он трогал меня во время обеда!

Ох какой же страх сейчас охватил этого парня.. Как ошпаренный, рыжий быстро вышел из младшего, накинув на него одеяло и начав поправлять вещи на себе, лишь бы выглядеть аккуратно, только вот пятно крови на футболке и вещи Айка разбросанные рядом с кроватью, говорили о многом и явно очень не хорошем. На последнем дыхании подскочив к брату, Брофловски сразу же начал умолять его молчать и просто делать вид будто ничего и не было... Правда на что он надеялся, говоря это. Ведь по бедному, лежащему практически без движений, при этом дрожащему мальчику было и так видно всю его боль и страдания даже от не долгого измывания над его хрупким телом, только вот, его старший братик был очень груб с ним, и было довольно тяжко даже слушать что тот говорит. Слова не клеились, а в глазах все так же мутнело, будто от удара по голове... Понимая, что скорее всего у него безвыходная ситуация, Кайл тяжело вздохнул и с некоторым даже сочувствием погладил младшего по голове, несколько раз прошептав извинения и начав быстро собирать все разваленные вещи, попутно закидывая их в комод. Оставалось лишь надеяться что все пройдет тихо и Шейла ничего не заметит... Кроме крови на кровати своего младшего сына, которой явно быть не должно. — Кайл, ты как-то долго встречаешь... Все в порядке? А где Айк? — вот и поплыли первые вопросы после того, как старший переступил порог чужой комнаты и спустился по лестнице. По началу после упоминания Айка парень потупил, решая как бы удачно соврать на этот счет. — Прости, мам... А Айк? Он приболел, я уже уложил его, так что он спит.. — неплохо соврав, рыжий начал надеяться всем сердцем на то, что это прокатит, да, так и было, пока он не заметил беспокойство матери, что так и толдычела о том, что ей нужно заглянуть к нему, проверить температуру и так далее, но что Джеральд, что Кайл останавливали ее, говоря что-то вроде: «Не трогай его, пусть отдохнёт нормально...» На удивление, срабатывало, правда не на долго. Она запомнила себе то, что обязательно спросит как себя чувствует ее сын и что с ним, но позже... Брофловски удалось отмазаться, пока вопрос уже не последовал от отца. — Что у тебя на футболке? Кровь? — подойдя к тому ближе он взял этот край футболки рукой, потерев большим пальцем. — Ещё свежая.. Ты поранился или твой брат? — как всегда, режущим взглядом на него смотрел отец, явно что-то подозревая, будто видел все. — Это я... По неаккуратности порезался — Кайл спрятал руки за спину, начав интенсивно впиваться ногтями в кожу ладони, расчесывая в кровь, дабы появилась рана, но только не под рассчитал, и теперь там была целая небольшая впадинка из крови и плоти. — Вот он, порез — решил доказать тот, указывая на собственно созданную рану, что начала неприятно пульсировать и болеть. Взглянув на его ранение, отец семейства взял того осторожно за кисть руки, таща за собой на кухню. — Надо быть осторожнее, Кайл, а если бы ты к чертям собачьим проткнул руку?! — нервно произнес тот, чуть ли не кидая ребенка на стул, который в свою очередь лишь пытался усидеть на нем, не свалившись от такого сильного толчка. Что ж, заслужил такого обращения, исходя из поступков... Через время рана была перевязана и всячески обработана. Старший сын сидел в своей комнате, глядя на дверь. А ведь за ней, дверь напротив, что ведет в покои младшего.. Который наверное до сих пор плачет из-за такой бестолочи как Кайл. Задумавшись о том, что же он натворил, рыжий сполз с кровати на пол, укладываясь на ворсистый ковер и прикрыв лицо, начал приглушенно рыдать. Он ужасен, и продолжит считать себя таковым, пока не прекратит думать о собственном брате, что не заслужил всего того что с ним сделал родной и самый близкий человек. Но даже не смотря на то, в голове время от времени мелькало лицо Айка и его напуганный взгляд, от которого не так давно чуть ли не возбуждался Брофловски, мучая младшего, и от этого присутствие в стенах дома очень мучало и будто жутко давило, указывая на порочность рыжего и все его недостатки... Правда мысли и это милое личико никуда не делись. Все засело в его пустой голове, и будто мешало жить дальше, говоря лишь об избавлении и том, чтобы Кайл принял эту порочность как должное, отдав ей дань своей слабостью. Ох, как же жаль что его брат живёт с ним в одном доме и в комнате напротив, это так не безопасно, но только пока родителей нет дома.. Эти мысли о родителях заставили его еще пуще разреветься, желая себе только лишь смерти и никакого избавления, ведь после его проступка, он не сможет наладить отношения с младшим, а если и попытается, то наверняка сделает лишь хуже. Истерика проходит довольно скоро, так что буквально через пол часа парень нарыдался вдоволь, ощущая какую-то опустошенность, которую принял с каким-то даже удовольствием, ведь так он хотябы ни о чем не думал и не видел того тела перед ним, что давало чуть больше желания жить дальше, не смотря на весь этот кошмар. С истерикой приходит и усталость, так что пришлось подняться, дабы перебраться на кровать и лечь хоть немного отдохнуть, правда только он поднялся на ноги, как в его комнату тихо постучались, и из-за двери показалась темная макушка младшего брата, а затем и его личико, что выглядело довольно серьезным и будто от части заплаканным, как и лицо самого Брофловски. Не медля, мальчик прошмыгнул в комнату, прикрыв за собой дверь и не торопясь подошёл к брату. — Я слышал как ты плакал... Стоял возле двери — вздохнув, начал было тот, как на младшего налетел рыжик, прижимая к себе в объятьях и начиная вновь рыдать ему в плече, не однократно повторяя как ему жаль и как же он хочет заслужить прощения, правда в ответ получал лишь тишину, пока его не обняли в ответ маленькие и хрупкие ручки Айка, но он все так же молчал. Теперь, старшему оставалось лишь надеяться на его милость, дабы получить прощения за свой отвратный грешок, что имеет такой малый процент на исполнение...