Узы, связанные ветром и дождем

После нескольких дней промозглых ветров и дождя, наступили необычно теплые для этого времени года дни. Дети, чувствовавшие что скоро умрут дома со скуки , воспользовались выдавшейся возможностью, чтобы убежать на улицу поиграть с друзьями. Провожающие своих детей родители могли только с беспомощностью ожидать их, уже предвидя как те вернутся по колено в грязи. В отличии от своих друзей, А-Инь не нравилось играть когда везде так скользко и грязно. Пока мальчики возились с чем-то между голых деревьев, она выбрала посидеть вместе с А-Шэнем на покосившейся скамеечке. Летом на улице гораздо веселее: в густых зарослях и кустах можно играть в прятки, бегать и прыгать не так опасно, можно ловить кузнечиков или собирать цветы. А ещё летом можно запускать воздушных змеев. -Точно,- воодушевилась А-Инь,- давайте пойдем запускать воздушных змеев? Неизвестно когда успевший вернуться А-Нин плюхнулся рядом на скамейке, держа в руках плотный комок грязи. - Я не могу пойти. Мама сказала, что мы пойдем в храм все вместе. - Зачем ты принес сюда эту грязь? - морща маленький носик проворчала А-Инь, отодвигаясь от мальчика чуть дальше. А-Нин похлопал ладошкой по кривоватому боку несостоявшегося колобка, и самодовольно улыбнулся. - Ничего ты не понимаешь! Это глина. Папа говорил, что из нее делают посуду и фигурки, как те, что у нас на шкафу стоят. Я заберу ее домой, и сделаю из нее что-нибудь, когда вернусь из храма. - Как ты так в храм пойдешь? Весь грязный! У тебя даже лицо испачкано. Мальчик поднял руку, намереваясь вытереть лицо, но вместо этого сильнее запачкался, размазав по щеке ещё и грязь с ладоней. Хуа Шэнь и Сяо Инь безмолвно наблюдали за этим, не зная что сказать. - Теперь чисто? -....... - С другой стороны? - мальчик потянулся к другой щеке, но был остановлен А-Инь. Маленькая девочка немного преувеличенно вздохнула, достала платочек и бубня под нос что-то об ответственности и аккуратности принялась оттирать грязь с пухлых щёк непоседливого друга. Ей не редко приходилось слышать как мать отчитывает её старшего, совсем уже взрослого, брата, так что ей было что сказать, хотя она сама не понимала смысла половины слов. На моменте когда зашла речь о том, что он уже почти жених и таким грязнулей будет никому не нужен, глаза А-Нина чуть не выпали из орбит. Одним платочком делу было не помочь, и было решено отправиться домой и переодеться. Дело близилось к обеду и А-Инь и сама уже должна была возвращаться. Хуа Шэня, как самого младшего из них, проводили домой в первую очередь. Уже на пороге дома, Хуа Шэнь наконец решился спросить А-Нина о том, в какой храм они собираются пойти с семьёй. К его разочарованию, мальчик и сам не особо запомнил. В его возрасте было нормально не воспринимать подобного рода вещи всерьез, и все что он знал о посещении храма - это то, что можно что-то попросить у бога. Конечно его представления о молитве были совершенно далеки от действительности, однако это все, что могло достаточно заинтересовать ребенка, чтобы запомниться. Подняв эту тему А-Нин с энтузиазмом начал рассуждать о том чтобы ему пожелать. Хуа Шэнь же слушая его, чувствовал уныние с каждым все более сложным вариантом пожелания. Наконец попрощавшись дети ушли, а Шэнь-эр остался стоять на крыльце, смотря им вслед. *** Уже прошло какое-то время после того, как он услышал детскую болтовню снаружи, известившую о возвращении А-Шэня, но тот все не заходил. Решив проверить все ли в порядке, Хуа Чэн обнаружил за дверью маленькую фигуру плотно закутанную в меховой плащ. Хуа Шэнь сидел на ступеньках, глядя куда-то в небо, и теребил в пальцах кончик завязки плаща. Он обернулся, услышав скрип открывающейся двери, и наткнулся на хмурый взгляд князя демонов. Хуа Шэнь непонимающе смотрел на отца, когда тот поднял