Глава 17. Старый дорожный трактир.
26 ноября 2022 г., 01:00
— Саске, — угрюмо позвал Наруто, опуская голову на колени. Тело его слегка подрагивало, — Давай костёр зажжём?
Учиха усилием остановил поток своих мыслей, сдерживаясь, чтобы не съязвить.
Да, Наруто, конечно. Вдруг нас ищут, найти не могут, так мы поможем, чтобы ребята время зря не теряли.
Брюнет лишь выдохнул, потому что видел, что Узумаки совсем в порядке. Остаётся гадать почему: потому, что он не смог дойти до Наоми и попрощаться или потому, что он смог дойти до Наоми и не смог попрощаться по очевидной причине.
— Зачем? — тихо поинтересовался парень, переводя взгляд на сидящего напротив. Казалось бы, Учиха, включи логику... Но сейчас не в порядке были они оба. В темноте глаза сияли под светом луны, поэтому брюнет легко нашёл их.
— Прохладно немного, — с досадой поделился Наруто, — Тебе разве нет?
Конечно, погода осенью в лесу оставляла желать лучшего.
Саске помолчал с секунд десять. Его действительно знобило, но лишь оттого, что сильно хотелось курить. По крайней мере, он так думал.
Парень поднялся, снял свой плащ и, привстав на одно колено перед товарищем, укрыл его.
— Мне нет, — пояснил Саске, наблюдая, как Наруто жадно натянул ткань на себя.
— Саске, — Наруто схватил брюнета за руку, хотя тот ещё не собирался уходить, — Сядь со мной, спина к спине. Теплее будет.
Учиха медлил, не зная, как отказать, как пояснить, какие слова использовать.
— Пожалуйста, — то ли показалось, то ли голос предательски дрогнул, — Если тебе не нужно, то мне холодно.
Слова эти прозвучали так искренне, так честно, так по-простому. По-настоящему.
Саске шумно выдохнул, в душе надеясь забыть это сразу после того, как на улице рассветёт. Он физически ощущал вину за то, что Наоми мертва, хотя понимал, что, вроде бы, именно при таком раскладе его вины нет. При таком раскладе вообще выходит, что Наруто жив только благодаря ему, потому что не отведал того вина вместе с усопшей.
Учиха и так не был тактильным человеком, а сейчас, именно в этот момент, чувствовал, что просто не сможет вынести долгого прикосновения, однако упрямо сел рядом. Не спиной к спине, как предложил блондин, но рядом и, чтобы Узумаки не чувствовал себя слишком важной особой, стянул немного плаща. Губы Наруто дрогнули в улыбке, он закрыл глаза и погрузился в настоящую тьму, оставив Саске одного справляться с темнотой леса.
***
Причиной пробуждения был то ли чей-то хриплый голос, то ли долгий голод. Минори спохватилась, наверняка из-за какого-то тревожного сна. Итачи спокойно медитировал, ему совсем не помешал взгляд, полный желания кровожадного убийства. — Комнату скоро сдавать хозяйке, — предупредил Учихи, не обращая на девушку внимания. Девушка ничего не сказала, быстро поправила одежду, забрала сумку и вышла. Итачи скрипнул зубами, но тоже поторопился, оставил деньги на маленьком столике. Вопрос "ты куда?" звучать не должен был и, благо, не звучал вовсе. Сейчас это только бы раздражало. Итачи прекрасно понимал, что девушка направляется к северному входу, только вот было около четырёх часов утра, и заметить кого-то одиноко шляющегося по темноте проще простого, поэтому длинноволосый надеялся, что его брат не додумается подышать свежим воздухом именно сейчас. Минори остановилась в метрах тридцати от выхода, где располагался пост, сейчас никем не охраняемый. Долго высматривать не было смысла — людей там не было в принципе. Она закрыла на мгновение глаза, борясь с чувствами, думая, как поступить. Гениальные идеи приходят спонтанно и, хоть эта таковой не являлась, пришла тоже спонтанно. Узумаки быстро зашагала назад, в противоположную сторону, но Итачи резко схватил за шиворот плаща, (отчего одежда неприятно врезалась в кожу) развернул к себе. Даже, черт возьми, не за руку, а за шиворот, будто псину какую-то. — Отпусти, — спокойно, но со злостью в голосе попросила Минори. — Куда собралась? — а вот здесь