Жизнь после смерти

Минхо проснулся от того, что захотел в туалет. Он сощурился и посмотрел на часы: 23:49. «Я проспал целый день. Супер, избавил себя от ничего неделания.» Помыв руки, накинув белую толстовку и выйдя из ванной, он надел очки и потянулся к телефону, в надежде увидеть там хоть одно сообщение. «Пусто. Как всегда.» Поняв, что ночью ему уже не заснуть, Минхо покинул свою квартиру и зашёл в лифт. «Может написать Хану, если он ещё не спит.» Лифт остановился и Минхо вышел на крышу. Его лицо обдало лёгким, прохладным ветерком. Он сел на бетон, облокотившись спиной об ограждение на краю крыши и достал телефон. В пустой строке сообщения мигала полосочка. Минхо не знал, что написать и с чего начать. «Привет?». О нет, ужасно. «Спишь?». А если и вправду спит? Так и не решившись отправить сообщение новому знакомому, Ли спрятал телефон и запрокинул голову. Небо было чистым, поэтому звёзды ярко мерцали, будто кто-то рассыпал маленькие бриллианты по чёрной скатерти. «Уверен, Хану бы очень понравилось.» Но Хана рядом не было, поэтому Минхо решил спустится в круглосуточный недалеко от дома, чтобы утолить неожиданный голод раменом или кимпабом.

***

Через пару дней Минхо всё-таки решился и отправил сообщение Джисону. Тот ответил довольно быстро и они договорились встретиться в одиннадцать вечера на крыше. Хан очень обрадовался, увидев дружелюбное «Здравствуй, Хан!» на дисплее смартфона — не зря ждал целых четыре дня. Но, в отличие от Минхо, он мог, хотя бы, скрасить нудные будни, подрабатывая в круглосуточном или же играя по вечерам в барах. Минхо мог похвастаться только тем, что время от времени ему удавалось поспать несколько часов. И то, всего лишь от скуки. Ровно в одиннадцать, Минхо открыл дверь на крышу и увидел перед собой Джисона. Сегодня на нем была оверсайз футболка с длинными рукавами и чёрные джинсы с дырками. Гитары за спиной не было, но зато в руке он крепко сжимал какой-то квадратный предмет. — А я тебя уже заждался. — Сказал Джисон, плюхаясь попой на бетонную поверхность. — К сожалению, сегодня ты не увидишь звёзды. — Минхо последовал примеру Хана и сел рядом с ним. — Почему не увижу? — На небо посмотри. Все затянуто тучами. Не удивлюсь, если ночью будет дождь. — Эх, ну и ладно. — Джисон откинулся назад и лег на спину, подложив руки под голову. — Ещё увижу я эти звёзды. Минхо тоже лёг на спину, опять повторяя за музыкантом, но сел обратно, потому что Джисон, пошарив около себя рукой и нащупав коробочку, всучил ее парню. — Что это? — Ли с интересом потряс коробочку размером с ладонь. — Открой и узнаешь. Развязав ленточку, Минхо приоткрыл крышку и охнул. В коробочке лежала металическая подвеска в виде лапки кошки на цепочке. — Ну как тебе? Нравится? Я проходил сегодня около магазина и решил тебе подарить. — Очень нравится. Поможешь застегнуть? — Минхо повернулся к Джисону спиной, держа в руках цепочку с подвеской. Хан застегнул цепочку на шее Минхо и скользнул пальцами по его шее, то ли случайно, то ли специально, задевая кадык. От этого действия по спине Минхо пробежали мурашки. — Спасибо, Хан. Подвеска очень красивая. — Рад, что тебе нравится! — Но почему именно лапка кошки? Я был бы рад даже банальному инь янь. — Ха-ха, я не делаю настолько скучные подарки. Лапка кошки, потому что ты напоминаешь мне котёнка. — Котёнка..? — Минхо, неожиданно для себя залился румянцем. — Ну ладно. Точнее, не котёнка, а кота. Хан звонко засмеялся и не видел смущённого лица Минхо. Ну по крайней мере Минхо на это очень надеялся. В прохладном воздухе повисло неловкое молчание. Надо срочно было перевести тему. — Хан, можно задать вопрос? — Конечно. Спрашивай, что душе угодно. — Джисон зевнул, не прикрыв рот. — Я помню, как ты тогда сказал, что тоже хотел умереть. Могу я просить почему? — Ли не был уверен, что ему стоит задавать этот вопрос, но все же любопытство никто не отменял. — А-а-а, так ты про это. — Парень сел обратно и посмотрел на вид, открывающийся перед ним, отчего в его карих