ГРАНИЦА ПУСТОТЫ: По праву рождения

     И вновь потек за окном однообразный пейзаж. Золотистый песок, растекающийся волнами, одиноко растущие песчаные кактусы и изредка мелькающие вдалеке плавники вермисов. Несмотря на то, что они были довольно близко, эти гигантские твари вовсе не собирались приближаться. За много лет существования караванного транспорта, они привыкли, что броню тягача им не одолеть, а оружие караванщиков больно ранило.      Ближе к обеду Энней вылез на крышу прицепа и, устроившись поудобнее, отдался во власть согревающих душу солнечных лучей.      «Интересно, мне удастся хоть немного загореть?.. Вряд ли, мое тело, кажется, совсем не меняется», – задумался он. - «А все же, что если? Эй, демон, ты меня слышишь? У меня есть вопрос к тебе».      «Прекрати, в конце концов, сравнивать меня с такими ничтожными тварями, как жалкие демоны, я и обидеться могу. И дай ты мне уже имя, это значительно облегчит наше общение, тебе не кажется?» – холодный голос пронзал Энней насквозь. - «А что касается вопроса, то помни, есть вопросы, на которые я не могу дать тебе ответы».     «Эй, я не собираюсь терпеть тебя вечно и мне все равно, что ты об этом думаешь, но я предпочту отказаться от тебя, когда узнаю как. А имя тебе будет то, которое тебе дали люди – Кайзер», – отрезал Энней, для него было дикостью общаться при помощи мыслей, но постепенно он стал привыкать к этому и концентрироваться на конкретных словах, не впуская в голову лишнюю информацию.      «Ну, вот и славненько, имя, конечно, так себе, но как говорится, имена мы себе не выбираем. К тому же, избавиться от меня не так просто, я твой и только твой, мой господин, по праву рождения», – рассмеялся Кайзер.      «Перестань, что такое это право рождения и что ты вообще знаешь о моей жизни?» – нахмурился Энней.      «По-моему, я итак сказал лишнего, что ты хотел спросить, я бы желал услышать твой вопрос, еще в этом столетии», – Кайзер вновь стал серьезным.      «Я хочу знать, что еще я могу, кроме того, что физически не уступаю мужчинам и этого чертового плаща, это ведь наверняка не все?» – спросил, опомнившись, ома, он чуть не забыл самое важное, что хотел узнать.     «Хороший вопрос, честно говоря, я удивлен, что ты задаешь его только сейчас», – в голосе Кайзера слышалась легкое издевка. - «Пока твои способности не велики, ты можешь понимать сенсу, способен на нечеловеческую ловкость и конечно твое всевидящее зрение. Но это лишь малая часть того, чего ты можешь достичь, учись, практикуйся, получай опыт и кто знает, может через пару лет тот Юши, что напал на вас, покажется жалким младенцем».      «Ну да конечно, чего от тебя еще ожидать», – угрюмо подумал Энней. - «Оставь меня в покое, раз не можешь сказать ничего дельного».      Неожиданно караван тряхнуло, и он встал на месте. Блондин, с огромным трудом удержавшись на крыше, вскочил на ноги, оглядываясь по сторонам. Видимой опасности не было, и даже песок не осыпался, что выдало бы присутствие вермиса. Из кабины, ругаясь, вылез Калли.      - Ну почему это не мог быть обычный рейс, как многие другие, а все потому, что нарушать собственные принципы нельзя, сколько раз уже убеждался, – ворчал он, осматривая тягач.      - Что случилось? – Энней спрыгнул на землю. Тем временем, из люка показался заспанный Фалько, похоже, у него было очень грубое пробуждение.     - Мы застряли, вот что. Видимо, недавно здесь проходило семейство вермисов, и песок еще не успел утрамбоваться, – ответил Калли. – Если бы это случилось год назад, мы бы подождали другого тягача и нас бы вытянули, но сейчас до прихода следующего могут пройти недели.      - Только не говорите, что у вас нет плана на подобный случай? – упавшим голосом произнес Фалько.      - Есть один и, пожалуй, я рад, что вы со мной, добровольцы есть? – Калли как-то очень кровожадно посмотрел на ребят и Энней вдруг ощутил тревогу.      - Я готов, что надо делать? – Фалько выпятил вперед грудь, придавая себе важности.      - Отлично, тогда ты пока стой здесь, а ты, белобрысый, залезай на тягач и посмотри, нет ли поблизости вермисов и в какой они стороне, – скомандовал Калли.     До Эннея начинал доходить смысл его плана и от одной мысли, он ощутил сильный прилив адреналина. Ома забрался на крышу тягача и стал осматриваться по сторонам. Сначала он ничего не видел, но затем заметил несколько движущихся бугорков, они медленно удалялись за дюну.      - Они там и удаляются! - крикнул Бейлер Калли.      - Хорошо, Фалько, быстро переходи на другую сторону тягача, зарывайся по колени в песок и начинай барахтать ногами. Энней, ты стой там и смотри за вермисами, когда они окажутся метрах в двухстах от нас, скажешь ему, чтобы выбирался и дул в тягач, а мне скажешь, когда они будут метрах в пятидесяти. Все понятно? – Калли казался очень решительным. Энней, который уже понял, что тот задумал, считал план не совсем адекватным, но он вполне мог сработать.      - Я мог бы и подольше посидеть в земле, мне выбраться ничего не стоит, – предложил парень.      - Не теряй времени и не вздумай строить из себя героя, взрослый вермис преодолеет это расстояние за десять секунд, – прикрикнул на него Калли.     Все двигались очень быстро. Караванщик залез в кабину приготовившись завести мотор. Фалько забежал за тягач и стал изо всех сил тормошить песок, словно раненый зверь, он так усердно закапывался, что через минуту он был уже по пояс в песке. Его усилия не остались не замеченными. Энней видел, как мощные горы песка развернулись в их сторону. Набирая скорость, они быстро приближались, вздыбливая землю. Их движение почему-то напомнило оме морские волны. Он был на море всего несколько раз, и это были прекрасные дни. И вот сейчас словно лодки, вермисы волновали поверхность песка, погружая его в приятные воспоминания.      - Давай, Фалько, уходи, они уже близко! – крикнул, наконец, Энней. Секунду спустя из песка вырос его напарник и пулей кинулся к тягачу, не забывая создавать много шума. Лишь только он вскочил к блондину, тот сразу подал сигнал Калли, потому что твари были уже совсем близко.      Последовал сильный удар, и все четко ощутили, как вермис проходит под тягачом. Песок приподнялся так сильно, что если бы машина не была такой тяжелой, тварь утащила бы ее за собой. В этот момент Калли рванул рычаг и завел мотор. Караван дернулся, двинулся вперед, опираясь на твердую спину вермиса, и мягко спустился на уже плотный песок. Ребята разразились радостными криками.      Однако тварь, в отличие от них, была совсем не рада тем, что ее спину использовали таким способом. Повернувшись, огромный змееобразный монстр, ударил по днищу прицепа, чуть не сбросив с него Эннея и Фалько. После еще нескольких ударов он, наконец, убедившись, что с караваном ему не сладить, отстал.      - Все отлично, ребята, двигаемся дальше, можете расслабиться, – крикнул Калли из кабины.     Остаток дня Энней и Фалько провели в прицепе, болтая, так что скоро они перебрали все возможные темы и просто молча, любовались уже успевшим наскучить пейзажем. Почему-то с Фалько можно было так легко и открыто говорить, он напоминал оме его друзей из Лимеса. Для него это было необычно, ведь Дейтс так отличался от Сею и Мейс. Они как и Энней были более утонченные в духовном плане, а этот мальчишка словно ураган, не говоря уже о его ужасных манерах. Однако ому это не очень смущало, парень казался ему старшим братом. Фалько же то и дело краснел, но это не мешало ему быть искренним, он и сам еще не определился кто для него Энней, братишка или все же представитель другого пола, к которому стоит присмотреться.      Караван снова остановился, и было слышно, как хлопнула дверца тягача. Фалько откинул люк и вылез наружу.      - Тебе стоит на это взглянуть, – послышался его голос. – Ты не поверишь.      Энней вылез наружу и увидел, что Калли стоит, прижавшись всем телом к старому высохшему дереву, удивительным образом устоявшему посреди пустыни. Фалько выглядел весьма растерянно, похоже, он тоже не понимал, что делает караванщик. Наконец, старший ому отпустил ствол и повернулся к каравану.      - Это старик Сэм, сейчас мы посередине пустыни, нам удалось сэкономить несколько часов, поэтому, сегодня мы больше не двигаемся, разбиваем лагерь, – сказал он, а Эннею показалось, что их капитана что-то гложет.     Как следует, подкрепившись приготовленным Фалько ужином, команда уселась у костра. Спать было еще рано, поэтому оставалось немного свободного времени. Калли записывал что-то в своей книге, Фалько разминался, отрабатывая приемы с невидимым противником, правда Дитосу это очень быстро надоело и он отправил парня посмотреть, нет ли за дюной вермисов. Энней же пытался сосредоточиться на обдумывании полученной им информации, но у него ничего не получалось, он то и дело косился на дерево, не в силах не думать о нем.      - Мастер Калли, простите, что я спрашиваю, но что это за дерево и почему вы так странно себя вели сегодня? – не выдержав, произнес блондин.      - Это дерево, старик Сэм, оно сердце пустыни, – Калли перевел взгляд на иссохший ствол. Караванщик совсем не разозлился, чего опасался Энней. – Ты сочтешь, что я спятил, но рядом с ним самое безопасное место в мире. Раньше когда я еще не занимался караванным бизнесом, я проделывал двухдневный путь, только чтобы пять минут постоять, прикоснувшись к нему. Как бы плохо мне не было, он, будто забирал в себя всю мою печаль. Иногда мне кажется, что дерево живое и понимает все, что ты чувствуешь. Теперь я прикасаюсь к нему каждый раз проезжая по пустыне. Со стариком Сэмом нас связывает много воспоминаний.      Тут Калли остановился, поняв, что и так наговорил лишнего. Энней ничего не ответил, он встал и медленно подошел к дереву. Оно было корявым и высохшим до кончиков корней, даже удивительно, как оно до сих пор не рассыпалось. Легкая дрожь пробила все тело омы, и он неуверенно коснулся шершавого ствола.      Внезапно невиданной силы энергия потекла в его тело, перед глазами пробегали расплывчатые картинки, смысл которых Энней не мог уловить. Все что ему удалось различить в этом хороводе, были бескрайние степи, полные странных созданий и усталый тихий голос, повторявший одну и ту же фразу: «Храни мое сердце». Ома, наконец, смог оторвать руку от дерева и со страхом уставился на него. Калли был прав, дерево было живым, и оно явно что-то пыталось сказать, но что именно Бейлер не мог понять.     - Эй, что-то случилось? – возвращавшийся из-за дюны Фалько, подошел к нему, заметив, что ома побледнел. – Тебе что не хорошо, ты похож на приведение.      - Все в порядке, я, наверное, устал. Все же я не железный, надо отдохнуть, – ответил Энней. Он решил, что лучше пока не говорить ему о том, что увидел, поскольку он и сам еще не знал, что именно видел.      Когда совсем стемнело, Калли отправился в палатку, а Фалько устроился у костра в спальном мешке. Как не уговаривал он Эннея немного отдохнуть, ома наотрез отказался. Его тело уже успело впитать энергию возрождающейся луны и сейчас, блондин чувствовал себя как цветок, пропитавшийся утренней росой.      