Сюжет манги Наруто через призму противостояния Инь и Ян

      На самом деле за всю эту вакханалию стоит благодарить Мадару. Это он оказался настолько упертым бараном упрямым товарищем, что даже нарушил цикл перерождений, принудительно прожив на пятнадцать лет дольше положенного.              Как мы знаем, чакропризраки всегда ждали, когда умрут оба носителя, и лишь после этого начинали новую итерацию. Как полагается – сначала перерождалась чакра Индры, затем чакра Ашуры. Изменять иерархию братских отношений никто из них не пытался.              Даже интересно, как бы развивались события, если бы Мадара умер в положенный ему срок. Клан Сенджу выродился, а был ли клан Узумаки уничтожен к этому моменту – неизвестно. Возможно, данный виток перерождений не имел бы никакого развития, потому что реинкарнация Ашуры погибла бы в раннем возрасте во время разрушения страны Водоворотов.              …или спаслась, и это была бы совсем другая история…              Но… случилось, что случилось, и чакры поселились в наиболее доступных вариантах. Причем, проблемы возникли даже у чакры Индры, так как к концу третьей мировой войны Коноха потеряла огромное количество взрослого боеспособного селения, и клан Учиха в том числе. А значит, непосредственно после смерти Мадары было не так много мужчин и женщин детородного возраста, способных зачать детей. И еще меньше тех, кто действительно решил обзавестись потомством в этот конкретный период.              Создание деревень буквально убило кланы-наследники. Единственные, кто стабильно держался на плаву – это Хьюги, потому что их главная ветвь оставалась в виде неприкосновенного запаса и сидела тихо, как мышь под веником.              Но вследствие этого возникает закономерный вопрос – насколько отсутствие выбора повлияло на то, что реинкарнации наконец, спустя много столетий, сумели прервать цикл перерождений. Собственно, это главный вопрос главы, потому что все остальные моменты я, так или иначе, уже разжевала.              Мы не знаем, как призраки выбирали своих жертв. Может быть, они автоматически притягивались к телам, что наиболее полно копировали их изначальные вместилища. А может быть, еще и способствовали тому, чтобы среди их потомков в принципе рождались дети, соответствующие необходимым требованиям.              Но теперь чакропризраки уже не могли проконтролировать, какие карты они получат на руки в новой партии. Они могли повлиять на характеры носителей, они могли скорректировать набор талантов и умений, усиливая ооцуцуковские гены своих сосудов, но внешние условия оказались не в их власти.              Вообще, как показал нам сюжет, личная неприязнь между реинкарнациями имела крайне малое влияние на продолжение конфликта, так как в действительности отсутствовала даже в зачаточном состоянии. Просто обстоятельства складывались таким образом, что реинкарнации раскидывало по разные стороны баррикад. Но остается понять: какая часть этих обстоятельств имела внешний характер, а какая являлась следствием поступков героев?              Например, роль, которую Тобирама и Изуна сыграли в истории – это прямой результат поведения реинкарнаций в отношении своих младших братьев. Хаширама игнорировал, что мнение Тобирамы по многим вопросам не сходится с его собственным, и не считал это проблемой. А Мадара был готов таскать с собой соску и погремушку для своего младшего братика, даже когда тот стал взрослым мужчиной.              Но и то, и другое – вполне характерное поведение для стихий Ян и Инь. Могли ли они вести себя иначе в таких условиях? Могли ли их младшие братья вырасти другими в таких условиях?              Другой момент – то, что Мадара, хоть и испытывал к Хашираме очень теплые чувства, совершенно не стремился делиться с ним своими переживаниями. А Хаширама очень легкомысленно относился к тому, что могло иметь – и имело - совершенно недетские последствия.              И опять же – это тоже полностью соответствует психологическим портретам Ян и Инь.              И получается, если внешний фактор реинкарнации сумели преодолеть (ту самую вражду между кланами), то об внутренний фактор они разбились вдребезги. Оба героя внесли свою лепту в плачевный результат.              Так что же такого уникального оказалось в Наруто и Саске, что у них получилось пройти через обе преграды? Внутреннее содержание-то осталось на месте, изменились лишь внешние факторы.              А то, что те самые рандомные карты в партии не столько изменили правила игры, сколько выбили оба сосуда из привычной зоны комфорта.              Изначально каждый из них рождался в определенной среде,  которую создавали внутри себя кланы их потомков. Ашура в среде стихии Ян, Индра в среде стихии Инь, где их природные склонности пестовались и взращивались, и где они сами плавали как рыба в воде.              Новые обстоятельства рождения изменили это.              Во-первых, Саске оказался не гениальным старшим сыном, а младшим из братьев, живущим в тени талантливого первенца. С одной стороны, это означало, что ему не нужно постоянно трястись над тем, чтобы соответствовать высокой роли наследника, а с другой очень сильно понижало градус гордыни.              Думаю, гордыня клана Учиха не являлась чем-то особенным, этим страдали все влиятельные кланы. Но у Учих на высокое самомнение накладывался обособленный образ жизни, что создавало определенное комбо. Да, их боялись и демонизировали, но все равно считалось, что шаринган это круто, это сила и это древний могущественный кеккей генкай.              Если же вспоминать конкретно эпоху деревень, то споря с Тобирамой, в оригинальном тексте Орочимару говорил не об абсолютной власти (которой у Учих никогда не было), а о том, что когда человек стоит с полосатой палкой посреди улицы и имеет право приказывать другим людям, то это, так или иначе, взращивает в нем чувство собственной важности. Даже если он на самом деле скромный постовой, над которым возвышается еще десяток начальников.              Да и вообще высокий интеллект сам по себе нередко приводит к развитию ЧСВ, потому что человек начинает считать себя умнее других. И Тобирама этим страдал, и Орочимару, и Какаши, и Эй (райкаге), и Данзо. Да и Мадара с Индрой идут в ту же степь.              На самом деле, очень забавно смотреть, как Итачи порицает клан Учиха за этот недостаток, зная, что и сам Итачи был тем еще гордецом. Причем, он гордился и своим происхождением в том числе, когда, к примеру, с помощью цукуеми продемонстрировал Какаши разницу между истинным хозяином шарингана и презренным «воришкой».              …выйти на задание и потратить архиважный заряд цукуеми на выпендреж?..              …а почему бы и нет?..              И в данном случае Саске скорее наоборот заработал комплекс неполноценности, потому что его сравнивали со старшим братом абсолютно все, включая учителей из Академии. И можно заметить, что работая в команде с Наруто и Сакурой, он критиковал их не за глупость и не за бесталантность. Он критиковал их за лень. За то, что они ничего не делали для того, чтобы стать хорошими шиноби.              Более того, когда Саске направился разыскивать старшего брата, он благоразумно сначала собрал команду, чтобы увеличить свои шансы. Он не пытался разобраться с проблемой в одиночку, хотя впоследствии Кисаме поставил его перед фактом, что разговор будет исключительно тет-а-тет.              Второй важный момент – отсутствие у Саске младших братьев и сестер.              В эпоху клановых войн детей рожали очень много, потому что до зрелости большая часть не доживала. И если бы Саске родился в этот период, то даже положение второго сына могло означать, что у него будет пара-тройка младших братьев или сестер, а статус первенца и вовсе обеспечивал их с гарантией.              Но Саске родился в деревне, где кланы шиноби почему-то резко решили вымереть и начали рожать по одному, в лучшем случае, два ребенка. В результате, ни младшего брата, ни сестры у него не оказалось. Сценаристы даже на собачку или котика пожмотились, чтобы создать образ абсолютного одиночества.              И получается, что свои иньские потребности он никак не реализовывал.              