глазах заплясали городские огоньки. — Хорошо. Я расскажу тебе, если хочешь. Минхо скрестил ноги и приготовился слушать. — У меня с раннего детства нет родителей. Мне сказали, что они попали в аварию и погибли, но я выжил благодаря матери, потому что она обняла меня и прикрыла своим телом. Я этого не помню, потому что мне тогда даже года не исполнилось. Так вот, я жил в детском доме. Там у меня появился друг. Его звали Чан. Мы очень сдружились и везде ходили вместе — нас даже прозвали братишками. Мы росли вместе и были не разлей вода. Когда подросли и нам было лет по пятнадцать-шестнадцать, мы обнаружили общий интерес к музыке и обзавелись мечтой: мы решили стать к-поп айдолами. Решили, что вырастем и будем писать песни, петь и зарабатывать много денег, а потом жертвовать их в помощь детям, таким же как мы. И мы ее почти осуществили. Мы с Чаном пошли в агенство на прослушивание и, прикинь, прошли. Нашему счастью не было предела. Мы стали трейни. Часто практиковались вместе по ночам. Чан относился ко мне очень трепетно, но только как к младшему братишке. А вот я… Уже тогда я не считал его за брата, потому что он нравился мне. Но я так и не успел ему признаться, потому что в скором времени, он дебютировал в группе и стал довольно быстро развиваться. Плюс компания очень помогала с продвижением, и так их группа стала популярна уже через пару месяцев. Но… — Джисон запнулся и продолжил. — Вскоре Чан попал в скандальные статьи журналистов, чьи заголовки гласили: «Ангелок на сцене — дьявол в реальности.». Его обвинили в буллинге над другими мемберами и даже над детьми в интернате. Полный бред. Чан никогда не дрался, только если не в защиту других. Но буллинг…это было слишком. Компания быстро нашла выход, самый безобидный для них самих, — убрать Чана из состава группы и замять это дело. И как бы эту ложь не отрицали, мало, кто верил Чану. Люди начали его гнобить, призывать к смерти, писать ужасные вещи в комментариях. И я знал Чана очень хорошо. Знал, что его это очень заденет и пытался помочь, но тщетно. Чан спрыгнул с крыши компании, даже не успев расторгнуть свой контракт. И я видел это своими глазами, потому что тогда задержался, чтобы отрепетировать хореографию. Его тело приземлилось в десяти метрах от меня и распласталось на асфальте. Я бросился к нему и… Хан замолчал и Минхо услышал, как тот всхлипнул. Резко повернув голову, он понял, что Джисон плачет. «Вот кто меня за язык тянул. Довёл его до слез своим вопросом. Вот я дурак.» На бетон приземлилась тяжелая капля. Но это была не слеза, а капля дождя. Дождь начал быстро усиливаться, а Джисон сидел и плакал, спрятав лицо в ладони. — Хан… Прости, мне не стоило спрашивать тебя об этом… Минхо стянул с себя худи, оставаясь в футболке, и укутал ей Джисона, приобнял за плечи, поглаживая по шелковистым волосам. — Все в норме. — Хан отстранился спустя минуту, за которую уже успел промокнуть. — Просто эмоции нахлынули. — Пошли ко мне. Ты весь промок и дрожишь от холода. Давай попьём чаю? Хан кивнул и поднялся. Минхо направился с ним к двери, все так же обнимая за плечи. Когда они зашли в просторную квартиру, Минхо указал Джисону на ванную комнату и предложил принять тёплый душ, на что тот согласился. Хан скрылся за дверью ванной и Минхо пошёл на кухню, чтобы заварить чай. Он сам очень редко пил его, а если и пил, то какой-нибудь крепкий. Ли открыл шкафчик и его взгляд упал на пакетики с травяным чаем. — Вроде травяной чай советуют пить, чтобы успокоиться? — Пробормотал парень в очках и поставил электрический чайник греться. Вода тихо зашипела и пузырики начали подниматься на поверхность. Чайник издал звук, сигнализируя, что вода вскипятилась и Минхо принялся наполнять чашки и вспомнил, что у него дома закончился сахар. Вполне логично, ведь Минхо никогда не пил что-либо с сахаром, а Хёнджин щепетильно относился к калориям. — Хан! — Минхо подошёл к ванной, где уже затихли звуки душа, с чайной ложкой. — Тебе сахар нужен? Дверь приоткрылась и в