Pity or feeling

Pity or feeling 1 часть Звон телефонного звонка раздается на весь лекционный зал университета, нарушая тишину. Все внимание резко обращается к парню, что дремлет на последней парте. Голова его гудит после вчерашнего алкопати у лучшего друга. Не понимая, что происходит и откуда раздается ужасный звук, он вяло поднимает голову, с трудом разлепляя веки. Все взгляды устремлены на него. — Черт, Юнги! — Чонгук быстро спохватывается, доставая вибрирующий гаджет из кармана джинсов — можно мне… — иди уже, нарушитель тишины — бросает преподаватель и Чон тут же вылетает из аудитории, в мыслях «проклиная» своего друга. Никто уже не удивляется, в принципе как и он сам. Не в первый раз Мин подрывает его с пар. И если бы это было связано с чем-то серьёзным, но нет. Наверняка это снова какое то пустяковое дело, как и все предыдущие, но игнорировать своего единственного лучшего друга Чонгук не может. Даже несмотря на его легкое отношение ко всему. Как только дверь аудитории закрывается за его спиной, звон прекращается. Ненадолго. Спустя 2 секунды, не успевает Чон нажать на кнопку вызова, как телефон снова начинает звонить. — слушаю — произносит раздраженно — надеюсь ты звонишь по серьезному делу — на том конце слышится чей то смех, точно не Мина. — говорит человек, который всю пару проспал — Юнги знает друга слишком долго и хорошо — я что звоню то, ты мне нужен прямо сейчас, беги в наше кафе и да, поторопись, я не один. -вот что мне с тобой делать? — тяжелый вздох — надеюсь это не очередное свидание в слепую — чего очень не хочется, был у Чонгука уже опыт в этом. А началось все со слов Мина:"эй, Гук, а ведь ты же даже не целовался еще, нужно исправлять!». Тогда Юнги так же позвонил ему, сорвав с пары и попросил о встрече. В первый раз он привел достаточно симпатичную девушку и она даже понравилась Чону, нет, даже не так, он влюбился в неё. Ученица по обмену, европейская внешность, но старалась косить под Кореянку. Увеличивающие глаза линзы, темного цвета, что полностью перекрывали ее чистое голубое небо в глазах. И в это небо он влюбился моментально, как только преступил тогда порог их с Мином любимого кафе. Тогда ему казалось, что у них и правда может что то выйти. И он даже был безмерно благодарен «трупику» — так он называет своего любимого друга. Но как часто случается, сначала все хорошо, любовь вроде, и даже взаимная, пока девушка с небесными глазами не уходит к другому парню, тоже азиату, разве что, более красивому. Больно. Обидно сначала до жути. А потом и того парня она благополучно променяла на кого то другого. И все. И дышать стало легче, от понимания, что она не стоит, чтобы из-за нее кто то страдал. Наверное, просто захотелось «экзотики». — иначе я ударю тебя сразу, как только увижу, я тебе обещаю — на второе такое свидание Мин Юнги удивил друга не на шутку. Привел парня. Не то, чтобы Чонгук был гомофобом и так далее, нет, это не так. Ему было все равно, кто будет его парой, девушка или парень, главное, чтобы он полюбил этого человека. За то Юнги был гомофобом еще тем. Считал, что природой было заведено, чтобы девушки были с мужчинами, и наоборот, но никак иначе. Ну не укладывалось в его голове, что парень может встречаться с парнем, а девушка с девушкой. А тут он приводит парня для своего лучшего друга. Но, как потом оказалось, он сделал это в шутку, ибо с девушками у Чонгука не клеилось, да и с отношениями в целом. Мин правда переживал за моральное состояние друга, из-за того, что тот в 20 лет все еще один. — не беспокойся, просто с одногруппником познакомлю, он нормальный парень, будет в нашей компании третьим. Я ж как лучше хочу. Ты только со мной тусуешься, новые знакомства никогда не помешают. -ладно, скоро буду. Чон забирает свои вещи из аудитории и и направляется к выходу из университета. В лицо тут же ударяет свежий теплый ветер, что сразу расстрепал темные, слегка завивающиеся от влажности, волосы. Хорошо. Дышать сразу становится легче и голова яснее. Привычная дорога до кафе не занимает много времени, всего лишь нужно перейти через дорогу и, повернув в право, пройти еще метров двадцать. Еще не дойдя до кофейни Чонгук чувствует запах ароматного кофе и любимой выпечки. Заходит в здание, с сопровождающим звуком колокольчика от двери и тут же находит друга в компании незнакомого парня, за их любимым столиком. Мин тут же встает с места, чтобы обнять младшего, крепко стиснув его крепкое тело своими худыми, почти без мышечной массы, руками. — долго ты, малой — Мин