Секс или чай? Что выбираешь ты?

— Добрый день, а можно, пожалуйста, хлеб, сметану и молоко, — парень буквально врывается в магазин, но тотчас же застывает на месте при виде голубых глаз. — Можно конечно. Вы только дверь посильнее прикройте, там такой ветер. Не хочу, чтобы меня продуло, — продавец улыбается, а Шастун прикрывает дверь сильнее. На улице и правда сильный ветер. Кажется, скоро и ливень начнётся. — Вам нужно что-то ещё? — Эм, нет… то есть да. Можно «Давыдов» бежевый, — просит Антон, вовремя вспомнив о том, что его сигареты уже закончились. — А где кстати Виолетта Степановна? И как Вас зовут хоть? — уточняет Шастун и смотрит на улыбающегося парня, который и не спешит сигареты ему давать. — А она уволилась, теперь здесь я работаю. Меня Арсений зовут, — голубоглазый отвечает быстро, будто хочет побыстрее соскочить со скучной ему темы. — Жаль, но теперь знакомы будем. Антон Шастун, я здесь частый гость, — представляется Шастун и щурится, когда Арсений хихикает и смотрит на него как-то странно. — А вам восемнадцать хоть есть, Антошка? — ухмыляется продавец. — Ох, я вам больше скажу. Мне двадцать один есть, — как-то с грустью отвечает зеленоглазый и наблюдает, как продавец модельной походкой, виляя бедрами, подходит к стенду с сигаретами и тянется за нужной пачкой. — Можешь помочь мне? Не могу достать, — сладко протягивает продавец и даже не оборачивается. Антон, немного опешив, всё же подходит к стенду и встаёт позади брюнета. Тянет руку к нужной ему пачке и совершенно случайно наваливается на Арса. А тот вроде и не против. — Ой простите, не удержался на ногах. Простите! — просит прощения Шастун, но мысль, что нужно отодвинуться его даже не посещает. — Да все нормально, не переживайте, — протягивает голубоглазый и Антон мысленно даже удивляется, как у него получается звучать так сладко. — А вот и ливень, как не вовремя, да? — ухмыляется Антон и ещё ближе прижимается к брюнету. — Да, лучше Вам переждать тут. А то в ливень идти нельзя. Пойдемте лучше чай попьём у меня в подсобке, — предлагает Арсений и откидывается спиной на грудь к Антону. — Пойдемте, чай это очень хорошо. Комната не маленькая, как думал Антон. Довольно просторная, с диванчиком в углу и теликом с одной стороны, а вот, что с другой Шасту рассмотреть не дают. Арсений целует его с жесточайшим напором и ведёт к дивану. Усаживает на него, а потом сам садится сверху на зеленоглазого. Следующий поцелуй выходит уже более нежным, Антон перенимает бразды правления в свои руки и направляет всё на нужный лад. Руки свои опускает на обтянутые красной джинсой ягодицы и легонько сжимает, чувствуя, как в поцелуй тихо стонут. Отстранившись, он смотрит на запыханного, с краснючими губами и такими же щеками Арса. — Ты меня трахать будешь, братан? — немного нервно посмеиваясь, выдает брюнет, на что Шастун со смехом утыкается ему в плечо. — У нас нет ни смазки, ни презиков, тебе будет больно. Да и вообще, ты кажется звал меня на чай, — немного успокоившись от смеху, отвечает шатен. — А если я скажу тебе, что я растянут, у меня внутри пробка, а в сумке смазка и презики. То что ты ответишь тогда? Всё ещё будешь настаивать на чае? — сладко говорит Арс и улыбается, когда видит удивление на лице зеленоглазого. — Тогда, я могу предложить Вам трах в Вашу ахуенную жопку, — соглашается Антон и наблюдает, как брюнет слезает с его колен и идёт за своей сумкой в другом углу комнаты. Нагибается над ней так развратно, что у Антона слюнки начинают течь. Минут пять и парни уже оба раздеты, и сидят так, как сидели до этого. Руки Антона теперь лежат на голой, бархатной коже и сжимают её. Двумя пальцами он аккуратно касается пробки и двигает ей по кругу совсем нежно, но уже через секунду сильнее вставляет её в брюнета и наслаждается его стонами. — Вытащи её уже, пожалуйста, — умоляет Арсений, а сам пытается насадиться на пробку посильнее, пока Антон на неё давит. Но разочарованно стонет, когда руки с ягодиц исчезают и перемещаются на грудь и член. — Подожди, сладкий, мы разве спешим? Пальцами Шастун аккуратно пощипывает соски по очереди, а другой рукой надрачивает два члена сразу. Брюнет от этих действий стонет, ёрзает и пытается потереться промежностью об ноги зеленоглазого. — Я сейчас кончу, Антош, пожалуйста. Я кончу… — пищит Попов и тогда Шастун понимает, пора действовать. — Сейчас, малыш, потерпи. — Антон говорит это тихо, в самое ушко партнёру и вытягивает пробку из горячего нутра. Стон наслаждения и возмущения наполняет комнату, но Антон сразу же заменяет пробку на свои три пальца. Они проходят легко, значит всё же растянут Арсений был хорошо. Плюс пробка дала хороший эффект. Три пальца двигаются туда сюда, растягивают стеночки ещё сильнее и через некоторое время уже все пять пальцев двигались в брюнете, который стонал от наслаждения и растянутости. Немного поиграв с дырочкой парня, Шаст вытаскивает пальцы. Сейчас Попов растянут, с горящими от желания глазами, смотрит на него и буквально скулит от желания ощутить что-то крупнее пальцев и пробки у себя в дырочке. Приподняв бедра брюнета, Антон придерживает свой член и позволяет насадиться на него. Арсений облегчённо стонет, когда половина члена оказывается внутри. А уже через секунду стонет от удовольствия, потому что шатен насаживает его до конца. Движения быстрые, брюнет буквально прыгает на члене в желании наконец получить разрядку. Руки Антона раздвигают его ягодицы и помогают насадиться сильнее. Громкие стоны заполняют комнатушку, а они даже и не думали о том, что нужно быть тише. Но кажется удача сегодня не на их стороне. Колокольчик над дверью звенит, подсказывая о том, что пришёл покупатель. И услышав это, Антон закрывает Арсу рот и насаживает его до конца. — Тише, сладкий, ты же не хочешь, чтобы нас услышали, — шепчет он в самое ухо и отпускает руку со рта брюнета. Антон переварачивает их, и теперь Арсений лежит спиной на диване, зажимая себе рот рукой, а Шастун трахает его, попадая, как на зло по простате. Зеленоглазый чувствует, что приближается к концу и начинает двигаться ещё активнее. Арсений уже совсем забывшись, начинает стонать, забивая на всё и вся. Антон поддается чтобы заткнуть его рот поцелуем, и в этот момент они оба кончают. Арсений изливается меж их животами, а Антон в самого парня. Колокольчик опять звенит сообщая о том, что человек ушёл и парни выдыхают. Антон лежит на брюнете, улыбается, а потом целует его вновь. — Нам нужно вставать. Давай слезай с меня, — просит Попов и кривится, когда чувствует, что из него, по его бедрам течёт сперма в перемешку со смазкой. — Думаю, ты не хочешь идти ко мне домой с текущей попкой, поэтому прости, — говорит Антон и вставляет в растраханную дырочку пробку. Арсений лишь возмущённо выдыхает и опять стонет. Пробка холодная, а стеночки слишком чувствительные. Но Антон прав, сейчас это лучшее, что можно сделать. — Стоп, всмысле к тебе домой? — немного придя в себя, задаётся вопросом Попов. — Ну мы так и не выпили чай.