дверном проёме показались влажные волосы Джисона. Когда он открыл дверь полностью, Минхо обомлел и чайная ложка полетела на пол. Хан стоял перед ним в рубашке Ли, которую он утром оставил в ванной, и она почти доходила Хану до коленок, подчёркивая стройность его ног. Его окутывали клубы горячего пара, выходящие из ванной. По шее стекали капельки воды и капали на белую рубашку, делая ее более прозрачной. Минхо нервно сглотнул. Его сердце сейчас билось как сумасшедшее и в животе бабочки щекотали своими крылышками. — Что ты спрашивал? — Джисон провёл рукой по влажным волосам. — Это моя рубашка? — Прохрипел Минхо. — А, да. Ты не дал мне полотенце и там не было ничего, кроме этой рубашки, поэтому я одел ее. — Кхм… Хорошо, я уже заварил чай, иди на кухню. Хан ушёл на кухню, вытирая тёплые капли воды со лба. «Главное дышать… Спокойствие… — Минхо сделал глубокий вдох и выдох. — Как давно я не ощущал подобного.» Ли поднял ложку с пола и пошёл на кухню к Хану, который сидел на стуле, поджав ноги, и странно смотрел на парня. — В чае ведь нет сахара? — Он отпил ещё глоток и поморщился. — Э-э, ну у меня закончился сахар. — А зачем тогда спрашивал нужно ли мне ложить сахар в чай? — Э-э-э… Джисон засмеялся, а Минхо покраснел, схватил чашку с чаем и сделал большой глоток. — Айщ! Горячо! Минхо зашипел и поднёс руки к губам. Хан резко встал со стула и начал лазать по шкафам в поиске аптечки. Обнаружив то, что искал, он достал тюбик с мазью от ожогов и ватные палочки. — Садись на стул. Давай я обработаю. Джисон подошёл к Ли вплотную и поднял его голову за подбородок. У Минхо опять перехватило дыхание от такой близости с музыкантом, который стоял перед ним в просвечивающейся рубашке. — Всё не так плохо. Думаю, если нанести мазь, то через пару дней пройдёт. С этими словами Хан нанёс мазь на ватную палочку и, наклонившись ближе к лицу Минхо, начал обрабатывать обожженные губы парня. «Я СЕЙЧАС НЕ СДЕРЖУСЬ. ЧТО ОН ТВОРИТ?!» — Минхо пытался откинуть похотливые мыслишки в сторону, но получалось плохо. — Вот и всё. Не забудь обработать губы завтра и тогда… Джисон так и не успел договорить, потому что Ли притянул его за талию ближе к себе. Его горячее дыхание обдало губы Хана и его ресницы задрожали. — Эй, Минхо, ты что творишь?.. — Хан прошептал тихо, но отстраняться не стал. — Это я у тебя должен спросить. Думаешь, я смогу сдерживаться, когда ты мельтешишь у меня перед глазами в моей мокрой рубашке и стоишь так близко? — Минхо резко потянул на себя Хана и усадил к себе на бёдра, от чего тот охнул. Минхо смотрел на музыканта затуманенным взглядом, тяжело сглатывая слюну и удивился, когда Джисон снял с него очки и первый прильнул своими губами к шее Минхо, осторожно поцеловал, оставляя влажный след. От этого действия Ли резко встал и, подхватив Джисона на руки, понёс его в свою комнату и опустил на кровать, одновременно жадно целуя его губы. Его руки скользнули под белую рубашку и ощутили гладкую кожу Хана, от чего у обоих пошли мурашки. Минхо оторвался от губ Хана только чтобы посмотреть на него. Благодаря панорамным окнам во всю стену, лунный свет хорошо освещал комнату и Минхо прекрасно видел, распластавшегося под ним, Джисона. Он тяжело дышал, его глаза были закрыты, а светлые волосы были немного растрёпанны. Минхо снял с себя футболку и потянулся к пуговицам на рубашке Джисона. Избавившись от лишней ткани, Ли ещё раз осмотрел музыканта — его светлая кожа выглядела ещё белее при лунном свете, будто это вовсе был фарфор. Он дотронулся пальцами рёбер Хана и тот прогнулся в пояснице, еле сдерживая стон. — Минхо, хватит тянуть. — Захныкал музыкант. — Дай мне полюбоваться таким прекрасным тобой, Джи. Минхо и сам уже чувствовал как внизу живота неприятно стягивало, но не мог оторвать глаз от такого Джисона. Ли снова наклонился к его лицу и начал целовать каждый уголок его красивого лица, спускаясь ниже к животу и оставляя свои метки по всему телу Хана. Когда Минхо заметил, что Джисон еле держится, то достал смазку