Вдали ото всех

Два года меняют людей, в том числе и их взаимоотношения. До этого момента их связь была... напряженной, не в лучшем смысле. Это стало очевидно во время конфликта интересов в Ватер 7 из-за замены Мерри. Однако плохое уходит и приходит, поэтому в какой-то момент, когда любые недопонимания между ними прояснились... Поднялась тема секса. Что неудивительно для ненасытного Луффи, который считал, что «секс — это как мясо: он должен быть вкусным, и его должно быть много!» Не то чтобы у них не было интима, но они никогда не пробовали всё вместе. Усопп, как самый изобретательный, предлагает передать дело в его руки и самому разнообразить их сексуальную часть отношений. *** Первый раз вместе получается вот так: Апчхи красиво выгибается на простынях. Тихий стон слетает с его губ, растворяясь в тишине комнаты. Ну, относительной тишине. Луффи, делавший минет, из любопытства поднял глаза, чтобы узнать, что вызвало такую бурную реакцию, учитывая некую скованность Апчхи в постели. Если до этого Луффи думал, что возбудился как никогда, — он ошибался. Потому что сейчас он действительно, кажется, взорвётся от возбуждения. Видеть настолько раскрепощённого Апчхи было... очень горячо. Он непроизвольно сглотнул накопившуюся слюну, не выпуская чужой член изо рта, и Апчхи застонал громче, схватив его за волосы. Луффи почувствовал, что теряет связь с реальностью. К сожалению, после этого Усопп наблюдал не за обычным, нормальным сексом, а за увлекательным шоу, потому что Луффи придумал себе соревнование под названием «Сколько раз подряд Апчхи может кончить от минета». *** Второй раз идёт лучше. Романтичнее и горячее. Апчхи напряжённо терпит, пытаясь подавить лёгкую дрожь. Всё тело застыло, не реагируя на команды мозга, и он вымученно замычал, не зная, куда себя деть от накативших ощущений. А ведь Усопп предупреждал. Не стоило опускаться так резко. В его ушах шумит так сильно, что он даже не слышит осторожного вопроса о том, не стоило ли его подготовить более тщательно. Блять. Он умрёт. Он определённо точно умрёт. Вот так, со связанными сзади руками и членом Луффи в жопе. Умрёт, позорно кончив меньше чем за минуту, пока Усопп наблюдает за всем этим, возможно хихикая над ними за глупость, которая у них получается вместо нормального секса. Блять. Усопп вдруг перекатывается на другую сторону кровати, потянувшись к тумбочке, а затем, взяв что-то, подползает обратно. Апчхи, потерявшись в удовольствии и пытаясь собрать мозги в кучу, а тело заставить работать, не заметил ничего из этого. Очнулся он только тогда, когда к головке члена прислонили что-то прохладное. Спустя секунду он понял, что именно хочет сделать Усопп. Апчхи непроизвольно дёрнулся всем телом, почувствовав, как что-то входит в его уретру. «Я хотя бы не кончу». А потом замер, почувствовав лёгкий страх, который скрутил низ живота, ослабив возбуждение. «Я не кончу». Он не знал, что хуже — позорно кончить меньше чем за минуту или не иметь возможность кончить в принципе. Апчхи лишь надеется, что его голос к завтрашнему дню не охрипнет. За сегодняшний вечер он в который раз очень сильно пожалел о своём согласии на эксперименты. *** Следующий секс проходит так же, как и предыдущий. Связанные руки Апчхи, член в жопе и на этот раз кляп во рту. И кайросеки на Луффи. Румянец, переходящий на уши и плечи Луффи, который искусывает губы до крови и сжимает чужие ляжки почти до синяков, показывает его нетерпение. Но вместо обычных жалоб он лишь поглаживает талию оседлавшего его Апчхи, лениво покачивая тазом, не в силах сидеть неподвижно. Вверх-вниз. Он плавно, по сантиметру-два, опускает и поднимает Апчхи навстречу своим бёдрам, слишком медленно, чтобы приблизить к разрядке, но достаточно, чтобы поддразнить и возбудить сильнее. Всё, как и попросил Усопп. Медленно и чувственно. Сам же Усопп устроился сзади Апчхи, наблюдая. Периодически его руки появлялись в поле зрения, чтобы грубыми, мозолистыми пальцами провести по ярко-красным, немного воспалённым соскам. Он невесомо надавливает на них, круговыми движениями начиная осторожно ласкать, отчего парень вздрагивает, откидываясь назад для большего. Затем руки одёргиваются, и цикл повторяется. Луффи жадно следит за всем этим. Особенно за тем, как чужой кадык судорожно дёргается. И немного жаждет растянуться, чтобы прикусить и засосать беззащитно выставленную шею, оставляя пару засосов. Внимательно смотря расширенными до предела зрачками на зрелище перед собой — на то, как Усопп ласкает тело Апчхи, заставляя того превращаться в беспорядок, и как глаза Апчхи увлажняются, постепенно формируясь в слёзы удовольствия, — взгляд Луффи становится ещё более тёмным и пожирающим, отчего у людей обычно бегут мурашки. — Хочу поцелуй... — ноет Луффи, надеясь, что просьбу-приказ выполнят. Он невольно обиженно хмурится, когда видит, что Усопп лишь усмехнулся, не торопясь что-либо делать. — Двигайся, — командует он вместо этого. Дождавшись дёрганого кивка Луффи, Усопп перебирается на место, откуда было удобнее всего наблюдать. Видеть то, как двое сильнейших в команде безоговорочно подчиняются приказам