Подчинись

      Возвращение на базу после миссии было во всех смыслах радостным. На этот раз миссия увенчалась бешенным успехом, и все были в приподнятом настроении. За исключением, может быть, капитана Леви, который был в ярости на Иллирию.       Как только они прибыли в деревню, командир приказал всем разделиться, чтобы обыскать деревню в меру своих возможностей, охватив как можно большую территорию. Однако, пока они собирали припасы в деревне, они попали в осаду. Всего двенадцать титанов ростом от восьми до пятнадцати метров начали сеять хаос в заброшенном городе. Что также означало, что каждый сражался за себя против монстров.       Иллирия держалась, с относительной легкостью победив двух зверей. Находясь на крыше дома, она оглядела деревню и увидела Леви, который тоже был явно более чем способным. Так было до тех пор, пока Иллирия не заметила неподалёку от него аномального титана. Она позвала его, чтобы предупредить, но он был слишком далеко. Иллирия взлетела, чтобы как можно быстрее добраться до своего капитана.       Она видела, как уродливый зверь поднял руку, чтобы ударить Леви, и она выстрелила из своих крюков, пронесшись мимо Леви с молниеносной скоростью, застигнув его врасплох и чуть не сбив при этом с ног. Крюки вонзились прямо в ладонь титана, и она рванулась вперед с мечами наизготовку. Как раз в нужный момент она использовала свои мечи, чтобы разрезать руку титана и взбежать вверх по руке, рассекая при этом плоть. Она уже собиралась развернуться и сделать смертельный выстрел, когда Леви опередил её, и развернувшись к Иллирии, схватив её за талию и благополучно приземлив их обоих на крышу. Иллирия нахмурилась.       Она была раздражена тем, что Леви украл её добычу после того, как она только что оказала любезность помочь ему. Глаза Леви вспыхнули от ярости, когда он грубо схватил Иллирию за плечи и встряхнул её один раз.       — Что, черт возьми, ты делаешь, Лайт? Тебя могли убить! Сейчас не время быть безрассудной! — Иллирия никогда не видела его таким злым. Леви отвернулся, его лицо было полно грома, и он осмотрел сцену вокруг себя. Он щелкнул языком.       — Мы поговорим об этом позже, иди к тем трем ублюдкам, там, где Микаса и Саша и прикрой их. И, блять, не умирай. — И с этим он выстрелил в противоположном направлении. Иллирия закатила глаза, но сделала так, как он просил, пробормотав себе под нос какое-то саркастическое замечание, когда пошла на помощь Микасе и Саше.       Никто не умер. Они разобрались с титанами, устроившими на них засаду, нашли припасы и вернулись домой. Несколько человек получили ранения, но они были незначительными по сравнению с обычными.       Леви не сказал ни слова Иллирии. Она знала, что он злится на неё за то, что она так вмешалась, и в какой-то степени могла это понять. Он был прав, это был безрассудный поступок. У Иллирии не было опыта сражения с аномальными титанами, она не проверяла, нет ли других потенциальных угроз или чего-то ещё. Она просто прыгнула прямо туда, даже не имея реального плана, как его убить. Но в то же время она помешала ему убить Леви. Она не умерла, не пострадала и, откровенно говоря, думала, что справилась неплохо.       Закрепив свою лошадь, Иллирия отправилась в заслуженный душ. Она была покрыта потом, кровью и грязью, и её мышцы болели от напряжения, вызванного использованием УПМ. Как только она вымылась, вытерлась, надела свежую чистую одежду, решила пойти в столовую. Командующий Эрвин дал всем, кто отправился на задание, награду за их усилия, и солдаты планировали отпраздновать свой успех.       Иллирия села за стол рядом с Эреном, и он протянул бокал вина, улыбаясь ему. Он взял стакан, и они произнесли тост друг за друга и еще за несколько человек, прежде чем начали пить.       — Сегодня мы хорошо поработали. — Сказал Эрен, подталкивая Иллирию рукой, и она мягко улыбнулась ему.       — Да, видеть всех в таком приподнятом настроении вносит изменения. — Она оглядела комнату и увидела только улыбающиеся счастливые лица. Солдаты делились друг с другом своими личными историями того дня, некоторыми трудностями, некоторыми триумфами, страшными моментами, сумасшедшими моментами и вместе выпивали. Иллирия улыбнулась, счастливая, что миссия прошла хорошо и обошлось без жертв.       — Ой, что ты сделала на этот раз? — Тихо спросил Эрен, глядя в комнату, поднося стакан к губам и делая несколько глубоких глотков. Иллирия моргнула и проследила за его взглядом. Леви уже был на подходе. И выглядел сердитым. Иллирия застонала.       — Не спрашивай. — Она ответила, заставив брюнета хихикнуть. Леви остановился перед Иллирией, полностью игнорируя присутствие Эрена, его полное внимание было сосредоточено на девушке перед ним.       — Лайт, за мной. Сейчас же. — Иллирия вздохнула. Она просто хотела насладиться праздником со своими друзьями, а не говорить, какой беспечной она была сегодня. Это может подождать до завтра, верно? Тем не менее она встала и последовала за капитаном обратно в его кабинет.       Оказавшись внутри, Леви запер дверь, и она угрюмо посмотрела на него, на её лице было написано поражение. Леви обратил внимание на кадета перед собой.       Он был зол на неё. Её сегодняшние действия на поле подвергли её ненужной опасности. Он знал, что она очень способный солдат, он верил в ее способности, но это не означало, что она могла хвастаться и так рисковать. Однако он солгал бы, если бы сказал, что это единственная причина, по которой он привел её сюда.       — Не хочешь объяснить мне, о чем ты думала сегодня, Лайт? — Спросил он, скрестив руки на груди и сделав шаг ближе. Иллирия слегка нахмурилась и отступила на шаг, ударившись спиной о край его стола.       — При всем уважении, сэр, я просто выполняла свою работу. — Она ответила, не желая злить капитана, но и не соглашаясь с тем, что сегодня была не права. Конечно, она действовала импульсивно, стремясь спасти своего капитана, что она и сделала успешно. Но её сообразительность не позволила ему быть съеденным. Он должен быть благодарен!       — Твоя работа — делать то, что я говорю. Я сказал тебе не умирать…       — А и я не умерла. — Иллирия выстрелила в ответ, не успев сдержаться. Глаз Леви слегка дернулся, и Иллирия тут же пожалела о своем поступке, нервно отводя взгляд.       — Мне очень жаль, сэр. Я просто имела в виду, что… я не была ранена… — она замолчала, и Леви сделал шаг вперед, встав так близко, что Иллирия могла почувствовать жар, исходящий от его тела. Он потянулся вперед, упершись ладонями в стол по обе стороны от нее, удерживая её в клетке, и Иллирия сглотнула, прекрасно осознавая, как близко он был и в какой ловушке она оказалась.       — Ты все время такая дерзкая, Лайт. Всегда идти против моих приказов… это действительно позор, потому что, если бы ты просто делала то, что тебе сказали, у тебя не было бы и половины меньших неприятностей. — Она подняла брови, глядя в пол, понимая, что он прав. Она почувствовала, как пальцы Леви коснулись её бока, и слегка подпрыгнула от неожиданного действия. Её глаза встретились с пылающими серыми глазами капитана, и она почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Он был чертовски великолепен.       — Но часть меня думает, что ты так плохо себя ведешь, потому что жаждешь дисциплины. — Голос Леви приобрел более двусмысленный оттенок, и Иллирия слегка задрожала, её мысли метались. Его пальцы скользили по бокам, заставляя её невольно вздрогнуть, щекоча нежную кожу, и он оглянулся, чтобы встретиться с застенчивым взглядом Иллирии.       — Я думаю, пришло время начать твое наказание, Лайт, не так ли? — Иллирия моргнула, на её лице отразилось замешательство, а Леви ухмыльнулся, слегка посмеиваясь.       — Разве я не говорил тебе, что когда мы вернемся, твоя задница будет моей? — Спросил он, проводя кончиками пальцев по её бедрам и останавливаясь на передней части её брюк. Его глаза встретились с девичьими глазами, ожидая ответа. Иллирия сглотнула.       — Да, сэр… — кивнул он, расстегивая пуговицу брюк и мучительно медленно расстегивая молнию.       — Ты помнишь, за что тебя наказывают, Лайт? — Его губы касались её уха, когда он говорил, его горячее дыхание обжигало кожу, заставляя тело слабеть от желания.       — За драку с Эреном, сэр. — Она услышала, как капитан мрачно усмехнулся ей в ухо.       — О, Лайт… это только начало. Поверь мне, тебя наказывают за гораздо большее. — Она немного нахмурилась, сбитая с толку.       Леви начал стягивать с нее брюки, его губы скользнули от её уха вниз по шее к ключице. Её брюки сползли вокруг колен, чуть выше сапог. Пальцы Леви украсили внешнюю часть её бедер, дразняще поглаживая, и Иллирия прикусила губу, чтобы подавить стон, который грозил вырваться наружу. То, что Леви делал с ней, прикосновения, которые он дарил ей, ощущения, которые он вызывал у неё, были не из этого мира. Как мужчина может быть таким могущественным, но при этом так деликатно прикасаться к ней, а затем, через долю секунды, заставить её склониться над своим столом, шлепать её ремнем с такой грубой силой, и при этом так тихо шептать ей на ухо. Это заставило её голову кружиться самым удивительным образом.       Пальцы Леви переместились к передней части её рубашки, играя с нижней пуговицей, прежде чем расстегнуть.       — Ты была дерзкой прошлой ночью. — Он игриво ухмыльнулся ей, его руки быстро расстегнули пуговицы на её рубашке.       — Что ты там сказала… «Ждешь с нетерпением?» — думаю я. Потом было постоянное закатывание глаз, даже после того, как я приказал тебе остановиться. Не говоря уже о твоей невнимательности на поле сегодня. — Иллирия немного нахмурилась.       — Вы действительно думаете, что я сегодня плохо поступила? — Спросила Иллирия, чувствуя себя немного обиженной тем, что разочаровала своего капитана. Конечно, временами он мог быть мудаком, но Иллирия действительно не хотела его подводить, как по профессиональным, так и по личным причинам. Леви заметил, что её настроение немного изменилось, его руки все еще лениво возились с рубашкой.       — Я не говорил, что ты плохо поступила. Я сказал, что ты была неосторожна. Ты убила 15-метрового аномального. Ты ринулась в бой безрассудно, без плана, без какой-либо поддержки, без малейшего представления о том, с чем ты имеешь дело и как с этим справиться. Думаю, даже ты согласишься, что это было довольно опасно…       — Оно собиралось убить вас. — Рот Иллирии открылся без её разрешения, и слова вырвались наружу. Леви на мгновение прекратил свои действия, пристально глядя на девушку перед ним. Она нервно облизала губы и отвела взгляд. Теплая рука Леви подняла её голову, заставив взглянуть на него.       — Я не говорю, что я неблагодарный, солдат. Но тебе нужно быть осторожнее. — Его голос был мягким, пальцы скользили по раскрасневшейся коже её щеки.       Иллирия не могла не почувствовать тепло от его слов. Это была самая близкая благодарность от капитана, которую она когда-либо собиралась получить, и тот факт, что он тоже хотел, чтобы она была в безопасности, заставил всевозможные чувства начать шевелиться в желудке.       — Ты понимаешь? — Он спросил. Иллирия коротко кивнула головой, мягко улыбнувшись, и Леви кивнул.       — Молодец. Было бы позором, если бы ты пошла в бой и умерла на мне до того, как я с тобой покончил. — Иллирия улыбнулась, немного посмеиваясь над его юмором, и закатила глаза.       — Это было бы катастрофой. — Поддразнила Иллирия, заставив Леви улыбнуться. Он наклонился вперед, нежно прижавшись губами к её уху, в то время как его пальцы ловко проникали под её рубашку, поглаживая кожу на плече и заставляя ткань опускаться до локтей.       — У тебя нет выбора. — Он прошептал ей на ухо, заставив девушку вздрогнуть и прикусить губу.       Кончики его пальцев скользнули вверх по тыльной стороне рук, её живот сжался. Тело начало дрожать в предвкушении, поскольку его действия сулили всевозможные греховные вещи. Она почувствовала, как он ухмыляется, его губы двигаются у её уха, и она протянула руку и нежно прильнула к передней части его рубашки, вцепившись в материал на боках и животе, ей нужно было хоть немного прикоснуться к нему. Ей казалось, что она тонет в накаленной атмосфере, и держаться за что-то помогало ей оставаться на земле.       Леви разрешил действие, нагнувшись и грубо схватив Иллирию под ногами и приподняв её, заставив сесть на край его стола. Она ахнула от неожиданного действия, но не сопротивлялась ему. Леви отстранился, чтобы посмотреть на нее. Вот так она выглядела чертовски неотразимой. Сидя на его столе, лицо пылает, она тихонько дышит, брюки свернуты на коленях, рубашка свисает с локтей, и она безнадежно вцепилась в него. Леви почувствовал, как у него пересохло в горле от захватывающего дух зрелища. Он наклонился, грубо стянув с нее сапоги и быстро сбросив брюки.       Иллирия очень нервничала. Это было непохоже на то, чтобы Леви снял с неё одежду. Ремни и сбруи, конечно, но она оставила их в своей комнате вместе с юбкой. После того, как вся миссия была закончена, а завтра выходной, не было необходимости надевать полную форму. Но чтобы он снял настоящую одежду, такого раньше никогда не случалось. Он также никогда раньше не расстегивал её рубашку… Иллирия нервничала, но волна возбуждения захлестнула её, мгновенно успокоив и вместо этого взволновав.       Леви, должно быть, заметил её внутреннее смятение, потому сделал шаг вперед, одной рукой легонько коснувшись её бока, а другой провел по коже на её бедре, заставив мышцы ног подергиваться.       — Куда пропала вся эта бравада прошлой ночи, Лайт? Сегодня ты не так уверена в себе? — Спросил Леви, наслаждаясь тем, как Иллирия неловко поерзала на его столе, когда он напомнил ей о её дерзости прошлой ночью, понимая, что сейчас самое время вернуться и укусить её за задницу. Он ухмыльнулся, наклонившись близко к её уху, одна рука скользнула вверх по телу, пока не достигла шеи, и он мягко сжал её.       — Ты должна быть благодарна, что Эрвин дал тебе завтра выходной. Потому что к тому времени, когда я закончу с тобой, ты уже не сможешь не только двигаться, но и стоять без помощи. — Он угрожающе прошептал, прежде чем прикусить её ухо, агрессивно впиваясь зубами в мочку её уха. Иллирия тихонько заскулила, пальцы, сжимавшие его рубашку, сжались в кулаки. Левая рука Леви схватила её за шею с силой, достаточной для того, чтобы почувствовать угрозу, в то время как его правая рука схватила сзади за волосы, крепко сжав их в кулаке. Он просунул своё тело между ног Иллирии и снова укусил её за ухо, вызвав еще один глубокий стон. Он ухмыльнулся. Рука, которая была в её волосах, ослабила хватку, вместо этого решив навязчиво погладить ее позвоночник.       Иллирия в экстазе закрыла глаза. Леви еще даже не начал, а она уже промокла насквозь. Девушка сильно закусила губу, пытаясь остановить сдавленные стоны и хныканье, вырвавшиеся из её горла. Внезапно её подняли на трясущиеся ноги, быстро развернули и сильно придавили. Её тело болезненно ударилось о слегка теплое дерево, когда Леви расположил её там, где хотел, и его рука сорвала рубашку с её спины, как только появилась возможность, оставив её в одном лифчике и трусиках.       