Я не дам тебе забыть меня

Чон был в отчаянии, как вдруг услышал стук в дверь. Он, конечно же, не хотел открывать ее и сейчас, лежал бы дальше, еще больше погружаясь в депрессивное состояние, но услышал знакомый голос, просящий открыть дверь. Думая, что ему это почудилось, но все-таки встав с кровати, парень направился к двери, взглянул в дверной глазок - никого. Снова стук. Он открыл дверь и обомлел, но не от ужаса, а от огромного удивления и невозможности поверить в то, что это реально. Перед ним стоял светловолосый красивый юноша. Да, тот самый, который был центром его жизни уже целых два года и главной его целью эти два месяца - Пак Чимин. Он был в светлых джинсах, белых кроссовках, бежевой кепке и той самой пурпурной футболке. Рядом стоял парень, что выдавало лишь его телосложение, в черном спортивном костюме и арафатке, которой было полностью окутано его лицо и лишь глаза могли выдать его, но взгляд был направлен в пол. - Привет, - застенчиво поздоровался парень. - П-привет. Гук не знал, что ему делать, как реагировать, ведь с одной стороны, у него было огромное желание накинуться на парня и заключить его в крепкие объятия, но с другой стороны, он не мог поверить в реальность происходящего и ничего не понимал. - Давайте пройдем внутрь, - сказал знакомым, но достаточно искаженным хрипотцой голосом человек в арафатке. Все они зашли в квартиру, и только после того, как прошли на кухню, он снял ее. Гук был удивлен еще больше, ведь под тканями скрывался Юн. - Извини, - вымолвил он, смотря прямо другу в глаза, а потом направив взгляд снова в пол. - Я не знаю, зачем так поступил. - Извини? После всего я слышу просто “извини”? Да ты хоть понимаешь, что сделал? Гук был зол, по-настоящему и сильно зол в этот раз, готов был накинуться на парня и растерзать его прямо там. Так он и сделал: схватил парня за кофту у самой шеи, прокричав те слова, тряся его. Но кто так смело сможет осуждать его поступок? Первая реакция большинства людей, первое желание большинства было бы именно такое: наорать, избить, убить. Эмоционально сложно сдержать себя в такой ситуации, если не обладаешь очень сильным духом, что не присуще большинству. Это базовая эмоциональная реакция, главное, как говорят, “на эмоциях”, не натворить плохих дел, вовремя себя остановить от невозвратных действий. Чон сейчас не мог себя контролировать, Юна от его гнева спасли лишь слова и действия Чимина. - Чон, не надо! Он привез меня сюда, - он принялся оттаскивать парня, и у него это получилось сделать, в первую очередь, благодаря своей речи. - Он все мне рассказал! - Что именно? - Все. Я знаю, что меня сбила машина, я была в больнице, ты меня всегда навещал и не терял надежды быть со мной несмотря ни на что. - А ты знаешь, почему он тебя там держал? Не выпускал и всем денег насовал, чтобы тебе там врали. - Да. И что ты мой парень, он тоже мне рассказал… И рассказал, что мы знакомы два года и футболка эта как подарок от тебя была на эту дату, что тебя из больницы выгоняли, а ты все равно шел туда, как ты волновался все это время, - он обнял его лицо руками. - Пусть не совсем все, но многое я вспомнил! Парень успокоился и теперь был готов вести более спокойный диалог, направив взгляд на Юна. - Зачем? Зачем все это? - Я не знал, как сказать тебе. - Тебе было проще видеть, как я мучаюсь? - Нет. - Тогда чего ты боялся? А эти удержания, история с таблетками, с враньем о Джису, моими постоянными выгонами из больницы? Зачем так сложно? Не обо мне ты думал. - Я боялся все потерять. Мою мечту, понимаешь? - За себя, значит, волновался. Ну, я так и думал. - Дай мне договорить, пожалуйста, я ведь не просто так пришел. Обещай не перебивать. - Ну давай. Обещаю. - Да, волновался я больше за себя, ты прав, но ведь сейчас я пришел не просто так, а чтобы объясниться и извиниться. Знаю, что простить это сложно, а понять практически невозможно, но просто послушай… Я не знал, кого сбил, понял только после того, как ты ко мне пришел, остальные звонили мне и как раз все рассказали. Ты был убит горем, я не мог тебя бросить. Как только все случилось, я сразу уехал, испугался. Мне нельзя участвовать в конфликтах, я только достиг успеха, я наконец-то исполнил свою мечту, моя музыка кому-то понравилась. Концерты, популярность, признание, фанаты - я не мог потерять это все, только что обретя. Как только произошло это все, уехал в сервис, сдал машину, узнал, в какую больницу увезли парня, и договорился с врачом о хорошем обеспечении больного. Он действительно получил сотрясение, мог не помнить сначала всего, какое-то время на коляске покататься и все, но потом я узнал, кто это. Он знал мою