вопрос вполне уместен. — Я вернусь туда. Если мой брат мёртв, то я хочу знать об этом. Хочу знать, что с его трупом всё будет в порядке. Хватка стала заметно слабее, но Минори почему-то никуда не шла, то ли ожидая разрешения, то ли времени, когда можно будет убежать. — Саске же сказал, что, если не через пол часа, то к утру будут тут. Надо подождать ещё. Лицо Минори стало белее. Беспокойство смешалось с гневом, она запричитала: — А сейчас, что прикажешь делать? Сидеть и ждать, когда случится что-то? Из-за того, что ты безответственный человек мы сейчас здесь, и не знаем, что с нашими братьями, — Итачи молчал. Такой уж он был человек. В смысле не безответственный, просто спокойный. И это сыграло на руку, ведь запал Минори никто не поддержал и претензии быстро прекратились. Девушка шумно выдохнула, понимая, что нет смысла тратить на это ни время, ни силы. Ей нужно было найти брата. — Ясно, — она развернулась, явно давая понять, что уходит. — Я уже сказал. Нет. — Да почему, а?! — голос вновь невольно сорвался на крик, — Кто ты такой, чтобы указывать? Разума лишился, Учиха? Она то ли замахнулась, то ли ещё для каких целей подняла руку, но Учихе пришлось перехватить. Он со всем спокойствием и серьёзностью пояснил: — Во-первых, не вынуждай меня вступать с тобой в такие бессмысленные бои. Во-вторых, не переоценивай значимость своих чувств, там не только твой брат. — С каких это пор ты стал заботиться о своём брате? — Минори неосознанно хотела уколоть побольнее, но парень нашёл её глаза и жёстко отчеканил: — Сразу после того, как убил наших родителей. Кажется, Минори никогда не слышала, чтобы слова этого человека были такими недоброжелательными. Такими угрожающими. Его глаза вспыхнули алым, но лишь на миг. Итачи отпустил руку, буквально отшвырнул: — С чего ты взяла, что есть смысл говорить про мою ответственность? Единственный, на ком лежит ноша поступков, — это сам человек их совершающий. Не я поставил чувства выше долга. Он не стал опускаться до оскорблений, делать выводы вслух или что-то подобное, но Минори замолчала. Она действительно замолчала. Да, Итачи был бы последним человеком на Земле, кто поставил бы чувства выше долга, Узумаки ощущала это чисто инстинктивно, чисто физически от этого человека исходила такая энергетика, будто он сделан из камня и ничто не способно пошатнуть его или его установки и убеждения. Минори молчала слишком долго перед тем, как заговорить, будто всё никак не получалось собраться с мыслями. Она опустила голову и собиралась что-то ответить, возможно даже извиниться (скорее всего нет), но, всё за тот же шиворот, Итачи затащил её за угол какого-то здания, стоящего в метре от них. Узумаки забыла, что хотела сказать, на ум в этот момент лезли только бранные ругательства, но завидев свет факелов, эти слова растворились на языке. Свет становился ближе. Нельзя было не нервничать в такой ситуации, однако Итачи оставался спокойным. Он лишь чуть хмурился, но наверняка потому, что пытался придумать, как обойтись без смертей, если их найдут. — ... думаешь есть? — Приказ есть приказ. Пусть осматривают дома, комнаты, трактиры. Нам какая разница? — голоса становились ближе, пришлось двоим вжатья в углубление в здании, надеясь на ночную невнимательность и надёжность собственного укрытия. — Тоже верно. Но, я думаю, что люди, совершившие это злодеяние, уже ушли из деревни. Нужно быть полнейшим дураком, чтобы оставаться после такого тут, — Минори машинально кивнула. Узумаки смогла разглядеть высокого, крепкого мужчину, по голосу относительно молодого. — Не знаю. Везде люди не постах стоят... Хотя какая разница вообще? Не думаю, что молодая Госпожа успокоится, пока не найдёт их. Поэтому не важно, где они, всё равно укрыться не смогут, — Узумаки показалось, будто этот постарше кинул взгляд в их сторону и, хоть так оно и было, увлечён он был совсем не ими. Он хлопнул своего напарника по плечу, пальцем