Одна рука была у нее за спиной с того места, где он толкнул её вниз, и ему потребовалась секунда, чтобы удержаться на ногах. Его собственное сердце начало биться быстрее. Он сделал шаг назад, любуясь прекрасным видом перед собой, когда его рука расстегнула ремень и стянула его.       — Итак… драка с товарищем, неуважение, неподчинение… я что-то пропустил, солдат? — Иллирия почувствовала, как ремень скользит по её заднице, дразня. Леви сегодня был в ударе. Она глубоко сглотнула и покачала головой.       — Ты готова к наказанию, Лайт? — Слова заставили её кожу покрыться маленькими мурашками. Он звучал так чертовски сексуально, так греховно. Её дыхание сбилось, а тело дрожало в предвкушении, страстно желая начать. Леви ударил по заднице, заставив девушку подпрыгнуть.       — Я задал тебе вопрос, солдат. — Иллирия тяжело сглотнула. Всё её тело так сильно дрожало, кожа была горячей на ощупь. Легкое покалывание на левой щеке постепенно перерастало в жжение. Она так нуждалась в этом. Она ненавидела признаваться в этом даже самой себе, но не тело жаждало этого, оно любило, когда Леви выводил из зоны комфорта и заставлял подчиняться.       — Да, сэр. — Она прошептала, и Леви снова ударил её, не дожидаясь, пока нагнетается напряжение. Каждый удар казался Иллирии раем, с тех пор, как с ней обращались таким образом, прошла вечность, и, боже, она пропустила это. Леви ударил её с силой, совсем не давая ей покоя. Он сделал всемогущий взмах, и она громко ахнула, тело напряглось, когда острие проникло в её кожу. Он заметил несколько тонких полосок крови, струящихся по поврежденной коже, и его глаза скользнули по девушке, проверяя её черты, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.       В Иллирии был полный бардак. Тяжело дыша, отчаянно пытаясь набрать в легкие немного воздуха, пальцы оставляли царапины на столе Леви, тело сильно трясло. Её трусики были насквозь мокрыми, а промежность умоляла о внимании.       Леви сделал паузу и шагнул вперед, протягивая руку вверх, кончики его пальцев нежно скользили по её спине, начиная с плеч, проводя ими по лопаткам, вниз по позвоночнику, лаская бока. Он наслаждался продолжительной, затянувшейся дрожью, вызванной его прикосновением, замечая, как её глаза закрывались, а дыхание практически останавливалось от нежного прикосновения. Рот образовал идеальный круг, когда мягкий стон удовольствия сорвался с её красивых губ. Она действительно представляла собой зрелище. Он приблизил свои губы, мягкая кожа едва касалась её плеча, его дыхание щекотало её чувствительную кожу, а рука всё ещё медленно гладила спину.       — Ты дрожишь. — Его голос был низким и мягким, почти веселым, Иллирия практически чувствовала ухмылку, которую он, должно быть, сейчас изображал.       — Тебе нравится, Лайт? — Иллирия крепко сжала губы, пытаясь не доставить Леви удовольствия услышать её стон. Внезапно, без предупреждения, по всей комнате раздалась сильная пощечина, и глаза Иллирии блаженно закатились от знакомого и в то же время странного ощущения.       — О боже… Леви… — простонала она, быстро сообразив, что Леви ударил её по правой ягодице с невероятной силой и открытой ладонью. Ощущение было немного другим, но столь же удовлетворительным, если не более, из-за контакта кожи с кожей. Рука Леви не двигалась после того, как он сделал шлепок, вместо этого его пальцы резко вцепились в израненную плоть, прежде чем он начал её нежно мять. Иллирия была поражена. Губы Леви были на её спине, дразняще касаясь её горячей кожи, когда его рука замедлила ласки задницы и вместо этого начала очень нежно поглаживать кожу. Она захныкала, слегка запрокинув голову от возбуждения.       — Тебе понравилось, Лайт? — Тон Леви был дразнящим, и Иллирия почувствовала, как её промежность дернулась. Тон его голоса, его шелковистая гладкость, слова, которые он использовал — всё это доставляло ей неописуемое удовольствие. Она жаждала большего и на грани того, чтобы сломаться, почти желая умолять Леви уничтожить её самым вкусным образом. Его пальцы скользили по изгибу её задницы, и он внимательно наблюдал за ней со своего места. Он убрал руку и дал ей еще одну пощечину, её тело на мгновение напряглось, он не сомневался, что она наслаждается этим, но всё же он хотел услышать, как она скажет об этом. Мужчина хотел, чтобы она это признала, хотел услышать, как слова слетят с её губ, хотел увидеть, как она наконец сдастся, подчинится тому, чего действительно хочет. Он легонько шлепнул рукой, но не настолько близко, чтобы даже начать жалить, и Иллирия хмыкнула, издав тихий звук недовольства действием.       — Не заставляй меня спрашивать снова, солдат. Я могу просто потерять хорошее настроение, в котором я сейчас. — Он предупредил, и Иллирия сглотнула, легкая паника охватила мысль о том, что Леви остановится, когда она так развлекается.       — Нет, Леви… — слова слетели с её губ прежде, чем она успела о них подумать, и она почувствовала, как Леви ухмыляется. Его пальцы мягко и лениво двигались по коже, сводя её с ума от желания.       — Теперь мы на ты, солдат? — Поддразнил он, в его голосе слышалось легкое веселье от того, насколько Иллирия позволила себе выйти из себя за этот краткий миг. Мысли совсем затуманились, практически все приличия выброшены в окно, привычный протокол ускользает всё больше и больше. Леви чувствовал, что его собственный самоконтроль ослабевает, его собственное желание растет. Было трудно дразнить Иллирию, не затрагивая и его самого. Она просто выглядела и звучала слишком заманчиво, чтобы её игнорировать. Чем больше он давал ей, тем сильнее это действовало на него, чем сильнее он бил её, тем громче она стонала, тем больше глаза закатывались от блаженства, тем тяжелее становилось её дыхание. И тем труднее было Леви наблюдать за ней. Он резко схватил холмик плоти под рукой, болезненно стиснув, она стала тяжело дышать.       — Раздвинь ноги, солдат. — Приказал он, отстраняясь от неё на короткое мгновение, прежде чем его руки схватили оба её запястья и зажали их за спиной. Иллирия переместилась, даже не думая об этом, раздвинула для него ноги, когда почувствовала, как что-то мягкое обхватило запястья и связало руки за спиной.       — Должен признаться, видеть тебя такой весьма возбуждающе, Лайт. Я, конечно, мог бы привыкнуть к этому. — Он резко потянул за ткань, которая скрепляла её запястья, чтобы убедиться, что она в безопасности, прежде чем его правая рука снова коснулась холмика её задницы, опускаясь ниже к задней части её бедра. Иллирия не могла не вздрогнуть от прикосновения, тихо вздохнув, когда его пальцы коснулись её ушибленной и чувствительной кожи, его пальцы почувствовали крошечные электрические импульсы на коже, и она наслаждалась этим чувством.       Леви осторожно и медленно встал ближе к солдату под ним, его ступни устроились между её ног, опираясь на внутреннюю часть ступней, чтобы она не могла снова сомкнуть ноги. Иллирия, казалось, не замечала, что её глаза были закрыты от блаженства, когда его пальцы скользили по коже. Он мягко улыбнулся, а затем без предупреждения скользнул пальцами между её ног. Глаза Иллирии резко распахнулись, когда она попыталась вырваться, левая рука Леви схватила её за запястье и сильнее прижала к столу, лишив возможности двигаться.       Кончик его пальца легко скользнул по её одетой промежности, его пальцы тут же почувствовали, насколько она мокрая сквозь трусики. Он больше улыбался.       — Значит, ты наслаждаешься этим. — Небрежно прокомментировал он, опустив голову и мягко прижавшись лбом к спине Иллирии. Его левая рука всё ещё держала её за запястья, а правая дразняще водила по щели.       