Необходимость сохранять что-то, заботиться о ком-то заставляла лунного героя приходить в движение. Лунные герои по сути своей пассивны и начинают действовать только по двум причинам – чтобы восстановить упорядоченность бытия или с целью взращивания чего-то важного.              И у Саске во время первого этапа жизни причины приходить в движение полностью отсутствовали. Он даже титула наследника не имел, чтобы активно готовится к роли будущего патриарха. Он знал свое место младшего сына, его окружал микро-мир в виде клана, и ничего не вызывало протеста или возмущения. Мир казался ему стабильным и понятным – вот сейчас он учится, чтобы заслужить одобрение отца, через несколько лет он пойдет работать в полицию и станет офицером, а еще через десяток женится и превратится в  полноценного члена общества, такого же как папа. План ясен, будем ему следовать.              А что там за стенами деревни, что происходит в самой деревне – ему абсолютно не беспокоило. Его волновало, что брат не хочет с ним играть, и папа не хвалит. Вот это да, это проблема. А судьба шиноби, развитие цивилизации и прочие глупости находились вне зоны его интересов.              Пока весь его статус определялся тем, что он маленький мальчик и младший сын, он никак не рос как воплощение своей стихии.              А позже Итачи позаботился о том, чтобы он не смог расти дальше и застрял в этом состоянии.              Все-таки есть разница в том количестве боли, что может принести человеку пользу. Он может упасть и ушибить колено, но потом встанет, сделает выводы и продолжит двигаться дальше, что и является взрослением.              А если он сломает ногу? Как он встанет, как он пойдет дальше? Я думаю, он не сможет встать, даже если вокруг соберется толпа народа и начнет орать что-то в стиле «Слабак! Давай вставай, там в Африке дети голодают, а ты тут симулируешь!». От того, что где-то в Африке голодают дети, его нога резко не срастется. И боль сразу не пройдет.              И когда, благодаря Итачи, Саске оказался в таком положении, ему никто не помог. Всем было наплевать. Ребенок годами жил в заброшенном квартале Учиха, и никого это не беспокоило. Притом что Хирузен клятвенно обещал присмотреть за мальчиком. Видимо, он был слишком занят, чтобы черкнуть бумажку и приставить к ребенку опекуна.              Итачи каленым прутом вбил в младшего брата стремление отомстить, и до самого окончания  Академии Саске, как поезд по рельсам, следовал этому пути. Пока нормальный лунный герой начинал оглядываться вокруг и задаваться вопросами в соответствии со своим возрастом и высоким интеллектом, Саске смотрел только в одну точку. Вокруг него был огромный шумный мир, но он ничего не видел и не слышал.              Все, что у него осталось – это долг последнего выжившего из клана и месть убийце, даже если этот убийца его родной брат.              Первое требовало вести себя в соответствии с новым положением в семейной иерархии. В виду отсутствия других кандидатов Саске сам назначил себя главой клана, со всеми полномочиями и обязанностям.              А второе становилось его главной миссией в новой роли. Отомстить не столько из личных интересов, сколько ради того, чтобы избавиться от угрозы клану и восстановить честь семьи, принеся смерть своему брату. Потому что в данном случае убийство Итачи воспринималось и как способ очистить его имя от позора.              «У меня нет того, что можно назвать мечтой, но есть амбиции».              Классическая ситуация для самураев, с которых и были списаны древние кланы. Если самурай не хочет совершить сэппуку сам, ему помогут это сделать принудительно. Потому что честь самурая касается не только отдельно взятого человека, но и всей семьи.              Про часто обсуждаемую фразу «восстановить клан» я могу сказать только одну вещь.  Для ребенка из влиятельной семьи и древнего клана вполне нормально считать, что, помимо прочего, долг наследника заключается так же и в том, чтобы привести в дом невесту и оставить потомство. Браки по сговору никто не отменял. Так что имеются все шансы, что Саске действительно считал своим долгом жениться. Не сейчас, но лет через десять-пятнадцать, когда  он отомстит и станет достаточно самостоятельным, чтобы обеспечить жену и детей.              Точно так же, как королевские дочери с пеленок знали, что их долг - выйти замуж.              В конце концов, мы говорим о стихии Инь, для которой семья – это центр мироздания. Я часто встречала мнение, что раз у большинства лунных героев семей не было, значит, и у Саске её быть не должно. Так вот. То, что у лунных героев манги Наруто в большинстве своем не было семьи, прямо указывает на огромнейшие проблемы этих самых лунных героев. В первую очередь, с головой. А почему у лунных героев в мире шиноби повально течет крыша, нужно спросить общество шиноби.              В любом случае, к моменту окончания академии как воплощение своей стихии Саске представлял полный ноль, потому что из объектов сохранения у него на руках находился только сферический клан в вакууме, то есть нечто нематериальное и существующее только на  бумаге. А как стихия Инь относится к сохранению абстрактных объектов, мы уже знаем.              Для реинкарнации Индры это выглядело как минимум странно, но зато имело сюжетно важный эффект – вплоть до второй смерти Итачи Саске не считал себя человеком, имеющим право решать чужую судьбу. Его ЧСВ и иньский инстинкт не достигли такого уровня, чтобы он воспринимал деревню или весь мир как ребенка, нуждающегося в опеке, а себя как родителя для этого малыша.               И нет, я не уверена, что это можно назвать положительным качеством. Как нельзя радоваться тому, что растение осталось чахлой соломинкой, хотя могло вырасти в исполина.              А что же у нас с Наруто на этом фоне.              А все то же самое, только для солярного персонажа.              Обычно реинкарнацию Ашуры с пеленок окружала дружная семья из говорливых альфа-самцов или более умеренный вариант в исполнении Узумаки. Жизнь, наполненная общением и соперничеством – идеальная среда для развития врожденных способностей. Но в виду того, что шиноби привыкли детьми заколачивать гвозди, никто не подумал определить Наруто в какой-нибудь хороший приют, и он рос сиротой в полнейшем одиночестве. Такое существование в принципе неприемлемо с точки зрения нормального воспитания, а для представителя стихии Ян и вовсе являлось страшнейшим дискомфортом. Он же экстраверт, ему надо общаться. И где? Где люди?              В филлерах судьбу Наруто представляют более радужной, показывая, что с ним дружил Шикамару и еще какие-то люди. Но в манге ничего подобного не было. Канонный Шикамару не интересовался Наруто до самого выпуска, предпочитая общаться только с Чоджи. И именно поэтому у многих возникает диссонанс, когда Наруто говорит, что Ирука и Саске стали первыми, кто его признал.              Теоретически, кто-то о нём должен был заботиться. Скорее всего, ему выделили приходящую няню, которая меняла младенцу пеленки, а потом выполняла обязательный минимум, чтобы ребенок не вырос Маугли. Было бы совсем позорно, если бы сын четвертого хокаге даже ложку держать не умел. Пардон, палочки – что еще сложнее.              Думаю, на этом все внимание к его персоне и заканчивалось. Если уж Саске, мальчику из приличной обеспеченной семьи, позволяли жить в одиночку без присмотра, то можно с уверенностью говорить, что никакой службы опеки в Конохе не существовало.              Но если бы только это. Не смотря на все запреты Хирузена, взрослое население прекрасно знало, что мальчик является джинчурики. Видимо, никакие законы не могли победить сарафанное радио.              И нужно понимать, что нападение Курамы на деревню стало настоящим шоком. До этого события в Конохе на джинчурики никто не обращал внимания, а госпоже Мито и вовсе кланялись в ноги как вдовствующей королеве. Но теперь, после катастрофы все изменилось. Носителя Кьюби стали воспринимать как ходячую бомбу, причем, судя по тому, как люди (включая отца Чоджи, между прочим) предлагали убить младенца, многие действительно не знали, что ребенок на самом деле лишь тюрьма для биджу, а не сам лис.              