садится обратно за стол и Чонгук делает тоже самое — знакомься, Чонгук, это Джин — теперь парень вспоминает, что Юнги уже рассказывал ему о нем — Джин, это мой лучший друг и брат, Чонгук — новые знакомые крепко пожимают друг другу руки, зацепляясь глазами за противоположные. И вроде как, так начинается крепкая дружба? Не знает никто. Но дыхание почему то сперло у обоих. А как только это произошло, глаза сами по себе начали искать другое место, за которое можно зацепиться, лишь бы снова не встретиться и не замереть в беспамятстве от их глубины. — приятно познакомиться — не смотрит на Чонгука, активно исследуя пространство кофейни за его спиной — Юнги часто рассказывал о тебе. -взаимно, надеюсь, что он не сморозил что-то стыдного — косится на «трупика», а тот аж сглатывает слюну резко, выдавая себя с потрохами — Мин Юнги, ничего ведь не рассказывал? — Чонгук замахивается на друга в шутку и слегка начинает с силой тыкать пальцами в его плечо, чего старший никогда не любил, но терпел, потому что любил Чонгука. — да хватит уже! — не выдерживает бледнолицый, отпрыгивая на месте от Чона, и принимаясь потирать плечо от болезненных ощущений. Даже в пальцах Чонгука откуда то было очень много силы, чему Мин с каждым разом удивлялся и уже не на шутку побаивался его за это. — о, поверь, нет ничего, что бы я не знал о ваших запоях — ухмыляется — знаю даже как вы не раз целовались по пьяне — Юнги, кажется, становится белее на несколько тонов, хотя, казалось бы, куда больше? Разряжает обстановку только странный смех нового знакомого по имени Джин, что сравним разве что только со стеклоочистителем. Это так необычно, поначалу, но так въедается в мозг, как он стучит в порыве безудержного веселья по своему колену ладонями, а пухлые губы расползаются в широкой улыбке, и такое ощущение, что губа треснет от такого перенапряжения. — как стыдно-то — лицо моментально ищет укрытие в широких ладонях. Стыдно настолько, что Чонгук и сам не замечает, как слегка скатывается по мягкой обивке диванчика, издавая звуки ни то рыдания, ни то страдальческого вопля. — что в этом такого? — не понимает Юнги, но все же отсаживается чуть дальше от Чонгука, боясь получить новую порцию ударов в плечо — ты же сам просил меня научить тебя целоваться, это преступление что ли? — лицо Чонгука снова открывается из-под его ладоней, а в глазах так и читается: «лучше беги, пока я тебя прямо сейчас не убил, идиот!» — мы же как братья, у кого бы ты просил помощи, как не у меня, это естественно! — не унимается, а лицо Чона уже красное как помидор, готовое взорваться в любой момент. Стыд то какой! Да еще и так громко, на весь зал кофейни рассказывать о его самой страшной тайне. Да да, это то, чего он стеснялся больше всего, а теперь все взгляды остальных посетителей направлены к их столику. Ну да, тут же у нас концерт по заявкам начался, да и вход бесплатный, чего бы и не посмотреть. Чонгук обводит людей тяжелым взглядом, давая понять, чтобы занимались своими делами, и вроде как все понимают, что не нужно тратить на них время. Хотя ситуация и впрямь, интереснее некуда. — не друг ты мне больше! Как я мог довериться тебе так легко? — голова тут же ложится на стол, сопровождая ударом о деревянную поверхность и шипением, видимо не рассчитал с ударом — хрен я тебе еще буду что-то рассказывать, раз ты язык за зубами держать не умеешь. — да ладно тебе, Чонгук, Юнги хороший парень и любит тебя, поверь, я знаю, он рассказал мне, потому что переживает за тебя, ты же его младший брат все-таки — Джин слегка улыбается, одними уголками губ и снова заглядывает в глаза парню напротив, что тут же теряется — да и он только мне рассказал, никому больше, мне ты можешь доверять, поверь, ты мне нравишься и надеюсь, что мы станем хорошими друзьями — снова спирает дыхание от щекотящего теплого чувства внутри груди. — друзьями? — сам не знает зачем задает этот вопрос, ведь Джин уже все сказал. Но старший все понимает. Понимает что у Чонгука маленький круг общения, состоящий только из Мина Юнги, и что это для него непривычно, называть другом кого то ещё. Кивает в ответ, тепло улыбаясь, будто заверяя:"да, ты не ослышался, мы с тобой будем друзьями, одной компанией, дружной компанией из трех человек, что всегда вместе и друг за друга горой. Ты только доверься, ладно? Я не плохой, на меня и правда можно положиться. Я всегда выслушаю и дам совет, ты только поверь мне, стань ближе. Я, как и Юнги, хочу избавить тебя от одиночества… " — ты против? — Чонгук ненадолго выходит