указал на небо, и Минори невольно вскинула голову. Клубы дыма поднимались всё выше и выше, угрожающе танцевали, а после исчезали в темноте ночи. Только вот это был не безобидный костёр. Понятно стало сразу — недалеко горит здание. Мужчины перепугались и кинулись в ту сторону, один даже обронил догорающий факел, что вызвало у Итачи усмешку. Действительно было бы забавно, если бы он устроил ещё один пожар, но факел погас почти сразу, как коснулся земли. — Не думаю, что Хиросе так быстро поняла, что пропал свиток... О каком "злодеянии" шла речь? — Она осталась недовольна тем, что я проткнула её кухонным ножом, — Минори кашлянула, пытаясь не акцентировать внимание на произошедшем. Итачи устало потёр лоб. — Идём, — парень нахмурился, вышел первый, изучая теперь опасную дорогу. Они неуверенно добрались до северного входа, затаились. Действительно, то, что мужчины говорили, было правдой. Выезд из города охранялся, только вот, когда Итачи и Минори стали продумывать план действий у себя в голове, Минори заметила одну деталь. Охранники не шевелились. Не дышали. Девушка, не предупреждая Учиху, вышла проверить и удостоверилась в своей правоте. Два трупа с перерезанными шеями и парочкой ножевых аккуратно прикреплялись к деревянной арке кунаями за одежду, почти создавая видимость, что всё хорошо. — Думаешь, они ушли одни? Итачи нахмурился сильней от вопроса. Может ли быть такое, что их братья ушли, не дожидаясь их? Он был почти на сто процентов уверен, что, если бы не экстренные обстоятельства, то нет. — Не знаю. Но этих людей убили точно не они. Узумаки ещё раз осмотрела трупы под тусклым светом. Безжизненные глаза одного устремились прямо на девушку, но Минори это было неинтересно. Она оценивала стиль убийства и уже через минуту убедилась, что Учиха старший прав на все сто процентов. Наруто наверняка бы не сделал такого и, хоть девушка не знала Саске в этой сфере, была уверена, что знает Итачи, и предполагала, что Учиха младший далеко не так аккуратен в своих действиях. Отсюда плавно вытекал вопрос, который никто не решился озвучить. Кто сотворил подобную жестокость с этими людьми? Когда вновь послышались шаги, Минори с Итачи переглянулись и, понимая, что другого выхода нет, вытащили по кунаю, поправили капюшоны. Один из мужчин, который побольше, рухнул на землю, лезвие не выдержало его веса. Было непонятно, услышал это кто-то или нет, но создать хоть какой-то эффект неожиданности можно было. Итачи, прижавшись к стене, стоял первый, а Минори, затаившись в тени, чуть поодаль. Звуки и неровное дыхание стали совсем близко, по меньшей мере три человека. И, когда первый из них неосмотрительно завернул к этим двоим, Учиха среагировал молненосно. Захват был болезненный, лезвие оказалось у горло моментально. Этот парень попытался отреагировать, но второй незнакомец был быстрее. Быстрее, чем Итачи. Лезвие, на неожиданность самого старшего Учихи, вылетело из рук, удар по челюсти выбил из равновесия. Парень растерялся, но не от своей рассеянности. Он чувствовал, он буквально ощущал эту агрессию, которую ни с кем бы не перепутал. —Твой удар стал лучше, Саске, — то ли пожаловался, то ли похвалил Итачи. Минори кинулась к своему брату, Саске подал руку своему. — Всё нормально? — девушка не постеснялась осмотреть шею, лицо, руки Наруто. Тот лишь кивал, не слова не проронил, — Кто из вас умудрился устроить пожар? — Понравилась моя идея? — совершенно спокойно, без капли юмора, поинтересовался, как обычно, безразличный третий товарищ. — Спасибо, что позаботился о них, Сай, — Минори благодарно кивнула, Сай ответил тем же. Все обернулись на страшный женский крик, наверняка произошло что-то ещё, но теперь это было уже не их дело. Сай оглянулся и напомнил, приводя всех в чувство: — Идём. Быстрее.***