и презервативы из прикроватной тумбочки. Сначала даже удивился, что всё это ещё лежит там. Выдавив немного смазки и чуть согрев ее, Минхо вошёл в Хана одним пальцем. Когда тот привык, он добавил второй и позже третий. Джисон извивался на кровати, сминая в руках белые простыни, и продолжал целовать губы Минхо, языком исследуя его рот. — Я уже готов, — Хан хрипло простонал в губы Минхо, заставляя второго наконец-то приступить к действию. — Скажи, если я сделаю что-то не так, хорошо? Не в состоянии ответить, Джисон просто кивнул и громко охнул, когда Минхо вошёл в него, только уже не пальцами, и остановился, давая музыканту привыкнуть к размеру. — Мин..хо.. Ах… — Джи впился ногтями в спину Минхо, уже не сдерживая громкие стоны и, через время, начал сам подаваться бёдрами вперёд, надрачивая себе одной рукой. Ли тяжело дышал в шею Джисону, оставляя засосы по всему его телу, которые будут сходить ещё неделю. Чувствуя разрядку, Минхо ускорил темп и начал вдалбливать Хана в кровать, и Хан тоже попытался подстроиться под его темп. — Минхо… Я сей..час! Джисон, со стоном, первый излился прямо на живот Минхо, а тот сделал ещё пару толчков и тоже кончил в презерватив. Связав и выкинув его в мусорное ведро недалеко от кровати, Минхо осторожно уложил Хана, прикрыв одеялом, и вытер живот салфетками, прижался к его спине, нежно обнимая руками. — Ты как, Джи? — Ли осторожно поцеловал Хана в плечо, будто бы извиняясь. — Завтра будет ужасно все болеть. Джисон развернулся лицом к Минхо и обнял в ответ. — Спасибо, что не дал мне умереть, Джи. Ты мой малыш-спаситель. — Прошептал Минхо на ухо парню. — Хах, я же говорил. — Пробубнил "малыш-спаситель" и тихо засопел, уткнувшись в грудь Минхо, чувствуя щекой прохладную цепочку с кулоном.

***

Если бы не солнце, что ярко светило прямо в лицо, Минхо предпочёл поспать бы ещё немного, но проснулся и не мог заснуть, поэтому просто любовался Ханом, спящим в его объятиях. Минхо с улыбкой смотрел на милое личико Джисона и нежно целовал его в макушку, когда его посетила неожиданная мысль сделать приятный сюрприз этому маленькому чуду. Поэтому Ли осторожно встал с кровати, чтобы не разбудить Джисона, быстро оделся и куда-то ушёл. Хан проснулся и, не открывая глаз, лениво потянулся и немного поёжился от прохлады, пошарил возле себя рукой по кровати, ожидая обнаружить там Минхо. Но всё, что он обнаружил - это остывшая простыня. — Он уже проснулся? — Хан протер заспанные глаза и оглядел комнату, залитую утренним светом солнца. Комната была отделана дорого, по крайней мере так выглядела со стороны. Почему-то Хан даже не удивился, что в квартире Минхо ремонт был сделан в стиле минимализма, в неярких тонах, с только необходимой мебелью, чтобы сохранять больше пространства. Джисон поискал Минхо в других комнатах, но и там его не оказалось, поэтому он решил позвонить на сотовый. Но, услышав рингтон чужого телефона из спальни, Хан понял, что Минхо не взял с собой телефон, а значит должен скоро вернуться. Так и случилось. Минхо пришёл через минут пятнадцать с тяжелыми пакетами в руках. — Доброе утро, Джи! Я думал, ты ещё спишь. — Минхо поставил пакеты на пол прихожей и стал разуваться. — Когда ты меня обнимал, мне было очень тепло, а когда ты ушёл - я сразу замёрз и проснулся. — А, кхм, — Ли поправил очки на переносице и смущенно опустил глаза. — Я почти забыл, что уже осень. Хан, успевший принять душ и переодеться за время отсутствия Минхо, подошёл к парню и крепко его обнял. У Минхо снова перехватило дыхание. Его так умилило это действие, что он широко заулыбался. — У меня пустой холодильник, поэтому я сходил в магазин, чтобы купить продуктов, потому что хотел сделать тебе завтрак, пока ты еще спал. — Ну раз я уже не сплю, давай сделаем его вместе? Минхо очень понравилась эта идея. Готовить завтрак с человеком, которому ты доверяешь, несмотря на короткий срок их знакомства, все равно звучало как-то по-домашнему. Так как оба парня были голодными, то они решили не