2
29 июля 2022 г., 03:14
Спустя почти полчаса непрерывных: «Арс, хватит, блять прикалываться, задрал», ответных: «Я серьезно, Антон», и многих вариаций этого диалога, они оказываются на балконе и курят.
— Нет, блять, погоди, ты точно прикалываешься…
Арс закатывает глаза и начинает злиться.
— Сука, Тох, ну скажи, нахера мне это делать? Нахера мне это выдумывать?
— Я откуда знаю? Поспорил с кем-нибудь, скучно стало, решил развлечься! У тебя же вечно какая-то залупа в голове.
— Так вот, может быть, именно поэтому и залупа, потому что происходит такая херня с самого, сука, детства!
Антон впервые за утро заинтересованно поднимает брови.
Арс это замечает и ядовито спрашивает:
— Что, неужели поверил?
Антон делает затяжку и не озвучивает никаких скептичных комментариев.
Арс вздыхает:
— Блин, я не помню, когда это впервые произошло. Мне лет пять было, может быть. А может, и раньше случалось, но я не замечал, не запоминал. Я даже не помню, что там было не так, почему я испугался и решил, что оказался где-то в другом месте. Я помню, что нашел маму, рассказал ей, она посмеялась, и была вроде бы такой как обычно, но немного другой. Остального я не помню уже, на следующий день я, вроде, проснулся дома.
Арс пожимает плечами и тянется за второй сигаретой.
Антон протягивает руку за пачкой, тоже желая закурить еще.
— И часто с тобой это бывало?
Антон не верит, что задает этот вопрос почти серьезно, и честно надеется, что вот сейчас Арс точно посыпется и признает, что просто шутит.
Но Арсений коротко жмет плечами и так же серьезно отвечает:
— Я не считал. Раз восемь. Десять, может быть. Я не считал, не знаю.
Антон широко распахивает глаза, уставившись на него, Арс продолжает:
— В детстве частенько случалось, а сейчас в последний раз это произошло еще до нашего знакомства. Хотя, погоди, не знаю, когда мы с тобой тут познакомились?
— Две тысячи тринадцатый или четырнадцатый…
Арс кивает сам себе:
— Ага, со мной это было в последний раз году в двенадцатом. Что с твоим Арсением тут было — я не знаю.
— В смысле?
— Ну, смотри, я же каждый раз оказываюсь в каком-то новом месте, и это означает, что я перемещаюсь не только между двумя вселенными. Возможно, мои другие копии также могут перемещаться, но все остальные копии при этом могут не знать об этом…
— Притормози, я уже нихера не понимаю.
Арс улыбается, поднося сигарету к губам.
Они курят в тишине, пока где-то под окнами лают собаки во время утренней прогулки. Антон вслушивается в утреннюю суету двора и все же говорит спустя несколько минут:
— Хорошо. Но почему тогда ты вообще решил мне рассказать?
Арс растягивает губы в какой-то грустной улыбке и тушит сигарету.
— А вот тут начинается сложная часть…
— То есть до этого было легко?!
Арс улыбается чуть веселей и опускается на диванчик у окна.
— В моей вселенной мы с моим Антоном просто друзья. Очень хорошие и очень близкие, но только друзья.
Антон резко становится серьезным и хмурится, будто только сейчас по-настоящему допуская вероятность того, что Арс не прикалывается над ним.
— Я бы не хотел притворяться и играть с тобой. Я бы ненавидел себя, если бы позволил тебе быть обманутым. И под собой я имею в виду и себя самого, и твоего Арсения.
Антон выбрасывает окурок и кусает губы, подбирая слова.
— А ты… Вы, ну, это… Того самого…
Арс усмехается, подумав, что, наверное, везде Антон будет с трудом формулировать свои мысли в слова.
— Сука, Тох, это реально единственное, что тебя волнует? Да, и «это» и «того самого». Наши отношения были неизбежны и случились через пару лет как мы познакомились, но потом начались сложности и как-то…
Арс оставляет фразу незаконченной, потому что слишком много чего пошло тогда не так, и объяснять это было сложно и все еще капельку болезненно.
Антон не рискует спрашивать подробности, увидев нахмуренные брови и по привычке хочет подойти и утешить, но останавливает себя.