По прибытии в старый, кажущийся еле живым, дорожный трактир, Сай оставил их, а сам направился за капитанами. Те улаживали какие-то вопросы, но наши ребята настолько устали, что никто даже не подумал спросить какие. Сонный Хозуки показал им комнаты и всё же утащил Итачи и Саске о чём-то поговорить поздней ночью. Наруто сразу пошёл в комнату, а Минори, даже вещей не распаковав, решила навестить Кибу. Девушка, сама не зная зачем, постучалась, хотя прекрасно слышала, что Киба разговаривает с Акамару. — Входите, — к тому моменту Минори уже вошла, но он всё же решил дать разрешение. Инузука ярко улыбнулся, Акамару пошёл обнюхивать Минори. — Привет, — тихо сказал он, указывая, где можно присесть. Ох уж эти неловкие моменты, когда не понимаешь с какой стороны подойти к человеку. Киба испытывал что-то подобное, ему было непонятно, как поменялась Минори, но то, что она поменялась, он был уверен. Узумаки же, наоборот, редко страдала подобными неловкостями. Она молчала потому, что пыталась оценить состояние товарища. Чёрные круги под глазами, охрипший голос и дрожащие руки. Вид явно нездорового человека. Инузука уже собрался что-то сказать, но Минори перебила: — Выглядишь не очень. А самочувствие? Парень вскинул брови и кашлянул. — Ты, между прочим, тоже, — Акамару улёгся в ногах хозяина, Киба присел поудобнее, — Я в норме. Почти восстановился. Взгляд Минори сделался мягче, она сощурила глаза: — Тогда хорошо. — С Наруто всё нормально? Почему он не зашёл? Узумаки замолчала, задумавшись, как объяснить и, кажется, уже почти выразила мысль словесно, однако у Саске не было сил и желания ждать, когда закончится эта светская беседа. — Кхе, — он громко кашлянул, демонстративно опершись на хлюпкую дверь, — Можно тебя? И хотя, наверняка, в конце вопроса стоял вопросительный знак, то есть Саске спрашивал, но звучало это как приказ, как указание. Кибу он проигнорировал, не удостоил и взгляда. Девушка поднялась, тепло улыбнулась и коротко кивнула Инузуке: — С утра будет тяжело, поэтому поспи. Я разбужу тебя, — Киба поблагодарил взглядом, сдерживая рвущийся кашель. Учиха медленно прошёл до комнаты, Минори сразу за ним. — Что ты узнал? — поинтересовалась девушка, усаживаясь на кем-то дружелюбно расстеленный футон. Саске уже не спрашивал по какому поводу, сообщить что было, поэтому, собственно, и позвал. Он сел напротив. — Какаши и Какузу прибудут к утру, они завершают миссию. Свиток нашли, всё нормально, поэтому Сая и послали к нам, чтобы помочь. Минори щёлкнула пальцами левой руки, вспомнив, что её помощь тоже не помешает, и полезла в сумку. Она протянула Учихе бинты и какую-то склянку, не останавливая беседу: — Куда дальше? Какие планы? Учиха, кивнув, спокойно принял предметы, взял забинтованную руку девушки и принялся разматывать: — Хозуки сказал, что указания ещё не пришли. Нужно будет убраться подальше от этой деревни и можно будет выдохнуть. Саске резко оторвал бинты с засохшей кровью от кожи, от чего Минори, почему-то не ожидая этого, также резко дернулась. — Больно, — нахмурившись, пожаловалась она. Учиха невозмутимо протирал начинавшие сочиться глубокие порезы, он даже бровью не повёл: — Конечно больно, ещё одна усуратонкачи, — он тоже нахмурился, невольно повторяя мимику девушки, — Если чувствуешь боль, значит рукой пользоваться сможешь. Минори понимала, что Саске не знал наверняка, но это чувство, когда тебя пытается подбодрить Саске Учиха, вселяет надежду само по себе. Саске сам очень устал и это было очевидно, даже по голосу. Не слышалось призрения, не было привычной насмешки, однако, несмотря на усталость, он помогал Минори, может и на автомате, может даже и не из благих целей, но помогал. Да, мысль о том, что Саске не пришлось даже нормально просить, а значит ему точно что-то нужно взамен, скользнула уже несколько раз у Узумаки, но девушка всё же покорно сидела. Минори была благодарна, что он не интересуется подробностями произошедшего с рукой, что уж подробности, совсем не интересуется. И, пока девушка прибывала в столь светлом чувстве, как