Греховное искушение

Год назад

      Люмин проснулась в незнакомой комнате. В доме пахло медикаментами и какими-то веществами. А в голове у нее было какое-то помутнение. Она не помнила, как тут оказалась, не помнила, что с ней произошло.       Девушка резко приняла сидячее положение от мысли, что она совершенно ничего не может вспомнить. Она хваталась за голову и напрягала свою память, но чем больше она пыталась зацепиться хоть за какие-то воспоминания, тем быстрее они ускользали от нее, не оставляя и следа.       В голове были какие-то размытые образы: брюнетка, рыжеволосый парень, какой-то клуб, девушка с хвостиками, гитара, какая-то манга, класс в школе, ювелирный магазин… Но эти образы она никак не могла связать между собой, и они были настолько размытыми, что она даже не могла сказать, знает ли она эти места и людей или нет, они были для нее как будто безликими.       Но, несмотря на свою пропавшую память, она почему-то чувствовала, что дом, где она находится — чужой.       Неожиданно дверь открылась, и за ней показался мужчина лет двадцати пяти с нежно-голубыми волосами и красными как кровь глазами. Как только он увидел девушку, что уже не спала, его губы растянулись в улыбке.       — Проснулась? Как себя чувствуешь? — поинтересовался он ее состоянием. — Как тебя зовут?       — Если честно, то чувствую себя не очень хорошо. Как меня зовут? — ее глаза расширились от ужаса от осознания, что она не может вспомнить даже свое имя. — Я… Не помню…       «Интересно, это она сама потеряла память, или это побочный эффект от того согревающего вещества, что я ей вколол? Я ведь впервые испробовал его на человеке…» — пронеслось в мыслях у мужчины.       — Не переживай, мы обязательно выясним твоё имя. А меня зовут Дотторе. И пока твоё имя неизвестно, могу я тебя называть «куколка»?       Люмин подозрительно посмотрела на мужчину, чего это он… Вроде как заигрывает? И, судя по всему, раньше они были не знакомы.       — Кто вы? — задала логичный вопрос девушка, — Как я у вас оказалась?       — Ты, видимо, совершенно ничего не помнишь, — покачал головой Дотторе, — Я тебя нашёл на берегу реки Ли Юэ. Ты бы умерла от переохлаждения, если бы не я. Сейчас мы находимся в Сумеру, в моем доме.       — Но как я оказалась там? — удивилась Люмин. — И спасибо вам за помощь. Как я могу вас отблагодарить? Я даже не помню, откуда я, как я жила, чем увлекалась. Что мне делать?       — Я попробую пробить всю возможную информацию о тебе, куколка. Как можешь отблагодарить? Ты могла бы мне быть очень полезной… Я доктор и создаю различные лекарства. И мои бы эксперименты прошли быстрее бы, если будет человек, на котором я смогу тестировать свои разработки. Я окажу тебе всевозможную помощь, если согласишься стать моей подопытной.       — Вы… Сумасшедший! — закричала блондинка. — Мне не нужна ваша помощь. Я пойду…       — Куда ты пойдешь, куколка? — Дотторе оскалился в дьявольской улыбке, — Ты никому не нужна, знай это.       — У меня по-любому были друзья и близкие! Они будут меня искать и обязательно найдут! — Люмин отступала к двери, пока Дотторе был совершенно невозмутимым.       — Что-то я в этом не уверен, если ты почти зимой оказалась полудохлой на берегу реки, я думаю, мало ты кому была нужна.       — Даже если так, то я не согласна участвовать в твоих сумасшедших опытах! — с этими криками Люмин резко рванула из комнаты и бежала так быстро, как только могла, она боялась, что этот доктор побежит за ней.       Но Дотторе был подозрительно спокоен и оставался на месте. И лишь сказал, как будто сам себе, потому что девушка давно скрылась за дверью:       — Боюсь, что у тебя уже нет выбора, куколка, ты мне должна за спасение твоей жалкой жизни. Ну попробуй сбежать, посмотрим, что у тебя выйдет из этого… Ха-ха!       Дотторе жил в частном доме, и Люмин выскочила во двор, где ее надежда сбежать разбилась на мелкие осколки: дом был огражден высоким забором, нет, скорее толстой стеной около двух с половиной метров. Наверху забор-стена был выполнен в виде кольев. Даже если тебе удастся перелезть через эту стену, то ты определенно сильно поранишься.       Люмин побежала вокруг дома в надежде найти хоть какой-то выход. Должна же тут быть какая-то дверь? И она ее нашла. Такие же высокие и тяжелые на вид ворота, которые, конечно же, были заперты. Она начала пытаться их открыть, но все было бесполезно.       — Я пробовала, не получится… — послышался сзади женский голос, и Люмин обернулась на него.       Перед ней стояла девушка с зелеными волосами и фиолетовыми глазами. Люмин очень обрадовалась: она не одна здесь.       — Привет, а ты кто и что ты тут делаешь? — блондинка обеспокоенно бросилась к девушке, хватая ее за плечо, но как только она это сделала, незнакомка закричала и отшатнулась, держась за место хвата.       — Не трогай, пожалуйста, у меня элеазар, и как раз плечо у меня покрылось чешуйками, от одного прикосновения мне невыносимо больно… Меня зовут Коллеи. А тебя?       — Я не помню своего имени, я потеряла память, прости. Что тут происходит? Кто этот Дотторе?       — Доктор, по слухам очень хороший. Говорили, что он разрабатывает вакцину от элеазара, и его эксперименты принесли первые успехи. И меня отправили на лечение сюда. Кто бы знал, какие тут ужасные вещи происходят, — глаза Коллеи наполнились слезами, и она отвернулась, чтобы выплакаться.       — Что этот подонок с тобой сделал? — испугалась Люмин, она хотела дотронуться до девушки, чтобы успокоить, но тут же отдернула руку, боясь принести Коллеи еще больше боли.       — Он… Колит мне в чешуйки вакцины. Я каждый раз терплю это и ничего не могу поделать… — сквозь всхлипы объясняла девушка, — Он вмазывал в больную зону какие-то мази, обливал какой-то жидкостью, чего только мне не вкалывал… И каждый раз я терплю ужасную боль… Распространение элеазара прекратилось, но болезнь не исчезла, я не знаю, сколько еще это будет продолжаться… И, если ты тут оказалась, он тоже будет делать с тобой подобное…       — Нам нужно бежать! — уверенно заявила Люмин, — Ты не должна это терпеть.       — Ты думаешь, я не пробовала за полгода? Это невозможно. Я уже оставила бесполезные попытки. Мне остается терпеть и ждать, пока он сам меня не отпустит… — Коллеи вытерла остатки слёз и повернулась к блондинке, — Мне очень жаль тебя… Но ты теперь здесь до того момента, пока Дотторе сам тебя не отпустит… Как и я…       — Но мы должны что-то сделать! — не успокаивалась Люмин, беря девушка за ладони.       — Мы ничего не можем поделать…       — А Коллеи поумнее тебя, куколка, — промурлыкал пугающий голос хозяина дома, — Поняла, что ее попытки бесполезны и больше не пытается. Неужели тебе тоже придется проходить через это, чтобы понять? Что ж, я тебя ни в чем не ограничиваю, ха-ха.       Он был уверен в себе. Он пугал, он вызывал желание смыться от него подальше, от этого мужчины исходила какая-то отталкивающая, пугающая аура…       — Куколка, если ты будешь послушной девочкой, то и я буду мил с тобой. Как видишь, Коллеи хорошо себя ведет, и может свободно гулять по территории, заниматься выращиванием растений, вышиванием, всем, что ей нравится. Коллеи всегда сыта, одета, живет в чистоте и комфорте. Я хорошо отношусь к своим куколкам, если и они хорошо себя ведут и слушаются своего хозяина, то есть меня. Запомни это, Люмин…       — Л-Люмин? — удивилась блондинка от того, что Дотторе так ее назвал.       — Да, пока ты тут бесилась, я нарыл о тебе немного информации. Тебя зовут Люмин, тебе 18 лет, кстати говоря, позавчера было день рождения. С прошедшим. Ты жила в Ли Юэ и училась в школе. Сейчас должна быть в 11 классе, который ты, судя по всему, не закончишь, но не волнуйся, будешь покладистой — устрою тебе поступление в любой университет, в который только пожелаешь. Также я нашел сайт и группу твоей школы. И, как я понял, ты хорошо рисуешь и играешь на гитаре. Если будешь мне угождать — куплю тебе гитару и материалы для рисования. Видишь, как со мной жить хорошо, если договориться, — за все время этого монолога улыбка не сползала с его лица.       — Мне ничего от тебя ну нужно! Отпусти меня и Коллеи. Ты не видишь, что ей плохо с тобой?! — от такого высказывания зеленовласая испуганно посмотрела сначала на Люмин, затем на Дотторе и вся сжалась.       — Коллеи, тебе правда так плохо со мной? — улыбка сползла с его лица, и он холодно взглянул на девушку, отчего та даже вздрогнула.       — Н-нет, Люмин не так меня поняла. Мне с тобой очень хорошо, Дотторе, — она выдавила из себя улыбку, а после того, как тот хмыкнул и зашел обратно в дом, Коллеи обернулась к блондинке и сказала: — Если не хочешь проблем, всегда делай вид, что тебе всё нравится, тогда он будет хорошо с тобой обращаться, если ты не будешь слушаться — поверь, он сделает все, чтобы тебе показать, что бывает в случае непослушания…

