Шрамы на твоём плече

* * * Ночь прошла тихо лишь до середины. Холодные как сталь огни далёких звёзд не давали никакого света, и если бы не половинка луны, лес был бы погружен в полнейшую темноту. Саундвейв полулежал у стены, уйдя в неспокойный оффлайн для подзарядки. Миниконы в режиме кассет грелись в его субкармане, а робокот и Лазербик спали друг рядом с другом. Лес тихо шумел голыми ветвями вокруг высокого утеса, у основания которого виднелся черный узкий провал пещеры. В нескольких метрах от скалы вдруг колыхнулся воздух, сжалось пространство, а потом с хлопком возникла зеленая воронка. Из нее вышли высокие темные фигуры, держащие наготове оружие. Самая большая и крупная из них начала отсчёт до начала неких действий, загибая пальцы на левом манипуляторе. Тени мелькнули с четырех сторон каменной громады, проверяя, есть ли там ещё какие-нибудь выходы. Место было выбрано удачно, убежище выглядело безопасным из-за узкого входа, который помешал бы противнику беспрепятственно войти внутрь пещеры. Врагу пришлось бы сгибаться, а в таком виде открываются самые слабые места брони и корпуса. Фигуры задумались. Кто-то по внутренней связи передал неплохой план, который решили привести в действие. * * * Пробуждение было весьма и весьма неприятным. Я спала не так уж долго, и была не рада, когда снаружи со всей дури заорали четыре сигнализации. Вскочив, я поняла, что в пещеру бьёт нестерпимый белый свет, и, ничего не видя, кинулась куда-то к стене, пытаясь скрыться от него. Уши разрывались от пронзительных звуков, сквозь сжатые веки сочились слезы, которыми организм пытался хоть как-то убавить боль в глазах. После очередной партии воя я споткнулась и полетела носом вниз, стараясь понять, куда могла свалиться, потому что яма у нас одна в полу была ярко выраженная — в том месте, где миниконы нашли энергон. Ничего не соображая, я почувствовала сквозь пелену оглушения, что меня кто-то схватил. — Саундвейв!!!!! — завопить было решением инстинктивным, потому что будь я чуть спокойнее, то поняла бы, что на фоне четырех сигнализаций десептикон никак не может услышать меня. Если у меня уши едва выдерживали такие цифры децибелов, то что сейчас творится с чувствительными аудио десептикона?! — Она у меня!!! — оглушительно громко заорал кто-то сверху, пока я трясла головой и вырывалась из упрямых плоских пальцев. Свет больше не бил в лицо, и я смогла увидеть, как из пещеры показалось беспокойное щупальце связиста. Мир поплыл, не желая приобретать четкие контуры, но зелёного робота, похожего на какой-то гигантский шар, я всё-таки заметила. Он бросился к проходу, изо всех сил вцепился в щупальце и резко дёрнул его на себя. — Балкхед, ты что делаешь?!!! — крикнул мех, из чьего манипулятора я так рвалась на волю, но все уже услышали, как тонкий корпус деса со скрежетом влепился в стену, явно помяв себе все, что только можно. Боль пронзила меня как игла. С макушки до кончиков пяток, я почувствовала его боль. Боль смятых в гармошку сегментов, оторванного до конца сервопривода и треск сломанного щитка. Волна боли, вырастающая на десятки метров, образующая цунами, от которого невозможно сбежать. Я буквально увидела происходящее его оптикой, маска с сеткой трещин выдавала всевозможные ошибки и повреждения, по экрану шли непрерывные помехи и белый шум. Темная стена, по которой стекал светящийся энергон, истощенные системы быстро выходили из строя, грозя выкинуть деса в перезагрузку. Дико взвыв, я сделала первое, что мне подсказал инстинкт — укусила того, кто мешал мне, обладателя этих черных ладоней с пятью пальцами. Даже если он и почувствовал это, никакого внимания не обратил, зато я чуть не сломала зубы. В груди закипала злость. Из-за них я второй раз смотрю на десептиконов и ничего не могу сделать! Из-за них сейчас Саундвейв стонет возле стены, пытаясь сфокусироваться на правом сервоприводе, который остался в другой стороне пещеры. Его щупальце тоже висело лишь на сварке. И в этом виноваты лишь они. Такого вопля этот лес не слышал уже несколько тысяч лет, какие-то странные птицы с шорохом сорвались с деревьев и взмыли в небо, роняя темные перья на землю. Большой робот тоже вздрогнул, расслабив манипуляторы, я неудачно упала на землю, отбила себе ноги, и, дважды чуть не упав, рванула к связисту. Меня поймали на через пару секунд бега. Кажущаяся черной в ночи маленькая фем накрыла меня