машину, меня. А ты ходил, узнал бы тебя. Ты бы ему вернул память, все вылилось наружу, я был бы в центре конфликта. А мне нельзя, понимаешь? Придумали эту схему с таблетками, которые замедляют процессы работы мозга, обеспечивал ему лучшие условия. Я заплатил всем в полиции, больнице, а потом этот главврач отказался продолжать это все, еще и Джису тебя пускала, ты начал догадываться, что что-то не так. Все могло резко сорваться. А ты еще когда пришел ко мне, так я сразу и подумал, что это мой шанс искупить вину. Я был готов хоть вечно тебя поддерживать, оставить у себя жить, врачам денег давать за уход, даже Ёсана нанял, как своего человека. Тебя велел не пускать, лишь бы самому остаться при всем. А ты все равно лез. Еще и Джису начала тебе тайны раскрывать. Видел я вас тогда в кафе, все сразу понял. Ей денег дал, она и замолчала. Да, видимо, ты все равно все узнал, я видел письмо. Тебе таблеток этих успокаивающих тоже попросил Ки добыть. Они безвредны, просто ты бы стал менее эмоционален, глядишь, и успокоился бы, а я так за ней и следил. А затем и деньги начали заканчиваться. Почти сразу, как это все случилось, все пошло ужасно: техника ломалась, записи альбома срывались, отказы со всех сторон. Деньги стали заканчиваться, пришлось уменьшить дозу, он начал приходить в состояние, что-то понимать, вспоминать из-за тебя, начал жить активнее, по больнице ходить, вот и пришлось от тебя его отдалять. И тогда у больницы я тебя не нашел, мне позвонили, сказав, что ты там снова шастал и они тебя усыпили, припугнуть решили. А ты, ничего не зная, был так добр, еще и микрофон мне купил. А потом нашел я в комнате у себя печенье с той самой запиской: “Ты вина всего происходящего” - и все понял. Не просто так у меня эти неудачи. Все из-за этой ситуации, моего вранья и лицемерия. Решил уехать подальше, исповедоваться кому, попытаться вину искупить, пожить другой жизнью. А после звонка Ёсана о том, что ты приходил снова, а Чим себя странно ведет, решили его просто подальше увезти. Условия тоже были хороши: отдельный дом, люди, которые за ним бы следили, отказ от таблеток, ведь там он бы с тобой не контактировал и жил лучшую жизнь, а я был бы спокоен и прощен. И все бы так и было. Да Мин сбежать решил тебя помнил, хотел к тебе. Рассказывал всем о том, какой классный парень к нему ходил в больницу и как он ему понравился. Да я отговаривался, чтобы не слушали его там, делали сво работу, за которую платят и все. И вот в один момент Чим сбежал. Хорошо, что нашли его быстро, он не пострадал. Мне пришлось приехать. А ты еще микрофон ты мне подарил, спасибо. Хотел там записать альбом, песни написал, да толку не вышло, я голос терять начал. И тут только до меня дошло, что я творю… Я монстр, который вас разлучил, врал тебе, несмотря на всю твою доброту в мою сторону, Чима держал в неволе. За это и расплатился... Отправил его вместо этого дома в санаторий на это время восстановиться, сам туда приехал, все ему рассказал, и сейчас мы тут. Знаю, что нет мне прощения, тем более понимания. Но я и не прошу. Просто будьте теперь счастливы… - Ты даже представить себе не можешь, как тяжело мне было все это время, как я переживал, волновался, как страдал. А ты был рядом во все моменты, все видел, но молчал и играл роль друга, заботясь лишь о своей заднице. Я тебя не смогу понять и тем более простить. - Извини еще раз за все это, я готов понести любое наказание, что хочешь сделаю и отнесусь с пониманием. - Жизнь тебя уже наказала, а мне ничего не надо. Лишь обещай на глаза не попадаться, уехать как можно дальше от нас. Не хочу после всего с тобой общаться, даже видеть не хочу и не могу. Гук отвернулся от парня. Чим сидел рядом с ним и ничего не говорил. Когда Юн встал и направился к выходу, произнося “прости”, Пак попрощался с ним, поблагодарил за то, что он в итоге поступил верно, и запер дверь, снова идя к Чону и обняв его. - Что произошло за эти пару недель, что мы не виделись? - На следующий день после нашей встречи я услышал разговор о том, что меня хотят увезти, а Чан, точнее Ёсан, как оказалось, подтвердил. Мы поехали в сторону какой-то деревни, дом был красивый, но я хотел увидеть тебя, мы же договорились. Нашли меня быстро, а потом отвезли в санаторий какой-то, приехал Юн, меня с ним познакомил Чан, и он начал мне рассказывать, кто он, кто такой Чан на самом деле, кто такой ты, и почему я там оказался. Неделю мы отдыхали, общались, он рассказывал мне все. И я даже начал вспоминать что-то! И я вспомнил тебя, пусть еще и не совсем. Я понял, почему было то странное чувство чего-то знакомого в больнице при нашем диалоге в тот раз, и эти приятные