Желающих отомстить маленькому мальчику останавливал только прямой запрет хокаге. Официально считалось, что ребенок находится под личной протекцией Хирузена, но изменить поведение людей это никак не могло. Не имея возможности избавиться от угрозы, люди старались делать вид, будто её не существует, и как можно дальше держали от  Наруто своих детей.              То есть Наруто вроде бы жил в обществе, но при этом находился в изоляции, потому что все его избегали, как чумного. Подобное положение вызывало у него серьезный солярный голод, что выливалось в разрушение и агрессию - вполне предсказуемый способ протеста для стихии Ян.              Ему требовалось общение. Он нуждался в том, чтобы распространять свою духовную энергию, но тратить её было некуда. Если какие-то идеи и рождались в его голове, то они оставались невысказанными, так как никто не хотел его слушать. Даже дети. Особенно дети - потому что именно ровесники при классическом развитии событий становились первыми и главными слушателями молодого солнца. Среди них солярный персонаж самоутверждался и собирал будущих последователей.              Теоретически, в Академии дела могли пойти в гору, если бы Наруто продемонстрировал талант шиноби или стал душой компании. В учебном классе, так или иначе, все сидели общей кучкой и не могли избежать общения. Но у чистопородного солярного персонажа врожденный буст к обучаемости естественно отсутствовал, да и воспитание у одинокого сироты тоже хромало на обе ноги. И потому в школе он стал не только «тем самым мальчиком, от которого родители просили держаться подальше», но еще и «тем самым лузером и головной болью всех учителей».              Подобный статус был очень нехарактерен для солярного персонажа, потому что обычный представитель стихии Ян обладал высокими способностями к коммуникации и без проблем вливался в общество. Даже неудачник Обито имел друзей, пользовался вниманием старичков и мог таким образом удовлетворять свои солярные потребности. Не смотря на положение аутсайдера, Обито социально развивался, а значит, медленно, но верно рос как представитель стихии Ян.              А Наруто даже в школе – маленьком тесном мирке, где все и всё рядом – оказался отделен от живого детского общества.              И именно поэтому он так вцепился в Саске, когда понял, что тот его не избегает. Хотя сам же все и испортил, потому что… что он начал делать практически сразу? Он по янской традиции сразу поставил Саске в положение своего соперника. Ведь Саске крутой, им все восхищаются, и это вызывало в нем зверскую зависть.              Наруто никогда не задумывался о том, какую цену пришлось заплатить за этот успех. Он видел на Саске бирку с надписью «шиноби племенной первого сорта» и думал, что успех идет вместе с этой биркой по умолчанию.              И этим Наруто сгубил любую возможность подружиться еще в Академии, потому что Саске, как стихия Инь, соперничеством совершенно не интересовался. Саске работал на то, чтобы заслужить одобрение семьи, а не ради кубка с крылышками и цифрой «один». В реальности место второй скрипки его совершенно не смущало, особенно, если первой станет его старший брат.              Если бы Саске принадлежал к стихии Ян, то проявил бы хоть какую-то реакцию на попытку соперничества. Презрение, смех, снисходительность – что угодно. Но Саске был лунным героем, а потому испытывал лишь раздражение от этого надоедливого парня, мешающего ему предаваться высокой цели.              И… получалось, что Наруто никак не развивался как солярный персонаж. Точно так же, как и Саске, с той лишь разницей, что до восьми лет Саске содержался в тепличных условиях.              Если Хаширама и Мадара в 12 лет уже цвели махровым цветом, то Саске и Наруто представляли собой едва заметную зеленую завязь. И именно в такой комплектации они подошли к своему первому рубежу.                             Следующий важный аспект, который следует рассмотреть – это воспитание.              Про Индру и Ашуру было все ясно. Они росли в пацифистской школе Хагоромо, и не имели никакого отношения ни к культуре шиноби, ни к военной деятельности вообще.              Если мы под словом «шиноби» пораздумаем человека, выросшего в определенной системе ценностей, то ни Хагоромо, ни его сыновья шиноби никогда не являлись. Они были философами, учеными,  общественными деятелями, но никак не наемными убийцами на службе у государства.              Последующие реинкарнации после образования кланов росли уже в специфических шинобских обществах, где кромсать детишек своих врагов считалось нормой. Разница была лишь в том, что в кланах Сенджу и Узумаки культивировались ценности стихии Ян, а в клане Учиха культивировались ценности стихии Инь, насколько это вообще было возможно в подобных реалиях. То есть собаку в лице Хаширамы учили агрессивно бросаться на врагов и махать хвостом в знак дружелюбия, а кошку в лице Мадары учили топорщить шерсть для запугивания противника и прятаться под кроватью, когда плохо.              А что у нас происходило с Наруто и Саске?              Ну, у Саске поначалу было все хорошо, а потом пошло по наклонной.              До выпуска из Академии все его воспитание свелось к тому, что осталось от семьи. Саске еще не знал о заговоре и главным примером для подражания считал отца. Фугаку в его глазах выглядел предельно порядочным членом общества, он защищал покой мирного населения, он - элитный шиноби, он - муж и отец. Жену не поколачивает, веществ не употребляет, с сомнительными личностями никак не связан, а даже наоборот следит за тем, чтобы таковые по улицам не бегали.              Вторым важным фактором так же стала резня. Когда Итачи из-за своего «неприятия войны» перебил кучу людей и заявил брату, что сделал это с целью проверки своих способностей.              После чего у Саске тоже появилось неприятие. Неприятие беспричинного насилия и глубокое отвращение к тем, кто к нему склонен. Очень интересное качество, если вспомнить, как вовремя экзамена на чунина арбитры веселились от происходящего беспредела на втором этапе. Они испытывали азарт, а вот Саске подобное считал неприемлемым. И следовал этому принципу до самой встречи с Обито.              Он даже Дейдару не собирался убивать, а лишь хотел узнать, где находится Итачи.              Причем, это была не просто механическая установка. Даже оставшись в полном одиночестве, Саске продолжал расти человеком, способным на искреннее сострадание к другим людям.              Он проявил сострадание к Карин на экзамене на чунина. К абсолютно незнакомому шиноби и вообще-то сопернику. Он назвал жестоким то, что ему пришлось ранить кунаем своего противника, и даже попытался вежливо вызвать Кабуто на поединок, вместо того, чтобы сразу напасть, используя эффект неожиданности. Он поделился с Наруто обедом, не смотря на прямой запрет Какаши. Не из расчетливости, а потому что ему стало стыдно есть на глазах у голодного человека, который, между прочим, до этого годами доставал его оскорблениями и агрессией.              И таким образом Саске стал единственным, кто действительно прошел испытание Какаши. Ни Наруто и ни Сакура, а только Саске.              Иньское начало в нем было неразвитым, но сильным и чистым.              После же Академии… ему тотально не повезло. В первую очередь с Какаши как наставником.              Во-первых, потому что Какаши был лунным героем, и это уже отправляло отношения ученика и учителя не в ту степь.              Лунный педагог был хорош тем, что заставлял ребенка работать, но Саске и до этого не имел никаких проблем с трудолюбием. Чего ему не хватало, так это положительной мотивации. Ему требовался солярный воспитатель по типу Гая, который бы прыгал на фоне с мочалками и орал «Я верю, в тебя, Линк Саске!».              В случае Саске, ребенка следовало в первую очередь не столько учить, сколько лечить протекающие мозги, и здесь Какаши ничем помочь не мог.              Во-вторых, для Какаши седьмая команда стала первым опытом, и он приступил к работе, имея за спиной не корочки педагогического училища, а службу в АНБУ и кучу психических травм.              И вместо того, чтобы взять детей под свою опеку, как и полагалось нормальному лунному персонажу, Какаши начал проецировать на них свои вьетнамские флэшбеки. Он начал ассоциировать их со своей тройкой, благо команда подобралась очень удобной.              