ладонью, выпрыгнув откуда-то сзади. Я дрожала, все ещё стараясь освободиться. Трое остальных роботов вынесли из недр скалы Саундвейва, заставив меня заорать в третий раз. Только уже от ужаса. — Балкхед, зачем ты это сделал?!!! — высокий робот с ушами-антеннами нёс корпус десептикона на манипуляторах, не забыв и про изуродованный сервопривод. — Ты посмотри на органику!!! Оптимус, он явно вредил ей!!! Посмотри на ее состояние! НЕТ!!! НЕПРАВДА!!! Двухколесная фем с горящими синими окулярами осторожно коснулась моих рук пальцем, вызвав невольное шипение и ещё один рывок в сторону фиолетового корпуса. — На самом деле... Оптимус, я запрошу земной мост. ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ С САУНДВЕЙВОМ?!!!! По его щитку течет тонкая струйка энергон, вся нижняя часть корпуса заляпана им так, что не видно естественный цвет его брони. Даже по щупальцу стекает энергон... Я должна, должна не допустить того, чтобы его убили здесь и сейчас!!! Перед фем открылся новый портал. Первым зашёл тот робот, что нёс связиста, который больше был похож на месиво стали и энергона. Двухколесная убедилась, что вся команда скрылась в воронке и лишь затем шагнула сама. Этот переход был самым болезненным и не шёл ни в какое сравнение даже с самым первым. Меня буквально выворачивало наизнанку, раны на руках вновь открылись, в добавок я начала заходиться в кашле, от которого не могла избавиться. Грудную клетку будто сжали железным обручем. Но даже самые плохие вещи когда-нибудь кончаются, и вот двухколесная уже спокойно выходит из портала в очень светлом помещении огромного размера, почти как коридор Немезиды. Её встречает бело-рыжий бот, которого я вижу сквозь пелену слез от новой вспышки света и боли. Они о чем-то говорят, а потом рыжий перенимает меня из ладони фем и куда-то идёт. В коридоре темнеет, и глазам становится чуть лучше. Темно-серые теплые пальцы вызывают отвращение, доводящее почти до бессознательного состояния. Мех открывает одну из дверей и вновь включает яркий белый свет, от которого так сильно болят глаза. Он что-то говорит. Но я не слышу его, прислушиваясь к мыслям и пытаясь уловить хотя бы малейшее сообщение от связиста. Рыжий приподнимает мне руку, начиная что-то с ней делать. Он снова что-то спрашивает, а я молчу в ответ, не понимаю ни слова. Что ему от меня нужно?!!! Я опять пытаюсь вырваться и зарычать. Но и в этот раз не могу различить ни слога в его речи. Ни единой буквы или звука. Горло снова распирает кашель. Я сгибаюсь пополам, стараясь преодолеть его. Мех упрямо бинтует мне руки, не замечая трепыханий и ёрзанья. Что, неужели он закончил?! Я хотела была прыгнуть на пол прямо со стола рыжего робота, но тот поймал меня и усадил обратно. Сквозь рваные мысли просочилась чужая боль, что могла принадлежать лишь одному меху в этом ненавистном месте. Робот рассеянно собирал свои инструменты в ящик, поэтому я, воспользовавшись моментом, решила не медля отсюда выбираться. Страх пропал. Совсем. Исчез, сменившись безрассудством. Не знаю, что в данной ситуации было бы полезнее, но раздумывать над этим я не стала. Прыгнуть со стола? Отличная идея! Отбить себе ноги? Могло быть намного хуже, но меня это не волнует. Спасибо рыжему за то, что он дверь не закрыл. Теперь остаётся лишь бежать туда, куда интуиция подскажет. Тишину разрывает мой громкий топот, на физкультуре мне всегда говорили, что я неправильно бегаю, но как правильно — так и не показали. Серо-желтый полумрак навевает далёкие, запрятанные куда-то вглубь воспоминания. Я слишком привыкла к фиолетово-черным стенам Немезиды. Воздух пропитан непривычными ЭМ-полями, которые кажутся далеко не такими опасными, как своеобразные ауры десептиконов. Из всех фиолетовозначных только в присутствии Саундвейва не хотелось сжаться под страхом смерти. От воспоминания о связисте я запнулась об свою же ногу и чуть не упала на бегу. Нет права на задержку! — Черт!!! Впереди показался главный зал, где и находилась аппаратура для создания порталов. Стоп, мне точно сюда не надо!!! Обратно. Те же двери, те же лампы, те же трубы и провода. В сумраке послышался тихий цокот, будто кто-то быстро семенил железными лапками по полу. Я остановилась, страшась увидеть, что это ещё один ярый защитник органики с синими окулярами. Вместо громадного робота я увидела жука с большой головой и маленькими короткими лапками, отходящими