Лишь только Фалько уснул, Бейлер достал из рюкзака старую карту и, развернув, нашел на ней то место, где они сейчас находились. Как он и предполагал, никакой пустыни не было и в помине. Всю ее территорию занимали обширные луга, а прямо посредине находился огромный город Некродиар с изображением короны над ним. Вероятно, это была столица или еще что-то вроде того. Похоже, что-то случилось, и город был разрушен, а все вокруг заволокло пустыней. Кажется старик Сэм единственный уцелевший житель того города. Уверившись в своей догадке, Энней свернул карту и, убрав ее в рюкзак, вернулся к разглядыванию костра.      От нечего делать Энней пыталась почистить Зерома, но получалось это у него с переменным успехом. Пронырливая гусеница никак не давалась в руки, с невероятной ловкостью ползая по своему хозяину. Зером был очень доволен собой, похоже, эта игра его очень забавляла. Устав, наконец, от бесполезных попыток поймать его, Энней махнул на свою затею рукой и подтянул к себе рюкзак. На глаза ему попалась старинная книга, которую он не вытаскивал с тех пор, как показывал ее Безымянному.     Книга как обычно увеличилась, стоило достать ее из рюкзака. Энней легким движением провел по обложке, ощущая каждую трещинку чешуйчатого покрытия. Выдавленная на обложке надпись - Veleritas, очевидно на языке зверолюдей, переливалась зеленым оттенком, отражая огонь. Ома с удовольствием разглядывал незамысловатые узоры.      «Интересно, а что будет, если в ней написать что-нибудь?» – вдруг подумал он. Легко откинув защелку, Энней открыл книгу на первой странице, она была как обычно пуста. Однако когда блондин перевернул листок, на другой странице стали появляться надписи. Буквы неспешно вырисовывались, занимая свои места, и вот уже превратились в заполненный текстом лист. Было похоже, что буквы писались от руки и Энней вдруг подумал, что для письма использовали не чернила.      На странице, которую он открыл, было изображение Тайо и надпись, гласящая его имя, остальной же текст писался на другом языке, и Энней не мог его понять, хотя он мог поклясться, что это был тот же язык, который он уже переводил. Видимо, его способности действовали как-то избирательно или просто еще не до конца открылись. Ома пролистал книгу и обнаружил, что еще несколько страниц оказались заполнены. Изучив следующие страницы с изображением Солитариуса и странного камня, он понял, что книга написана на трех языках, очевидно, тех самых, что были развиты когда-то на континенте. Так же в книге были страницы, посвященные Эргилу (его медальону), парящему среди облаков замку, возвышающимся до небес колоннам, каждая из которых была на порядок выше другой и …      Взгляд Эннея замер на одной странице. На ней было изображено существо, похожее на человека, только худощавое и в то же время мускулистое с серой кожей, острыми ушами и шипами на голове. На руках и босых ногах у него были мощные когти, гладко перетекающие из пальцев, а белые волосы простирались, будто на ветру закрывая лицо, но, не задев переливающиеся золотом глаза. Одето оно было в белую изодранную рубаху, поверх которой простирался черный плащ с длинными рукавами и черные штаны, ободранные по колено. На обеих руках у него были серебряные наручники, а на ногах по серебряному кольцу. Существо стояло с чуть согнутыми ногами и спиной, словно кралось за кем-то. Надпись на понятном оме, человечьем языке гласила – «Кейн – император мира демонов». Не в состоянии оторвать взгляда от загадочного вампира, Энней провел по изображению рукой. В памяти вновь вспыхнули синие пламя на треугольнике, но на этот раз там был еще кто-то, какие-то тени на заднем плане, которые он никак не мог рассмотреть. Придя в себя, ома захлопнул книжку, образ Кейна все еще не выходил из его головы.      - Опять мне в голову всякая несуразица лезет. Это всего лишь очередное странное создание, почему я так странно себя ощущаю? Это ведь тот самый вампир, о котором говорил Арон, великий император. Должно быть, он был очень сильным, раз мог держать под контролем столько своих собратьев, – чуть слышно произнес Энней, ему почему-то захотелось посмотреть на него в бою, еще лучше сразиться с ним самому. – Боже, о чем я думаю, он меня одним движением по стенке размажет, и откуда вообще взялась такая мысль? Небось, этот внутренний гад такие мысли навязывает. Хотя было бы здорово посмотреть на него в деле.      Энней еще немного полистал книгу, избегая лишь страницы с изображением Кейна, ему совсем не хотелось снова таращиться на вампира, как под гипнозом. Ничего нового он, правда, не узнал, разве только то, что он принял за камень темную тварь земли под названием Толстун. Как оказалось, это было создание размером с два кулака, у него имелось массивное тело, плавно переходящее в голову с двумя точечными глазами. Он лежал на животе, а его лапы без пальцев располагались вдоль тела, при этом задние лапы были не больше больших пальцев, а передние вдвое короче. Как уверяла книга, Толстуны передвигались мелкими прыжками и питались микроорганизмами и как это ни странно синяками, инфекциями. При этом его слюна способствовала быстрому заживлению ран, являясь своего рода ходячими аптечками.      - Чего только не увидишь на свете, хотя, все возможно, что эти создания были созданы магией искусственно и уже давно вымерли, – усмехнувшись, Энней засунул книгу в рюкзак и встал. Ома осмотрелся и решил немного прогуляться, чтобы убедиться, что вермисы не подкрадываются из-за дюны.     ***      Солнце встало, озарив лагерь ярким светом. Энней, просидевший остаток ночи на крыше тягача, соскочил вниз, когда Калли вышел из палатки. Вид у старшего омы был бодрый и довольный, похоже, его радовали спокойные ночи. Фалько тоже открыл глаза, но пока не спешил вставать. Его волосы растрепались еще больше и теперь торчали дыбом.      - Ну что, детки, готовы к еще одному дню? Я даже не удивлюсь, если и сегодня у нас возникнут какие-нибудь проблемы, это просто не рейс, а чья-то злая шутка. Похоже великий Гралерис там, на небесах, заскучал и решил поиздеваться над нами, смертными, – сворачивая палатку, произнес Калли.      - А почему все молятся этому Гралерису? – Энней уже слышал от Калли упоминание имени. Папа был особо ярым противником всей этой божественной, как он говорил – ереси, и потому в их доме тема веры никогда не поднималась. В церковь Энней не ходил. Единственное что он знал, это что Гралерис когда-то спустился на землю, сразил истинное зло и вознесся. Все это казалось оме фантастической сказкой и он никогда не заострял на этом внимания.      - Опять пошутил, уж этого не знают разве что зверолюди с их пресловутой верой в природу? – свернутая палатка выпала из рук Калли, и он подозрительно уставился на Эннея.     - Он имел в виду, что мы лишь знаем, что великий Гралерис – бог, который пишет книгу судьбы, но вы-то взрослее нас и можете нам рассказать о нем побольше, – вмешался Фалько, помогая другу выкрутиться и тот энергично закивал головой      - Так бы и сказал. Я знаю не многим больше вас, вера все же больше для храмовников, но кое-что добавить могу. Давно, около тринадцати тысяч лет назад, наш мир был погружен в хаос, Зло правило на земле, а великий Гралерис вернул мир. И еще есть древнее пророчество, говорящее о том, что однажды зло вернется на эти земли и тогда Бог вновь спуститься с небес, чтобы одолеть его, – Калли говорил так вдохновенно, будто речь шла о чем-то священном для него, даже если он уверял в обратном. – Хотя конечно это всего лишь легенда, но кто знает? Я вообще не верующий, если хотите узнать больше, обратитесь в храм, они вам такую лекцию устроят, что сами не рады будете.      После столь воодушевленной речи Калли закинул вещи в прицеп и двинулся в кабину. Энней вместе с Фалько устроились на крыше прицепа, когда тягач тронулся, он кинул прощальный взгляд на старое дерево и мысленно пообещал, что еще вернется сюда и разгадает его тайну. Полуденная жара заставила ребят слезть внутрь, хотя они успели, как следует загореть. Точнее Фалько почти сгорел, а Энней лишь покрылся легким румянцем.      - Знаешь, с тех пор как мы вместе, с нами столько всего случилось, сколько за всю мою жизнь до этого не происходило, – сказал вдруг парень, глядя на проплывающий за окном пейзаж.      - Прости, я как магнит притягиваю к себе неприятности. Я очень многим усложняю жизнь, похоже, мой удел вечные страдания, – ответил Энней, печально опуская глаза.     - Ты, должно быть, шутишь? – засмеялся Фалько – Я всегда мечтал именно об этом. Опасности, заклятые враги, верные друзья, приключения, я только в этом вижу смысл жизни. Только это делает меня по-настоящему счастливым. Я не знаю, как я жил без тебя все это время.      - Ты просто не подражаем, Фалько, – ома рассмеялся, чувствуя как поднимается настроение. – Даже в самой кромешной тьме, ты всегда найдешь свет, и всегда заставляешь меня забыть о проблемах. Такие люди большая редкость. Спасибо.      - Только не надо окунать меня в краску с головой, – засмущался Фалько и принялся бестолково приглаживать волосы на затылке.      Остаток дня не предвещал никаких серьезных проблем, поэтому уже к вечеру, когда тягач остановился, Калли вылез из кабины и посмотрел на горизонт.      - Поверить не могу, мы ехали целый день без единой остановки, без единого монстра и проблем. Нас должно быть сглазили, – усмехнулся он.      - Ничего подобного, нас атаковала целая стая различных чудовищ, просто мы с Эннеем успели их закосить, прежде чем ты заметил, – подколол его Фалько.      - Эй, остряк, поставь-ка лучше палатку, я еще помню твою храбрость в начале нашего пути, – отрезал Калли и он, пожалев, что открыл рот, полез в прицеп за вещами.      Как следует, поужинав, вся компания устроилась у костра. Калли ненадолго составил ребятам компанию, но его почти сразу сморил сон, и он уполз в палатку. Фалько досидел с Эннеем до полуночи, но после и он не смог сопротивляться сну и сам не заметил, как уснул.      Бейлер остался один, прикидывая, чем бы заняться. Вдруг в темноте что-то привлекло его внимание, какой-то странный звук похожий на глухое шуршание. Энней подскочил на ноги и инстинктивно схватился за рукоять меча у себя за спиной. Решив сначала проверить источник звука, он тихо покинул лагерь.     Шуршание раздавалось откуда-то из-за дюны, и чем ближе ома к ней приближался, тем сильнее был звук.      «Я словно вермис, иду на отвлекающий звук барахтанья в песке», – пришло вдруг в голову блондину. Осознавая то, о чем, он только что подумал, Энней вдруг понял страшную истину, он оставил лагерь без присмотра, а спящих спутников без защиты. Резко повернувшись, он заметил быстро передвигающиеся песчаные бугры, направляющиеся на их лагерь. Решение пришло незамедлительно. Энней выхватил меч и бросился обратно.      