Передержка

— Так, выдохнули и успокоились, — сказал Кир. — Ты цел вообще? Не обжёгся? Елисей настороженно взирал на него исподлобья и молчал. Кир взял его за руки, придирчиво осмотрел покрытые цыпками пальцы с обкусанными ногтями. Ну, хоть волдырей нет. — Ладно, маникюром пусть Диана занимается, — решил наконец Кир, так и не придумав, чем можно улучшить эту красоту. — И запомни, пожалуйста, чай курить нельзя. — Я уже понял, — буркнул Елисей. — Не вставляет. Кир судорожно вдохнул, стараясь держаться. Это не ошибка, это не ошибка, это не ошибка… Это благородный поступок и хороший подарок. Диана будет рада, а у пацана появится шанс на нормальную жизнь. Всё правильно. — Слушай, у меня был очень хуёвый день, — сказал Кир, решив не вдаваться в подробности. Зачем Елисею знать, что из-за карантина Кир опоздал, что его впервые выпороли на этой работе, что теперь его в течение недели выпорют снова из-за пожара? И зачем ему слушать про страдания Рубчика, которому после Долбильника на всякий случай вкололи октолюстин, чтобы внушить отвращение к самоубийству? Никому от этого не станет легче. — Ну, я же не знал, что оно разорётся, — виновато буркнул Елисей. — Да ладно, ничё, — вздохнул Кир. — Короче, в следующий раз просто прикладываешь жетон к табло и говоришь, что пожарных не надо, понял? Елисей решительно замотал головой. — Не понял? — Не буду! — Поджигать или говорить? Да эй! — Кир растерянно всплеснул руками. — Теперь-то чего реветь? Елисей шмыгнул носом, утёр лицо широким рукавом футболки и старательно выговорил, чуть спотыкаясь из-за всхлипов: — Я не буду с ней разговаривать, она страшная! — Да господи! — воскликнул Кир. — Её вообще нет, это просто голос из коробочки. Елисей бестолково замотал головой. — Ну, считай, что она там сидит. Маленькая такая тётя в коробочке, — вздохнул Кир. — Она за нами приглядывает, помогает и вообще. Она же тебя спрашивала, нужна помощь или нет? — Ну, спрашивала, — хмуро признал Елисей. Плакать он уже перестал и сделался очень сердитым. — А ты не ответил, и она решила, что тебя надо спасать, — пояснил Кир. — Во время пожара же можно наглотаться дыма и потерять сознание, знаешь? — Она могла бы высунуться из своей коробочки и посмотреть, — обиделся Елисей. — Ну, она не слишком умная, — сказал Кир, на всякий случай понизив голос. — Она совсем дура, — буркнул Елисей. — Слушай, а можно её словить, если открыть коробочку? — Нет слова «словить», есть слово «поймать», — машинально поправил его Кир. — Приучайся говорить по-человечески. И нет, нельзя. Если ты полезешь взламывать коробочку, за тобой приедут. Елисей и так не блистал цветом лица, а тут вообще побледнел, и Киру показалось, что он вот-вот рухнет в обморок. — Эй, ты чего? — Кир на всякий случай взял Елисея за плечо и усадил на диван. — Голодный? — Голодный, — подтвердил Елисей. — Ел что-нибудь? — Ел. Кир посмотрел на гору пустых упаковок из-под синтетики и присвистнул. — Там больше ничего нет в шкафу, один чай, — вздохнул Елисей. — А и ладно, — махнул рукой Кир. — Щас мы тебя приоденем и махнём к Диане. У неё будет фуршет, куча всякой еды, даже натуральной. — Это как? — Ну, не синтетика. — Крысы? — оживился Елисей.