Наруто он ассоциировал с Обито, да и в принципе был расположен к нему, как сыну Минато.              Сакуру он ассоциировал с Рин, а потому практически не учил, а только гладил по головке. Так что она очень правильно поступила, что сбежала к Цунаде.              А Саске он ассоциировал с собой. С человеком, которого Какаши очень не любил и считал во всем виноватым.              И если Наруто и Саскура стали для Какаши объектами сохранения, то Саске в эту группу не попал. Какаши не воспринимал его как человека, нуждающегося в заботе.              Какаши не понимал и не хотел понимать, что Саске совершенно не похож на того ребенка, каким он был в детстве. Он читал ему нотации вместо моральной поддержки и не считал нужным объяснить, что для своего возраста тот уже очень силен, но нужны годы, прежде чем он обретет свою настоящую мощь.              Он научил его работать в команде и использовать чидори, но все это было бесполезно без нормальной отцовской фигуры, в которой нуждался мальчик.              Саске нуждался в ощущении безопасности. В уверенности, что ему есть к кому обратиться за помощью и поддержкой.              И я почему-то думаю, что вряд ли бы Какаши так спокойно согласился с идеей устранить своего ученика, если бы на месте Саске был Наруто. И второго он бы точно не бросил одного в момент тяжелого эмоционального кризиса, зная, что за ним охотится Орочимару.              После нападения Итачи, он обвинял Саске в том, что тот не ценит своих друзей, хотя к этому моменту Саске уже несколько раз чуть не погиб, пытаясь защитить Наруто и Сакуру. Он не желал понимать, что Итачи стал для Саске личным монстром, и предложил просто забыть о существовании этого человека.              Вот представьте, вас преследует маньяк, а полиция в ответ на жалобу предлагает забыть о нем и сделать вид, будто его не существует. Как вы отнесетесь к такому предложению?              Я даже не удивлена, что после такого заявления Саске сбежал из деревни. Он просто осознал, что помощи ему ждать неоткуда. Что он совершенно один, точно так же, как это было во времена учебы в Академии. И в этом виноват именно Какаши.              Про последующих учителей можно даже не говорить. Орочимару выступал скорее в роли тренера, чем воспитателя, да и не стал бы Саске слушать его наставления. Хотя уж чему он в лабораториях Звука хорошо научился, так это прятать свои эмоции, потому что общество Орочимару было не той компанией, где стоило расслабляться и спокойно поворачиваться спиной к окружающим.              А Обито и вовсе воспринимал мальчишку исключительно как инструмент и доломал в его психике все, что было не доломано, взамен одарив вечным мангеке шаринганом.              В общем, наставник один другого краше, куда ни глянь. Наруто в этом плане повезло гораздо больше.              Причем, повезло в первую очередь благодаря родству с Минато. Вот уж у кого происхождение сыграло в нужный момент.              Потому что его основные учителя – Ирука, Какаши и Джирайя появились именно по этой причине.              Именно чувствуя ответственность за жизнь Наруто, Хирузен уговорил Ируку присмотреться к мальчику и быть к нему снисходительнее.              Именно происхождение сработало на то, чтобы Какаши проникся к нему отцовскими чувствами.              И именно поэтому Джирайя взял его в ученики, а не из-за наличия внутри Курамы. Курама отдельно от сына Минато Джирайю абсолютно не интересовал.              Как оказалось, быть сыном всеобщего любимчика гораздо выгоднее, чем принадлежать к древнему клану с особенными генами.              Конечно, Орочимару никогда бы не стал интересоваться Саске, если бы тот не имел шарингана, но вот это везением назвать никак нельзя. Орочимару тренировал его, но был не заинтересован в том, чтобы мальчик повзрослел и восстановил сломанную психику.              Если воспринимать произошедшее как соревнование стихии Инь и стихии Ян, то оставившая в наследство трудолюбие и высокообучаемость стихия Инь проиграла стихии Ян, оставившей в наследство кучу связей и отцовских друзей.              Потому что каким бы талантливым не был ребенок, но на пути к зрелости он категорически нуждается в помощи социума. А без нее… птенец легко становится жертвой змеи, оказавшейся достаточно проворной, чтобы сожрать его до того, как он научится летать.              И Орочимару воплощал в себе образ этого змея, любителя полакомиться яйцами из брошенных гнезд. Не зря на роль своих марионеток он выбирал именно одиноких сирот.              Но возвращаясь к теме воспитания Наруто, важно не только то, что после окончания Академии он начал получать мощную поддержку от друзей своего отца, которые почему-то не вспоминали о нем до этого момента.              Главное здесь: у кого и чему он учился на протяжении своей жизни.              И что обстоятельства сложились таким образом, что большая часть его наставников принадлежала к стихии Инь.              Первым же его учителем было само одиночество. Ведя жизнь изгоя, он накрепко выучил, что человеческое общество способно на беспричинную жестокость, он не идеализировал его и легко ассоциировал себя с теми, кто попал в такую же изоляцию, как и он. Причем, встречаясь с такими людьми, Наруто с каждым разом все больше понимал, насколько ему повезло в этой жизни. Что судьба может показать тебе кукиш, и никакой Ирука-сенсей не появится, чтобы утешить тебя и накормить раменом.              Впоследствии это привело к стремлению сначала понять мотивацию противника, а уже потом кидаться на него с топором. А разведя человека на искренность, Наруто, как солярный персонаж, уже мог начать выстраивать диалог и пытаться нащупать способ обойтись без насилия.              Фактически, именно первый этап жизни подвел Наруто к тому, чтобы выбрать путь, предложенный юным Мадарой. Не мытьем так катанием заставлять людей искренне говорить о своих мотивах.              И поэтому в конце манги, когда он встретил свою темную копию у водопада, он ее поблагодарил. Потому что понял, насколько полезным оказался полученный горький опыт.              Вторым важным учителем естественно стал Ирука. Единственный шиноби манги, претендующий на звание нормального педагога. Имея сильную лунную составляющую, он не воспринимал детей как новое мясо для армии. Он не толкал перед Наруто пропагандистские речи о величии Конохи и Воли огня, не гонял по тренировочному полю во внеучебное время, но заботился о нем так, как хороший опекун заботится о вверенном ему ребенке.              Не смотря агрессию и невоспитанность мальчика, он старался вести с ним конструктивный диалог и пытался учить нормальному социальному взаимодействию. А как мы знаем, коммуникативные способности – это основное оружие солярного персонажа. Живя в изоляции, Наруто не имел возможности учиться социальным навыкам, и Ирука, как мог, компенсировал недостаток общения.              Ирука стал для Наруто примером того, как сострадание и участие способны кардинально изменить жизнь человека.              Третьим… а третьим стал Какаши. Тем самым лунным тренером, что заставляет солярного ученика не только много болтать, но и что-то делать.              Но помимо мотивирующих пинков, Какаши дал своему ученику еще кое-что. Как мы помним, после третьей мировой Какаши носился с идеями своего (как бы) мертвого друга и не стеснялся вбивать их в головы своих учеников. Что для Наруто имело особенно важное значение… потому что вообще-то изначально Наруто был очень эгоцентричным ребенком.              До выпуска из Академии Наруто думал только о себе, он не имел той врожденной альтруистичности, что обладал Саске. И если для Саске те истины, что распространял Какаши, не являлись чем-то новым, то Наруто требовалось объяснить, что бежать по головам к цели, особенно по головам своих – не очень хорошее занятие.              Ему в целом стоило привить определенные нормы морали, если вспомнить, что он считал нормальным связать человека, чтобы потом принять его облик и подкатить к понравившейся девушке. Наруто было абсолютно наплевать, что поцеловавшись с Сакурой, он поставит Саске в очень неудобное положение. Он привык хулиганить для привлечения внимания к своей персоне, а потому совершенно не задумывался о последствиях своих поступков. Потрясающая непосредственность.              