искренняя благодарность, у Саске была своя политика. Зачем спрашивать? Ему нет особого дела. Захочет, расскажет. Не захочет, не расскажет. Всё просто. Ему от этого не горячо, не холодно. Они почему-то молчали, хотя вопросы были у обоих. Просто вслух сказать было задачей не из лёгких. — Наоми мертва? Брови у Саске лишь на мгновение дёрнулись, но он, не задумываясь, кивнул. — Он видел? — голос стал тише, робче. Учиха помолчал какое-то время, нашёл её глаза: — Он ничего не сказал. Я думаю, что да. Вряд-ли бы он ушёл просто так, не достигнув своей цели, — Учиха фыркнул, вернулся привычный язвительный тон, — Это ж Наруто. — Верно, — девушка сглотнула, перевела тему, — Как Сай нашёл вас? — Тоже не знаю. Выбирались через лес, поэтому вышли с противоположной стороны. Сай помог, когда наткнулись на часовых. Потом была засада, пришлось поджечь сарай и бежать. Минори понятливо кивнула, Сай, по-видимому появился как раз вовремя. Девушка поджала губы, а после грубо, прямо в лоб, спросила: — Скольких людей тебе пришлось убить за эту миссию? Саске дал расчёты сразу: — Одного, — но о том, зачем этот вопрос вообще задавался, задумался только потом. — И как ты убил её? — Минори спрашивала это так спокойно, так безмятежно, но было видно, что ей искренне интересно, как всё произошло, она действительно слушала. — Когда попали в засаду, мне пришлось убить совсем молодого солдата. А её я не трогал. Узумаки кашлянула разок, пытаясь уловить логическую цепочку, но не нашла того, за что зацепиться. Пришлось спрашивать: — Поясни. Саске охотно разъяснил: — Я увидел, как она вылила что-то в одну из чашек с саке, заставил это выпить. Хотел, чтобы она рассказала почему сделала это, — он замолчал, внимательно глядя на Минори, изучая меняющиеся эмоции, — Она рассказала и я позволил ей очистить организм, но эта глупышка запила саке из другой чашки. Перекинулись парой слов, — он глубоко вздохнул, будто бы разочарованный тем, что говорит, — Поболтали немного и она умерла. Последнее предложение почему-то вызвало у Минори смех. Либо последнее предложение, либо выражение лица, с которым Саске его говорил: серьёзным, озадаченным. Он выглядел так, будто сам не понимает чего-то, но и недоговаривает некоторые вещи, которые помогли бы сложить картину полностью. Минори немного порассуждала про себя, кто же всё же виноват в смерти Наоми и решила, что, если брать техническую сторону вопроса, то Саске действительно не при чём. — Так и зачем она сделала это? Зачем отравила саке? — Минори аж двинулась вперёд всем своим корпусом от сильного желания узнать. — По приказу младшей Госпожи. Она думала, что ты предала её сестру. И та погибла по твоей вине, — Саске тоже придвинулся ближе, но лишь потому, что услышал шаги в коридоре, надо было говорить тише. Минори пару раз пыталась открыть рот, но не находила чего сказать. Учихе же, если уж слушать, то нужна была только правда. — Это не совсем так. То есть... Саске видел, что Минори не настроена рассказывать всю историю целиком, по крайней мере сейчас, поэтому откинулся к стенки, сообщил своё мнение: — Мне не нужны твои метания. Захочешь поделиться — скажешь как есть, а я сам решу предала или нет. Я не буду жить чужими выводами, чужим умом. Для Узумаки эти слова были усладой для ушей и медом для сердца, поэтому Минори просто поблагодарила: — Спасибо за руку. Футоны уже были расстелены, а значит самое время отдохнуть.***
Через комнату, где были Наруто и Итачи, у которых обычно царит почти дружеская атмосфера, за всё время пролетала лишь пара фраз. Итачи, терзаемый своими страхами не спал, Наруто тоже не мог найти покой. Она спали друг к другу спиной, утыкаясь носом в стенку и на довольно приличном расстоянии, но голос Учихи, который даже не повернулся, блондин расслышал очень хорошо: — Ты нашёл её? — Да, — ответ не заставил себя ждать. Наруто тоже не дёрнулся, головы не повернул. — И как? — Попрощался.