его на руки. - Почему ты сидишь на холодных ступеньках? Не дожидаясь ответа он вошёл в дом, на ходу развязывая тесёмки на воротнике теплой накидки. К концу осени выдались на редкость погожие деньки, однако солнце хоть и светило ярко, но совершенно не грело и не располагало к посиделкам на каменном крыльце. Посадив Шэнь-эра поближе к печи Хуа Чэн ушел за теплым чаем, что бы помочь ему согреться. По возвращении в комноту он обнаружил Хуа Шэня задумчиво глядящим на висящую над сундуком у крайней стены картину Наследного принца. Трогательно нахмуренные брови и надутые губы смотрелись на детском лице крайне забавно. Стоило Хуа Чэну сесть за стол, как Шэнь-эр подполз поближе, и какое-то время ёрзал на месте, не решаясь задать интересующий его вопрос. Наконец вздохнув, он тихо спросил: -А это тоже храм баба? Хуа Чэн удивлённо приподнял бровь. По правде, этот храм очень редко видел почитателей и раньше, а последние пару десятков лет он и вовсе не принимал верующих. Жители деревни только знали, что здесь когда-то был храм, но на самом деле это был просто дом, в котором они с Его Высочеством переодически жили. Ничего, что могло бы натолкнуть на мысль о таком предназначении этой хижины, здесь не было. Разве что этот портрет, который был нарисован почти столетие назад. Но видимо детские мысли работают совершенно по другому. Хуа Чен стянул запутавшуюся в волосах ленту, и начал пальцами расчёсывать волосы приводя их в порядок. - Раньше это был храм, но теперь это просто наш дом. Зажмурившись, Шэнь-эр замер, наслаждаясь приятными прикосновениями. Тихо, будто боясь нарушить идиллию, он продолжил расспрашивать: -Поэтому сюда не приходят молиться? Ходят в другие храмы, - казалось он не нуждался в ответах, и продолжал говорить,- А-Нин тоже пошел в храм. Он пошел в храм папы? Когда Хуа Чэн наконец собрал волосы завязав ленту, Шэнь-эр нахмурился подняв на него взгляд. - У него очень много просьб. Если у папы будет столько работы, то когда он вернётся к Шэнь-эру? К концу речи голос стал совсем тихим, и расстроившись он повесил голову выпятив нижнюю губу от беспомощности и обиды. Нужно было попросить А-Нина не желать чего-нибудь сложного. -Хочешь, чтобы он побыстрее вернулся? Шэнь-эр кивнул, не поднимая взгляд со своих сложенных на коленях рук. - Тогда почему бы тебе тоже не помолиться?-ухмыльнувшись, Хуа Чэн протянул руку к нечего не подозревающему ребенку, легонько зажав пухлую щёчку между пальцами,-что скажешь? -Мы тозе пойдем в хлам в городе? -неразборчиво уточнил Шэнь-эр, мгновенно воодушевившись этой идее. Но Хуа Чэн не ответил. Подняв Шэнь-эра, князь Демонов подбросил на руках игральные кости, и через секунду в комнате уже никого не было. Лишь одинокая чашка с остывающим чаем остаётся на столе. Они появились прямо на пороге ослепительного храма и Хуа Шэнь вслед за Хуа Чэном вошёл внутрь, оглядываясь и во все глаза рассматривая убранство роскошного храма. Они сразу попали в большой зал, в котором находился алтарь. На большом широком столе были разложены подношения, а рядом стояла курильница для благовоний. В серебряных подносах были сложены свежие фрукты и сладости, вызывая любопытство у маленького Шэня. Разве в храм приходят кушать? Встав рядом с Хуа Чэном и приняв от него зажженную палочку благовоний, Шэнь-эр слушал короткую инструкцию, и внезапно обеспокоился. А если он отвлечет папу от чего-то очень важного? Папа очень долго был рядом с ним, а теперь его не было всего несколько дней, и он, Шэнь-эр, уже его отвлекает. Подумав об этом, он решил изменить свое желание. Закрыв глаза он попытался вспомнить, что обычно говорили люди в деревне, когда кто-то работал. "Лёгкого.... Лёгкой роботы!" Он смущённо оглянулся на Хуа Чэна, будто боясь, что его мысли могут быть услышаны. Убедившись что на него не смотрят, он