Memories

Спустя час в палату зашел первый неизвестный на данный момент ему человек. Мэдди рассказала о многих в кратце, но Бак по прежнему их не вспомнил.       — Привет, — в палату почти что забегает Чимни. Он подбегает к Мэдди и целует её в лоб, а потом смотрит на Бака. Эван сразу понял что они пара, хотя не помнил что бы они были обручены. Видимо ушло с памяти, а может этого и не было.       — Доктор сказал мне что ты потерял большую часть своей памяти, так что было бы неплохо познакомится заново. Я Хоуи Хан и все зовут меня Чимни, ты тоже. Мы работаем в одной пожарной части. Помнишь про неё что нибудь? Бак отрицательно кивает.       — Ладно… Сейчас придут Эдди, Хен и Кристофер. Пойду их встречу, — Чимни уходит. Он говорил про имена, но Бак совершенно ничего про них не помнил.       — Бак, — обращается к нему сестра, — Кристофер необычный ребенок. Вы очень сблизились и ты его очень любишь. Жаль что ты этого не помнишь. Бак кивает, не зная что ответить. Внутри него такая буря эмоций что он сдерживается что бы не заплакать.       Почему именно воспоминания? Почему не привычки или что то другое? Ведь для любого человека — воспоминания важны. Нельзя вот так взять и убрать их, даже если они плохие. Важно помнить все.       Баку очень обидно за то что он не помнит тех с кем был все эти года. И он осознает как больно его близким сейчас, ведь они скорее всего прошли столько проблем и преград вместе, что видеть Бака с частичной амнезией — ад.       Он понимает что они были для него дороги и близки ему, но сейчас он не знает как будет говорить с этими людьми. Что спрашивать? О себе? О воспоминаниях? Лучше не сейчас.       — Бак! — Эван слышит детский голос и смотрит на дверь. В палату входит кудрявый мальчик с помощью специальных палок. Он помнит что любил детей. Всю жизнь. Помнил как пять лет назад нянчился с сыном второго бармена на Майями, а вот про этого мальчика он не помнил ничего. И это расстраивало.       За ним заходит Эдди, (Бак понял это, ведь он был единственным незнакомым ему взрослым мужчиной который вошел) а последими в палату заходят Хен и Чимни. Генриетта кивком здоровается с Мэдди и становится в стороне, ожидая своей очереди что бы поговорить.       — Привет Бак, — здоровается Эдди и садится по правую сторону кровати. Он берет его за руку пока Кристофер осматривает перебентованый лоб Бака. — Ты нас очень напугал. И правда, лучше не вспоминать что было в тот момент когда Эдди узнал о случившемся. Это лучше не вспоминать, потому что…это станет больной темой.       — Ты Эдди, верно? — говорит Бак смотря на него и иногда поглядывая на свою руку где расположилась ладонь Диаза. — Я не помню тебя. Для Эдди это нож в сердце, но он знал на что идет. Мэдди позвонила ему когда он ехал в машине в больницу и сказала о возможных рисках потери памяти. Но он так и не рассказал это своему сыну. Бак попал в аварию и не помнит последние несколько лет. Это значит ни 118-части, ни Афины с Бобби и даже Кристофера он не помнит. В его пямяти огромная дыра.       — Ты не помнишь и меня? — говорит грустно Кристофер и Бак к большому сожалению не может порадовать мальчика.       — Прости, я не помню последние три-четыре года. — говорит Бак.       — Значит я помогу тебе вспомнить, — говорит Кристофер и смотрит на отца, — Поможем ему вспомнить нас, папа?       — Конечно, обязательно поможем, — подбадривает Кристофера отец. Эдди просит что бы Чимни погулял с Кристофером по больнице, ведь им нужно поговорить без детских ушей.       — Я Хен, — женщина подошла к Баку, — Парамедик в пожарной части, как и Чимни. Ты заставил нас всех поседеть на двадцать лет пока прохлаждался в коме, — шутит она, Бак улыбается от её шутки и это хорошо.       — Тебе предстоит многое вспомнить, — говорит Эдди и смотрит на Бака теплым подбадривающим взглядом. От этого взгляда у Бака пошли мурашки по коже.       — И с многими познакомится, — продолжает Мэдди, — Не переживай. Мы сделаем все что бы твоя память вернулась. Все будет хорошо. На глазах Мэдди слезы. Она не может сдерживатся после того как узнала что её с трудом узнал собственный брат. Это так больно. Вот почему она часто ненавидела быть медсестрой. Постоянные смерти, крики боли и мольбы о помощи убивали её морально.       — Я…Не помню пожарную часть, — с трудом говорит Бак видя грустные лица своих посетителей, — Я знаком с кем-то еще? Мэдди сказала что я знаю больше людей.       — Я не знаю всех твоих знакомых ведь мы много лет не виделись, но… Афина и Бобби приедут вечером, а их дети и остальные наши знакомые свяжутся с тобой в ближайшее время. Не все могут приехать. — говорит Мэдди и опять грустно улыбается.       — Хорошо… Я-я понял. Хен уходит позвонить а Мэдди и Эдди остаются в палате. Диас продолжает держать Бака за руку, неосознанно поглаживая его кожу большим пальцем.       Бак старается не обращать на это внимание, но это получается плохо. Бак молчит вторую минуту, пока Мэдди печаетает своими пальцами сообщение кому-то.       Он думает о том что…была ли у него девушка? Или парень? Может они скрывают его партнера, или этот человек не знает, а может ему плевать? Может его партнер сбежал когда узнал о его состоянии? Может его не пускают, потому что его близкие ненавидят его партнера?       Черт, вариантов слишком много, и от таких раздумий ничинаеи болеть голова. В любом случае, если бы партнер был — он бы был сдесь.       Потому что единственное что понимает Бак в этой ситуации — Эдди его парень, и они вместе воспитывают Кристофера. Бак сам не понимает как пришел к такому решению, но он пришел именно к этому варианту, когда анализировал поведение Эдди. Эдди смотрит на него по особенному. Не так как обеспокоенная Хен, или Мэдди со своим грусным и уставшим взглядом старшей сестры.       Эдди смотрит на него тепло, будто бы в его взгляде есть слова «Все хорошо, я рядом.» Он постоягноо неосознанно прикасается к руке Бака, и водит пальцами верх вниз. Бакли приятно, он об этом не говорит, но когда Эдди понимает где его рука, то убирает её как ошпаренный.       Первое что заметил Бак — у Эдди карие глаза. Можно подумать что они обычные, встречаются у многих, да и кого вобще удивишь таким, но нет, в глазах Эдди все по другому.       Как только Бак увидел эти глаза, то определенно подумал что попал. А еще он подумал что цвет этих глаз определенно нужно внести в всемирную книгу оттенков и назвать его «Цвет Эдди Диаса».       — Тебе принести что-нибудь? — Мэдди своим голосом выводит Бака из мыслей.       — Что-то поесть и мой телефон, если можно. Мэдди улыбается. Это уже хорошо. Бак обеспокоен тем что Мэдди выглядит не очень, хотя переживать в этой ситуации должны за него. Мэдди достает телефон Бака из сумки и дает его гаджет ему в руки. После чего уходит за чем то вкусным и не обязательно полезным.       Доктор сказал есть полезную еду, он знал что Мэдди очень сурова если дело касается личения, но кто устоит под обаянием младшего брата? Хен пошла за ней что бы хоть как-то помочь и занять себя, потому что слов для разговора с Баком как назло не находится. В палате остается только он и Эдди.       — Я очень переживал, — говорит Эдди спустя долгие минуты в тишине, — и Кристофер тоже. Бак качает головой, не зная что сказать. А надо ли?       — Никто не знает что это вобще была за авария. Камер там не было, а твоя машина была без видеорегистратора, — говорит Эдди.       Виновника аварии и правда никто не нашел. Никто не подумал что это мог быть сам Бак. Самое ужасное что он не помнил, виновен ли он. А вдруг он хотел покончить с собой? Но почему? Бак в который раз отчаянно молит о возвращении памяти. Она сейчас нужна как никогда.       Афина расследует это дело с момента госпитализации Бака, а из улик только разбитая машина. Она вызвалась расследовать это дело, хоть её и отговаривали.       Многие знали Бака в департаменте полиции, многие знали его в пожарной части и диспетчерском центре. И все хотели знать что случилось. Бак стал своеобразным чокнутым знакомым для многих в этом городе, и никто не мог остаться в стороне, когда он попал в больницу.       — У меня есть машина? — спрашивает Бак. Глупый вопрос, но в его состоянии можно было спросить что то более абсурдное.       — Да. А как ты по твоему попал в аварию? — спросил Эдди, подняв левую бровь.       — Есть много способов. Воцарилось гробовое молчание. Эдди не знал что сказать, да и Бак тоже. Бак никогда не думал покончить с жизнью. Он просто знал много способов, ведь так? Ничего страшного…       — Ладно, — Эдди приобнимает друга и делает это слишком долго для простых, дружеских обьятий, — Ты должен отдохнуть, до завтра. И Эдди ушел, оставив Бака с миллионом вопросов и красными от смущения щеками.

***

      — Думаю кому то из вас стоит его приютить, — говорит доктор пяти людям которые сидят в коридоре рядом с палатой Бака. — Он мог забыть элементарные правила безопасности, его привычки могли пропасть, так что лучше перестраховатся.       — Хорошо, — отвечают Мэдди и Эдди, а доктор уходит. Чимни хмыкает.       — Все же это заметили, да? Та самая ухмылка Бака пропала! Хен недовольно фыркает.       — Чим, не придумывай. У Бакару сейчас нет времени на ухмылки. Мэдди издает смешок, а потом говорит:       — Ох, поверьте, для такой ухмылки у Бака всегда будет время.