Но взяв Наруто на поруки, Какаши поставил его перед фактом, что живя в тесном обществе, он обязан считаться с чужими интересами, и это пошло Наруто на пользу. Это стало залогом того, что он начал полноценно вливаться в социум.              Четвертым учителем… нет, им стал не Джирайя.              Четвертым учителем для Наруто стал Хаку, и здесь мы подходим ко второму важному этапу в его образовании, так как Хаку являлся чистым представителем стихии Инь и носителем её ценностей.              Если Ирука и Какаши работали в основном на то, чтобы сделать из Наруто нормального члена общества – упорядочивали и ограничивали его хаотическое поведение, то в лице Хаку Наруто первый раз в жизни столкнулся с иньской точкой зрения, причем высказанной словами через рот, что для лунного героя большая редкость.              И эта точка зрения касалась архиважного вопроса. А именно вопроса приоритетов. Ради чего ты сражаешься,  ради чего ты работаешь? Какие цели ты перед собой ставишь?              Потому что, встретив милую «девочку», Наруто естественно начал нахваливать себя и рассказывать, что станет сильнейшим из шиноби, хокаге и обязательно покажет всем кузькину мать. Выпендриваться перед противоположным полом для стихии Ян это святое. На что Хаку закономерно спросил, а ради кого он так надрывается, потому что позиция «я хочу быть самым крутым, чтобы плющится от осознания собственной крутости» стихии Инь была непонятна.              Иметь хорошие инструменты это, конечно, замечательно, но для чего ты собираешься их использовать? Неужели они нужны тебе только для того, чтобы люди приходили в твою мастерскую и восхищались тем, какие у тебя замечательные инструменты?              И вот эта мысль стала для Наруто огромной неожиданностью. В тот момент он был еще слишком далек от принципов коллективного выживания. Да, он мог на эмоциях кинуться спасать небезразличных ему людей, потому что боялся снова остаться один, но в своей голове он не обрабатывал это переживание как осознанное стремление стать сильнее не с целью самоутверждения, но ради того, чтобы защитить что-то важное.              Поэтому, пообщавшись с Хаку, он увидел в этой идее скорее еще одну возможность удовлетворить свои солярные амбиции, чем переосмысление поставленных целей. Хаку сказал, что желание защитить делает человека сильнее, а для Наруто становление сильнейший означало успех и всеобще признание. Следовательно, желание защитить поможет стать ему хокаге.              И таким странным образом в дальнейшем он начнет совмещать иньскую установку «стать сильным, чтобы защищать» с солярной установкой «стать сильным, чтобы получить признание».              Пройдет много времени, много событий, прежде чем это желание «стать сильным ради защиты близких» в голове Наруто отделится от солярных стремлений и заживет своей жизнью. Заживет и начнет вытеснять собой эгоистичные янские цели.              Те не исчезнут, но получат пониженный приоритет на фоне всего остального.              Пятый учитель – ну, естественно Джирайя и его мечты о мирном обществе.              Джирайя помог Наруто расширить кругозор и увидеть в должности хокаге нечто большее, чем самоцель и желанную игрушку. Именно Джирайя заставил его понять, что правитель не только купается в лучах славы, но и отвечает за будущее огромного числа людей.              Но… что интересно, в его руках Наруто не начал превращаться во второго Минато, мечтающего привести общество шиноби к миру, хотя идеями учителя Наруто вдохновился и выразил желание их распространять. Для сильного солярного героя это странно, но вполне объяснимо зависимостью реинкарнаций друг от друга.              Отсутствие прогресса у Саске мешало Наруто развиваться, даже при наличии всех необходимых ресурсов для роста. Это можно сравнить с потолком в теплице - чем бы вы не поливали свое растение, оно все равно никогда не сможет его пробить.              Шестой учитель, и им стал Нагато вместе с темой Боли.              Благодаря Нагато, Наруто пришел к мысли, что раз страдания приводят к гневу и ненависти, то единственные способ остановить бесконечный круг насилия – это перестать отвечать местью на месть. Что для него, так легко впадающего в ярость, было действительно трудно.              Традиционное шинобское правило «Кровь за кровь» начало замещаться идеей о необходимости прощать своих врагов. В прощение как сознательный поступок, а не просто эмоцию.              Аспектами стихии Ян является как жестокость, так и холодный рассудок. И ради Джирайи и его мечты, Наруто пришлось сделать выбор, какого из волков внутри себя он будет кормить.              Седьмой - Киллер Би. Он ознаменовал встречу Наруто со своей темной половиной. Встречу и принятие, как естественной и важной части себя.              В какой-то мере это можно считать актом признания аспектов стихии Инь не как чего-то инородного и неправильного, но естественной и необходимой части мироздания. Пусть и в пределах микрокосма отдельно взятой реинкарнации воплощения стихии Ян.              Восьмой и последний учитель. Итачи. Наруто столкнулся с воскрешенным Итачи в тот самый момент, когда освоил способности девятихвостого и вдохновленно летел на крыльях ветра, чтобы показать всеми врагам степень своей крутизны. На что Итачи, вспомнив свой плачевный опыт, немного остудил его пыл и посоветовал не считать себя Богом, способным в одиночку решить все проблемы мироздания.              Вообще, с учетом того, что слово Курама переводится как «девять лам», то есть «девять наставников», то возможно, кого-то в Наруто я упустила. Но именно эти восемь человек, с моей точки зрения, имели наибольшую значимость.              И… какой итог можно провести под блоком «Воспитатели».              И Саске, и Наруто,  благодаря своим учителям, на протяжении сюжета взращивали свое главное оружие как стихий Инь и Ян. Саске материальное, Наруто духовное.              Но при этом они никак не использовали это оружие по назначению. Саске для сохранения и взращивания, а Наруто для распространения своих идей на паству. Да, по капле - то тут, то там - это происходило. Тут Саске защитил Карин, а потом чуть не убил, там Наруто поговорил с Нагато, а тот, перейдя на его идеологическую сторону, покончил с собой. Но реального влияния на мир было немного.              То есть Наруто спас деревню, молодец. Но что-то изменилось в умах живущих там людей? Да ничего не изменилось. Наруто никак не использовал свой дар голоса для трансляции своих идей вовне, просто потому что на тот момент не испытывал такого желания. Хотя у него уже имелись все инструменты для распространения своей воли.              При обычном стечении обстоятельств стихия Инь стремительно росла и тащила за собой стихию Ян, но из-за покалеченной психики Саске оба героя оставались на месте.              И с какой стороны не взгляни, вырисовывалась плачевная ситуация. Потому что Саске находился в окружении людей (включая Итачи с его «великой любовью»), совершенно не желающих, чтобы он психически вырос, восстановился и начал наконец-то реализовывать себя как луна. И Така тут ничем не могла помочь, потому что члены команды не воспринимали Саске как человека, нуждающегося в психической помощи или защите.              Те, кто пытался использовать Саске, били по самым уязвимым местам лунных героев и тем самым способствовали развитию и усугублению деструктивных сторон стихии Инь. Что особенно ярко выглядело на фоне того, как наставники Наруто наоборот всеми силами купировали у него развитие деструктивных сторон стихии Ян.              И это, кстати, можно считать ярким проявлением того, как стихии Ян и Инь видят общество. Мир, где окружающие тебя люди такие добрые, замечательные и всячески стараются помочь, и мир, где люди в лучшем случае равнодушны, а в худшем стремятся использовать или навредить. И то, и другое – отражение реальной действительности, существующей бок о бок. Для Саске эта ситуация вообще возвелась в абсолют, потому что главную угрозу для него представляли непосредственные кровные родственники – Итачи и Обито. Хотя семья - это последний бастион, за который держится стихия Инь.              …если даже семье нельзя доверять, то кому тогда верить?..              Другое дело, что Саске и Наруто как воплощения сторон мироздания представляли собой неразделимое существо. И если нос корабля начинает тонуть, корма не станет этому радоваться, потому что понимает – рано или поздно её утянет туда же, даже если сейчас она находится над водой.              И раз спасение утопающего – дело рук самого утопающего, то приходится бросать все ресурсы на это спасение. В данном случае, Наруто бросил все ресурсы на спасение Саске, хотя прошли целые годы, прежде чем у него получилось схватить того за руку и вытащить из трясины.              Потому что человека нельзя спасти насильно, как нельзя заставить его полюбить или почувствовать себя счастливым. И пока Наруто относился к Саске как к украденной собственности, он не мог уговорить того принять предложенную помощь.              А именно это являлось его главной мотивацией на момент первой части. Просто давайте рассмотрим её подробнее.              Второй рубеж в жизни героев. Команда 7.              На момент выпуска из Академии отношения Наруто и Саске носили весьма неоднозначный характер.              С одной стороны Наруто постоянно доставал Саске своей агрессией, за что тот его закономерно не переваривал. Этакое скопление невоспитанности, хаоса, разрушения, и всего того, что стихию Инь дико раздражает.              Но с другой стороны их очень роднил статус сирот. Наруто знал, что Саске сирота и живет в одиночку в заброшенном квартале. Саске знал, что Наруто сирота и живет будто вне общества. И вот это ощущение, что «я не один такой» в какой-то мере очень успокаивало, потому что переживать горе коллективно всегда проще.              Получалась некая помесь двух противоположных чувств, когда оба мальчика испытывали сострадание к товарищу по несчастью, но при этом радовались тому, что «вот этот парень находится в таком же плачевном состоянии, как и я». Наруто, наверное, дико боялся, что вот сейчас Саске станет блестящим шиноби, заведет кучу друзей и семью, и эта связь прервется. И как можно понять, страх этот был отнюдь не альтруистичным.              Но вот они попадают в одну команду, и их отношения начинают менять характер.              Для Наруто Саске все еще оставался соперником. Но теперь Наруто стал частью коллектива – команды шиноби, и не хотел от этого коллектива отрываться. Что для этого требовалось? Требовалось тренироваться, чтобы его перестали прямым текстом называть балластом. И Наруто начал усердно учится, чтобы повысить свой статус и авторитет в этом маленьком социуме, и в первую очередь в глазах человека, связь с которым он так боялся потерять.              В то же время Саске, осознав себя даже не как самую сильную боевую единицу команды, а как единственного нормального бойца за исключением Какаши, понял, что за остальных детей ему теперь придется отвечать. Дефакто, если рассматривать команду как некую семейную иерархию, то Саске воспринял свое положение как роль старшего сына в семье.              А лунный герой всегда ответственно относится к своему месту в иерархии. Конечно, никто не говорил ему, что он теперь должен присматривать за этими двумя, но он сам,  исходя из своей лунной природы, поставил себе такую цель и принял Наруто и Сакуру как объект сохранения.              Первый объект сохранения в его жизни.              Оказавшись в одной команде, оба мальчика наконец-то получили то, что им требовалось для роста как воплощения своих стихий. Наруто социум для транслирования своих идей, Саске объект заботы.              Пока они вместе ловили котиков и выгуливали собачек, это никак особо не проявлялось, но в критической ситуации – во время борьбы за мост – их природные качества тут же дали о себе знать.              И с этого момента их способности начнут плавно расти вверх, неизменно оставаясь на равном уровне – даже если один по какой-то причине вырвется вперед, второй автоматически начнет подтягиваться до новой планки. Чтобы не случилось, мироздание всегда будет стремиться к тому, чтобы уравновесить обе чаши весов. И не всегда приятным для героев способом.              Например, проклятую печать и чидори можно кармически связать со снятием блока и рассенганом. А мангеке шаринган с режимом мудреца. Так что идея Ямато подготовить Наруто к битве с Саске была обречена на провал с самого начала. Их дуэль имела бы не большее КПД, чем попытки Наруто набить морду самому себе у водопада Истины.              ...тогда почему реинкарнации временами побеждали друг друга?..              …потому что «Where’s your motivation?» как  сказал Вергилий своему брату-близнецу…              Но это материальная сторона вопроса. Что можно сказать о духовном развитии?              Для Наруто духовный рост ознаменовался тем, что он стал активно делиться с окружающими своей мотивирующей духовной энергией. В основном это были отдельно взятые люди, такие как Конохомару, Забуза или даже Хината, но вместе с тем начали происходить и акты массового воздействия.              Ярчайший пример этого – ситуация на первом этапе экзамена на чунина, когда своей речью он поднял моральный дух всей аудитории, хотя экзаменатор как раз-таки работал на то, чтобы подорвать решительность испытуемых.              Что же с Саске? А Саске начал постепенно психически восстанавливаться. У него появился новый конструктивный вектор для производства материальных ценностей, никак не связанный с местью Итачи. Да, месть все еще имела значение, но теперь в его жизни была не только она. Он начал получать положительную мотивационную энергию, в которой нуждался уже многие годы.              И если посмотреть на его состояние аккурат перед вторым нападением Итачи, то оно выглядело достаточно стабильным. Он не рвал на себе волосы с расстройства, что у Наруто получилось победить монстроГаару, а у него нет. Его это злило, но не настолько, чтобы устраивать истерики или впадать в психоз.              Анализируя же конкретно отношения реинкарнаций, то стоит заметить, что чувства Саске к Наруто теперь определялись тем, что тот находился в статусе его младшего брата. Даже победив Гаару, Наруто все равно оставался балбесом, за которым нужно присматривать. Он – семья, а семья – это важная часть существования лунного героя.              Необходимость заботится об активном, но не очень дальновидном товарище (и Сакуре, но она была гораздо благоразумнее), заставляла его рассудительнее выстраивать свое поведение, так как он чувствовал, что отвечает не только за себя, но и за остальных членов команды. Например, его попытка откупится от Орочимару свитком, когда он понял, что этот противник объективно им не зубам.              А вот чувства Наруто к Саске представляли собой более сложную конструкцию. После долгих лет изоляции он начал зацикливаться на том, чтобы сохранить связи с людьми, ставшими его ближайшим окружением. Этому серьезно способствовало осознание, что жизнь шиноби действительно опасна, и любой из них имеет все шансы умереть даже во время экзамена, а не только на задании.              Он, как и Обито, подошел к тому, чтобы оберегать своих друзей, как лунный герой оберегает объект сохранения, но делал это опять же из солярных – эгоистичных причин. И чем крепче становилась их мини-семья, тем сильнее укоренялось это желание.              Особенно это касалось Саске, так как Наруто продолжал ассоциировать его с собой, а поведение Учихи способствовало тому, что ценность этой связи в глазах Наруто стремительно росла.              В частности, когда Саске заявил ему, что хочет с ним сразиться. Это буквально означало, что Саске признал его достойным противником, о чем Наруто мечтал еще со школьной скамьи.              А миссия в стране Волн вообще отпечаталась в его памяти до конца жизни. Саске закрыл его собой, чтобы защитить от атаки Хаку, хотя в тот момент они только начали вместе работать и не имели особо дружеских отношений. Подобный акт самопожертвования от точно такого же ребенка, как и он сам, вызывал только один вопрос «Почему?!». Даже на фоне Ируки, потому что тот выглядел в глазах Наруто кем-то вроде опекуна и был значительно старше.              