слабейшего, подчиняются его прихотям, — невероятно. В его голове мелькает мысль, что стоит почаще устраивать данное мероприятие. Луффи громко стонет, наконец имея разрешение нормально двигаться. Жаждущий взгляд никуда не пропал. Он прижимает чужое тело ближе, отчего соски Апчхи начинают тереться о кожу Луффи, сильно хватая его за задницу, чтобы было удобнее делать глубокие толчки. Тихие звуки удовольствия и жаркое, судорожное дыхание Апчхи вызывают мурашки по коже Луффи, возбуждая сильнее. Возможно, только возможно, Луффи начинает понимать прелесть неторопливого секса. Но всё равно это немного скучно. Кто же ест мясо, не проглатывая его целиком и полностью? Но смотреть на то, как мышцы на ногах и руках Апчхи напрягаются каждый раз, когда он толкается внутрь, — возбуждает до шума в ушах и головокружения. Усопп чувствует нарастающий жар внизу живота и едва не хватает себя за член. Но он остаётся неподвижен, внешне выглядя почти незаинтересованным, потому что это игра, а Усопп был лучшим в этом. Апчхи мало что замечает из всего происходящего, а лишь плаксиво мычит. Его трясёт, все силы уходят лишь на то, чтобы не плюхнуться на Луффи и хоть как-то двигаться в ритм. Балансировать со связанными сзади руками и широко расставленными коленями оказалось труднее, чем казалось. Положение не облегчает также то, что во рту находится кляп, мешая целоваться. Апчхи сквозь смущение чувствует, как со рта течёт слюна, капая на плечо Луффи. Это заставляет его разум думать о собачке на поводке, со слюнявым намордником и преданным взглядом. Под звуки звонких шлепков влажных бёдер, пошлого хлюпанья смазки, стонов — громких и несдержанных от Луффи и жалобных от Апчхи — Усопп думает, что всё же затыкать Апчхи было и хорошей идеей, и плохой одновременно. Хорошей, потому что можно отдохнуть от болтливого рта, который постоянно разговаривает во время секса, доводя всех до смеха и сбивая настрой; плохой — потому что Апчхи имеет красивый голос, и грех затыкать эти стоны. Усопп думает несколько секунд, а затем снимает кляп. На всю комнату раздаётся громкий стон. Ритм Луффи запинается. — Почему... тормозишь?.. — тихо бормочет Апчхи, едва находя воздух для слов. Он выглядел так разбито, что Луффи и Усопп сглотнули, жадно впитывая образ. Интересно, сколько ночей подряд они будут вспоминать это и дрочить? — Всё нормально? — Да. Продолжай. Успокоившись, Луффи вернул прежний темп. — Переверни его на живот, Луффи. А я развяжу руки. Приказу безоговорочно подчиняются. Цепи на лодыжках капитана звенят при смене позиции. Усопп подползает к Апчхи, приподнимает и почти полностью перетягивает на себя, жадно целуя. Луффи сзади скулит что-то вроде: «Нечестно, я тоже хочу его целовать!» Апчхи обвил руками чужие крепкие, загорелые плечи, и его тут же подбрасывает вперёд мощный толчок бёдер, заставляя прижиматься лицом к стыку между плечом и шеей. Он прячет стон в коже Усоппа. Луффи тоже напряжённо стонет, втрахивая Апчхи в Усоппа, и тут же хихикает, видя, как особенно сильно вздрагивают оба его любовника, когда их члены проезжаются друг по другу с каждым толчком. Пытаясь оттолкнуться от прикосновений спереди, Апчхи в итоге толкается навстречу члену. Пытаясь избежать толчков Луффи так, чтобы этот резиновый член не проезжался так плотно по простате, он натыкается на Усоппа, который ласкает его соски — пальцами, скручивая их почти до боли, заставляя дёргаться так сильно, что Луффи почти выпускает его из кольца рук, и ртом, языком очерчивая ореолы и губами посасывая чувствительную плоть. Слишком много. Он, блять, сдохнет. Нет, Апчхи больше никогда не будет заниматься с ними сексом. С этой клятвой он кончает, сжимая член внутри себя, что заставляет Луффи громко издать звук. Вслед за ним, через пару толчков, которые ощущаются слишком остро и болезненно из-за сверхчувствительного тела после оргазма, заставляя Апчхи буквально трястись и терять голос, — кончает и Луффи. Усопп, который активно надрачивал, доводит себя до разрядки за пару секунд. Луффи обессиленно навалился сверху, придавив возлюбленных тяжёлым весом, и бормочет: — Снимите кайросеки... Усопп, как самый «живой» среди них, тянется за ключом и снимает с лодыжек тяжёлые кандалы. Из дремы Апчхи и Луффи вырывает сильное встряхивание. Они в унисон возмущённо мычат, и Усопп закатывает глаза, с нежностью смотря на них. Ему надо закрепить урок, потому что что-то подсказывает ему, что если он повторит ошибку прошлых разов — когда Усопп просто позволял им засыпать после оргазма, не напомнив напоследок о «правилах», — то в следующий раз ему придётся опять проводить лекцию о концепции согласия. Честно говоря, каждый раз повторять одно и то же — ужасно. — Апчхи, что нужно делать, если ты не можешь сказать стоп-слово? — ...Либо зарядить волей по морде... либо ебануть королевской, если заняты руки или нет сил... — Луффи? — Ммм, мясо... Санджи, приготовь стейк, я голоден... — Я надеюсь, вы, балбесы, помните, что в любой момент можно остановиться. Усопп вздыхает, слыша утвердительные мычания. Что-то ему подсказывает, что ни Апчхи, ни Луффи ничего из вышеперечисленного не запомнили.