11 месяцев назад

      Прошел уже месяц с того момента, как Люмин здесь находилась. Дотторе особо ее не доставал, зато доставалось Коллеи.       Он продолжал ее мучать, ставя опыты над ее элеазаром, Люмин слышала ее душераздирающие крики, но ничем не могла помочь.       А когда Дотторе их не трогал, девушки проводили время вместе Люмин, все равно нечем было заняться. Она удивлялась, как Коллеи остается жизнерадостной и оптимистично мыслит.       Мысли Люмин же становились с каждым днем мрачнее. Она до сих пор ничего не могла вспомнить, она просто так бесцельно проживала каждый день. С Дотторе она общаться отказывалась, несмотря на его бесчисленные попытки найти к ней подход. Девушка лишь продолжала твердить, чтобы тот отпустил их с Коллеи.       Люмин отказывалась трапезничать за одним столом с Дотторе, за что оставалась запертой в комнате без еды, в конце концов, когда голод был уже не выносим, ей приходилось выходить из своей конуры и с максимально недовольным лицом принимать пищу вместе со всеми.       Дом у Дотторе был большой, но в нём жили только они втроем. У мужчины была лаборатория, в которую девушкам строго-настрого запрещалось входить.       Сам Дотторе особо не лез к Люмин и не пытался что-то ей вколоть. Основные силы были направлены на создание вакцины от элеазара. До одного момента…