Саске не был старше. Он не то, что родственником, даже другом не был. И он пожертвовал собой ради него.              Само существование человека, который относился к нему вот так, делало Наруто счастливым.              Но при этом Наруто совершенно не думал о том, чем живет и о чем думает этот самый человек. Например, когда он услышал о желании Саске кого-то убить, то моментально выкинул эту информацию из головы, как только понял, что Саске имеет в виду не его.              Он не оценивал свое окружение как людей, имеющих личную жизнь, мечты или планы за пределами их мини-социума.              То есть… если бы Наруто вдруг сказал, что у него нашлись родственники на другом конце страны, и он к ним уезжает, то Саске может и расстроился, но отпустил бы его на все четыре стороны. Он бы понял важность этого открытия и постарался жить дальше в новых условиях.              А вот если бы подобное заявил Саске, то с большой вероятностью Наруто бы устроил истерику и вопил о том, что тот не может его бросить после всего того, что они вместе пережили.              И вот с таким багажом мы подъезжаем ко второму появлению Итачи.              Почему именно сейчас Итачи и Кисаме отправились ловить Девятихвостого, не говорилось. Настоящая охота начнется лишь через несколько лет, но возможно, Акацуки хотели захватить Наруто до того, как тот станет слишком силен.              Но в любом случае, обстоятельства сложились таким образом, что под удар попал и Какаши, и Наруто. Если бы еще и Сакуре от Итачи прилетело, то это стало бы настоящей вишенкой на торте.              Причем, стоит заметить, что когда Саске узнал о происходящем, то он не побежал искать Итачи - он побежал искать Наруто, чтобы предупредить об опасности. Потому что забота об объекте сохранения для него стала важнее мести старшему брату.              И эта трагическая встреча в буквальном смысле разделила жизнь Саске на «до» и «после».              Дело в том, что до возвращения Итачи, Саске воспринимал его как абстрактного опасного преступника. Да, он бегает где-то там, на вольных хлебах и позорит клан своим недостойным поведением, но в деревню не сунется, потому что побоится лезть на всю армию Скрытого листа.              Таких нукенинов было не так уж мало - тот же Забуза тому пример.              Но теперь ситуация кардинально изменилась. Оказалось, что Итачи может вернуться в абсолютно любой момент, ходить по Конохе как у себя дома и снова убить всех, кто ему дорог.              И что он вернулся именно тогда, когда Саске осознал свою привязанность к команде и начал постепенно ставить перед собой новые цели. Стоило Саске расслабиться и позволить себе жить как нормальному человеку, Итачи тут же возник перед ним и напал на людей, заменивших ему семью.              Орочимару, наверное, тогда сто грамм выпил за его здоровье и гениальные идеи. Ну, выпил бы, если бы руки не отказали.              Что это значило для Саске? Это значило, что любой его объект сохранения автоматически находится в зоне риска, пока существует Итачи. Все. Точка.              И он ничего не смог сделать в той ситуации. Абсолютно. Итачи размазал его по стенке и еще раз изнасиловал мозги, и я до сих пор не понимаю, как фанаты любящего братика Итачи могут это оправдывать, потому что никаких объективных причин для этого не было.              Саске лицом к лицу столкнулся со своей полной лунной несостоятельностью. Он не смог ни выполнить свой долг перед кланом, ни защитить объект сохранения. Он даже себя защитить не смог.              И именно поэтому он так психовал, когда Цунаде вернула его в сознание.              Для тех, кто смотрел только аниме: арка между возвращением Цунаде и дракой с Наруто в больнице - это филлер, совершенно ненужный и непонятно зачем всунутый прямо посреди сюжетных событий. В манге Саске все это время находился в бессознательном состоянии, и на момент пробуждения для него встреча с Итачи произошла вот только что.              Почему он вызвал Наруто на дуэль? Потому что его разум зацепился за спасение Сакуры.              Наруто смог защитить Сакуру от Гаары, пока он лежал, раздираемый проклятой печатью. Значит ли это, что Наруто за это время успел стать сильнее него, хотя они оба усердно тренировались? Что глупый младший брат Наруто оказался лучшим защитником, чем он?              Саске было жизненно важно ответить на этот вопрос прямо сейчас.              И вот здесь, в этой ситуации Какаши полностью провалился как наставник.              Саске нужна была поддержка. Ему была нужна надежда(!), что все не так плохо, что Итачи не такой всемогущий монстр, каким он кажется.              Но Какаши плевать на это хотел. Ему было важнее, что Саске использовал чидори во время дуэли с Наруто, хотя Саске сделал это в ответ на уже активированный рассенган. Изначально Саске применял только тайдзюцу, а на техники перешел вслед за своим противником, но Какаши не интересовали подобные мелочи.              И мне кажется очень важным, что именно в этот момент нам показали, как на фоне основных событий Ли столкнулся со своей травмой. Когда Цунаде поставила его перед фактом, что с большой вероятностью он останется инвалидом на всю жизнь, и ему нужно выбрать – согласиться на опасную операцию или послушаться Цунаде и оставить карьеру.              Особенно поведение Гая – солярного астрального брата Какаши, между прочим.              Потому что Гай Рока не бросил и не сказал ему «смирись и живи дальше, как есть». Он принял решение, исходя из интересов своего ученика, зная, насколько ему важно реализовать себя как шиноби, и прекрасно понимая, что это может стоить ему жизни.              Если бы Какаши сказал Саске, что они вместе преодолеют это - что они подготовятся и придумают план, как избавиться от Итачи, то Саске бы двадцать раз подумал прежде, чем идти к Орочимару.              Но Какаши не стал этого делать. Вот помогать Шикамару отомстить за Асуму - это да, он сам предложил свою кандидатуру, а для собственного ученика он понимания не нашел.              В результате, перед Саске тоже встал выбор: похоронить себя или продолжать хоронить своих близких. Я думаю, легко понять, какой выбор сделала стихия Инь.                             И вот тут мы подходим к первому настоящему поединку между Наруто и Саске и тем, с какой мотивацией они дрались.              Мотивация у Саске выглядела так: он полностью осознавал, что Орочимару монстр, но раз Итачи не оставил ему выбора, то ему придется пожертвовать своим благополучием ради выполнения поставленной цели. Целеустремленность и самоотверженность стихии Инь тут работала в полную силу, особенно на фоне воздействия проклятой печати, повышающей агрессивность своей жертвы.              А что с мотивацией Наруто? А мотивация Наруто была такова: мне все равно, почему Саске ушел, я хочу, чтобы он вернулся, потому что с ним мне было весело, а без него мне будет плохо. А если он умрет, то мне будет очень плохо.              И что это значило? Это значило, что на своем духовном янской поле Наруто полностью провалился. Его позиция носила исключительно эгоистичный характер без желания понять причины поведения своего оппонента.              Главная сила стихии Ян – идеологическая, а не материальная. И естественно, раз идеология Наруто выглядела совершенно несостоятельной на фоне идеологии Саске, то на материальном поле он тоже в итоге проиграл.              И на этом заканчивается первая часть манги.                             Саске уходит к Орочимару, где начнет расширять свои познания в области боевых искусств, но при этом будет все сильнее отгораживаться от людей и замыкаться в себе. Для него эти лаборатории наверняка выглядели местным филиалом Ада, он совершенно не одобрял деятельность Орочимару и за три года в таком замечательном месте полностью растерял свою живую мимику.              Стараться не видеть и не слышать происходящее вокруг, сосредоточиться на поставленной цели – очень предсказуемая психологическая защита, чтобы не свихнуться от чрезмерного стресса. Человек не страус, но прятать голову в песок - тоже вполне себе выход в подобной ситуации.              