песнь терновника.

тёмная звёздная ночь. свежая и ясная. блестящая и хрустальная, одна из тех ночей, когда случаются откровения. они сидели у костра на границе леса, в глубине которого таились неизведанные тропы, где жили феи и кентавры, но никто о них не слышал, и поля, огромного верескового поля. звёзды, под которыми росли ее предки звали её. звёзды, которые так манили его с детства хватали его душу и затягивали с собой в бездну. Рафаэль вышел в огромное поле, один под бесконечным сводом неба. вечность и он, такой маленький, озлобленный на мир и раненный им же бастард без имени. без чувств, но так жаждущий любви и доброты, теплого прикосновения или понимающего кивка головы. поддержки и сострадания. улыбки. он сидел среди возвышавшихся стеблей вереска, где-то росла лаванда и лютики, полынь и зверобой. он всегда любил лаванду. кто-то говорил, что он сам ею пахнет, но он не чувствовал. он ощущал лишь запах земли и воздуха после грозы. запах страха и боли, предательства и пустоты. и радости, которая приходила лишь с ней. можно ли её любить? шелест травы. грациозное приземление тела на холодную землю, облегченный выдох. Роза села рядом, справа от него. он мельком посмотрел на нее и отвернулся обратно, взор устремлён в небо. кулаки сжались, он на миг задержал дыхание. он ненавидит себя. и знает, что она ненавидит его — не давала забыть об этом ни на секунду. постоянно была напоминанием его грехов и грехов его отца. и позора его страны. падения. от неё всегда пахло розами, она это понимала и старалась отвязаться от этого аромата. масла жасмина или апельсина заглушали этот приторный свежий запах лепестков, но лишь на день или два. цветы преследовали её всюду. она игнорировала их, стараясь достичь чего-то менее... менее. а он любил этот запах. он стыдился мыслей, что хочет обнять её и зарыться в её мягкие волосы. он пресекал подобные мысли, зная, как отвратителен он ей. он ждёт лишь окончания этого похода. он жаждет, чтобы она убила его. закончила его страдания. потому что даже если он добьется своего, он не сможет быть без неё. она его жизнь. и она его погибель. на самом деле она не ненавидела его. не так. нет, не так. она боялась этого новой перемены с ней. она помнила щемящее чувство в груди, гнев, который овладевал ею при каждом его появлении. воспоминания не оставляли её. она хотела сделать с ним все плохое, что только могла себе вообразить. но она спасла его. и это осталось нерасказанной, неосознанной правдой, которую стремились отрицать и Роза, и Рафаэль. они, раньше ненавидящие, презирающие одно лишь существование друг друга, теперь боятся того, что ударило их, как молния. они боялись перестать отрицать. ненавидеть. не терпеть. в какой-то момент, не выдержав тишины, всегда такой неловкой, наполненной маленькими искрами, Роза начала: "знаешь, хорошо бы завтра пораньше встать". "да, наверное ты права",— тихо ответил Рафаэль, чуть ли не заплакав. как он не выносил ее голоса! и как он готов был пасть пред ним!.. они одновременно повернулись друг к другу. расслабленная поза девушки, всегда замкнутая поза парня. они противоположны. она чувствовала слишком много. он стремился не чувствовать ничего. это убивало их. они вяли. лаванда и роза. они были сорваны и оставлены без воды. разум затуманен. в его голубых глазах она видела море и снег, пустые залы и блеск стали меча, который обрушился на голову её отца. и матери. и любимых. в её карих, почти янтарных глазах он видел блеск золота величавых корон правителей Ипала. видел солнце. видел кровь, капающую с её пальцев. к чему бы она не прикасалась, она несла смерть. и розы. дочь солнца, невеста могил. аккуратно и боязливо, не осознавая, они начали сближаться. впервые за годы они соединились в чистом поцелуе, несшим покой их сердцам и разуму. мягкий и ненавязчивый, неловкий, но содержащий в себе все желание, всю страсть и надежду, этот поцелуй вознёс их к истине. они сидели обнаженные, как Адам и Ева, но также быстро они осознали свою наготу и моментально отлетели друг от друга. глаза розы наполнились слезами, в мыслях пролетела режущее осознание своего положения. она любит его. она, которая клялась убить его, уничтожить всю память о нём и его семье, теперь с радостью бы возвысила его и сделала бы богом. она идёт против разума, но как сладка и красива эта тропа!.. "можно ли мне любить?" — забилось в сердцах у двух влюбленных.