Сборник ХанФую(Ревность)

      Хлопок двери и два громких проворота замка разнеслись по небольшой комнате, гримёрке. Помещение встретило полумраком. Единственным источником света оставались лампы установленные по периметру зеркала над столиком и одна рядом с диваном.       Ножки стула жалобно проскрипели по полу и девушка устало опустилась на место. Прикрыв глаза, она наконец-то спокойно выдохнула. Очередное выступление и встреча с фанатами прошли прекрасно, если только не брать во внимание тот факт, что за последние пару дней это происходило в четвертый раз.       График работы в этом месяце был слишком плотный. Тренировки, вокал сменялись выступлениями и разными встречами, наперебой со съёмками во второсортных шоу, где ведущие любили задавать каверзные вопросы или заставляли есть что-то странное. Чифую даже не могла вспомнить, когда в последний раз у неё были полноценные выходные. Но Мацуно не жаловалась. Наоборот именно в таком потоке она ощущала себя живой и чувствовала, что с каждым днём становится всё ближе к мечте.       Закинув руки за голову, девушка слегка потянулась и размяла шею, после выпрямилась в спине. Взгляд встретился со своим отражением. На удивление, даже при таком свете, который обычно подчеркивал все неровности и неидеальность её кожи, на лице не было видно усталости и помятости. Всё таки встречи с фанатами работали в обе стороны, не только она отдавала свою энергию людям, но и получала очень много взамен, в виде приятных слов, объятий и маленьких подарков. Вспомнив это, Чифую коротко улыбнулась. Мысли о своих фанатах приятно грели душу.       Вдруг где-то сзади послышался шохор. Мацуно перевела глаза на причину звука и поймала на себе золотистый взор. Её телохранитель молча стоял рядом с входной дверью, а его серьёзное лицо не выражало ровным счётом ничего. Однако, только по пристальному тяжелому взгляду, девушка догадывалась, что мужчину что-то не устраивало. Он злился. За весь сегодняшний вечер не проронил ни слова, что было необычно, и это лишь подтверждало догадки. — Всё в порядке? — Чифую развернулась к Ханме и заботливо улыбнулась. Шуджи ничего не ответил на вопрос. Выражение на лице всё так же было непроницаемо. Он тяжело смотрел на девушку, словно затаил обиду. Обычно это происходило в шутку, но сейчас как будто бы всё было по-настоящему.       Постепенно тишина начинала тревожить. Ощущалось возникшее напряжение, которое с каждой секундой становилось более осязаемым. Его можно было разрезать ножом. Взгляд вытянутых глаз будто бы прибивал к полу. Улыбка с лица девушки спала. Она снова посмотрела в зеркало и аккуратно поправив выпавшую прядку волос. Нервно стала накручивать её на пальчик, после чего вовсе встала с места, так как не могла усидеть в таких обстоятельствах. — Если ты будешь так молчать, то я не пойму что тебя не устраивает, — пробубнила девушка под нос.       Между ними не было ничего серьёзного. В силу своей работы Мацуно не могла заводить отношения, а Ханма был всего лишь её телохранителем, который иногда воспринимал свою работу слишком буквально. Поэтому для того, что между ними действительно происходило становилось сложно подобрать правильное определение. Чифую старалась об этом не думать. Для неё на первом месте стояла карьера, а для этого мужчину стоило держать на расстоянии, даже несмотря на то, что всё внутри интуитивно тянулась к нему. — А ты не понимаешь, малышка? — Шуджи всё-таки удосужился сдвинулся с места и заговорить. Кожу покрыл табун мурашек. Голос Ханмы звучал слишком мягко, особенно, когда он ласково обратился к Мацуно. Это шло вразрез с тем как он продолжал смотреть. Она догадывалась, почему сейчас мужчину так себя вёл, но хотела услышать это лично от него. — Если я спрашиваю, значит я не понимаю, — поджав губу, Чифую развернулась лицом к Шуджи. Руки сложились на груди, а бровки сошлись к переносице. Светлые пряди струились по её открытым плечам. Девушка серьёзно смотрела на мужчину. В свою очередь, Ханма расплылся в какой-то хитрой полуулыбке. — Разве это не очевидно? — Шуджи сделал последний шаг и наклонился вперед, так чтобы их глаза встретились. Руки легли на столешницу, по обе стороны от девушки, замыкая её в полукруг. Несмотря