Арс нарушает тишину и поднимает на него глаза:
— Ну как, все еще не веришь?
Антон отрывается от задумчивого разглядывания пыли в углу балкона, услышав вопрос. Он сначала испытующе смотрит на Арсения в ответ, потом тяжело вздыхает и опускается рядом с Арсом на сиденье.
— Блять, Арс, звучит это все как полнейшая хуита, ну согласись?
Боковым зрением Антон видит, что Арсений улыбается и согласно кивает.
— И мне кажется, что, если я сейчас поверю тебе, ты же меня потом за это до конца жизни стебать будешь. Поклянись, блять, что если ты пиздишь сейчас, то вообще никому об этом не расскажешь!
Антон тычет в него пальцем и при этом бесконечно доверчиво смотрит в глаза.
Арс в ответ с максимально серьезным лицом отрицательно качает головой:
— Не буду, Тох, потому что я не вру.
Антон еще пару мгновений вглядывался в выученное наизусть лицо, пытаясь найти там проблеск насмешки, или проблеск того, что даст ему понять, что он не врет, но видит перед собой только самое обычное лицо Арсения.
Антон отворачивается и, чувствуя себя самым последним идиотом в мире, говорит:
— Я не верю, что такое возможно, но… Не знаю. Наверное, да, я тебе верю.
***
— О, Арс, а ты чего не собираешься еще? Хриплый голос Антона прозвучал в паре метров от него, и Арсений нехотя отрывает голову от коленей. — Да чего-то не очень хорошо чувствую себя, не знаю. Антон резко прекращает зевать и застывает с открытым ртом, медленно моргает и нахмурится. — Тебе таблетку может дать какую? — Нет, нет, все нормально. Сейчас все пройдет. Надо только кофе выпить. Антон еще несколько секунд сонным взглядом изучает Арса, а потом кивает в сторону кухни: — Ничего не обещаю, но там вроде оставался какой-то твой кофе. — Да, Тох, спасибо. Антон расплывается в ленивой улыбке и поворачивается в сторону туалета. Арс провожает его взглядом до двери, а затем опять утыкается в колени, пытаясь придумать, что делать дальше. Во всех своих подобных путешествиях, Арсений стремился свести к минимуму свое воздействие на вселенную, в которой оказался, и на всех окружающих. Потому что, не зная всех тонкостей этого мира, он мог с легкостью испортить жизнь самому себе. И поэтому, наверное, все же стоило действительно подниматься, собирать вещи и уезжать в Питер. Проблема была лишь в том, что сил на это категорически не было. — Арс? Арсений вздрагивает и выпрямляется, не заметив, как к нему подошел босоногий Антон. — Точно все хорошо? Антон опускается перед ним на корточки. Он умылся, взгляд прояснился, и теперь он заглядывал, кажется, в самую душу. — Да, я же говорю, сейчас все пройдет… Антон тяжело вздыхает и качает головой, прикрывая глаза. — Господи, Арс, мы же с тобой об этом буквально пару дней назад разговаривали. Арсений замирает, потому что понятия не имеет, о чем они разговаривали, и о чем заговорят сейчас. — Я же не тупой, я вижу, что что-то произошло, и отговорка про то, что тебя тошнит — это такая хуйня, вот честно, — Антон морщится, как от чего-то кислого. — Я ведь не прошу тебя рассказывать абсолютно все, что происходит с тобой, но какие-то основные моменты, ты можешь меня в них посвящать? Или ты настолько мне не доверяешь? Антон продолжает пристально смотреть на него, мысленно подготавливая к бою всевозможные контраргументы, но спустя несколько напряженных секунд лицо Арсения смягчается, он слабо улыбается и неожиданно протягивает руку, ласково погладив Антона по голове. — Он тебе тут вообще ничего не рассказывает, да? Антон глупо моргает, все еще чувствуя руку Арсения на своей шее: — Кто «он»? И Антон уже почти начинает возмущаться тому, что с Арсением говорить о чем-то серьезном невозможно, потому что тот вечно закидывает какую-то дичь, которая уводит тему далеко от изначальной, но Арс немного отодвигается и хлопает по освободившемуся месту: — Тош, садись. Я тебе все расскажу. Антон послушно садится, подозрительно сощурившись на непривычное обращение.