Вермисы сбавили скорость и вот уже на поверхности показались их тройные загнутые плавники. Энней бежал изо всех сил, уже понимая, что не успеет. Прямо у самой палатки, остановился один из бугров, и из песка появилась огромная пасть с множеством зубов. Вермис изогнулся как змея, явно намереваясь проглотить палатку со всем ее содержимым, как блинчик с начинкой. Внешне тварь напоминала даже не змею, а многоножку с огромной пастью во всю голову и несколькими плавниками по телу.      В этот момент прогремел выстрел, червь дернулся в сторону. Из палатки выкатился Калли, у нее в руках было дымящееся ружье.      - Падай, падай! – закричал он, выхватывая из-за пазухи еще и двух зарядный пистолет и нанося по твари дополнительные удары. Пули с легкостью прошли сквозь плотную кожу червя и тот, издавая дикие звуки, завалился на бок. Тотчас позади старшего омы вырос еще один вермис, чуть поменьше. Калли обернулся, но не на перезарядку оружия у него просто не было времени. Однако по телу червя неожиданно прошла сверкающая полоса, и оно развалилось надвое. Остальные черви, решив не испытывать судьбу, отступили.     Энней пытался отдышаться. Вермис вырос перед ним, когда он уже подбегал к лагерю, тот находится спиной и представлял легкую добычу. Сам не успев сообразить, ома занес меч над головой, будто тот управлял его рукой, и нанес косой удар по телу твари.      - Где ты был?! Мы чуть не стали закуской! – закричал на него караванщик.      - Не кричи на меня, я проверял шум за дюной, эти твари оказались гораздо умнее, чем ты говорил, они устроили ловушку, в которую даже ты бы попался. Поэтому не смей упрекать меня за то, что я делал свою работу, – Бейлер вспыхнул, он терпеть не мог подобного обращения, когда оно было незаслуженным.      - Все, все хватит, Энней, тебе не стоит перенапрягаться, это может плохо кончиться. А вы, мастер Калли, не стоит поднимать скандал из-за ничего, в конце концов, никто не пострадал, – вмешался Фалько, он вскочил на ноги после первого выстрела.      Энней глубоко вдохнул и попытался расслабиться. Меч, в его руках напитавшись крови, дрожал в нетерпении, желая еще смерти. Убрав его от греха подальше, ома повернулся и пошел к тягачу. Калли же не произнеся больше ни слова, сел у костра и стал перебирать свои записи. Фалько довольный тем, что смог их утихомирить тоже сел у огня. Больше никто не спал.     Чтобы не терять время Калли скомандовал подъем рано. И хотя солнце еще не поднялось из-за горизонта, тягач уже двинулся с места. Ехали молча, Энней не хотел говорить о том, что произошло, а Фалько понимающе не вдавался в подробности.      - Что-то не так. Мы замедляем ход, – вдруг произнес Бейлер. Фалько выглянул в окно. Было утро, солнце лишь слегка поднялось над горизонтом, пейзаж все также плыл за окном, но Энней был прав, они стали двигаться медленнее. Хотя тягач и так развивал не высокую скорость, но теперь он вообще тащился как черепаха.      - Я проверю, – сказал парень и вылез наружу. Высунув голову из люка, Энней увидел, как тот перебрался на крышу тягача и влез в кабину, совершив мудреный акробатический трюк. Спустя минуту он показался вновь и вернулся назад.      - Он сказал, что сбавил ход, чтобы не ревел мотор, потому что мы на территории пустынных разбойников и если нам повезет мы прорвемся незамеченными. Он так каждый рейс действует. Но как по мне, так прикольнее давить бандитов на полном ходу, – доложил Фалько.      - Это глупо, у разбойников наверняка есть дозорные. Сдается мне, он решил сдать нас бандитам в плату за спокойный проезд, – все чувства Эннея обострились в ожидании проблем.     - Брось, он конечно противный, но не станет же он жертвовать чужими жизнями, ради своего товара, – удивился Фалько. – Или станет?      В этот момент рядом с караваном что-то взорвалось, и он остановился. Энней и Фалько замерли в ожидании. Снаружи послышались дикие вопли, на дорогу стали выскакивать из-за дюн мужчины одетые пиратами. Они быстро окружили тягач и прицеп со всех сторон.      - Эй, крысы сухопутные! – раздался чей-то сильный голос, похоже командира. – Какого дьявола, вы вперлись на нашу территорию, вы что, глаза растеряли, предупредительного знака не видели. Давайте сюда своего капитана, мы его утопим, а потом, может быть, обсудим плату за ваши жалкие жизни. Я жду.      - Скажи, что я сплю, эти ребята считают себя морскими пиратами, – удивленно сказал Энней и тут услышал голос Калли.      - Эй ты, шляпа в перьях, лучше тебе свалить отсюда, пока кости целы. Эти земли принадлежат банде Клыков, если они застанут вас за промыслом на их территории, они от вас мокрого места не оставят, – выкрикнул он, открыв дверь тягача. Теперь, по крайней мере, было ясно, что с бандитами у караванщика были дружеские отношения.      - Банда Клыков? Это случайно не те детишки, у которых тут летний лагерь неподалеку? – задумался капитан. – Эй, Сфинкс, напомни-ка мне, где они сейчас?      Из толпы вышел высокий молодой человек, которого ребятам было хорошо видно. На нем был мундир морского офицера и высокие сапоги со шпорами. Длинные рыжие волосы стекали ниже плеч, а глаза скрывала тряпичная маска. На руках были плотные кожаные перчатки, черного цвета.      - Они кормят акул, мой капитан, – спокойным монотонным голосом ответил он.      - Так-то, салага, захлопни пасть и тащи сюда свою тощую задницу, – рявкнул капитан.     В ответ ребята услышали выстрел, а спустя минуту дикий крик Калли. Толпа пиратов заржала в один голос.     - Ну, все хватит, Калли просчитался, пора вмешаться, – Энней вскочил на ноги.     