от нее. Притормозив, я решила рассмотреть странное существо, чтобы убедиться в неверности моего предположения. Жук доверчиво смотрел на меня огромными фиолетовыми глазами вытянутой формы, приподняв две лапки. На его конечностях были крепкие короткие когти, из-за которых и было слышно передвижение зверюшки. ЭМ-поле зверька было спокойным и слабым. Он выглядел таким беспомощным... В его глазах сидел страх, притягивающий все внимание. Они более темные в уголках и светлеют к центру... Железный жук тихонько подошёл ближе, негромко стуча когтями по полу. Я не могла оторвать от него взгляда, пронизывающего насквозь, манящего, зовущего к себе... Я шагнула к нему, нельзя позволить этим ненормальным убить ещё и эту зверюшку!!! Существо потянулось ко мне. Я почти взяла его на руки, когда голова жука со скрежетом откинулась назад почти наполовину, открывая круглые ряды острых как бритва зубов. Тварь прыгнула на меня, заставляя отлететь к стене и заслонить лицо рукой, в которую он и вцепился всеми семью, если не больше, рядами клыков. Я неистово затрясла ей, пытаясь скинуть , но тот держался крепко и старался отгрызть кусок плоти. Безудержно вгрызаясь в руку, тварюга издавала странные механические звуки. Я отбросила его в коридор, прижимая к груди разгрызенную руку, но жук не собирался отказываться от органической добычи. Он кинулся в атаку, клацая уже алыми зубами и очень быстро перебирая неуклюжими с виду лапками. Я тяжело дышала, не зная, как от него защититься. На лицо попали брызги моей же крови. В глазах чудища блестело безумие и голод. Оно кидалось, как мелкая собака, со всех сторон, стараясь снова уцепиться за руку или ногу, но получало по морде, что никак не отражалось на его энергии и упрямстве. Стальной ужас снова набросился, целясь в правую ногу, я судорожно шарила руками по полу и нащупала там что-то железное. Поняв, что это мое единственное спасение, я резко взметнула железку и врезала по этому жуку. Раздался хруст, существо отступило, шатаясь на коротких лапах. Я вскочила и, не помня себя, начала вновь и вновь бить эту тварь железной трубой. Прошло какое-то время, прежде чем я выронила свое оружие и, боясь смотреть на то, во что превратила жука, кинулась по коридору со всех ног. Я не смотрела, но знала, что на полу остались лишь мелкие кусочки металла и энергона. Я вся была в брызгах голубой жидкости, даже во рту ощущался ее горький привкус. Я... Я не хотела его убивать!!! Бег нисколько не заглушал мысли, хотя обычно это помогало. Перед глазами снова и снова вставали эти доверчивые окуляры, сейчас раскрошенные на мелкие осколки. Бинт на правой руке пропитался кровью и был вспорот, открывая новые повреждения. Оставляя неприятные ощущения и впитываясь в кожу, на ладонь стекала кровь. Совершенно случайно я заметила, что один из поворотов заканчивается каким-то отсеком, отгороженным от остальной базы решеткой. Если бы не свечение лазерных прутьев, я бы и не увидела место заточения десептикона. Несколько секунд, и я уже прыгнула между лучами, взглядом ища Саундвейва. — Асёнок..? — этот тихий голос я не слышала ни на одной записи, воспроизведенной связистом, поэтому замерла. На меня упал рассеянный изумрудный свет. Мех сидел возле стены, держа щиток с сеткой трещин в манипуляторе. Его аккуратные вытянутые и слегка косые окуляры странного для роботов цвета с тревогой наблюдали за моими движениями. Неуверенно, а потом в несколько быстрых и больших шагов я достигла знакомого фиолетового корпуса. — С-саундвейв..! — я прижалась к его манипулятору, обхватив тонкие темные пальцы. Ладонь десептикона была прохладной, как и всегда. Знакомая, привычная прохлада. В ответ он провел пальцем по моим волосам, вентилируя с тихим хрипом. — К-как ты? — Не... Переживай. — все тот же тихий, слабый голос. Состояние связиста утверждало обратное. Корпус был липким от не засыхающего энергона, похоже никто не додумался оказать ему хотя бы минимальную помощь, просто закинув сюда. Саундвейв пытался сделать это самостоятельно, но без оборудования и нужных навыков вернуть оторванную конечность на место не получится. Да и манипуляторы десептикона были смяты от близкого знакомства с гранитной стеной. Однако это существо, даже будучи в плачевном состоянии, решает, что гораздо важнее осмотреть прискакавшую к нему органику. Один внимательный взгляд, и тут же замечена разобранная правая рука.