продолжил: "Возвращайся по быстрее, когда закончишь с делами" Ароматы благовоний мягко клубились среди ярких мерцающих огней. Постояв какое-то время наблюдая за сгорающей палочкой, и дождавшись когда она полностью истлеет, Шэнь-эр решил продолжить изучение храма. Хуа Чэн добавил несколько палочек благовоний в маленький сосуд сбоку, и сквозь легкую дымку свежего, слабого аромата, наблюдал за тем, как тот подходит к бюро, и рассматривает разложенные там кисти, чернильницы и бумагу. Бросая любопытные взгляды, ему хотелось спросить, может ли он их использовать. Догадавшись о его желании, и не дожидаясь просьбы, Хуа Чэн подошёл и помог ему все разложить. За неспешным возюканьем чернилами по листу, время для Хуа Шэн, прошло незаметно. Зимой день совсем короткий, и скоро снаружи стало темнеть. Сидящего за низким столиком Хуа Шэня привлек шум и свет в окне. Выглянув наружу, он не мог не удивиться увидев покрытый дымкой яркий малиновый пейзаж призрачного царства. Это ведь Призрачный город! Так близко. Все это время они были в Призрачном городе? Сзади послышались шаги, сопровождаемые позвякиванием серебряных украшений. Высокая фигура в красных одеяниях остановилась рядом с возбуждённо подпрыгивающим Шэнь-эром. Наклонившись к мальчику, Хуа Чэн предложил: - Хочешь пойти прогуляться? Оглянувшись, Шэнь-эр замер, встретившись с лицом, на котором один глаз был скрыт черной повязкой. С момента как они поселились в деревне каштанов, ему не доводилось видеть Хуа Чэна таким, а в то время, когда они только встретились в Доме блаженств, маленький Шэнь был слишком робким, чтобы познакомиться по ближе. Так что сейчас он был немного любопытен. Хуа Чэн заметил как Шэнь-эр поднял свои ладони, поднеся их к его лицу. В следущий момент лицо Грозного Непревзойдённого Демона, насылающего ужас на землю и на небеса, было захвачено в плен между пухлых, как паровые булочки, детских ладошек. -....... **** Возвышаясь над шумными улицами Призрачного города, в окружении ярких огней стояло ослепительное огромное здание. Распахнутые настежь двери принимали в себя толпы людей, впуская в просторные роскошные залы. Когда удовлетворив свое любопытство А-Шэнь наконец был готов отправиться на прогулку по призрачному городу, в первую очередь Хуа Чэн привел его сюда-в Игорный дом. И хотя по итогу это было не совсем то, что исходя из названия представлял себе Шэнь-эр, он не успел разочароваться, мгновенно привлеченный шумом за большим игорным столом. -Наш Господин здесь! Господин! Призраки, сразу обратившие внимание на появившуюся за занавесом фигуру, тут же подняли гвалт. -А, а кто это с ним? Это дядюшка? -Не говори ерунды, это маленький Господин. Хуа Чэн сел на небольшую кушетку, усадив Шэнь-эра рядом. Крупье поспешила призвать толпу к спокойствие, и люди потихоньку успокоились, продолжая игру. Главный зал игорного дома, до отказа заполненный толпами людей, был наполнен непрекращающимся шумом громких разговоров, смеха или отчаянных криков. В целом, Игорный дом был довольно безумным и хаотичным местом. Как и весь призрачный город. Глаза Шэнь-эра бегали по всему залу, не зная на чем сосредоточить свое внимание, из-за раздающихся с разных сторон внезапных возгласов и криков. В толпе призраков, окруживших стол прямо напротив, стояли трое юношей в золотых одеждах. С первого взгляда можно было сказать, что это не простые люди, а заклинатели, и судя по из одежде, должно быть из именитого ордена. Один из парней держался довольно высокомерно, и осматривал толпу вокруг с плохо скрываемым отвращением и долей страха. -Шисюн, я думаю, это плохая идея. Давай уйдем отсюда. Если Шифу узнает... -Он не узнает, если мы ему не скажем,- перебил его юноша, а затем посмотрел на него умоляюще,- пожалуйста, давай хотя бы попробуем? Другой поджал губы, но продолжать спор не стал. Получив его молчаливое согласие, юноша наконец набрался храбрости, и сказал: -Я хочу поставить десять тысяч золотых монет, на удачу для своего Шифу, на его следующей миссии. Если...