чувства от подарка. Прости его, он ведь ничего плохого мне не сделал. - Не могу. Он сделал очень больно мне. Предательство человека, которого ты считал самым близким, человека, который скрывался за маской поддержки и сочувствия, в это же самое время осознанно причиняющий боль, от которой ты так страдаешь, простить очень сложно. Я бы даже сказал, что для меня - невозможно. Пусть едет куда хочет, лишь бы на глаза не попадался. Юн понимал, что Чон прав: простить такое невозможно. Он лицемер, что думал лишь о себе, мучал друга, делая вид, что его понимает и поддерживает, а сам за его спиной заходил все дальше. Он за то и поплатился. Лишая парня самого ценного в его жизни - его парня, Юн и сам стал терять нечто ценное для себя - музыку. Срыв записей, поломка техники - уже на этом можно было понять, что пора остановиться, но он шел дальше. Ему нужно было начать терять голос, чтобы понять, насколько далеко он зашел. Парень знал, что заслужил это. Юн перестал заниматься музыкой, лишь писал тексты, которые теперь принадлежали только ему одному, уехал туда, куда собирался изначально. Он был достаточно верующим, верил, что может выпросить прощение у Бога, поэтому решил вести праведную жизнь, отправившись в глухую деревню и помогая там всем, кому может, каясь во всем, что делал, пытаясь добрыми делами закрыть то, что натворил. А Ёсан, который ради конспирации назывался Чаном, поддерживал с ним связь, но уже не из той больницы. Ему тоже досталось по заслугам: проверка больницы показала уйму нарушений, вернули старого главврача, которого оправдали почти сразу, при котором больница расцветала, а коррупция там была на низшем уровне. Джису бросила идею работать в больнице, вся эта история навсегда отвернула ее от медицинского дела, а деньги, которые еще не успела потратить, отправила анонимно нуждающемуся в операции ребенку. Она стала помогать брату с кафе, дело пошло в гору, и теперь оно не пустовало так часто, как раньше. Бюмгю же из-за денег, которые внезапно заработал на горе знакомого, потерял чувство безнаказанности, меры и совести. Он по старой дружбе приобрел немного запрещенных веществ, успев использовать лишь совсем чуть-чуть, и на следующий день был пойман полицией и посажен по статье за хранение. Чимин с Чоном начали пусть и не с самого начала, но где-то с середины их истории точно. Они продолжили карьеру. Гук рассказывал, как они проводили вместе время, показывал альбомы, водил Мина на те самые памятные и значимые для них места, устраивал сюрпризы, как раньше. Он ценил его всегда, но теперь начал ценить еще больше. Пусть Юна он так и не простил, но был благодарен в глубине души хотя бы за то, что он не разлучил их навсегда. Постепенно их отношения стали еще ближе, чем были ранее, а парень был так рад слышать каждый раз заветное: - Чон-и, я тебя не забыл! Я тебя помню! Спустя дни и ночи, что идут, Так неспешно, одинаково, но тяжко, Словно голоса меня к тебе ведут. А может, снова выпала бумажка. Все время это я скитался По просторам созданного мира, Но ответ мне так и не попался. Ну а в жизни лишь была сатира. Осуждал я всех и все, что видел, Даже самого себя порой, Но вот ответ был очевиден, Находился рядом он со мной. … И нет удара хуже, чем от друга, Что незаметно тихо бьет тебя в тиши, Видя твой взгляд не лёгкого испуга, А после свято шепчет: ты, давай, дыши! Поддержка словом громким, делом смелым С той нотой понимания и грусти Казаться может светом белым, А за этим всем слова: давай, отпустим. … (Полную версию стихотворения и истории в целом можно прочитать в книге “Я не дам тебе забыть себя”, авторки Надежда Надежды на Рада сообщить, что мной была выпущена полноценная книга, с которой вы можете ознакомиться как платно, так и БЕСПЛАТНО на удобной для вас площадке. а в скором времени выйдет и вторая книга: ЛитРес https://www.litres.ru/72710638/ AuthorToday: https://author.today/work/562162 Ridero https://ridero.ru/books/ya_ne_dam_tebe_zabyt_sebya/ Литнет https://litnet.com/ru/book/ya-ne-dam-tebe-zabyt-sebya-b586534 Литмаркет: https://litmarket.ru/books/ya-ne-dam-tebe-zabyt-sebya Литгород: https://litgorod.ru/books/view/63287 LiveLib https://www.livelib.ru/book/1016192449-ya-nedam-tebe-zabytsebya-nadezhda-nadezhdy Буду очень рада, если она вас заинтересует) и безмерно счастлива, если она вам понравится), печатную версию книги можно приобрести на ВБ и ОЗОН) Спасибо за прочтение! Буду рада отзыву, лайку и комментариям к этой работе. Еще буду безмерно счастлива, если вы захотите следить за моим творчеством и подпишитесь, а также, если вас заинтересуют мое творчество и личность в целом вне фикбука. ТГК: n_nadyahope