из транса и тут же принимается отрицательно размахивать руками, давая понять, что он не против всего того, что прочитал по глазам Джина. Чувство одиночества? Он больше не будет знать что это такое. Как будто его никогда и не было. — ну вот и хорошо, сегодня же устроим вечеринку в честь начала нашей совместной дружбы! — а Мин Юнги все никак не унимается, тусовщик, бесконечно ищущий веселья, где бы ни находился. И обязательно втягивающий во все свои приключения Чонгука, ввязался же малой на свою голову…- отказы не принимаются! Как счастлив Чонгук иметь такого друга как Мин Юнги. И это самое правдивое чувство, несмотря на то, что он устает от его идей. Но все же, нет у него ближе душевно человека, роднее, чем его «трупик». Даже родителям он настолько не доверяет, как ему… Ведь этот весельчак, постоянно ищущий приключения на свою тощую пятую точку, за много лет дружбы, заменил ему всех людей. Он и друг, и наставник, и спаситель. И так до бесконечности, даже отцом его можно назвать и это будет чистейшей правдой. Вечер. В квартире Мина не стихает музыка с тех пор, как они с Чоном зашли туда. С большими пакетами, с виду разрывающихся от обилия покупок, а точнее вредной еды, что будет служить сегодня отличной закуской под крепкий алкоголь, который, кстати говоря, взял на себя Джин. Но он прибудет чуть позже. Мин, слегка дергаясь под музыку, изображая подобие танцев, разрывает пакеты с чипсами и снеками, после раскладывая их по тарелкам. А Чонгуку лишь остается разложить эти самые тарелки на поверхность стола в гостиной, за которым начнется празднование, как Мин говорил:"в честь начала новой дружбы». — как тебе Джин? — спрашивает Мин невзначай, доставая стаканы под алкоголь и раскладывая так же на столе — он классный, я надеюсь вы и правда станете хорошими друзьями — чонгук смотрит на него недоуменно, глазами говоря, мол: » сколько раз я за день это услышал от тебя?» — вы с ним даже похожи. — чем это? — вопрос немного грубо звучит, но Юнги будто не обрашает внимание на тон друга. — добрые вы слишком, да и он тоже не особо людимый, у него друзей по пальцам одной руки пересчитать можно, и то два пальца останется. Отсюда и вывод. — он мне не показался таким. Добрый — да, но я бы не подумал, что у него мало друзей, он производит впечатление общительного человека. — распологает к себе, да? — Юнги улыбается, чуть похлопывая Чонгука по плечу. Младший кивает, молча соглашаясь с фактом. Слышится звонок в дверь — иди открой, Джин выпивку принес, помоги ему там. — а ты что? — а я музыкой займусь — пожимает плечами. Чонгук заглядывает в дверной глазок и правда, видит Джина с двумя бумажными пакетами в руках, доверху забитыми разными видами алкоголя. Видимо сегодня будут коктейли. Там и соджу, и коньяк, и мартини, и джин и пиво. Последнее, вероятнее всего, на утро, для борьбы с похмельем, жутким похмельем. Зная, как Юнги любит смешивать, утро добрым точно не будет ни для кого из них. Чонгук открывает дверь и тут же выхватывает один из пакетов из рук Джина, направляясь в гостиную и выставляя содержимое на кофейный столик, рядом с основным. — Юнги, давай сегодня без жестких коктейлей, завтра в университет — просит Чонгук умоляюще, заключая Мина в объятия, на что тот только прыскает со смеху и похлопывает младшего по спине. — ну уж нет, будь готов не выходить из этой квартиры минимум три дня — вырывается из объятий Чонгука и открывает первую бутылку, затем вторую — часто мы что ли так собираемся? -каждую неделю, вообще то, так и спиться не далеко — возмущается Чон. С каждым выпитым стаканом, в котором неизвестно что и с чем намешано, музыка становится будто громче и громче. Давит на барабанные перепонки, заставляя Чонгука время от времени хмуриться, головная боль жуткая, ни то от музыки, ни то от градуса, а может и от всего вместе. Юнги же все ни по чем. Музыка на него так, как на Чонгука, не давит. Он привык так, чтобы громко и с басами. Чтобы кровь из ушей шла, хотя, скорее всего, она идет из ушей соседей. А Джин сидит себе расслабленно, облокотившись о мягкую спинку дивана. Голова его покоится так же на спинке, глаза закрыты. То, что он не спит, в нем выдает только то, что он время от времени тянется стаканом с крепким коктейлем к пухлым губам, после слизывая капельку горючей жидкости с них языком. Чонгук заметил этот жест моментально. Расфокусированным взглядом пробегается каждый раз по губам Джина, когда тот облизывает их, снова и снова. Чтобы запомнить этот момент и прокручивать в голове при встрече.