Если этого не достаточно, я могу добавить ещё,- неуверенно закончил он. За столом на секунду воцарилась тишина, а затем со всех сторон раздался громкий гогочущий смех. Хуа Чэн за занавесом хмыкнул. -Я похож на того, кому не хватает золота? Кто-то за столом крикнул: -Позволь мне сказать тебе, все что есть в этом городе, и сам город, принадлежит нашему Господину. Парень переминался с ноги на ногу, чувствуя себя крайне неловко. Его товарищ, стоявший рядом, снова дёрнул его за рукав, призывая убраться отсюда. На самом деле, не было ничего такого в том, чтобы предложить в качестве ставки золото, однако то, как прозвучало это предложение, будто все здесь нуждались в его деньгах, не могло не позабавить призраков. В свою очередь, прозвучавшие после этого из-за занавеса снисходительные слова, ввели неискушенного в таких играх юношу в заблуждение, заставив поверить в безнадёжность этой затеи. Шэнь-эр не очень обращал внимание на творящийся за столом хаос. Его взгляд был прикован к большой игральной чаше. -Хочешь попробовать?- спросил Хуа Чэн, заметив его заинтересованность. Шэнь-эр кивнул. Подозвав крупье, Хуа Чэн чуть склонился, и сказал несколько слов, после чего та кивнула, и вернувшись обратно к столу, громко объявила: - Сегодня с вами будет играть Маленький Господин. Ставка будет принята, только если она заинтересует Маленького Господина. Парень, уже почти успевший уговорить своего старшего уйти, тихо безнадежно застонал, увидев как у того в глазах появилась надежда. Не давая Шисюну что-либо сказать, он возмущено воскликнул: -Предлогаете нам сыграть с ребенком? За кого вы нас держите? Призраки возмущено загомонили: -Думаешь наш Маленький Господин не может сыграть? - Мнишь себя выше нашего Маленького Господина? - У него, небось, просто нечего нет, вот он и ищет повод. -Эй, либо делай ставку, либо проваливай. Парень покраснел от гнева, и,сжимая челюсть, со злостью смотрел на толпу. Выступив вперёд его Шисюн достал из-за пазухи небольшую шкатулку, и открыв ее продемонстрировал изящную нефритовую корону. Неуверенный в себе, после прошлой неудачи, он робко спросил: - Как на счёт этого? Призраки оценивающе посмотрели на предложенную ставку, и оглянулись в сторону сидящих за занавесом силуэтов. Хуа Шэнь вообще не обращал внимание на то, что предложил юноша, он просто хотел побыстрее взять в руки чашу. Так что услышав вопрос он энергично закивал. Юноша за столом облегчённо вздохнул, в то время как его товарищ недовольно прошипел что-то, глядя на своего Шисюна. -Вы ставите на большее или на меньшее? -На большее- поспешно ответил парень, и взял в руки чашу. Тряся её какое-то время, юноша наконец остановился, и, выдохнув, поднял крышку. На дне лежали две кости - пятерка и четверка. После этого настала очередь Хуа Шэня. Наконец получив в руки чашу, Шэнь-эр не спешил начать её трясти. В одной руке он держал основание, на котором сейчас лежали кости, а в другой пытался удержать слишком большую для его рук деревянную крышку, и, если бы не Хуа Чэн, придерживающий ту с другой стороны, скорее всего уже обронил бы её. Отдав дно вместе с игральными костями Хуа Чэну, он взялся за крышку обеими руками. Больше всего его интересовала именно она. По всей поверхности вились тонкие вырезанные узоры, в которые были вплетены причудливые фигуры. Очертив пальчиком рисунок в центре, Хуа Шэнь повернул чашу, стремясь рассмотреть весь рисунок, для удобства уложив ту на колени. Хуа Чэн ему не мешал, однако те, что стояли по ту сторону занавеса, уже начинали волноваться. В толпе призраков прокатилась волна недоумевающего шёпота. Заметив наконец нетерпение