в томящейся от жары пустыне, – задумчиво произнес старший ому. – Сдается мне, кто-то его на нас натравил.     - Ерунда, Юши никому не подчиняются, а если их «захватили», то они уже не способны материализоваться в нашем мире так надолго и уж тем более, многократно применять магию, – отмахнулся Фалько. – Похоже, мы просто наткнулись на него во время обеда, вот и все.      - А кто вообще эти Юши? – непонимающе спросил Энней.      Калли и Фалько уставились на него, будто видят впервые. Затем оба разразились звонким смехом, Фалько при этом, не устояв на ногах, покатился по песчаному скату.      - Ну, ты даешь, классно пошутил, а я вначале и впрямь подумал, что ты ничего не знаешь. Ты умеешь снимать напряжение, мелочь, – Калли перестал смеяться и направилась к тягачу. Решив, что не стоит привлекать внимание, Энней не стал переспрашивать. Тем временем Фалько уже вернулся, стряхивая с себя песок.      - Ты что, правда, никогда не слышал о Юши? – шепнул он другу. Тот в ответ помотал головой. – Ладно, я расскажу тебе позже, чтобы Калли не слышал.     Фалько последовал к тягачу, а Энней медлил. Что-то повлекло его в сторону, какое-то необычное чувство, словно он что-то забыл. Ома осмотрелся по сторонам и заметил нечто блестящее, лежащее в песке, недалеко от него. Подойдя ближе, Бейлер понял, что это тот самый потрясающий черный меч. Он лежал, слегка присыпанный песком, и его лезвие бросало отблески на солнце. Энней поднял меч. Он почувствовал, как тот завибрировал, словно оценивая нового хозяина, затем потеплел, окутав ому приятным прозрачным саваном, и он понял, что его приняли. Меч оказался на удивление легким и блондин, без труда провернул его в руке. У основания лезвия была надпись «Se teros nexo» та самая, что когда-то указала Эннею на тайник под деревом, но на этот раз он прекрасно знал ее значение.      - «Se teros nexo» - «по ту сторону тьмы», какая странная фраза и как она связана со мной? – сам себе сказал Энней, его сознание словно затуманилось, глаза на мгновение остекленели. – Граница пустоты… Я люблю…      - Не бери его, кто знает, может, он заколдован. Мне еще не хватало проблем с зачарованным оружием и можно считать, день удался, – крикнул ему Калли, когда увидел, чем занимается его пассажир. Голос омы вывел Эннея из транса.      - Он прав, эта штука нам не принадлежит, не хватало, чтобы этот Юши, догнал нас и начал требовать его назад, уж тогда нам никто не поможет. Да и потом, мало ли что этот меч выкинет по дороге, костей не соберешь, – поддержал караванщика Фалько.      Энней снова посмотрел на меч, его разум говорил, что оружие нужно бросить, а душа умоляла забрать с собой. Он положил клинок на песок и повернулся, чтобы уйти, но, сделав два шага, ома остановился и закрыл глаза. Никогда раньше интуиция не подводила его, но может это вовсе не его желание, а козни демона, что владеет им. Энней открыл глаза, резко повернулся и, сделав два шага назад, поднял меч.     - Чтобы это не сулило, это мои проблемы, – тихо произнес ома и, повернувшись, пошел к каравану.      - Нет, нет и еще раз нет, выброси эту штуку или пойдешь пешком, – завопил Калли.      - В нашем договоре ничего не говорилось о том, что мы не можем подбирать военные трофеи, – спокойно ответил Энней.      - Разрази меня гром, будь проклят тот день, когда вам взбрело в голову ехать в Левант! – заворчал Калли. – Ну ладно, но только до первой выходки, а потом ты его выбрасываешь, соглашайся или мы расстаемся.      - Договорились, – кивнул Энней, он был уверен, что все будет в порядке.      «И снова эта таинственная фраза, почему она возникает постоянно, как со мной случаются крупные неприятности? Может это пароль или какое-то наставление? Одни вопросы, я путешествую, чтобы найти ответы, но пока нахожу только еще больше вопросов. Что же находиться по ту сторону тьмы?» – размышлял Энней. Подняв с песка свой рюкзак, он первым делом убедился, что Зером внутри. Гусеница, свернувшись клубком и зарывшись в накидку, мирно спал на дне.      Энней и Фалько залезли в прицеп, и Калли завел мотор. Немного попыхтев, тягач тронулся с места. Ома на всякий случай, завернул меч в лоскут тряпки и убрал в рюкзак, в который он без труда поместился, как и все остальные вещи. Иногда он всерьез задумывался, сколько же всего может войти в его глубины.      - Ну, теперь мы можем спокойно поговорить. Честно говоря, меня немного шокирует то, что ты не знаешь о Юши, это же самые лучшие истории, которые только могут рассказать родители. В школе, конечно, это не преподают, но все рассказывают своим детям о древних духах магии, – Фалько уселся рядом с Эннеем.      - Мой папа был не совсем обычным человеком, он вообще ничего не рассказывал мне о внешнем мире, а книги я читал только по учебному курсу и кое-что из профессиональной литературы, потому, что на остальное не было времени. Правда мои друзья как-то упоминали о духах земли, но название они не говорили, – Энней слегка покраснел, ему было неловко, что он так мало знает о мире.      - Ну, ничего, я расскажу все, что знаю сам, и ты не будешь выделяться, – Фалько расплылся в улыбке, роль учителя ему явно нравилась. – Ты ведь знаешь, что вся существующая в мире магия берет свое начало из двенадцати элементов: огня и воды, земли и ветра, льда и грома, святости и хаоса, света и тьмы, атомаса и нестихии. Человеку чтобы использовать магию, необходим кристалл проводник, даже темные твари должны поглощать энергию из магических источников, чтобы применять магию. А вот Юши представляют собой проводники этих элементов, им не нужны кристаллы, они своего рода сами как кристалл. Еще, правда, врожденные колдуны и те, кого называют Эшхель, могут колдовать без кристалла, но это отдельная история.      - Постой ведь в той академии, куда мы идем, обучают магии, выходит, мы должны будем где-то достать кристалл и как интересно мы это сделаем? – Энней почувствовал себя жутко глупо.      - Не спеши, все не так просто. О том, где достать кристалл, нам скажут в академии, сейчас об этом можно не беспокоиться, – замахал руками Фалько. – С академией разберемся позже, а сейчас важно, чтобы ты имел хоть малейшее представление о том, что нас ждет. Короче Юши рождаются от обычных тварей, растений, зверей, разумных существ, достигших апогея, какой-либо стихии или переживших так называемую «элементальную смерть». Те создания, которые превращаются за счет повышения силы, становятся известными и занесенными в перечень Юши. А те же, которые пережили смерть, уникальны и не имеют копий, как тот, которого мы встретили сегодня и обычно, они очень высокого уровня магии.      - Выходит Тайо, никому не известен, значит он редкий, правильно? – Энней впитывал информацию, как губка, за годы неведения его мозг изголодался по сведениям о мире.      - Не думаю, что о нем никто не знает, но то, что он редкий это точно, – кивнул Фалько. – Похоже, я рассказал тебе достаточно, остальное узнаешь в академии. Ах да, чуть не забыл. Говорят, что давно существовал культ Ловцов. Его члены могли порабощать духов и призывать их на помощь. Но это одна из многочисленных легенд, связанных с Эшхель, якобы потомками бога Гралериса.      - Знаешь, я тут недавно думал, возможно, с моим вступлением будут проблемы, – задумчиво произнес Энней. – Ты помнишь, что было написано в объявлении, необходимо иметь письмо от родителей, а у меня с этим некоторый напряг. Я даже не знаю, что должно быть написано в этом письме.      - Да, это проблема, письмо обязательный документ, потому что по нему о тебе составляется представление и узнают, не сбежал ли ты из дома, – Фалько погрузился в размышления, по привычке приглаживая волосы сзади. И тут он как-то странно посмотрел на девушку. – Послушай, а ты не хочешь стать моим братом взаправду?     - В каком смысле? – Энней был несколько смущен, ему казалось, что он не понял вопроса, хотя подсознательно знал, к чему клонит парень.      - Мои родители превосходные люди, я напишу им письмо из Леванта, и мне кажется, они согласятся написать письмо и для тебя, – тут Фалько весь покраснел и замялся. – Моя мама будет в восторге, когда узнает, что я познакомился с омай, и он не бросил меня через пять минут знакомства.      - Это очень мило с твоей стороны, – Энней почувствовал, что тоже краснеет.– А это не будет обременительно для твоих родителей.      - Вовсе нет, все, что от них потребуется – это отправить в Салариус письмо вместе с моим, а затем ответить на подтверждение, - Фалько замотал головой.      - А не возникнет вопросов по поводу одинакового возраста, мы с тобой знаешь ли не похожи на близнецов? – забеспокоился Энней. Идея ему очень нравилось, тем более что он давно мечтал о брате или сестре.     - Нет, я ведь приемный ребенок, помнишь? – парень, похоже, уже все продумал, и Эннею оставалось только согласиться.      - А почему у тебя нет с собой письма? – поинтересовался ома, вдруг сообразив, что в объявлении было написано иметь письмо с собой.      - Ну, понимаешь, в дороге всякое может случиться, да и потом его надо где-то хранить, в общем, мама боялась, что я его потеряю. Только ничего не подумай, просто мама слишком переживает, – попытался оправдаться Фалько. – Итак, с этого момента ты будешь Энней Дейтс, согласен?      Бывший Бейлер кивнул, было забавно носить чужую фамилию, да еще считаться братом Фалько. Это было очень приятно, пусть и не по-настоящему, но у него снова появилась семья.     Они проболтали до вечера, обсуждая родителей Фалько и обстановку в его городе, чтобы Энней знал, что ответить, если ему станут задавать вопросы. Когда уже совсем стемнело, Калли остановил караван на ночь и велел ребятам разбить лагерь. Пока Фалько устанавливал палатку, Энней вытащил из прицепа дрова и развел костер, используя свой кремень.      - Значит так, нам придется дежурить по очереди, потому что вермисы могут набрести на наш лагерь в любой момент, и мне бы не хотелось быть застигнутым врасплох, – сказал караванщик, залезая в палатку. – Меня разбудите последним.      - А что такое вермисы? – Фалько уставился на Энней, но тот только пожал плечами.      - Это научное название песчаных тварей, бестолочи, – из палатки показалась голова Калли, он смотрел на ребят с негодованием. – Вы хоть что-нибудь в этой жизни знаете? Если заметите ползущие бугры, или плавники в песке, живо будите весь лагерь и лезьте в тягач.      - Ложись спать, мне это удовольствие все равно не светит, – сказал Энней, усаживаясь у костра.     - Ты уверен? – Фалько с состраданием посмотрел на него: – если передумаешь, разбуди.      Время было уже за полночь. От безделья Энней вначале пытался вглядываться в темноту, но ему это очень быстро наскучило, хотя как оказалось он хорошо видел в темноте, но все же не так хорошо как ночные животные. Это шла уже четвертая ночь, как ома не спал, его тело успело напитаться энергией лунного света, так что теперь и не хотелось, да и усталости не было. Эннея это уже не смущало, он начал привыкать к странностям своего тела.      Вдруг ома вспомнил о мече, который мирно лежал у него в рюкзаке. Самопровозглашенный Дейтс достал его и, распутав, положил к себе на колени. Энней повернул его к огню и стал водить двумя пальцами по гладкой стали. Языки пламени, отражавшиеся в лезвии, придавали мечу дикую окраску.      - Какой же ты все-таки великолепный, – тихо произнес блондин, проводя рукой по крыльям. – Интересно, для чего ты был сделан? Такие мечи просто так не куются. И как попал к тому Юши? Наверное, он тебя отнял у прежней жертвы. У меня такое чувство, что мы с тобой станем хорошими друзьями.      Неожиданно палец Эннея наткнулся на какую-то шероховатость у основания лезвия с другой стороны от надписи. Было, похоже, что здесь еще одна надпись, но настолько тонкая, что не заметна глазу. Не надумав ничего лучше, ома опустил клинок в огонь и стал пристально вглядываться. Лезвие накалилось очень быстро, и на нем проявились буквы и какой-то рисунок, похожий на герб. Рисунок имел вид молота с перепончатыми крыльями в рамочке. А слово хоть и было на том же языке, что и с другой стороны, но Энней не мог его понять, похоже это было название и гласило оно «Solitarius». Прошептав это слова блондин вдруг вздрогнул и отбросил меч. От его удара о песок, Фалько проснулся и вскочил на ноги.      - Что? Где? – завертелся он по сторонам и, не обнаружив опасности, повернулся к Эннею.     - Солитариус, – повторил ома, в его глазах читалось смятение.      - Солитариус? А причем здесь проклятый меч? – пожал плечами Фалько и тут его взгляд упал на лежащее в песке оружие. Черный металл зловеще переливался в свете костра, явно недовольный таким обращением. Парень повернулся к другу, на его лице застыл ужас и он застонал. – Нет, только не это, если Калли узнает, он нас высадит, даже не раздумывая.      - Поэтому мы ему ничего не скажем, – чуть слышно произнес Энней, оглядываясь на палатку караванщика: – говори тише.      - С чего ты вообще взял, что это он? – с надеждой на ошибку спросил Фалько.      - На нем так написано. Я вообще мало, что об этом знаю. Мы в старшем классе проходили Алгора Нокса, меч ведь был выкован для него. Нам рассказывали про него вскользь, он, кажется, был непобедимым рыцарем, пока в один прекрасный момент не сошел с ума и не исчез, уничтожив много людей. Меч так же считается утерянным. Я ничего не забыл? – припомнил Энней.     - Ты забыл упомянуть, что по многим версиям его меч был проклят и именно он свел рыцаря с ума. Ты хоть понимаешь, что это значит? – от возбуждения Фалько не мог усидеть на месте. – С самого детства, мама рассказывала мне истории «о великом Алгоре», она вообще любитель разных историй. О том, что он в одиночку мог уничтожить целую армию, имея только Солитариус, и вот он здесь, перед нами. Избавиться от него было бы величайшей глупостью, но оставить его у себя означает обрести очередную головную боль. Это же обалдеть, с ним можно стать непобедимым. В теории конечно. Ведь вполне может статься, что это сам Алгор был мега-монстром, а меч просто служил ширмой.      - Или потерять душу, – добавил Энней, его все больше тянуло к этому мечу. Чем больше он о нем узнавал, тем желаннее тот становился, не в этом ли заключалось его проклятье. Ома прекрасно осознавал всю опасность, но ничего не мог поделать с собой. К тому же его собственный демон, пока не бил тревогу, значит, все было в порядке.      - Но ведь ты уже столько его касался и не похоже, чтобы ты стремился всех убить. Прости за каламбур, – сказал Фалько, косясь на меч.      - Мне кажется нескольких прикосновений мало, нужен постоянный контакт длительное время. Алгор ведь долгие годы носил его с собой, прежде чем свернуть с праведного пути, – ответил Энней и встал.      - Ты собираешься его взять? – Фалько преградил ему дорогу: – может, не стоит?     - Мы не можем его здесь бросить, если его кто-то обнаружит, не зная его силы, будет больше беды, – Энней подошел к Фалько вплотную. – Мы готовы к тому, что он нам преподнесет, и не станем им пользоваться. Кроме того, я уже одержим одним демоном, помни об этом.      - Только возьми это, – парень отступил и, достав из своей сумки ножны для меча, бросил его другу. – Мама дала это мне, чтобы я обзавелся приличным оружием, но по мне стальные перчатки куда более эффективны. Будет лучше, если никто его у тебя не увидит.      - Интересно, откуда этот Юши взял меч, может он знает, что случилось с Алгором? - Энней благодарно кивнул и перебросил ножны через плечо. Подойдя к мечу, ома поднял его и, стряхнув песок, вставил на законное место.      - Все может быть, но я не хотел бы вновь встречаться с этим громилой, чтобы выяснить это, – Фалько опустился у костра.      Остаток ночи они провели, сидя рядом, после таких событий Фалько уже не мог заснуть, сообщив, что выспится днем в прицепе. Лишь только небо прояснилось, Калли выбрался из палатки и, потянувшись, подошел к ребятам.     - Вы что, всю ночь не спали? Вот скажите мне, о чем можно болтать целую ночь? Не понимаю я вас, молодежь. В любом случае, спасибо, что дали мне выспаться. Хоть раз не пожалел, что взял пассажиров, – сказал караванщик, направляясь к тягачу. – Сворачивайтесь, пора двигаться. Будем надеяться, сегодняшний день будет менее насыщенный, чем вчерашний.      - Интересно, он когда-нибудь бывает вежливым? – проворчал Фалько.      - Может, он просто встал не с той ноги, – на Эннея грубость Калли не производила никакого впечатления, он вообще предпочитал особо не замечать присутствия взрослого омы.      - В таком случае, нужно передвинуть ему кровать, потому что он каждый день встает не с той ноги, – усмехнулся Фалько.      Ребята быстро собрали палатку, закопав остатки костра в песке и погрузив все в прицеп, устроились у окна. Караван тронулся с места, им предстояло преодолеть еще много километров пустыни и три долгих дня в дороге. ____________________ *Тардиас - местный аналог сатаны - бог разрушения антипод Гралериса.