Иллирия чувствовала, как мягкие волосы Леви щекотали её спину, а его горячее дыхание ласкало кожу. Всё тело дрожало, живот болел от того, как сильно её трясло. Её промежность пульсировала под ласками Леви. Она громко застонала, не в силах больше сдерживать свою похоть, она достигла предела. Унижение и деградация начинают ускользать, пока не остаются только желание и похоть.       Но Леви и близко не покончил с ней. Отнюдь нет. Он нежно укусил её за спину, его зубы слегка царапали её чрезмерно реактивную кожу, когда он лениво поглаживал её влагалище. Девичья реакция была немедленной, еще один тихий крик сорвался с её приоткрытых губ, и он начал кусать больше, на этот раз сильнее. Он чувствовал, как её промежности дергается под пальцами от его действий, не в силах сдержать ухмылку, когда он сделал особенно сильный укус. Она была так возбуждена, что через него прошла волна удовлетворения, зная, что он был причиной её нынешнего возбуждения.       — Такая грязная девчонка, посмотри на себя, вся мокрая и в отчаянии, а я едва до тебя дотронулся. — Иллирия почувствовала, как все её тело вспыхнуло от непристойных слов капитана, отчасти потому, что она никогда не ожидала от него такой натуры, а отчасти потому, что он был на сто процентов прав. Она прижалась лбом к столу в слабой попытке спрятать лицо от мужчины. Она почувствовала, как его зубы вонзились ей в плечо, и тихо застонала, сильно содрогнувшись. Леви замычал, касаясь её кожи, вырывая зубы, и его левая рука, наконец, отпустила её запястья.       — Ты хорошо звучишь, Лайт. Интересно, какие ещё красивые звуки я могу заставить тебя издавать для меня. — Иллирия ахнула, никогда в жизни она так не хотела, чтобы мужчина взял её. Он всё делал правильно, от того, как он прикасался к ней, до того, как он говорил с ней, всё сводило её с ума. Она почувствовала, как его рука запуталась в её волосах, когда он резко потянул её голову назад. Она прикусила губу, когда почувствовала его губы на своем ухе. Он немного наклонился над ней, его тело осторожно прижалось к её, рука, которая дразнила между ног, остановилась, и она разочарованно вздохнула. Он ухмыльнулся ей в ухо, точно зная, чего она хочет, и прижался губами к её мочке.       — Высунь язык. — Он прошептал. Иллирия моргнула, более чем немного сбитая с толку, но хватка Леви в её волосах усилилась, заставляя её хныкать от боли и заставляя голову оставаться неподвижной. Она тяжело сглотнула, прежде чем медленно провести языком мимо губ. Леви игриво прикусил её ухо, заставив её тихо застонать.       — Больше, не стесняйся. — Он проинструктировал, и Иллирия почувствовала, что её лицо снова покраснело. И всё же она сделала так, как он просил, еще больше высунув язык. В тот момент, когда она это сделала, она увидела, как другая рука Леви, которая дразнила её киску, повернулась. Он провел пальцами по её языку, и Иллирия тихо застонала, когда поняла, что может попробовать себя на его пальцах. Но он не остановился, его ладонь провела по скользкой мышце, а затем снова потянула её, эффективно покрыв всю свою руку её слюной.       Иллирия понятия не имела, что происходит, но не ей было судить, может быть, это был один из странных извращений капитана, точно так же, как её шлепали. Поэтому она робко начала шевелить языком, помогая ему в действиях. Леви снова прикусил её за ухо, и Иллирия почувствовала, как его губы растянулись в ухмылке. В мгновение ока Леви отстранился и одним плавным движением опустил ладонь на задницу Иллирии, быстро и энергично.       Удивительное ощущение потрясло Иллирию до глубины души, чувствуя, как его скользкая рука шлепает её по коже, легкая влажность только усилила боль, она издала безудержный стон, дыхание быстро стало прерывистым и затрудненным, когда он ударил её во второй раз.       — О боже… — Леви лишь улыбнулся, поднося руку к её лицу. Ей не нужны были никакие инструкции, поскольку она быстро начала скользить языком по всей его руке, желая, чтобы он продолжил. Леви заметил её энтузиазм и усмехнулся, снова прижавшись губами к спине, царапая зубами кожу, прежде чем он отдернул руку и снова шлепнул её, массируя плоть после второго удара, кусая спину, пока его пальцы зацепились за неё.       Иллирия не могла насытиться. Все, что делал её капитан, приносило ей радость, как ничто другое. Ей было все равно, насколько она больна, какой испорченной, должно быть, выглядела. Все, что её заботило, это всё, что делал с ней Леви. Капитан взглянул на Иллирию, проверяя, все ли с ней в порядке. Он прижался губами к её лопатке, его хватка на её заднице ослабла, и его прикосновение стало мягким, как перышко.       — Сколько ещё ты можешь продержаться? — Спросил он, когда Иллирия положила голову на стол, наслаждаясь легкими прикосновениями к своей горящей коже. Она издала долгий вздох, почти ничего не осознавая.       — О боже… Леви… — она едва могла дышать, её дыхание стало резким, коротким и неглубоким, как будто она учащенно дышала. Руки Леви успокаивающе скользнули по её телу, наслаждаясь видом дрожащей фигуры под ним. Он мягко успокоил её, заметив, что она не может нормально дышать. Иллирия улыбнулась, опираясь на стол, и Леви немного расслабился. Она была в порядке, просто ошеломлена. Его прикосновения немного успокоили, ей стало немного легче дышать, когда её разум немного очистился от всплеска гормонов, бурливших в теле. Леви прижался губами к её плечу, прежде чем отстраниться, снова потянуться к ремню и дать ей непростительную пощечину, вернув её в чувство.       — Я задал тебе вопрос, Лайт. — Заявил он, дразняще двигаясь губами по её позвоночнику. Он высунул язык, пробуя на вкус её кожу, Иллирия подпрыгнула и корчилась на столе. Леви улыбнулся, он не ожидал такой реакции. Он ещё немного поддразнил её, используя свои губы, язык и зубы, чтобы создать всевозможные приятные ощущения, он лизнул её бок, и она затряслась, громко застонав, а он усмехнулся.       — Кому-то щекотно. — Поддразнил он, и Иллирия уставилась на стол. Когда губы Леви коснулись пояса её трусиков, он остановился, на мгновение приподняв голову, чтобы осмотреть девушку под собой. Она казалась в порядке, она не просила его остановиться, но и не просила его продолжать. Он слегка ухмыльнулся, мягко шлепнув рукой по верхней части её правого бедра.       — Может быть, нам стоит выяснить, где именно у твой предел, Лайт? — Его левая рука скользнула между её ног, и тут же Иллирия чуть не рухнула на стол. Она не была уверена, сколько ещё сможет вынести эту сладкую пытку. Всё её тело болело, будь то от боли, которую причинял Леви, или нет, оно болело везде. Леви заметил, как дрожат её бедра, когда его пальцы искали клитор, нежно лаская узелок нервов сквозь промокшие трусики.       — Или, может быть, нам стоит остановиться прямо сейчас. — И пока он говорил, он убрал руку с её паха, вызвав прерывистый крик Иллирии. Она ударилась лбом о стол — знак разочарования, с которым он был слишком хорошо знаком.       — Нет… — выдохнула она. Леви слегка наклонил голову, игриво ухмыляясь.       — Нет? Почему бы тебе тогда не сказать мне, чего ты хочешь, солдат? — Его пальцы плавно скользнули вверх по бокам девичьей задницы, дразняще касаясь тканью её трусиков, когда он целомудренно поцеловал её в спину, лениво скользя языком по красивой коже.       — Я хочу больше. — Её голос был дрожащим и хриплым, но уверенным в своей речи. Леви улыбнулся ей, прижался губами к её спине и еще раз быстро поцеловал.       — Хорошо, солдат, этого пока достаточно. Я уверен, что смогу получить от тебя больше, прежде чем ночь закончится.