Однако не успел он выбраться из тягача, как его подхватили за руки и вытянули наружу, кинув на песок. Та же участь постигла и Фалько. Пираты цепко ухватили их с двух сторон, опустив коленопреклонно перед капитаном, которого теперь они могли рассмотреть. Это был мужчина с седыми волосами, убранными в хвост и небольшими усами. Одет он был так же в мундир бардового цвета, а на голове была шляпа-треуголка с перьями. Длинная тонкая шпага висела на поясе, а на плече сидело чучело попугая.      - Так-так и что у нас тут. Это не корабль, а какой-то балаган, один мужик и тот выглядит как юнга, - Капитан осклабился.      - Что вы сделали с Калли? – Эннея очень волновала судьба их спутника.      - Ому как бабы, ни капли выдержки. Рухнул в обморок пытаясь проделать во мне дырку, - мужчина указал на бессознательное тело караванщика. – Я так понимаю, этот выскочка капитан этой посудины? Что ж, по нашим законам капитана положено казнить, но только если он мужик, а раз уж это не так. Наказание для него будет под стать женскому. Ребятки, покажите этим крысам, что мы делаем с бабами на борту.      Энней и Фалко одновременно дернулись, стоило пятерым матросам обступить Калли. Однако ребят держали крепко и их трепыхание вызвали только смешки. Бейлер чувствовал странную ауру, исходящую от этих пиратов. Казалось, они не были людьми, но и тварями тоже, они вообще казались не живыми.     Тем временем старшего ому растянули как звездочку и один из пиратов, довольно болезненно шлепнул его по щеке. Караванщик открыл глаза и затрепыхался.      - Не дергайся, мелкота. Ты решил изобразить из себя мужика, управляя этим кораблем пустыни? Сейчас мы тебе покажем, где твое истинное место, - капитан склонил голову, глядя на Калли сверху вниз и ухмыляясь.     Ома рванулся и попытался что-то прокричать, но ему в рот тут же засунули его собственную бандану. Одежда была вмиг спорота с его тела и один из матросов навис над ним, подхватывая под бедра. Толчок и ома выгнулся в держащих его руках. Его крик был подавлен кляпом, а из глаз брызнули слезы. Ома дергался и тщетно пытался вырваться, пока мужчины по очереди вторгались в его тело, не утруждая себя заботой о его состоянии.      Энней не мог оторвать взгляда, хотя ему и очень хотелось. Невиданный доселе страх сковал его тело, настолько, что он не мог двинуть ни мышцей, совершенно забыв о том, что у него есть силы сопротивляться. Перед ним оказался самый худший кошмар любого омы. В отличие от женщин, чье тело может перенести насилие с минимальными для себя потерями, тело омы устроено иначе. Если он сам не желает секса его тело не раскрывается, не выделяется смазка и мышцы инстинктивно сжимаются, пытаясь не допустить проникновения. Из-за этого насилие обычно оканчивалось довольно серьезными травмами и часто смертью.      С детства папа говорил, что Энней должен быть очень осторожен с мужчинами и особенно избегать их в дни, когда его тело источает сияние, так у ому назывался трехдневный период раз в год, когда они могли подарить жизнь. В такие дни представители самого сильного пола могли потерять голову от похоти и причинить ому вред. Бейлер всегда помнил эти слова и относился к взрослым мужчинам с настороженностью, считая, что никогда не допустит ни одного из них к своему телу, только если однажды захочет иметь ребенка или если вдруг влюбится. Впрочем, в последнее оме верилось с трудом. И сейчас, видя то, что мужчины способны сделать с ему подобными Энней уверился, что никогда не захочет допустить мужчину к своему телу.     «Ну что, достаточно насмотрелся. Может пора выбираться, пока эти бравые ребятки не решили, что одного этого бедняги им мало?» - голос Кайзера раздался в голове ому, как спасительная нить, вырывая его из цепких лап отчаяния. Бейлер сморгнул. Калли уже не дергался, безвольной куклой лежа под очередным насильником. Сознание блондина затопил гнев и ненависть к этим омерзительным существам, посмевшим надругаться над более слабым.      Энней закрыл глаза, плащ окутал ее почти мгновенно, каждый раз ему требовалось все меньше времени, чтобы призвать его. Державших его пиратов разметало в стороны и ому вскочил на ноги, подхватывая Солитариус, который выронил один из пиратов, державший его.      - Ха, вы только посмотрите, этот выскочка считает себя крутым. Не троньте его, ребята, он мой, посмотрим, на что он способен, – рявкнул капитан, и толпа мигом расступилась, образовав большой круг для поединка. Бесчувственное тело Калли оттащили в сторону и оставили в покое, никому не хотелось пропускать подобное зрелище. – Условия просты, как всегда, кто победит тот и прав.      /Сейчас я тебя нашинкую, а после выпотрошу внутренности повешу в качестве флага на тягаче/ - его слова произвели бурный эффект, пираты загомони и стали коситься на капитана. Энней тем временем обдумывал, что за мерзость он только что произнес, и как такая гадость могла прийти ему на ум. Последнее время к оме стали приходить разного рода кровожадные мысли, и он смутно подозревал, что это новый финт Кайзера в попытке владеть его сознанием.     Сражаться с другим воином будет труднее, чем с чудовищем. Энней это понимал и для большей уверенности достал из ножен Солитариус, но стоило ему обнажить клинок, как меч полыхнул лиловым пламенем и исчез. Руку обожгло. Энней быстро освободился от перчатки и увидел, что ноготь указательного пальца почернел и на нем золотом переливался рисунок крылатого молота, того, что был у основания меча. Ома сглотнул, похоже, меч слился с ним и теперь даже захоти он, избавиться от него не удастся. Однако времени на панику не было, Бейлер быстро натянул перчатку, глубоко вдохнул и приблизился к капитану. Первый гнев уже прошел и теперь ему предстояло понять, как победить взрослого мужчину, наверняка поднаторевшего в боях. Кайзер, судя по всему, и не думал помогать.      