10 месяцев назад

      Чем чаще Люмин проходила мимо лаборатории Дотторе, тем сильнее становилось ее любопытство. Ей начало казаться, что в этой комнате есть что-то важное, вдруг там есть путь к спасению?       Но как только она поделилась этими мыслями с Коллеи, та округлила глаза и очень сильно просила не творить глупостей и не заходить в запретную комнату.       С каждым новым экспериментом Коллеи становилось все больнее, но элеазар начал по-тихоньку исчезать. А сама девушка, как только намечался новый опыт, начинала прятаться от Дотторе. И однажды она спряталась от него под кроватью в спальне Люмин, а сама блондинка сказала мужчине, что совсем не видела Коллеи.       — Вот всегда так. Я знаю, какое вещество я буду создавать следующим… Я хочу создать обездвиживающее вещество, чтобы мне за подопытными не пришлось гоняться по всему дому. Но затем этот проект перейдет в разработку вещества, поражающего мозг и заставляющего неприкословно слушаться того, кто вколол эту вакцину… Твоей самоуверенности скоро придет конец, куколка. Ведь тестировать этот препарат я буду на тебе…       — Ты псих, понял?! Ненормальный! Оставь нас с Коллеи в покое! Я не собираюсь становиться жертвой твоих экспериментов! — злилась Люмин.       — Можешь кричать, сколько хочешь, но боюсь, что у тебя нет выбора, Люмин. Ты полностью под моей опекой, а значит, я буду делать с тобой все, что захочу. Кстати говоря, кто там доказывал, что ее будут искать друзья? Что-то не особо тебя ищут, куколка. Я же говорил, что никому ты не нужна… Кроме меня…       На самом деле Дотторе видел все новости о Люмин, о том, что ее ищут, но самой блондинке об этом, конечно же, не говорил. Телефонов ни у одной из девушек не было, и это было плюсом для него. Они никогда не узнают о том, что кому-то нужны… Это он должен стать для них смыслом их существования.       В один из дней Дотторе вышел погулять с Коллеи по ее же просьбе за пределы дома. Как сказал сам мужчина, такое позволяется только послушным куколкам, а Люмин такого еще не заслужила, так что блондинка осталась дома одна.       А это значит, что можно посмотреть, что скрывает лаборатория Дотторе. Конечно же, дверь была заперта, и Люмин направилась в комнату мужчины в поисках ключа.       Конечно, была вероятность того, что ключ он всегда носит с собой, но Люмин надеялась, что удача сегодня улыбнется ей. Она стала раскрывать все ящики стола, осматривать все полки…       И удача сегодня улыб… кхм... отвернулась от нее. Нет, ключ она нашла, но знала бы она, какие последствия будут — ни за что бы не влезла в эту комнату.       За дверью особо ничего интересного не было, никакого намека на выход или спасение: только колбочки, какие-то инструменты, ёмкости для смешивания веществ и много другой ерунды. В записях Дотторе, что велись в блокноте, лежащем на столе, тоже ничего полезного Люмин не нашла. Она уже хотела выйти обратно, как задела локтем какую-то колбу, которая пошатнулась и упала на пол, разбиваясь вдребезги, а из него вылилась какая-то жидкость.       — Что это там за шум?! — как назло вернулся Дотторе. Люмин ожидала, что он ее ударит, изобьет до смерти, просто убьет, еще что-нибудь сделает. Но никак не ожидала того, что он лишит ее чести и достоинства.       Когда Дотторе увидел Люмин в своей лаборатории да еще разбитую колбочку, его взгляд наполнился гневом.       — Ты знаешь, сколько времени я потратил на создание этой жидкости?! — зашипел мужчина. — Я ездил в Ли Юэ, чтобы собрать заоблачные перчики для этого вещества! А ты все испортила! Я разве не говорил, что вам запрещено сюда заходить?!              — Я… — Люмин, что-то хотела сказать в свое оправдание, но у нее это не вышло. Дотторе ударил кулаком по стене и прошипел:       — Заткнись! И чтобы я ни слова из твоего грязного рта не слышал! — после чего грубо схватил девушку за запястье и потащил куда-то. — Знаешь, что я делаю с непослушными куколками? Я их наказываю. Ты не только ослушалась меня, но и испортила мои приготовления для будущего препарата!       Он притащил Люмин в спальню и грубо кинул на кровать. После чего тут же оказался рядом и начал снимать с нее одежду.       — Что ты собираешься сделать? Прекрати! — испугалась блондинка, пытаясь вырваться.       — Я тебе весьма благодарен, Люмин, у меня давно не было девушки в постели… — с этими словами снял с себя штаны. — Если не будешь сопротивляться, больно не будет!       — Нет! Дотторе! Я не хочу этого! Пожалуйста, не надо! — она пыталась его умолять, но все было бесполезно.       Она извивалась, не давая ему ничего сделать, но тот схватил ее за запястье и сжал до боли, прижимая к кровати.       — Не заставляй меня тебя привязывать. Поверь, я могу. Ты этого хочешь?! — после отрицательного жеста блондинки головой добавил: — Тогда не брыкайся! Это твое наказание! Я могу поиметь тебя во всех твоих щелях, но не буду, тебе повезло, что у меня было хорошее настроение от прогулки!       Он грубо в нее вошел, и Люмин вскрикнула. Толчок отразился внизу живота острой болью. Ей казалось, что ее разрывают внутри режут на мелкие кусочки. И каждое новое движение приносило боль, Люмин боялась разозлить его еще больше, поэтому пыталась не кричать, лишь беззвучно плакала, пока весь этот ужас не закончился.       Он вышел из нее прежде, чем достиг предела. И на животе девушки растекалась белая жидкость. Она никогда не чувствовала себя так мерзко…       — Хей, куколка, ты что, была девственницей? У тебя кровь… Надо же, не знал, что мне достался такой никем не тронутый цветок. Жаль, что теперь ты опорочена, ха-ха, — с этими словами и противным смехом кинул в нее пачку салфеток: — На, вытрись, выглядишь ужасно. Надеюсь, ты усвоила урок и в будущем будешь меня слушаться.       Люмин привела себя в порядок и просто начала реветь, подогнув колени и обняв их. За что ей это?! В чем она провинилась?! Лучше бы она померла около той реки, на берегу, чем все это терпеть. Подумать только… Она постоянно ему дерзила, не зная, что играет с огнем. Девушка не представляла, что Дотторе способен на такое, он, конечно, сумасшедший, но Люмин думала, что в нем есть хотя бы что-то человеческое.       - Люмин, ты целый день не выходишь из комнаты. Так и будешь голодать? — спросил Дотторе на следующий день, но не получил никакой реакции. — Только не говори, что ты обиделась на наказание. Ты сама виновата и должна это понимать.       — Я все прекрасно понимаю, что я нарушила твои правила. Но ты изнасиловал меня! Это слишком жестоко и низко! — и всхлипнула, а слёзы снова начали скапливаться в уголках глаз. — Ты не мужчина, ты вообще не человек после этого!       — Я тебя предупреждал, что я буду добр, если меня слушаться. Ты попробуй и увидишь результат, — он пальцами вытер ее слёзы, — Если тебя волнует, что я сделал тебя женщиной, то готов взять полную ответственность. Ты можешь стать моей женой… Если будешь мне полезной.       — Да делай что хочешь! Мне уже все равно. И жизнь мне не мила, — буркнула она и отвернулась.