стоящих снаружи, Шэнь-эр неуклюже вернул крышку на основание, несколько раз скользнув ею по гладкой поверхности бортиков, и потряс чашу, придерживая сверху и снизу, как это делали остальные. Широкая рука накрывала маленькую ладошку сверху, помогая не уронить крышку. Клац-клац Всего пара движений, и Хуа Шэнь потянулся открывать. На дне две кости показывали две четверки. Победа досталась юноше. Призраки возмущённо загомонили, неудовлетворенные таким исходом, однако крупье улыбнулась юноше, и сказала: -Мои поздравления. Удача будет сопутствовать твоему Шифу. Тем временем Шэнь-эр недоуменно поднял голову. -Шэнь-эр проиграл? Было ли что-то, что он сделал не правильно? -Не волнуйся, я научу тебя. Крышка игральной чаши снова закрылась, и ведомые накрывающими их большими ладонями, маленькие руки трясли стакан. Крупье снаружи объявила, что любой может попробовать сыграть с Маленьким господином, пока ставка будет достаточно интересна, и следующие пару часов, множество призраков и людей,решили воспользоваться тем, что ребенку не так сложно угодить. Никто не обращал внимание на спешащих побыстрее уйти трёх парней. Изначально Хуа Чэн планировал провести немного времени в Казино, а затем отвести Шэнь-эра на торговую улицу, но увлекшись новой игрой Шэнь-эр сначала не хотел уходить, а потом был слишком утомлен чтобы продолжить прогулку. Таким образом, после насыщенного вечера в Игорном доме, они вернулись в Райскую усадьбу. Сидя за столом в большом зале, Шэнь-эр активно двигал палочками, набивая щеки едой. -Не спеши, подавишся - с смешком предупредил его Хуа Чэн, пододвигая стакан с соком. Пронаблюдал какое-то время за ним, Хуа Чэн кое что заметил. -Почему ты не ешь овощи?- не дождавшись ответа, он протянул ему зажатую между палочек отварную капусту - Вот, открой рот. - Они не вкусные. Зачем есть не вкусные овощи, если есть мясо? -Хм, это имеет смысл,- Хуа Чэн задумчиво посмотрел на капусту, про себя удивляясь тому, как быстро тот стал разборчивым, а затем снова протянул ее Шэнь-эру -давай, открывай рот. - Мммм!- Шэнь-эр протестующие промычал, сжимая губы и отворачиваясь. Стоило ему повернуться, как его взгляд уловил знакомую фигуру. В широко открытых от удивления глазах загорелись звёзды, и он немедленно вскочив со своего стула, побежал в сторону входа в зал. - Папа! - звонкий голос огласил зал, и Хуа Шэнь тут же оказался в кольце рук, подхваченный принцем. Оказавшись в теплых объятьях Шэнь-эр уткнулся носом в плечо принца, вдыхая родной аромат. - Ты услышал мою молитву?- тихо спросил он. - Конечно. Я пришел как только смог,- Се Лянь отвёл прядь волос за ухо, поцеловав его в щёку,- как вы тут поживаете? Хуа Шэнь встрепенулся, и, как будто только этого и ждал, выложил свои жалобы. - Отец дразнит Шэнь-эра! - Не правда,- Хуа Чэн ухмыльнулся, положив таки многострадальную капусту себе в рот, но в следующий момент поморщился от её вкуса, тут же пожалев о содеянном. -Правда! Заставляет Шэнь-эра есть овощи! - Овощи полезны, - возразил Хуа Чэн со своего места, заслужив скептический взгляд от принца. Не думай, что я не видел, как ты только что выплюнул капусту в салфетку. К счастью, Шэнь-эр сосредоточенный на принце этого не заметил. -Овощи правда полезны. Если тебе не нравятся вареные, ты можешь есть свежие. Подходя к столу, он наконец заметил на запястье мальчика украшение. -Что это у тебя? Заметив его взгляд, Шэнь-эр вытянул руку, демонстрируя широкий золотой браслет с узорами по всей поверхности. В центр украшения было инкрустировано несколько драгоценных камней разных цветов, которые придавали ему роскошный и причудливый вид. - Я получил это в казино, - возбуждённо ответил он, - там ещё есть. Маленький пальчик указал в сторону внушительной кучи разного рода безделушек и сокровищ, сваленных в углу комнаты, как будто