на улыбку на лице, золотистый взгляд не выражал ничего доброго. Он всё ещё был холоден и зол, хотя пытался скрыть это. — Я ревную, — Ханма прекрасно понимал как глупо это звучало. В его положении ему бы не стоило поднимать лишний взгляд на Мацуно, не говоря уже о том, чтобы так открыто выражать свои чувства. Но он делал это. — Зачем ты… — Чифую запнулась. Она отвела взгляд в сторону, а на щеках проступил едва заметный румянец. Плечи слегка приподнялись. Девушка знала о чужих чувствах и не могла отрицать того, что не испытывала взаимность. Но в отличе от мужчины она соблюдала границы. — Я не могу заводить отношения, ты же знаешь. — Знаю, — не настойчиво и мягко, проговорил Ханма. — Но это не отменяет того, что я ревную, когда ты обнимаешься с каждым встречным. И то как ты мило общаешься со своими фанатиками, меня тоже заставляет сходить с ума. Я едва смог сдержать себя сегодня. — Вот именно! — поспешно выпалила Мацуно. — Все эти люди мои фанаты, это первое, а во-вторых, это моя работа, которая ничего не имеет общего с отношениями. — Неужели? — Ханма вскинул бровь. — А когда на твою задницу кладут руку и пялятся на грудь, это тоже часть работы? — В голосе послышались нотки агрессии. Пальцы руки вцепились в столешницу. Было видно как только одни воспоминания об этом разжигали всё внутри. — Может быть мне тогда тоже стоило встать в очередь, а потом начать трогать тебя? — Что ты такое несёшь? — Чифую уперлась поясницей о край стола. Глаза Шуджи не по-доброму блестели. Он будто бы был готов сорваться с места и побежать искать того самого человека, который так поступил с девушкой. — А что, разве я неправ? Я видел как тот тип со странной стрижкой лапал тебя, — грубо выплюнул Ханма. Он бы хотел не думать об этом, но не мог. Любое неподобающее действие по отношению к его Мацуно злило. Не только как телохранителя и охрану, но и как человека, к которому девушка небезразлична. — Он не лапал… — грудь Чифую часто вздымалась. Ладони взмокли. — Это вышло случайно, его толкнула предыдущая девушка и… — Это уже меня не волнует. Я видел то, что видел, — раздражение нарастало. Мужчина перешёл на шёпот, отчего его слова чуть ли не забирались под кожу. Поведение телохранителя не на шутку пугало, хотя самой Мацуно он бы ничего не сделал. Страх скорее был за человека, который мог пострадать от рук Шуджи. — Куколка, я понимаю, что ты хочешь быть в центре внимания и ты добра ко всем этим придуркам, чтобы сказать «нет», но не позволяй незнакомым тебе людям слишком многого. Ты ведь не в хостес работаешь. — Нет… — последовал негромкий и неуверенный ответ. Губы поджались в прямую линию, а глаза спрятались в мысах туфель. С одной стороны Чифую было стыдно за то как она вела себя с фанатами. Да она была слишком открыта, но делала это только ради того, чтобы о ней не подумали плохо, боялась разочаровать. Но с другой стороны то, что ей об этом говорил её телохранитель злило. Кто-кто, а он точно не разбирался во всей этой индустрии и не мог понять опасений девушки, но при это откуда-то брал право принимать за неё решения, ставить условия и тем более учить.       Разговор в таком тоне надоедал. Мацуно нужно было перевести. Новую порцию нравоучений она не была готова слушать. Тем более Чифую была в состоянии сама определить что для неё лучше без чужой «помощи», которая шла из ревности. Взгляд упал на столешницу, на которой помимо всех необходимых средств для макияжа и ухода, также лежал небольшой конверт. Чифую только сейчас вспомнила, что одна из фанаток ещё вчера на встрече попросила передать его Шуджи. — Кстати, раз мы заговорили про фанатов, — Мацуно подобрала конверт и протянула его мужчине, тем самым стараясь создать между ними барьер. — Меня попросили отдать тебе это. — Исчерпывающе, — будто бы отвечая на свои мысли, хмыкнул Шуджи. Он не надеялся, что девушка его услышит, ведь ей было свойственно делать так, как она хотела. Золотистые глаза посмотрели на протянутую бумажку, а после на Чифую. — Ну и что это? — Одна из девушек на встрече, сказал, что ты ей понравился и она хотела бы с тобой познакомиться… — широко открытые глаза встретились с раскосыми. Хоть Чифую была зла, но от такого взгляда это чувство улетучилось и ей