Лилии с шипами

      Мужчина заглушил двигатель автомобиля. Припоминая, что он в этот раз точно размажет Фуго по стенке за то, что тот не вернул кресло и зеркало заднего вида в прежнее положение, он резко вытащил ключ зажигания. Надо было отчитаться Буччеллати об итогах встречи в казино Fortuna Nera и идти отсыпаться. Обычно Бруно не вызывал на задания по несколько дней к ряду, значит можно будет покемарить у себя в комнате. А потом уже и размазать Фуго. Аббаккио повернулся и схватил с заднего сидения небольшой кейс, который деловито топорщился от налички в нем. Приятно иметь с ними дело, всегда вовремя и без лишних разговоров. Да и к тому же можно было скоротать часть ночи с местными обитательницами.       Выходя из машины Леоне еще раз проклял Паннакотту за то, что тот не отрегулировал высоту сидения. Поездка у него получилась не из самых комфортных. По дороге туда он страдал, не успел привести все в порядок. Да и обратно уже спешил. Вот из таких мелочей и создается хаос. «Хуев умник», думал мужчина, широко шагая по направлению к ресторану, «если в десять лет поступил в университет, то это отменяет для тебя правило привести машину в изначальное состояние?».       Дверь ресторана всегда была открыта. И днем и ночью. Никто из посторонних и носа не думал туда сунуть, прекрасно знали, чем это может обернуться. Посещение только с предварительным предупреждением. Никак иначе. Как и ожидал Аббаккио, персонала в столь ранний час не было, но лишь один человек уже был на ногах с раннего утра.       — Доброе утро. Надеюсь, никаких проблем, Леоне? — Буччеллати сидел за столом со скрещенными на груди руками.       — А должны были быть? — поинтересовался Аббаккио, закидывая на стол кейс.       — Ожидал, что ты вернешься еще ночью.       Леоне в это время отщелкнул застежки кейса и начал передавать толстые «котлеты» купюр Бруно. Благодаря силе стенда Sticky Fingers Буччеллати мог незаметно и быстро прятать в себе предметы, он демонстрировал этот фокус каждый раз, словно становился портативным банкоматом. Деньги исчезали где-то внутри Бруно, а потом уже транспортировались до капо без лишних проблем. Леоне потянулся за последними двумя стопками и ненароком загреб несколько фотографий со дна кейса. Одна из них упала на стол. Буччеллати слегка нахмурился, заметив лишний элемент в процессе. Он забрал одну пачку купюр, оставив вторую на ладони Аббаккио.       — Это заберешь себе, — пояснил Бруно, застегивая молнию в районе левого предплечья, — что за фотографии?       — Эти? — Леоне попытался как можно более небрежно объясниться, взвешивая на ладони фото. — У Манчини новый «завоз» на днях был, передал полюбоваться.       Буччеллати ногтями подцепил выпавшую фотографию, рассмотреть один экземпляр из нового «завоза». Аббакио ругаясь про себя, вытащил остальные три на белый свет и положил рядом с мужчиной. Он хотел продемонстрировать их ему не в этой обстановке, но «сюрприз» не удался по его невнимательности. На лице Бруно не отражалась ни единой эмоции, пока он скользил взглядом по фотографиям.       — Кто-то понравился? — пытаясь вывести Буччеллати хоть на какую-то реакцию хмыкнул Леоне.       — Не могу сказать. Если говорить честно, то мы даже не знакомы, какие выводы я должен сделать?       — Ну так сходи и познакомься, отдыхать тоже надо! — самодовольно протянул Аббаккио, садясь рядом с Буччеллати по правую руку.       — Я смотрю, причиной твоей задержки и стал тот самый «отдых».       — Какой ты проницательный, Бруно. — Съязвил Леоне.       