Капитан достал свою шпагу. Энней отвел руку в сторону и из плаща в нее вывалилась катана. Пройдя пару сближающих кругов, капитан сделал выпад, сталь лязгнула с оглушительным грохотом, посыпались искры. Удар за ударом мужчина пытался сразить ому, а он лишь отражал его атаки, оценивая ситуацию. Наконец мужчина припер его к самой стене из пиратов.      - Ну что же ты на деле не так крут, как бахвалился, жалкий пес, – ухмылялся капитан, но в этом он ошибся.      Поймав момент, когда противник отвлекся, ощутив, как что-то подталкивает его руку, Энней увернулся от очередного выпада и в развороте нанес удар. С невероятной легкостью меч рассек голову капитана чуть пониже носа. Сделав пару шагов назад, Бейлер с замиранием сердца ждал, когда тело упадет. В который раз он лишил жизни человека с такой жестокостью, но только в этот раз ома считал, что тот это вполне заслужил за то, что сделал. Возможно по этому, а может просто от безысходности, Энней даже не испытал отвращения к тому, что совершил.      Галдевшие все это время пираты стихли. В их глазах читался не то страх, не то издевка, но никто не шевелился. Неожиданно внутреннее чутье сработало на опасность. Тело капитана не только не упало, но и начало продвигаться вперед, рот открылся и заговорил:     – Великолепно, тебе удалось поразить меня, снимаю шляпу перед мастером,… точнее снял бы, если бы ты не отрезал ее вместе с головой.      Отсеченная часть головы, что валялась на земле, испарилась, а на срез стала нарастать новая, не аппетитное зрелище. Мгновений и голова капитана уже красовалась на родном месте, без единого шрама. Энней почувствовал, что у него подкашиваются ноги, теперь он просчитался, и это может стоить ему жизни.      - Ну вот, опять мундир запачкали кровью, сколько можно. Я вижу, ты несколько удивлен, – сказал капитан, поднимая окровавленную шляпу с земли и широко улыбаясь. – Я ведь предупредил тебя, что уже мертв? Нет? Какая досада. Продолжим?      Мужчина подобрал шпагу и вновь двинулся на Эннея. Не зная, что ему делать, ома начал отступать, а капитан вновь принялся наносить удары, но на этот раз более сильные и расчетливые. Несколько раз его шпага проходила совсем близко с телом блондина, порвав плащ. Очередной мощный удар оттолкнул ому назад и он, потеряв равновесие, упал.      «Теперь я точно влип, но мне нельзя проигрывать, от этого зависят две невинные жизни», – Энней лихорадочно соображал. Он не мог пересилить себя и произнести то, что собирался, но выбора уже не было. - «Кайзер, помоги», – подумал ома, ощутив укол совести. Он воззвал к демону, чью силу обещал не использовать по собственной воле, но эту битву своей души Бейлер уже проиграл.     «Ты еще так не опытен, я помогу и не нужно бояться этого. И запоминай все, что я делаю, мои уроки тебе пригодятся», – услышал он леденящий голос и ощутил, как все чувства покидают сознание.      Капитан был уже совсем близко и занес шпагу для нанесения решающего удара. Энней мог лишь видеть, как его тело со скоростью ветра уклонилось в сторону от удара и вскочило на ноги. Капитан резко развернулся в надежде снести противнику голову, но ома проскочил под рукой, пропуская капитана вперед и, оказавшись сзади, схватил его за плечи. Все движения были настолько быстрыми, что рассмотреть, что происходит не вооруженным взглядом, было трудно.      Оперевшись капитану ногой в спину, при этом руки были все еще на плечах, Энней потянул на себя и стал падать на спину, увлекая его за собой. Нога омы сработала как пружина и перебросила мужчину через себя. Затем по инерции движения, Энней оторвался от земли и уселся на мужчину сверху. Указательный палец обожгло и в его руке, из лилового пламени сложился меч, который ома, не раздумывая, придвинул к самому горлу капитана.      /Смотри сюда, Кинис, это меч Рэтечи/, – прошипел Бейлер: – /только двинься и он отправит тебя в бесконечное путешествие по боли. Говори..., медленно/.      - Ты победитель, я …, я проигравший, я подчинюсь, – в страхе бормотал капитан. Энней впервые видел, чтобы человек или кто он там, был так напуган. Страх глубоким морем плескался в его глазах.     Ома почувствовал, что вновь управляет телом и тут же слез с поверженного врага, давая ему возможность прийти в себя. Он посмотрел на меч, бросая его на землю и тот, недовольно зазвенев, рассыпался в пламя. Энней протянул руку капитану, помогая ему подняться. Мужчина встал, молча оттряхнул свой мундир и, сняв шляпу, отвесил оме глубокий поклон.      - Тысячи лет никто не мог сразить меня, теперь моя жизнь принадлежит тебе, – тихо сказал капитан. – Мое имя Юрат Найраху, позвольте узнать ваше имя, господин.      Покосившись на Калли, который все еще был без сознания, Энней снял капюшон. Все это было немного странно, но не смотря на то что пираты сделали с караванщиком, ома не смог бы отнять у него жизнь сейчас, когда капитан ему совсем не угрожал.      - Я Энней, капитан, и мне не нужна ваша жизнь, просто дайте нам проехать, – ответил блондин.      Пираты загалдели, явно расстроенные тем фактом, что капитан проиграл оме.     - Тихо, жуки навозные. Мы вдвойне восхищаемся твоим мастерством и признательны твоему благородному жесту, но закон «падших» гласит, что тот, кто сразит нас становиться нашим владыкой до своей смерти, – сказал капитан. – И как знак нашей верности мы преподносим тебе этот дар. Сфинкс.      