"В ожидании нашей встречи"

- Ох... виявляється, ти такий ніжний, коли цілуєшся з жінкою... Я й подумати ніколи не могла, що ти насправді такий... Тоненькие женские пальчики с агрессивным красным маникюром изящно обвили мужскую шею, а глубокие, как два озера, карие глаза сверкнули в свете заходящего за горизонт солнца. Она едва заметно улыбалась, когда он властно прижимал её к стене башни, и лишь язвительно хмыкнула, когда в его глазах промелькнула искра невиданной ранее страсти, которая сейчас сжигала его тело изнутри. Однако предательский румянец всё же как никто иной выдавал состояние женщины в этот момент, также как и её тяжёлое дыхание, которое, казалось, готово было вот вот прерваться. Обстановка накалялась с каждым вдохом и выдохом, но вокруг было настолько тихо, что казалось, можно было услышать, как в тишине бьются сердца... - Ты сегодня узнала достаточно много обо мне. Кажется, это самое лучшее время... - произнес негромкий низкий голос и тут же на мгновение на улице стало настолько тихо, что даже летние цикады не пели своих вечерних песен под окнами башни. Мужчина нежно прикоснулся к горящей пламенем щеке женщины, не сводя глаз с её черных, как смоль, ресниц - Юля... Давай просто забудем обо всём, хоть на один час. Так будет лучше... - тяжело вздохнув, он продолжил - Я не способен держать это в себе... - Здається, я готова забути про все своє життя... Оох... - из груди Юли невольно вырвался разгоряченный громкий вздох, и тогда Геша крепко прижал её своим телом к огромной коричнево-серой стене. Его изящные ладони нежно прошлись по её осиной талии, в мужчина вновь заглянул прямо в глаза, такие глубокие и бездонные... Ему казалось, смотря в них так близко и пристального, можно увидеть что-то самое сокровенное, скрытое от остальных, недоступное для большинства... И так манили в этот тёплый вечер эти карие озера, эти нежные губы, что едва слышно что-то шептали... Что-то неправильное для общества, что-то запретное... - Чого це ти одразу такий робкий, ніби раніше ніколи не цілувався? - Юля хитро ухмыльнулась, когда её белоснежная улыбка блеснула в тусклом свете, но глаза всё же покосились вниз от смущения, и хитрое выражение лица быстро могло на нет. Ладони женщины неспеша и очень бережно прошлись по клетчатому пиджаку. - Хм, а все таки, забавний ти. При всіх нібито весь такий важливий, цинічний... а як тільки залишаєшся наодинці з жінкою - одразу інакший стаєш. Тендітний та теплий... В ответ на слова Прехитрой Геша лишь выдохнул и опустил голову, прикрыв и без того тяжело нависшие на глаза веки, ничего не сказав ей. Он уже давно не испытывал такого чувства. Его мысли буд-то враз выветрились из головы, и мужчина не смог сказать ни слова, наполненный странной эйфорией, что пробирала его до мозга костей прямо сейчас. Ему было достаточно того, что они здесь и сейчас, в этот летний вечер, стоят у стены высокой башни и прижимаются телом к телу. Он и его Юля. Ему не хотелось, чтобы это всё заканчивалось, и пускай уже ночь накрывала город, а на небе виднелись звёзды. Он хотел продлить этот миг, чтобы чувствовать её тепло вновь и вновь. Смотреть в её глаза, ловить на себе её улыбку... - Гєша... - мэр открыл глаза в тот момент, когда тёплые руки прикоснулись к его шее и щекам, и он ощутил нежные поглаживания тонких пальчиков. Голос Юли становился всё тише, а тон всё отдалялся от привычного высокомерного, который уже давно ассоциировался с это личностью - Будьласка... Поцілуй мене ще раз... Я і не знала, що ти подаруєш мені це відчуття... що від твого тепла я буду почуватися... - женщина подняла смущённые глаза и заглянула в очи Харьковского - Нібито я - щаслива жінка...