казалось, что Шуджи смотрел чуть ли не в душу. Язык заплетался. — Я посмотрела, там есть её номер… На конверте написан… — Можешь выбросить, — даже не взяв в руки конверт, отрезал Ханма. Его не интересовали другие и он не раз это показывал, но Мацуно как будто бы специально не замечала этого. — Я не могу… Я обещала передать, — Чифую снова протянула конверт Шуджи. Пальцы силой стискивали бумагу, а в некоторых места она намокла. Мужчина нехотя вырвал его из рук и недолго думая смял, превращая в мусор. — Эй! Зачем ты это сделал?! — Если не можешь выбросить ты, то это сделаю я, — бумажный комок упал на пол, после Ханма вернулся к Чифую. Её глаза растерянно смотрели на лицо Шуджи. — Малышка, — мужчина подхватил руку и поднёс её к губам, оставив легкий поцелуй на костяшка. — Почему ты никак не можешь понять, что меня не интересуют «другие»? Я ревную тебя как маленький ребенок, а ты будто бы нарочно делаешь всё, чтобы я умирал внутри каждый раз. — Ты же знаешь… — чужие глаза с жалостью посмотрели на Мацуно, отчего внутри всё сжалось. Теперь в них не было чего-то пугающего, лишь искренняя горечь. Ханма сам делает всё, чтобы Мацуно продолжала давать ему надежду. Он знал, что девушка не может отказать и при этом сам же пользовался этим. — Знаю, малышка, — хрупкую руку сжали сильнее. Чифую каждый раз говорила одно и тоже, но всё всегда заканчивалось одинаково. Было не понятно, ради кого она ходила вокруг да около. Ради себя или менеджеров и прочих. Шуджи не хотел отпускать её, и вот сейчас сама Мацуно не торопилась уйти. Мужчина прильнул щекой к маленькой ладошке, отчего сердце пропустило удар, а после забилось с новой силой. — Знаю, что ты боишься, что об этом кто-то узнает, но знаешь какого мне обидно, когда ты позволяешь другим прикасаться к тебе, а мои чувства игнорируешь?       Ханма сделал шаг вперёд, почти вплотную вставая к Мацуно. Девушка прикрыла глаза и прерывисто выдохнула. Вот почему этот человек звучал так убедительно? И то как просяще смотрели его глаза также подливало масла в огонь. Чифую всё ещё было неудобно за то, что Шуджи сделал с конвертом, но это доказывало всю серьёзность его намерений. — Чёртов манипулятор, — сквозь зубы выдохнула девушка на что получила игривый смех, который шёл вразрез с тем, какую до этого эмоцию пытался выдавить из себя Шуджи. Играл на жалости и не стеснялся этого. — А ты постоянно ведешься на это, — новый поцелуй пришелся на внутреннюю часть ладони Чифую, из-за чего от этого места по всему телу пробежались мурашки и собрались где-то в районе лопаток. Щеки обдал румянец, а бровки сошлись у переносицы, образовывая маленькую недовольную складочку. — Не сердись, малышка, я хотя бы честен с тобой, — промурлыкал мужчина прямо в ладошку Мацуно. — Ханма… — свободная рука упёрлась в широкую грудь, когда Шуджи уже без зазрения совести и спроса начал напирать. Она не отрицала, что была готова поддаться на уловки, но как же её раздражала эта бестактность. — Какой же ты невыносимый…       Желая оставить за собой последнее слово, свободной рукой Чифую схватилась за галстук и потянула на себя. Её губы прижались к чужим, что пошатнуло Шуджи от неожиданности. Она постаралась углубить поцелуй, проходясь языком по сжатым половинкам и ища отклик. Когда Ханма всё-таки разомкнул уста, Мацуно без тени сомнения начала брать инициативу.       Такое поведение застало врасплох, но было приятным. Шуджи прикрыл глаза и позволил вести. Рука, что до этого придерживала маленькую ладошку опустилась на тонкую талию. Надавливая на ровную спинку, Ханма вплотную притянул Чифую и, накренившись, заставил выгнуться. Улыбку становилось сложно сдержать. Девушка откровенно показывала своё желание, стоило её только довести.       Поцелуй был долгим и рваным. Мацуно время от времени покусывала чужие губы, отчего Шуджи по-настоящему вело. Грудной надрывный выдох вырвался из груди. Рука опустилась ниже к пояснице девушки, поглаживая и не переставая надавливать. После вовсе перешла на бедро и по-хозяйски сжала. Чифую негромко всхлипнула и именно в этот момент Ханма жадно начал отвечать на её поцелуй, глубже и жестче, перехватывая всю инициативу на себя.       