7 месяцев назад

      За это время Люмин попыталась несколько раз покончить с собой. Но Дотторе как назло не давал этого сделать. Она начала надеяться, что умрет в ходе эксперимента, ведь этот доктор начал колоть всякую дрянь, которую разрабатывал на пути к «Препарату обездвиживания».       Ее тело было в синяках от уколов, на запястьях лиловые следы от его рук, синяки под глазами от плохого сна.       — Люмин, так не пойдет. Выглядишь, как ходячая смерть… — покачал головой Дотторе. — Но ты молодец, слушаешься меня беспрекословно. Думаю, ты заслужила подарка…       После этих слов доктор ушел в комнату и вернулся с гитарой и набором для рисования.       — Я же обещал, что если будешь хорошо себя вести, то сделаю все, чтобы ты смогла заниматься тем, что тебе нравится…       — Ага… Есть одно «но», память ко мне до сих пор не вернулась, а значит, я, скорее всего, не знаю, как играть на гитаре, — безнадежно ответила блондинка.       — Ты попробуй, — настоял мужчина, и Люмин повиновалась.       Идея была неплохая, поскольку девушка, сама не зная откуда, знала как играть на гитаре, хотя и ничего не помнила о своей жизни.       — Хоть воспоминаний у тебя нет, память тела осталась… Твои руки помнят, как играть… Удивительно, — искренне восхитился Дотторе. — Я предполагаю, что ты подсознательно блокируешь для себя все воспоминания из прошлой жизни… Что-то случилось такое, отчего ты запрятала все события глубоко в подсознание и не открываешь сама себе путь к этим воспоминаниям…       После недолгой игры на гитаре Люмин села за стол и, взяв в руки простой карандаш, начала пытаться что-то нарисовать. Ее тело помнило, что она рисовала манги, поэтому у нее невольно получилась девушка в «анимешном» стиле.       В этот момент произошел какой-то «щёлк», на ее лице отразилось озарение.       — Дотторе… Я хочу поступить на мангаку. Я, кажется, этого хотела больше всего на свете. Я почувствовала это, как только начала рисовать…       — Мангакой, говоришь? Хорошо, желание моей куколки — закон. Я организую тебе поступление и обо всем договорюсь.

