I Kissed a Boy

пока джонатан готовил себе завтрак, уилл, не прерываясь, рассказывал ему о новой игрушке майка, которую он пытался зарисовать, но она оказалась слишком сложной для умений юного художника. — стой, стой, уилл... я не успеваю за тобой! — джонатан уже сидел и ел, а уилл всё ещё рассказывал что-то о новой безделушке младшего из уиллеров. парень положил вилку на стол и попытался догнать мысли уилла, которые лезли к нему со всех сторон. — ай, ну! — махнув рукой в сторону джонатана, уилл уселся на стул напротив. — если вкратце, то этот робот, который появился у майка, слишком сложный для меня и поэтому я не смог его нарисовать! — поняв, что брат не понял половину его ужасающей истории и трагедии, он решил пожалеть его, хотя мог это сделать в самом начале, и рассказать все в двух словах. тарелка была помыта, джойс сидела перед телевизором, жуя печеньки и смотря очередную передачу, которая попалась на глаза джойс самой первой, а рядом лежал джонатан, укрывшись знаменитым пледом байерсов, и положил голову на подушку, которая была на краю дивана. уилл снова нашел свое вдохновение, поэтому после, кажется, вечного для джонатана разговора о роботе, он взял пожелтевший листочек, свои старые мелки и тот самый новый набор от нэнс, который был подарен ему «с любовью». — джонатан, я не хотела поднимать эту тему, — джойс, положив тарелку с печеньем рядом с собой, начала гладить старшего по голове, наклонившись к нему, и слегка опираясь на него. — но... кто тот ужасный человек, от которого ты, по словам нэнси, натерпелся? кажется, что каждая мышца тела джонатана сжалась до предела, а сердце начало биться так сильно, что начало ломать кости, дабы выбраться из тела и уйти подальше от своего хозяина, который зависит от него. — мам, это просто... — придумать что-то, мягко говоря, не получалось, но и говорить правду джонатану мешал уже привычный для него ком в горле, который бил парня изнутри, кажется, всеми видами оружия, которые существовали в мире. казалось, что если парень всё же расскажет то, что пытался скрыть, то этот ком просто разорвёт его на куски, или же сожрет изнутри. сделает всё, дабы покарать парня за эту оплошность. по дому разносится стук в дверь. уилл, конечно же, прибежал самый первый к двери. посмотрев на джойс, и дождавшись от нее одобрительного кивка — «открывай», он всё же раскрыл дверь. — о, привет, уилл! а где твой старший братец? — стив улыбнулся, дабы показать свою милость мальчику, который уже собирался запереть прямо перед его носом дверь, и, плюнув на этот случай, сесть дальше и рисовать свой шедевр. джонатан подскочил с дивана, пытаясь не столкнуть джойс. мысли резко перемешались. пока он шел к двери, он думал о том, что сказать маме и зачем он нужен стиву. — я тут. чего... чего тебе? — колени предательски начали дрожать и стали почти ватными, руки сжались в кулаки до побеления костяшек. он ожидал услышать кого угодно — хоппера, нэнси, даже барб, но точно не харрингтона. —нам нужно переговорить. я надеюсь, ты не занят? — стив опёрся на раму двери и дожидался ответа на причину, из-за которой он снова сюда вернулся. конечно, ответа не последовало, но стив улыбнулся, услышав от парня тихое «мам, я сейчас», удаляясь куда-то вглубь дома. джонатан надел свою обувь, дабы не портить тапочки и вышел на улицу, все так же с опаской поглядывая на стива. тихие стуки обуви по асфальту возвращали джонатана из его вечных и глубоких раздумий — на землю. стив шёл уверенно, не то, что он. наконец, дойдя до машины, стив повернулся к джонатану, который успел за эту секунду напрячься раз десять, а то и пятнадцать. — у тебя склероз, или ты реально полный идиот? — улыбка, которую стив надел на лицо для уилла, резко пропала, а его рука появилась на воротнике футболки джонатана, сминая её край. — разве я тебе не говорил, что ты даже смотреть на неё не можешь? — брови стива почти соприкасались, зубы были сжаты до неприятного скрипа. — я... я не понимаю тебя... — пытаясь выбраться из мертвой хватки, джонатан широко раскрыл глаза, и нервно поглядывал по сторонам, дабы убедиться, что их "дружелюбного" разговора никто не видит. — прекрасно ты понимаешь меня, идиот — стив потянул джонатана к себе, дабы не кричать ему за километр, и не привлекать к себе лишних зрителей. — она сама осталась у... — джонатана сбил женский голос, который появился неоткуда вместе с мотором машины. девушка