Сердце отбивало непослушный ритм, а воздуха переставало хватать, но Мацуно не торопилась отпускать. Ладонь до побеления костяшек стискивала ткань галстука, тянула к себе. Все волнения, которые были до этого уходили на второй план, Чифую не хотела думать ни о чём другом, кроме Шуджи. — Чёрт, малышка… — отрываясь от припухших губ, мужчина спустился к манящей шее и опалил её горячим дыханием. Чифую часто дышала, вбирая в себя воздух. Её грудь привлекательно вздымалась, а волосы рассыпались по плечам.       Широкая ладонь зарылась в светлые пряди и сжала у корней, заставляя девушку наклонить голову в бок. Губы прижались к бледной коже, которая тут же покрылась мурашками. Проложив мокрую дорожку вдоль шеи, Ханма подобрался к покрасневшему ушку и зубами подцепил проколотую мочку. Прикусил и оттянул, отчего Мацуно переступила с ноги на ногу. Её руки хватались за выглаженную рубашку и пиджак, сминали ткань. Рот приоткрылся и вышел расслабленный выдох на грани с полустоном, когда зубы оставили едва заметный след.       Поцелуи спускались ниже, переходя к выступающим косточкам ключиц и открытой груди. Шуджи не удержался от того, чтобы уткнуться носом в аккуратную впадинку и жадно втянуть в себя легкий цветочный аромат, который сводил с ума. Приятная тяжесть опустилась вниз живота, что заставило прижаться ещё ближе к Чифую. Руки по-хозяйски сжимали стройные бедра, переходили на ягодицы, оттягивали, не до боли, но так, чтобы Мацуно могла ощутить насколько голоден был мужчина.       От действий Шуджи, ноги подгибались. Чифую вцепилась руками в столешницу, боясь потерять равновесие. Жаркий ком скручивал всё внутри, внизу становилось влажно, а ощущение как чужое горячее возбуждение упирается в ногу, распаляло ещё больше. По лицу вновь ударил румянец, который перешёл и на плечи. Девушка не могла думать ни о чём кроме того, чтобы как можно скорее снять нарастающее напряжение. — Мне кажется, я догадываюсь чего ты хочешь, куколка, — бархатный смех раздался рядом с ухом. Чифую будто бы прошибло током. Она сдержанно вздохнула и закусила нижнюю губу. Пока губы Шуджи оставляли поцелуи на её шеи, одна из рук нахально скользнула под юбку. Ладонь накрыла промежность девушки, чувствуя легкую влагу на нижнем белье. — Значит я всё-таки прав, — куда-то в кожу пробормотал мужчина.       Мацуно вцепилась в чужую руку своей, но не для того, чтобы остановить, а для того чтобы направить и сдержанно потереться. Это вызвало очередную волну грудного смеха у Ханмы. Он отстранился и посмотрел в застланные пеленой глаза. Вот так бывало всегда, чем больше девушка сопротивлялась и отказывала, тем больше она хотела контакта и близости. Особенно, когда ей больше ничего не помогало снять напряжение из-за плотного графика.       Недолго думая, Шуджи опустился на колено перед Чифую. Такое положение пустило волну жара по телу и заставило смутиться самой себя. Девушка прикрыла рот ладошкой и наблюдала за тем, как сильные руки поглаживали её бедра, а после забрались под подол короткой юбки. Кожу сжимали и пощипывали, отчего Мацуно заводилась ещё сильнее. Ханма будто бы специально оттягивал момент и задевал всё кроме того, что действительно нуждалось в прикосновениях. — Ханма, не играй… — просяще протянула девушка. На лице расплылась хитрая улыбка. Пальцы подцепили нижнее бельё и спустили его вниз до колен, после чего ткань сама упала на пол. — Конечно, конечно, малышка, — не отводя глаз, Шуджи прикоснулся губами к внутренней части бедра. Осторожно прикусив нежную кожу, он тут же зализал оставленный след. От вида распалённой Чифую было сложно себя контролировать. Однако это никак не влияло на желание доставить Мацуно как можно больше удовольствия.       Горячие поцелуи стали подниматься выше, пока острый нос не задел подол юбки. Приподняв край, взгляд скользнул по открывшемуся виду, от которого напряженная плоть заныла ещё сильнее. Во рту собралось большое количество слюны, а губы пересохли. В который раз мужчина убеждался, что Чифую была красивой везде, слишком привлекательной для чужих глаз. Начиная от кончиков волос и заканчивая мизинчиками на ногах. Вся розовенькая и пышащая цветочным ароматом. Будь его воля, он бы ни за что не показывал её никому и никогда не отпускал от себя.       