Подчинись

      Иллирия ненавидела такие чувства. Она ненавидела чувствовать себя полностью невидимой для единственного человека, которого она хотела узнать. После произошедшего не произошло абсолютно ничего интересного. И она действительно ничего не понимала. Ни одного ехидного замечания, ни понимающего взгляда, ни даже угрозы! Ничего такого. Она ненавидела это признавать, но это сводило её с ума. И тот факт, что это так сильно повлияло на неё, только еще больше разозлил её.       Она не была уверена, чего именно хотела или даже чего ожидала, но все было бы лучше, чем это. Она выкладывалась на тренировках, надеясь привлечь внимание капитана, но не получала ни слова. Он объяснял тренировочные упражнения, разделял команды на пары и критиковал, когда это требовалось, но в остальном он полностью игнорировал Иллирию.       И это беспокоило. Она не ожидала, что он схватит её и утащит в свою комнату для еще одного раунда, хотя она определенно фантазировала об этом, но она также не ожидала, что он вернется к своему обычно отстраненному «я». Она чувствовала, что заслужила какое-то признание, учитывая все обстоятельства.       Миссия становилась всё ближе. Напряженность достигла рекордно высокого уровня. Все могли почувствовать перемену в атмосфере. Все были в нетерпении, на иголках.       Случайные вспышки возбуждения быстро гасили другие с более нервным нравом, кругом вспыхивали скандалы. Иллирию это не слишком беспокоило, она почти процветала во враждебной атмосфере. Но она чувствовала, как меняется её собственное отношение, превращаясь во что-то искаженное, чем больше времени она проводила среди других. А затруднительное положение с Леви только усугубляло ситуацию, ещё больше подчеркивая её скверное настроение.       Она заполняла своё свободное время уборкой и тренировками, предпочитая держаться подальше от как можно большего количества людей. Она ценила своё одиночество, когда её настроение было таким, прекрасно понимая, какой непредсказуемой и противной она могла стать, когда её раздражали.       Девичьи апартаменты были безупречны, и она даже несколько раз предлагала взять на себя уборку кухни после еды. Девушка была более чем счастлива, когда Эрен пошутил о том, что она была в очередной из её загулов, и небрежно заметил, что его комната нуждается в некотором внимании.       Она даже провела некоторое время в офисе Ханджи, прибираясь. Сложила все её документы и исследования в упорядоченной форме. Ханджи была более чем благодарна.       Однажды вечером, когда Иллирия выходила из столовой после ужина, её остановил командир Эрвин. Он сидел за своим столом с Леви, Ханджи и Майком, заканчивая трапезу, когда его внимание переключилось на неё.       — Солдат Лайт, могу я занять минутку вашего времени? — Он спросил.       Иллирия остановилась, немного моргая. Командир никогда не разговаривал с ней, она не могла припомнить ни одного разговора, который у него был с ней с тех пор, как она поступила в разведывательный корпус. Леви огляделся, явно тоже заинтригованный. Иллирия отдала честь.       — Конечно, сэр, что я могу для вас сделать? — Спросила она. Смит пренебрежительно махнул рукой и она расслабилась, отсалютовав.       — Я слышал, ты помогла Ханджи прибраться в её кабинете? — Иллирия кивнула.       — Да, сэр. — Он слегка кивнул.       — Мне интересно, не будете ли вы так любезны поделиться со мной своим опытом? Что касается предстоящей миссии, я признаю, что у меня не было времени все хорошо организовать. Не могли бы вы зайти сегодня вечером? — Иллирия была невероятно потрясена. Командир хотел, чтобы она убрала его кабинет? В её глазах это было большой честью.       — Конечно, сэр, я была бы рада. — Он мягко улыбнулся и взял свою чашку, делая быстрый глоток.       — Я буду там около девяти. В любое время после этого всё будет в порядке. — Иллирия снова отсалютовала, и он снова кивнул головой.       — Да, сэр. — И она ушла, заметив странное выражение лица капитана во время их короткой встречи.       Она убралась в кабинете командира, как требовалось, он тихо сидел за своим столом, работая вдали, и готовил ей чай, пока она работала. Все обошлось без происшествий, но Иллирия была рада покою, не чувствуя себя обязанной вести вежливую беседу, как она это делала, когда убиралась в комнате Эрена. Она привела в порядок его документы, заметив, что у него их, похоже, не так много, как у Леви или Ханджи, и упорядочила досье всех в корпусе в алфавитном порядке. Она вытерла пыль, вымыла окна, подмела, вымыла пол и все поверхности в кабинете. Она заметила, что его офис был намного меньше, чем у Леви, и был полон безделушек и других предметов, в то время как в кабинете Леви ничего не было. Командир чувствовал себя здесь как дома, но Леви оставался встревоженным. Она заметила дверь справа от себя, предположив, что это была ванная, и открыла её. Она замерла, когда поняла, что это его спальня и повернулась к командиру, который с любопытством смотрел на неё.       — Извините, сэр, я думала, это ванная… — пробормотала она, собираясь закрыть дверь и он улыбнулся.       — Всё в порядке, Иллирия, там тоже можно убраться. Ванная там. — И он указал на дверь, которая была в его покоях справа. Ей было немного неловко вторгаться в его личное пространство, но она решила, что раз он дал ей разрешение, то все в порядке.       Она вошла в комнату, оставив дверь открытой, и начала делать уборку в ней. Снимает простыни и заменяет их новыми, взбивает подушки и застилает постель. Она провела в комнате такую ​​же тщательную уборку, как и в его кабинете, а затем приступила к уборке его ванной. Закончив, она сложила простыни в его корзину для стирки.       — Хотите, чтобы я постирала это для вас, сэр? — Спросила она, стоя в дверях его спальни. Он усмехнулся.       — Нет, спасибо, Иллирия, всё в порядке, я думаю, ты сделала достаточно. — Он налил ей ещё чашку чая и махнул рукой на стул напротив своего стола. Она послушно села, поблагодарив его за успокаивающий напиток.       — Спасибо за твою помощь, Иллирия, ты проделала прекрасную работу, я очень тебе признателен. — Иллирия нерешительно улыбнулась, потягивая чай.       Она вовлекла командира в вежливую беседу, пока не допила свой чай, а затем извинилась.       Шли дни, и Иллирия все больше и больше раздражалась на себя. Она даже не знала, почему её так заботит капитанская дистанция. Она должна быть благодарна ему за то, что он не надрал ей задницу, но это не так. От этой мысли её затошнило, но каждый раз, когда она думала об этом и предавалась своим извращенным фантазиям, её охватывало совершенно другое чувство. Один из похоти и возбуждения. Её дурное настроение не осталось незамеченным друзьями. Хистория как-то задержала девушку по этому поводу, но Иллирия огрызнулась на неё. С тех пор они почти не разговаривали. Эрен прокомментировал напряжённость между Хисторией и Иллирией, и она сбила его с толку, заработав печально известный взгляд Микасы и сильную угрюмость Эрена.       Она была неразумна, но ей было все равно.       Это было за день до миссии и Иллирия собиралась вступить в спарринг с Эреном. Она встала и посмотрела на него стальным взглядом. Он встретился с её решительным взглядом и они начали драться. Однако Иллирия не сдерживалась. Она заблокировала, уклонилась и ударила Эрена со смертельной силой и безупречной точностью. Кулак Эрена ударил её по ребрам, и она застонала, гнев нарастал, и он толкнул её в спину, слегка запыхавшись.       — Боже, Иллирия, успокойся, я не настоящий враг, ты знаешь? — Он попытался потушить пыл, но только ещё больше разжег ярость Иллирии. Она бросилась на него, нанеся ему шквал судорожных ударов руками и ногами. Ему удалось заблокировать первые несколько ударов, но как только один из её ударов попал в цель, он запнулся, и все было кончено.       Иллирия развязала ад. Когда она сражалась, эмоции брали верх, вкладывая все свое разочарование в каждый удар. Всё замешательство, гнев, унижение… всё.       — Лайт! — Иллирия услышала, как Леви зовёт её, но проигнорировала его, продолжая свой натиск, нанеся сокрушительный удар ногой в живот Эрена, заставив мальчика упасть на колени.       — Лайт!!! — Иллирия подняла колено перед лицом Эрена, забрызгав кровью, и развернулась, вытянув ногу и ударив его по голове. Увидела, как Эрен падает на пол практически без сознания. Микаса подбежала, пытаясь замахнуться на Иллирию, но девушка схватила её, оттолкнув с невероятной силой и заставив отступить. Микаса кипела.       — Что, черт возьми, с тобой? — Прошипела она, но Иллирия не ответила, ударив Микасу по ногам и заставив упасть на землю. Внезапная хватка в её волосах застала врасплох, когда на неё напали сзади, рука яростно дернула её голову назад, почти до такой степени, что могла сломать ей шею. Другая рука немедленно схватила одну из её рук, с силой вывернув за спину, заставив вскрикнуть от боли, когда конечность была отодвинута на грани перелома. Она зарычала, другая её рука была готова ударить.       — Даже не думай об этом, Лайт. Клянусь богом, я закопаю тебя нахрен там, где ты стоишь. — Леви прошипел ей в ухо, сжимая обе руки, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Иллирия остановилась и попыталась высвободиться, но Леви сжал её запястье, впиваясь пальцами в кожу.       — Успокойся, солдат. — Иллирия почувствовала, как растет её гнев, мысль о том, что человек, из-за которого она расстроена, снова одолевает её, подпитывая огонь. Леви быстро оттолкнул девушку, ожидая, что она споткнется или упадет, но вместо этого она резко развернулась, её ноги легко коснулись земли, и она пристально посмотрела на мужчину перед ней.       Он выглядел таким же равнодушным, как и она. После короткого противостояния Леви заговорил.       — Все свободны. На сегодня хватит. — Он сократил расстояние между Иллирией и собой, ни разу не отводя взгляд от её разъяренных глаз.       — В мой кабинет после ужина, Лайт. Мы с тобой поговорим. — Он зашипел, прежде чем повернуться и уйти, оставив Иллирию позади.       Иллирия направилась в кабинет капитана после ужина, как и просили. Она не была так взбешена, но её настроение всё ещё было невероятно кислым. Она постучала в дверь.       — Заходи. — Иллирия заметила, что он даже не удосужился спросить, кто это.       Он наблюдал, как она вошла в комнату и села напротив него, его глаза сузились от её неуважительного отношения. Мужчина не знал, что нашло на неё за последние пару недель. Она так хорошо справлялась, исключительно хорошо выступала на тренировках и ни разу не попадала в беду. Чем бы это ни было вызвано, для Леви это произошло совершенно неожиданно.       Иллирия уставилась на Леви, скрестив руки на груди и вздохнула. Чем дольше она смотрела на него, тем больше её гнев утихал. Она не могла винить его за свои спутанные мысли и чувства. В конце концов, он не знал, в какой суматохе она была… хотя сука она пришла к выводу, что ему, вероятно, все равно, даже если бы он знал об этом. Но на самом деле он не сделал ничего плохого. Если не считать невероятно неприличного прикосновения к её нижним областям в тот раз… но Иллирия предположила, что это было частью пытки, частью унижения. Всё, что он делал, это дисциплинировал, в то время как её собственные действия были неуправляемыми и неприемлемыми. Это была её собственная вина, если она получала болезненное удовольствие от его методов. Он никоим образом не вел себя так.       Когда она в сотый раз за последние пару недель обдумывала все это в голове, её лицо смягчилось. Она чувствовала себя невероятно виноватой за то, что так напала на Эрена, и за то, что была такой ужасной со своими друзьями. Они, конечно, ничего из этого не заслужили.       — Как ты думаешь, во что ты сегодня играла, Лайт? Нападать на Йегера так, как ты, было совершенно неоправданно и необоснованно. — Она облизала губы, шевеля пальцами, пока он говорил с ней.       — В последнее время я заметил твоё агрессивное поведение. Ты была невероятно вспыльчива, огрызаясь даже на своих самых близких друзей. — Он снова сделал паузу. Иллирия чувствовала себя школьником, которого ругают.       — Ты беспокоишься о миссии? — спросил он, склонив голову набок. Иллирия фыркнула и закатила глаза, качая головой. Она не могла поверить, что он так думал. Быстро потушив яд в голосе, она заговорила.       — Нет, сэр. У меня просто много чего происходит, вот и всё. Совершенно не о чем беспокоиться. — Саркастический тон не ускользнул от Леви, и он, прищурившись, встал перед солдатом.       — Брось сарказм, Лайт, ты и так в достаточном дерьме. — Она снова закатила глаза, отворачиваясь, чтобы отвести взгляд, но сильные, гибкие пальцы Леви сжали её подбородок, заставляя смотреть на него. Он наклонился, его лицо было близко к её лицу, глаза горели от ярости, когда он смотрел в её дерзкие глаза.       — Снова закати на меня глаза, солдат, и я дам тебе другой повод закатить их. — Его тон был властным и устрашающим, предостерегая Иллирию.       Иллирия почувствовала, как её сердце екнуло от тона его голоса и многозначительности его слов. И всё же она смотрела, пытаясь не позволить ему беспокоить её. Леви моргнул, заметив мимолетный взгляд в её глазах. На кратчайшее мгновение в нём промелькнул намек на тоску, прежде чем она снова сосредоточила свой взгляд на безразличии. Его глаза слегка сузились, понимание озарило его, а губы скривились в легкой ухмылке.       — О, я вижу… это было твоим намерением с самого начала, солдат? — Его голос внезапно стал низким и опасным, растягивая слова, он убрал руку с подбородка Иллирии, тыльной стороной костяшек пальцев нежно лаская её щеку. Иллирия прикусила язык, запутавшись в намеках капитана. Его ухмылка стала шире.       — Неужели ты настолько отчаянно нуждаешься в порке, что прибегаешь к таким радикальным мерам, просто чтобы привлечь мое внимание? Чтобы получить то, что тебе нужно? — Пальцы скользнули вниз по её шее, кончики его пальцев слегка почесали её горло, прежде чем остановиться на ключице. Она тяжело сглотнула, и Леви надавил чуть сильнее, чтобы почувствовать её учащенное сердцебиение. Казалось, в его словах была доля правды. Он чуть приподнял брови и на секунду отвел взгляд.       — Это было давно, не так ли? Тем не менее, я действительно думал, что ты будешь более устойчивой. — Его пальцы скользнули по девичьему плечу, коснувшись ремешка, и Иллирия стиснула зубы.       — Это не то. — В конце концов ей удалось выбраться, хотя её голос был немного неровным. Леви еще больше ухмыльнулся, приподняв бровь, глядя на Иллирию, когда он повернулся, чтобы посмотреть на неё.       — Нет? О, я думаю, это именно так, Лайт. — Она покачала головой, отказываясь сдаваться. Она сопротивлялась. Это было впервые. Иллирия облизала губы. Леви усмехнулся, вставая, убежденный, что наконец-то понял основную причину стресса Иллирии.       Иллирия хотела отрицать это. Она действительно знала. Но часть её думала, что, возможно, Леви был прав. Ну, по крайней мере, не совсем неправильно. Леви встал, отпустив руки от её тела, и сделал шаг назад, небрежно опираясь на стол.       — К сожалению, у нас завтра вылазка, и мне нужно, чтобы все мои солдаты были в отличной форме. Так что никаких последствий для ваших действий сегодня не будет. Тебе повезло, Лайт. — Глаза Иллирии слегка расширились. Он говорил серьезно?       — Какая? — Спросила она с полным недоверием. Он смотрел на нее с равнодушным видом, скрестив руки на груди.       — Никому не пойдет на пользу, если ты будешь… деликатной на завтрашней миссии. Я, например, не допущу, чтобы ты целыми днями жаловалась на дискомфорт. — Он тщательно подбирал слова, поворачиваясь в сторону и изучая одну из папок на своем столе. Иллирия не могла не усмехнуться.       — Я когда-нибудь жаловалась раньше? — Спросила она, выгнув бровь и глядя на своего капитана. Внимание Леви тут же вернулось к солдату, спокойно наблюдавший за ним. Он сделал паузу, обдумывая свои следующие слова, прежде чем заговорить.       — Поверь мне, Лайт, сейчас я ничего не хочу больше, чем дать тебе хорошее укрытие за твое сегодняшнее безрассудство. Тебе повезло, что этот причудливый ублюдок быстро выздоравливает. Но ты этого не делаешь, и завтра я хочу, чтобы ты была в лучшей форме. И я, конечно же, не хотел бы чувствовать вину, если бы ты умерла там, потому что ты не смогла показать себя в меру своих способностей. — Иллирия закатила глаза и вздохнула, слегка раздраженная неверием капитана в её способности.       Глаза Леви сузились.       — Ты только что закатила глаза? — Он спросил. Иллирия посмотрела на него и пожала плечами, чувствуя себя немного увереннее теперь, когда знала, что он не собирается активно наказывать её. Она подняла бровь и одарила его дерзкой улыбкой.       — А что, если бы я это сделала? — Она дразнила. Леви улыбнулся и усмехнулся, покачав головой. Иллирия решила, что ей нравится, когда он улыбается.       — Хорошо, солдат. Свободна. — Иллирия ещё больше улыбнулась и встала, отсалютовав ему, прежде чем направилась к двери.       — Лайт. — Она остановилась и повернулась, гадая, чего ещё он мог от нее хотеть. Он посмотрел на неё, легкая улыбка всё ещё не сошла с его губ.       — Даже не думай умереть завтра. Я запрещаю. Потому что у меня есть планы на тебя, когда мы вернемся. — Иллирия моргнула, не понимая.       — Сэр? — спросила она, и он снова усмехнулся, садясь за свой стол.       — Я же говорил тебе, что сегодня твои действия не повлекут за собой никаких последствий… однако, когда мы вернемся, твоя задница будет моей. — Иллирия почувствовала, как её кровь стынет в жилах. Конечно, он не собирался просто отпускать её! Что он задумал? Она успокоилась, глубоко вздохнув. Глаза Леви были хищными, когда он смотрел на девушку, и её сердце забилось быстрее, когда она уловила этот взгляд в его глазах. И направлены на нее не меньше.       Она обдумала серьезность его слов и, несмотря на свой страх и мгновенное возбуждение, отбросила свои мысли в сторону и застенчиво улыбнулась ему.       — Я с нетерпением жду этого, сэр. — Поддразнила она, заметив, что Леви все еще пожирает её взглядом, а на его губах всё ещё присутствует легкая ухмылка. Затем она повернулась и вышла, закрыв за собой дверь.