они вообще ничего не стоили. - Я играл в больше-меньше, и всегда побеждал. Все потому что отец научил меня. Принц не смог сдержать смешок, прекрасно понимая в чем заключалось это обучение. Он усадил Шэнь-эра на стул и сам сел рядом. - Это была просто кучка неудачников, Гэ-Гэ. -Неудачников,- поддакнул Шэнь-эр, устраиваясь по удобней, и, подловив момент когда Хуа Чэн повернется к принцу, начал перекладывать ему свои овощи. - Что это ты делаешь? Недовольный тем, что его так быстро обнаружили, Шэнь-эр поджал губы, но не прекратил своего занятия, притворяясь глухим. После сытного ужина Шэнь-эр завалился на толстый ковер на полу под бок принца, перебирая свои трофеи и пытаясь найти в горе сокровищ что-нибудь интересное. Пока он был отвлечен этим занятием, Се Лянь поделился с Хуа Чэном тем, что ему удалось выяснить во дворце Лин Вэнь. - Я думаю будет лучше, если мы поедем туда, и узнаем все по подробней на месте. Хотя выяснилось, что на територии Мэйшань и правда когда-то был клан, заклинательские техники которых, казалось, имели в себе стихийную основу, информации было довольно мало, и та была обрывочной. Если и был такой клан, то лучше всего было бы найти их, и узнать все из первых рук. - Папа,- забравшись на колени принцу, он потряс в руках серебряный колокольчик, который в свою очередь, не издал ни единого звука,- колокольчик не звенит. Се Лянь взял в руки изящный серебряный шар, с которого свисала аккуратная голубая кисточка. Сверху к колокольчику была привязана фиолетовая нить, видимо предназначенная для закрепления к поясу Держа колокольчик между пальцев, он немного потряс его, но тот по прежнему оставался безмолвным. -Он сломан? Принц повертел колокольчик в руках. Под плотным слоем демонической Ци, с трудом угадывались остатки сохранившейся духовной энергии. Может если... Чистый звук журчащего перезвона наполнил большой зал, вызвав у Хуа Шэня восхищённый вздох. Он нетерпеливо протянул руки, желая и сам попробовать, и был крайне разочарован, когда в ответ на его движения, звучала лишь тишина. Подняв голову, он посмотрел на Принца полным непонимания и обиды взглядом. Се Лянь не смог сдержать смех, оставив на виске лёгкий поцелуй. Вложив колокольчик в протянутую руку Хуа Чэна, Шэнь-эр спросил: -Почему у Шэнь-эра не получается? Правильно догадавшись о использованом Принцем способе, у Хуа Чэна сразу получилось вызвать мелодичный звон. Увидев как Хуа Шэнь от этого ещё больше надулся, Князь легонько ущипнул его щеку. -У тебя поже получится, - с этими словами он вернул колокольчик ему, и продолжил- это тоже самое, как когда ты заставил листья позеленеть. Хуа Шэнь нахмурился. Как это могло быть то же самое? Принц усмехнулся. Такой способ объяснить процесс вливания Ци в колокольчик действительно был очень простым, но в то же время самым доступным для понимания малютки. Весь оставшийся вечер Хуа Шэнь не оставлял попыток вызвать так понравившийся ему звук, время от времени отдавая колокольчик то к Принцу, то к Хуа Чэну, и не хотел идти спать, пока наконец не смог получить отрывистый звук, пока ещё не вполне похожий на тот приятный звон. - Немного практики, и у тебя все получится. Но сейчас пора спать. Удобно устроившись на широкой постели под теплым одеялом, Шэнь-эр сонно кивнул. - Теперь мы снова будем жить здесь? - спросил он, когда Принц уже собирался погасить ночную жемчужину, и отправить в соседнюю комноту к мужу. -Думаю, так мы и поступим. Шэнь-эр что-то промычал, и повернувшись на бок невнятно пробормотал. -Тогда мы должны вернуться за вещами. Одежда и игрушки Шэнь-эра осталась там,- немного помолчав, он еле слышно добавил, - и Шэнь-эр не попрощался с А-Нином и остальными. - Конечно мы не можем оставить вещи Шэнь-эр там. Заметив что тот наконец заснул, Се Лянь подоткнул одеяло, и тихо вышел из комнаты.