Облизав пересохшие губы, Ханма с носом забрался под юбку. Шершавый язык сразу коснулся напряженного бугорка. Девушка вздрогнула, а колени подогнулись. Она тихо вздохнула и вцепилась в столешницу. Чужие руки крепко держали, заставляли шире развести ноги.       Последовали короткие ритмичные толчки. Кончик языка очерчивал припухшие и горячие складочки, особое внимания уделяя ноющему бугорку нервов. Время от времени Мацуно смотрела вниз, встречаясь со взглядом Шуджи, который наблюдал за ней. Чифую была не в силах держать долгий зрительный контакта. Она прикрыла глаза и нервно закусила внутреннюю сторону щеки, лишь бы не издавать неправильных звуков, иначе кто-нибудь бы их поймал.       Когда девушка начала сползать, Ханма взял её под колено и закинул одну из стройных ножек на плечо. Пошатнувшись, Мацуно всё-таки положила ладонь на чужую голову и зарылась пальцами в темные волосы. То, что делал Шуджи, и правда приносило много удовольствия. Густые капли естественно смазки ощутимо стекали по бедру, а внизу становилось всё горячее и горячее. Это сильно смущало.       Подушечки пальцев легко скользнули по клитору и половым губам, разводя разгоряченные складочки в стороны, открывая больше пространства. Язык стал работать активнее, надавливая на нужные точки, пока пальцы очерчивали узки вход. Фаланги растирали выступающую смазку, а после попытались проникнуть внутрь. От неожиданности Чифую сжалась и подскочила на месте, но её удержали. — Расслабься, сладкая, я не сделаю больно, — стирая накопившуюся слюну с подбородка, проговорил мужчину. Мацуно негромко всхлипнула и медленной выдохнула.       На лице Шуджи появилась лукавая ухмылка. Подушечки пальцев снова надавили на вход и предприняли вторую попытку проникнуть внутрь, что без препятствий вышло. Чифую закусила нижнюю губу и запрокинула голову. Её рука сильнне сжала чужие пряди, говоря о том, что девушка становилась всё ближе к своему пику. Чтобы не оттягивать этот момент, Ханма вернулся к её промежности.       Пока пальцы короткими толчками скользили внутри, массировали узкие мягкие стеночки и давили на чувствительные точки, язык в их такт обводил припухший клитор. Каждой толчок загонял фаланги глубже. Тёплое нутро девушки полностью их обволакивало и не желало отпускать. Острые колени дрожали, а ноги разъезжались. — Ханма, я… — девушка протяжно простонала, когда пальцы нащупали особую точку внутри. Горячий узел напряжения вот-вот был готов развязаться. Бедра начали поддаваться навстречу. Сердцем сильно билось, что отдавало прямо в уши. — Пожалуйста, не останавливайся…       Девушка сжалась всем телом. Брови сошлись у переносицы, а рот приоткрылся. Понадобилось не больше минуты, чтобы Чифую тихонечко хныкая и елозя на месте, кончила в чужую руку. Мышцы внутри лихорадочно сокращались, но Ханма даже не думал останавливаться. Наоборот, он ещё больше дразнил девушку, натирая складочки и раздражая слизистую внутри. — Ханма, хва-… — просьба звучала слишком умоляюще. Сиплый голос дрожал. Рука в тёмных прядях сжалась и попыталась оттащить мужчину. Колени сходились друг к другу лишь бы перекрыть доступ.       Через некоторое время пальцы всё-таки выскользнули из растянутого входа. Мацуно тяжело дышала и едва не падала с места. Шуджи придерживал её. Его губы коснулись внутренней части бедра, оставляя горячие поцелуи. Взгляд поднялся наверх. Грудь девушки часто вздымалась, а напряженные горошины сосков заметно пробивались сквозь ткань топа. Такая картина дарила особое эстетическое удовольствие.       Ханма отпустил девушку и медленно поднялся. Она пошатнулась. Его раскосые глаза внимательно наблюдали за реакцией Чифую. Тяжелое дыхание и раскрасневшееся личико. Мужчина аккуратно убрал налипшие на вспревший лоб светлые прядки. После зарылся пальцами в волосы, удерживая. Оставив один поцелуй на пересохших губах, Шуджи довольно улыбнулся. — Не заставляй меня больше ревновать, куколка, — голос Ханмы стал тише и глубже. — Иначе в следующий раз мне будет плевать есть ли кто-то перед нами или нет. — Тогда научись держать себя в руках, Шуджи, — не желая оставаться не услышанной, сведя бровки, протараторила Мацуно, на что Ханма усмехнулся. У этой игры явно не было конца.