явно обращалась к его собеседнику, поэтому джонатан воспользовался этим случаем и всё-таки выбрался из хватки стива. — стив! ты не знаешь, нэнси у себя? — барб ни капли не смутилась ситуации, которая предстала перед ней, и с улыбкой на лице обратилась к стиву, не замечая его собеседника. — привет, барб. должна быть у себя — слегка приобняв джонатана для образа, стив улыбнулся девушке, и матнул головой в сторону дома уиллеров. Всей кожей руки он ощущал эту дрожь, которая каждый раз проходила по телу байерса. для чего он так пугает его? для чего каждый раз избивает? для чего? совсем недавно, когда стив снова “правил“ нос байерса, где-то в глубине души резко стало тяжело, и что-то явно тянуло стива за нервы, как будто играя на струнах электро гитары. перед ним стоял, а точнее, еле-еле держался на своих ногах — тихий и безобидный паренёк, на котором стив каждый раз срывается. он понимал, что нэнси сама общается с ним, и тот даже немного удивлён этому. харрингтон понимал, что каждый раз, как он как-то задевает байерса, он просто срывается на нём, и пытается не упасть в глазах окружающих. если бы не его гордость и потребность оставаться в глазах окружающих королём, то стив давно бы отвёл байерса к себе домой, напоил бы чаем, дал кучу льда и таблеток для того, чтобы хотя бы на каплю уменьшить его боль. стив бы давно укутал его во все возможные пледы, которые он только сможет найти у себя дома, и уложил бы его на мягком диване, предварительно положив мягкую подушку под голову, и сел бы рядом с ним, включив какую-нибудь нелепую передачу. барб, поблагодарив парня, уехала, так что причины строить из себя друзей смысла нет, хотя стиву бы очень этого хотелось. — байерс, я надеюсь, ты меня понял? — убрав руку, он снова приблизился к парню, дабы узнать... его ответ? нет, его реакцию на слова стива, увидеть его эмоции, которые он так тщательно пытается скрыть. каждый раз он пытается скрыть слёзы, которые, кажется, наворачиваются у него каждый раз и закрывают глаза тонкой блестящей пеленой, не давая ясно видеть. за вопросом последовал кивок парня, который, кажется, сейчас пытался сдержать и шок, и злость, и слезы. — ну и славно. нос... нормально? — стив удивился сам с себя же, но от своего вопроса решил не отрекаться. стив все так же смотрел на лицо, на лицо, на котором было несколько эмоций, а так же синяк, который явно не украшал эти тонкие линии скул и глаз. этот синяк явно был неуместен на этом прекрасном сотворении бога. — что...? — джонатан уже готовился к удару, после этого вопроса, но его не последовало. — ты глухой? нос нормально? — конечно, он понял его реакцию, и даже почему она именно такая, но сохранить свой вид безразличия всё-таки хотелось. — да... да, нормально. я... пойду? — парень уже повернулся в сторону дома, и, слава богу, со стороны стива последовало что-то, напоминающее «угу». зайдя в дом, он так же лег на диван,и, сделав вид, что уснул, пытался обработать эту ситуацию, которая показалась ему довольно странной, и даже немного напрягающей. стив никогда, даже для образа, не обнимал его. он прикасался к нему только тогда, когда бил его или отталкивал. стив никогда не спрашивал ничего на счёт его состояния. обычно, если стив звал его на короткие переговоры, то они заканчивались новыми ушибами и синяками, а не вопросами о его здоровье и состоянии. но в этот раз стив решил действовать наоборот, нарушая свои же правила. может, он проиграл в игру своим друзьям и поэтому позвал его переговорить? может, сейчас стив вместе со своими друзьями громко смеётся над ним в своей машине, говоря о том, какой он всё-таки жалкий фрик и сопляк. стив, приехав домой, открыл банку холодного пива и плюхнулся на диван, пытаясь понять эмоции, которые совсем недавно увидел на лице байерса. — боже, как же ты любишь сводить с ума, байерс. — достав одну сигарету, стив аккуратно сжал ее губами и поджёг. по лёгким, через несколько секунд начал бить уже привычный, и обжигающий для парня дым, который таким же резким запахом впивался в ноздри. к этим ощущениям прибавился освежающий холодный напиток. глотнув его, стив почувствовал, как он быстро охлаждает сначала его горло, а потом пропадает. путь напитка не был важен для стива. для стива были важны дальнейшие ощущения от напитка и сигарет, которые, возможно помогут стиву или понять ситуацию, или вовсе забыть о ней, хотя бы на несколько бесконечных часов.