Он тоже взял фотографию, чтобы рассмотреть, хотя по большей части, чтобы потянуть время. Да и что тут рассматривать. Сегодня ночью он их видел, лично присутствовал на моменте съемки. На «смотрины» его привел Карузо, перед тем, как отдать деньги. Полароид безразлично шумел и ослеплял вспышкой каждый раз, когда к стене подводили новую девушку. Манчини гордился «завозом» на этот раз: здоровые, крепкие девки, не эмигрантки. Что играло на руку репутации его борделя. Надо сказать, что Аббаккио нисколько не прельщало якшаться с таким сбродом как Манчини, но по сравнению с остальными представителями мафии с ним иногда можно было потолковать. Холодный, расчётливый, чем-то напоминал Леоне, но с гнилой душой.       Вдруг кто-то схватил фото со стола. Аббаккио резко вскинул голову, от ярости он уже был готов зарычать. Это был Фуго собственной персоной.       — Новые шлюхи в Фортуне? — с воодушевлением спросил он, вертя в руках фотокарточку. — Эта нормальная вроде, но не в моем вкусе.       Паннакотта щелчком отбросил фото обратно на стол, но немного не рассчитал и оно улетело на пол. Буччеллати наклонился его поднять.       — Ты подойди сюда ближе, может внимательно рассмотришь? — с ноткой угрозы в голосе предложил Леоне.       Парень без задней мысли подошел к столу со стороны Аббаккио. Чего тот и добивался. Как только Фуго наклонился, чтобы взять очередное фото, Леоне схватил его за галстук, резким движением намотал на кулак и дернул вниз. Послышался глухой звук.       — Ты че ебанулся с раннего утра руки распускать? — взвыл Паннакотта.       — Это тебе за машину, долбаеб! Съездил — приведи в порядок! — закричал на него Леоне, откидывая парня в сторону.       У Фуго был разбит нос. Он громко шмыгнул и вытер кровь о тыльную сторону ладони. На всякий случай он отошел подальше от беснующегося Аббаккио. В его глазах теперь не было той оптимистичной искорки, внутри уже клокотала ярость.       — Фуго, напоминаю тебе о «нейтральной зоне» в этом здании. И прислушайся к словам Аббаккио, — спокойно сказал Бруно, закинув ногу на ногу.       — Псих, — пробормотал парень, отходя к уборной.       — От психа слышу, ублюдок, — гаркнул ему вслед Леоне и вздрогнул.       Буччеллати положил ему руку на надплечье и слегка сжал. Словно предостерегая от попытки развития конфликта с утра пораньше.       — Я спокоен, Бруно! — громко сказал Леоне, дернув плечом так, чтобы скинуть руку старшего.       — Сегодня можешь быть свободен, твоя помощь не понадобится.       — И прекрасно. Но я-то знаю, что если этот «умник» облажается, то все придут звать меня.       Аббаккио резко поднялся, со скрипом отодвигая стул. Он собрал все фотографии со стола и швырнул их в пустой кейс. Буччеллати на миг задержался взглядом на какой-то из фотографий, но в это время Леоне захлопнул кейс. «Неужели кого-то приметил?», задался мужчина вопросом и мельком глянул на Бруно. Тот уже сидел с закрытыми глазами, покачивая ногой.       Мужчина молча поднялся на второй этаж, где располагались их жилые комнаты. Добравшись до своей, которую Наранча, видимо не в шутку, называл Темным Царством, Аббаккио выдохнул. Ну и ночь, ну и утро. Зато сдержал слово и разбил нос чертовому выскочке. Мужчина подошел к окну, чтобы плотнее закрыть окно шторами. В отражении окна он увидел уставшего мужчину с длинными пепельными волосами, макияж немного поплыл, это было ожидаемо.       — Ах, вот оно что, Джоя…       Леоне провел пальцами по шее, где красовался след от засоса. Сколько раз он повторял ей не делать так, а она все равно не сдерживалась. Глупая женщина. Поэтому Буччеллати и заметил. Придется закрашивать, а то мелюзга на смех поднимет. Он резко дернул шторы и комната погрузилась во тьму.       В это время, пока Фуго чертыхаясь умывался и осматривал опухший нос в зеркале, а Аббаккио смывал свой боевой раскрас, Буччеллати вышел на крыльцо ресторана. Сегодня ему предстояло решить множество важных дел. А вечером… а вечером он может быть и отдохнет по совету Леоне. Его советам он почему-то всецело доверял.