Из толпы вновь вышел молодой человек с серьезным лицом. У Эннея мелькнула мысль: «Уж не собираются ли они подарить мне этого парня», однако, заметив у него в руках золотой ларец, ома вздохнул с облегчением. Мужчина подошел к нему и протянул дар. Сфинкс открыл ларец, и капитан достал оттуда закрученную раковину размером с кулак с оттиском пиратской эмблемы.      - Где бы ты ни был, подуй в эту раковину, и мы придем к тебе на помощь, – сказал капитан и вложил подарок Эннею в руку. – И не волнуйся о своем спутнике, он не умер и даже пострадал не сильно. Похоже он с местными детишками за проезд своим телом расплачивался, так что у него там все растянуто как у Кейстерской шлюхи.      - Хорошо, - Энней почувствовал что краснеет от такого заявления. Ему совершенно не хотелось знать таких подробностей о жизни Калли. Хотя то, что с караванщиком все будет в порядке, его радовало. – Я сохраню это. Но каким образом вы сможете добраться до меня? – Энней уже давно мучил вопрос, как эти пираты передвигались по пустыне, не на корабле же, в самом деле.      - А вот так! – воскликнул капитан и указал в небо над пустыней. Из огромной тучи, висевшей над дюнами, выплыл летящий корабль. Весь в дырках и пробоинах с драными парусами, он неуклюже планировал к земле. На носу корабля красовался деревянный единорог.     - Корабль призрак, – удивился Энней.      - Ну, почти, только мы не приведения, – усмехнулся капитан.      Энней оторвал взгляд от корабля и посмотрел на капитана, тот явно хотел задать вопрос, но не решался это сделать. Бейлер повел бровью, давая понять, что готов дать ответ.      - Не сочтите за дерзость, но мне просто интересно, когда ты повалил меня на землю, ты назвал меня Кинис, почему? – спросил капитан. Это слово явно было чем-то важным, только Энней не знал почему, ведь говорил не он, а Кайзер.      - А разве я ошибся? – не зная, что ответить, ома перешел в наступление.     - Нет, просто я удивлен. В мире так мало людей знакомых с истиной природой падших и методами борьбы с ними. И потом ты так молод. Хотя в тебе я ощущаю темную сторону, меня поражает, что ты так ловко управляешься с проклятым мечом. Будь осторожен, господин, он многих и куда более сильных сводил с ума, – сказал капитан.      - А я не такой как все, – устало ответил Энней. Не было смысла пытаться что-то объяснить этому странному существу. Пусть уж лучше думает, что ома ненормальный.      - Я это вижу. Удачи, юный господин, – сказал капитан и двинулся к кораблю. – Живо, псы подзаборные, или вы хотите вечно торчать на этой дороге.      Толпа пиратов сделала шаг к кораблю и все как один рухнули на землю.      - Вы что, черти, ходить разучились? – капитан повернулся к барахтающейся куче.      Пираты затихли и разом подняли вверх свои ноги, которые были обвязаны веревкой, тянущейся к прицепу. Энней чуть не рухнул на землю от смеха, его сдерживало только суровое лицо капитана. Как оказалось Фалько, о котором все забыли, когда начался бой, воспользовался шумихой и обвязал матросов между собой, в надежде хоть как-то помочь другу.      - Что за шутки. Как вы могли позволить себя опутать, стадо Бронтов и то умнее вас. Живо всем на корабль, даю одну минуту или будите драить палубу своими языками, – заорал капитан.      Пираты засуетились, отвязываясь от злополучной веревки, и бросились на корабль. Энней бросил взгляд на прицеп, оттуда показался Фалько, он пожал плечами, мол, кто же знал, что все так разрешится. Парень состроил виноватую гримасу и вылез.      - Не злитесь на него, капитан, он хотел помочь мне, – Энней попытался сгладить ситуацию.     - Из него вышел бы отличный пират, он смог связать всех моих парней, а те даже не заметили. Хотя они такие любители зрелищ, что не заметили бы, даже если бы он устроил фейерверк у них за спиной. Парень, когда сдохнешь, буду рад принять тебя в мою команду, – засмеялся капитан, отчего Фалько, только поежился. – Мне пора, а то эти салаги совсем без меня расслабятся. А ты если что зови, не стесняйся, мы с тобой повязаны до конца жизни, твоей разумеется.      - Капитан, – остановил его Энней. – Может, вы могли бы сейчас нам помочь, нам нужно в Левант.      - Мой корабль твой корабль, но мне казалось, у тебя есть свой, – капитан озадаченно посмотрел на караван.      - Он не наш. Калли только подвозил нас, но это не очень приятное соседство, – ответил Энней.     - Тогда добро пожаловать на Кэдерус, величайший из кораблей, – гордо сказал капитан.      Мужчина поковылял к кораблю, выкрикивая различные бранные выражения и угрожая команде вечным проклятьем. Энней повернулся к Фалько. Тот уже умудрился собрать все их вещи, и приближался к ней. Калли постанывал, прихоля в себя, а значит, времени было совсем мало. За него Энней не переживал. Он был уверен, что раз капитан сказал, что тот не пострадал, значит, все будет хорошо. А что до изнасилования, то, наверное, Энней мог пока закрыть на это глаза, тем более что уже все равно ничего не исправить.      - Вот это класс! Настоящий пиратский корабль, вдобавок плавает по небу, и мы на нем поплывем, то есть полетим… или все же поплывем. УХ, КРУТО! – Фалько переполняло чувство неописуемого восторга.      - Тебе и впрямь нужно было стать пиратом. От них столько же шума, – усмехнулся Энней и пошел на корабль.      Калли пришел в себя и, с трудом поднявшись на ноги, стал лихорадочно оглядываться. Все было тихо. Только воздух колыхался, выдавая недавнее присутствие большого объекта, плывущего по ветру.