заморачиваться и просто приготовить омлет с овощами и сделать кофе. Пока Джисон резал овощи, Минхо взбивал яйца, слушая как Джисон тихо напевает свою новую песню, которую недавно исполнял в баре. — Мне очень нравится твой голос. И эта песня тоже. — Хех, спасибо! Мне и самой она нравится. Наверное, на данный момент это одна из лучших песен, что я писал. — Хан дорезал сладкий перец, достал из пакета бекон и жалобно заскулил. — Минхо, я уже умираю от голода. — Ну уж нет. Со мной от голода ты точно не умрёшь. Я почти закончил, осталось поджарить омлетик и готово! Джисон всё-таки не удержался и схватил тёплый тост с сыром со стола, мыча от удовольствия. Вскоре, Минхо поставил перед ним тарелку с горячим омлетом, от которого приятно пахло. На вкус омлет тоже оказался очень вкусным и Минхо был доволен собой, видя как парень перед ним, жадно уплетает омлет, набивая щеки. — Это так фкуфно! — Джи, не говори с набитым ртом, а то подавишься. — Посмеялся Минхо, поправляя чёрную оправу очков. — Холофо. Парни действительно остались довольны вкусным завтраком, но пришло время расставаться, ведь работу Джисона никто не отменял. Поцеловавшись на прощание, они пообещали друг другу списаться вечером и Джисон ушёл, оставив приятное ощущение уюта на душе у Минхо. После такого утра и вкусного завтрака, Минхо был уверен, что его день уже ничего не испортит, но ошибся. Пока тот сидел за компьютером, выискивая какой-то интересный фильм, чтобы посмотреть его вечером с Ханом, он услышал звонок в дверь. Открыв дверь, Минхо не ожидал увидеть перед собой Хенджина. — Хорошо выглядишь, — бросил Хван вместо приветствия. — Это на тебя так повлияло наше расставание? Не ответив на вопрос, Минхо нахмурился и, борясь с желанием захлопнуть дверь, всё-таки спросил. — Что тебе нужно? Ты же бросил меня, собрал вещи и ушёл. Почему тогда вернулся? — Я кое-что забыл забрать. Хёнджин указал пальцем на мольберт и картины, сложенные в коридоре у стены. — Я забыл это. Хорошо, что ты их ещё не выкинул. — Сказав это, Хван зашёл в квартиру, даже не разуваясь и поднял с пола мольберт, картины и сумку с художественными принадлежностями. — Вот теперь всё. Я точно ухожу. Хёнджин вышел из квартиры и нажал кнопку вызова лифта, но Минхо его окликнул и он остановился. — Хёнджин! — Чего? — Прости. — За что ты извиняешься? — За всё. Просто не хочу оставаться с тобой врагами. — Я никогда не считал тебя врагом. Даже после расставания с тобой. Но это теперь в прошлом. Живи своей жизнью, живи счастливо. Вижу тебе лучше, после моего ухода. Надеюсь, ты встретишь нужного человека, который терпеливее и преданнее меня. Прощай. Развернувшись, Хёнджин зашёл в лифт. А Минхо подумал: «Я его уже нашёл».

***

— Вот подонок! В такой ситуации он должен извиняться, а не ты! — Воскликнул Джисон, сидя на диване радом с Минхо, запихивая руку в пачку сырных чипсов, после того как Ли поведал ему длинную историю о смерти мамы и отношениях с Хёнджином. — Нет. Я виноват и признаю это. Я даже не обижаюсь на него. — Но… но почему? — Потому что после смерти матери, я заботился только о своих чувствах, напроч забыв о Хёнджине. А ведь ему тоже было тяжело. — Ох, может ты и прав, но не думаю, что тебе стоит винить себя. — Я знаю и стараюсь не винить себя в этом, придумывая другие сценарии развития событий, если бы я не напился тем вечером, но пока ещё плохо получается. — Я уверен, — Джисон накрыл своей ладонью пальцы Минхо. — Что твоя мама не хотела бы видеть тебя в таком состоянии. Ты должен жить, даже если она умерла, спасая твою жизнь. Именно поэтому ты и должен жить счастливо. — Может ты и прав. И всё-таки я благодарен Хёнджину, за то, что он бросил меня. Хан ошалело посмотрел на Минхо. — За что тут быть благодарным? — Потому что, благодаря ему я встретил тебя. — Минхо улыбнулся, вспомнив их первую встречу. — Я тоже рад, что встретил тебя и смог тебе помочь. — Спасибо, мой малыш-спаситель. — Минхо наклонился к лицу Хана и поцеловал, сминая его губы с привкусом сырных чипсов.