3 месяца назад

      Конец августа. Люмин зачислили в университет без каких-либо вопросов. Дотторе действительно постарался. Неожиданно для себя девушка обнаружила, что не испытывает больше отвращения к мужчине. Наоборот… Несмотря на все опыты и боль, что он ей приносил, он делал для нее все. И ей хотелось что-то сделать для него…       — Люмин, Дотторе сказал, что разработка вакцины от элеазара почти завершена. Скоро я буду свободна. Как только я буду на воле, я сделаю все, чтобы вытащить тебя отсюда, — воинственно сказала Коллеи, когда они сидели с блондинкой в саду. Люмин играла песни на гитаре, а Коллеи вышивала.       — Не надо, Коллеи, все в порядке. Мне хорошо с ним. Не нужно беспокоиться. Но я рада, что ты скоро будешь на свободе. Честно, я буду скучать по тебе…       — В смысле не надо?! Люмин, ты с ума сошла? — испугалась зеленовласая, — Ты сейчас серьезно? Он же монстр! Посмотри, ты вся в синяках и ранах, разве это нормально?       — Да, это очень больно. Но он… исполнил мою мечту, я теперь могу стать мангакой. Он делает все для меня. И боль, что он мне приносит я принимаю, как свою плату за все хорошее, что он делает мне…       — Люмин, это ненормально! Ты разве не хочешь вернуть себе память?!       — Наверное, он был прав… Я была никому не нужна, ведь поиски не организовали, меня никто не искал. Дотторе стал для меня человеком, с которым я почувствовала себя нужной. Я буду с ним до тех пор, пока остаюсь полезной…       — Люмин! Ты становишься его безвольной куклой по-настоящему! Одумайся!       — Хватит, Коллеи! Я все сказала. Я останусь с Дотторе. Не надо меня спасать, я чувствую себя здесь хорошо! Спасибо за составленную компанию, я пойду, — Люмин резко встала и направилась в дом.       Перед тем, как начался учебный год, Дотторе объездил город и убедился, что никаких объявлений о пропаже Люмин не висит. Кто-то очень настойчиво ее ищет и расклеивает эти листовки! Поскольку блондинке предстоит посещать университет, она будет выходить на улицу каждый день, и мужчина чувствовал, что встреча с тем, кто ее ищет неизбежна… Он и не будет избегать. Ведь Дотторе уже чувствовал, что Люмин его навсегда…              Поэтому предложил ей стать его девушкой, на что она согласилась с благодарностью на лице, ведь это значило, что она ему все еще нужна и полезна...       И по желанию самой Люмин они начали выходить на прогулки, в особенности, на главную площадь Сумеру, где девушка играла для людей на гитаре.

Месяц назад

      Вакцина от элеазара была создана. Коллеи была добровольно отпущена Дотторе. Люмин слёзно с ней прощалась и просила навещать. Но Коллеи знала, что никогда больше сюда не зайдет. От элеазара не осталось ни следа, а вот боязнь прикосновений преследовала ее постоянно…       Она твёрдо решила, что, несмотря на решение Люмин не выбираться из дьявольского логова Дотторе, она все равно сделает все, чтобы вытащить ее оттуда.       Состояние ее подруги ненормально, и ей нужен был кто-то, кто сможет точно помочь, тот, кому Люмин дорога, и Коллеи, к счастью, нашла этого человека по объявлению.       Его звали Тарталья, и он, кажется, на протяжении всего этого времени ни на минуту не прекращал поиски блондинки…

Настоящее время

      Тарталья думал, что ему делать с новостью о том, что Люмин жива и стоит ли говорить об этом друзьям. Немного поразмышляв, он решил, что друзья сочтут эту новость за глупую шутку да еще обидятся за это.       Было принято решение, что он наглядно им все покажет, когда заберет Люмин с собой в Ли Юэ. Если даже она ничего не вспомнит, ему не составит труда снова добиться ее и влюбить в себя… Хоть память и пропала, Чайльд был уверен, что где-то в глубине ее души, в самом темном и потаенном уголочке, у нее остались давно забытые к нему чувства. И до них нужно просто добраться всеми возможными способами.       Но если она все вспомнит, сможет ли он ей объясниться насчет того глупого спора, который принес столько проблем? Сможет ли она его выслушать? Он боялся, что как только к ней вернется память, Люмин просто отвернется от него и больше никогда к себе не подпустит…