Что же с Наруто.              На самом деле с точки зрения стихии Ян его зацикленность на одном единственном человеке выглядела несколько странной. Тот же Хаширама, получив свою ненаглядную деревню, зарезал Мадару и продолжил жить дальше ради великой цели. И вот это как раз-таки пример поведения классического солярного героя.              То есть по логике поведения стихии Ян, получив признание и мощного наставника, Наруто должен был махнуть на Саске рукой и жить дальше. Все, он больше не был один, его все признали, он стал сильным шиноби, и его ждет светлое будущее. Точно так же, как многие мужчины, прославившись, разводились со старой женой и находили себе кого помоложе.              …странная аналогия? Так мы про стихии Ян и Инь говорим…              Но из-за особенностей первого этапа жизни у Наруто сложился целый ряд причин, почему он вел себя таким нестандартным образом.              Во-первых, его окружение все это время старательно создавало перед его глазами некий культ жертвенности. Или, проще говоря, пропагандировало лунные ценности. Ирука, Какаши, Хаку и поведение самого Саске привели к тому, что в глазах Наруто это стало выглядеть примером социальной нормы. Ирука пожертвовал собой ради него, Саске пожертвовал собой ради него, Хаку умер за Забузу, а Какаши сказал, что настоящий мужик истинный шиноби защищает своих друзей.              Кроме того, было объявлено, что Хирузен героически умер, защищая деревню, а Хирузен был хокаге, то есть лицом Скрытого листа.              И вот эта идеология – где люди так самоотверженно защищают друг друга – наложилась у Наруто на благодатную почву его внутреннего страха перед одиночеством.              И надо сказать, что ему придется очень тяжело, когда Саске объявят в международный розыск, и его идея о том, что своих бросать нельзя ни в коем случае, столкнется с этим страхом как с противником. Потому что изначально страх одиночества подпитывал эту идеологию. Он не был её отцом, но точно стал её матерью.              Признание общества необходимо солярному герою, чтобы распространять свои духовные ценности. И очень долгие годы – с ранних лет – это признание являлось для Наруто желанной мечтой, которой он сознательно решил пожертвовать, чтобы воплотить свою Идею в изначальном виде.              Он не стал удовлетворяться полумерами как Хаширама. Он поставил себе цель: или, или, и, может быть, поэтому добился успеха.              Кстати, вот здесь и сейчас можно провести между Хаширамой и Наруто достаточно четкую параллель.              Хаширама обещал Мадаре мир без войн. Он обещал безопасность его клану. И в конечном итоге он расписал ему, как будет замечательно, когда тот станет хокаге.              Ни первое, ни второе, ни третье реализовано не было. И если для первого имелись объективные причины, то второе и третье, так или иначе, зависело от решений Хаширамы.              И на этом фоне Наруто, одержимый желанием обязательно выполнить свое обещание, выглядит очень интересным контрастом. Особенно с учетом того, что они оба являлись реинкарнацией Ашуры.              Можно ли из этого сделать вывод, что чакропризрак умеет учиться на своих ошибках? Неизвестно. Но стремление не мытьем, так катанием довести поставленную задачу до материального законченного состояния - это уже не черта стихии Ян. Поэтому невольно задаешься вопросом – «Одержимость» в данном случае образное выражение или буквальное описание происходящего?              Вторым фактором стала Сакура. Опять же состояние «Я не один такой, нас двое». Наруто оглядывался на Сакуру, видел её желание продолжать борьбу, и это вдохновляло его на то, чтобы не опускать руки.              Поэтому, когда Сакура вдруг сказала, что разочаровалась в Саске, Наруто просто отказался ей верить. Точно так же, как Наруто отказывался верить в то, что Саске мог сознательно бросить его и уйти куда-то по своим делам.              Третий фактор – его личное отношение к Саске.              Думаю, для лучшего понимания ситуации здесь стоит представить двух альпинистов взбирающихся на гору. Часто - для подстраховки и повышения мобильности - альпинисты связывают друг друга страховочными тросами, и такой связкой (а это буквально называется "Связка") карабкаются вверх. При таком подъеме альпинисты полностью зависят друг от друга, никто не может вырваться вперед и оставить товарища позади, а в случае падения – либо один страхует, либо падают оба, потому что связаны.              И вот  Наруто оказывается в ситуации, когда его друг и товарищ вдруг отвязывается от страховки, заявляет «Я ухожу, мне надо» и начинает спускаться в пропасть, что естественно повергает его в изумление. Он-то был уверен, что они вместе хотели взобраться на эту гору, и такой буквальный разворот на 180 градусов ломал всё запланированное восхождение.              То, что Саске изначально ставил перед собой совершенной иные цели, Наруто осознает гораздо позже, а пока он видел идиота, который творил что-то странное и явно самоубийственное.              Да, рядом ползли и другие группы альпинистов, которые поначалу предлагали помощь в том, чтобы догнать и вернуть самоубийцу, но со временем их энтузиазм гас, и они все чаще советовали Наруто забить на дурака и взбираться дальше вместе с ними.              Но Наруто не мог просто взять и  забыть весь опыт совместного подъема. У них же были планы, он же в своих мечтах представлял, как будет изумительно стоять вместе на вершине и смотреть на восходящее солнце.              И рассматривая свою мечту как нечто разделенное на «Взобраться на вершину» и «Вместе», он решил для себя, что второе отдельно от первого его радует гораздо больше, чем первое отдельно от второго.              И ко второй части манги он подошел переполненный надеждами вернуть товарища и продолжить взбираться командой как раньше.              Вот только никаких выводов из последней битвы он не сделал. Тот факт, что до самого конца манги команда Наруто по спасению Саске больше напоминала группу захвата, явно показывает, как много времени потребовалось Наруто, чтобы понять, что спасти кого-то насильно нельзя.              Достаточно вспомнить сцену в логове Орочимару, когда Наруто встретился с Саске лицом к лицу… и предложил ему помощь в поимке Итачи – нукенина класса S? Нет,  он сказал: давай, бросай все, пошли с нами домой, ведь мы же твои лучшие друзья.               На что Саске вполне предсказуемо ему ответил, что у него есть цель, ради которой он готов отдать все, включая свою жизнь. И что ему глубоко наплевать на чью-то ностальгию точно так же, как ему плевать и на самого себя.              Какая неожиданность, что Наруто снова проявил несостоятельность на идеологическом поле битвы.              …ты предлагаешь мне вернуться, но делаешь это без уважения!..              …и в данном случае, это даже не шутка…              Серьезно, ребят. Вы же все равно считаете Акацуки своими врагами, что вам мешало предложить Саске объединиться против Итачи? Проявить уважение к его(!) интересам, а не требовать, чтобы он отказался от своих интересов в пользу ваших.              И, конечно же, вместо того, чтобы сделать выводы, они решили… еще подкачать мышцы, ведь тогда у них точно получится вернуть его силком.              Знаете, на месте Таки я бы тоже старалась держаться подальше от таких спасателей.              Следующая попытка – номер три, произошла уже после целой череды знаковых событий.              Во-первых, Наруто похоронил Джирайю. До этого момента он постоянно слышал, что смерть следует за шиноби по пятам, но сам никогда не проходил через горе потери близких.              И неожиданно оказалось, что «не иметь ничего» и «потерять все» - это две абсолютно разные вещи, так же как страх потерять близких совсем не похож на страх одиночества. Только теперь, стоя у могилы наставника, Наруто наконец-то осознал, что в реальности никогда не понимал, о чем говорит Саске.              Во-вторых, его разговор с Нагато. Где он узнал о том, что переживание боли помогает лучше понимать других людей, и пришел к выводу, что единственный путь разорвать бесконечный цикл насилия – это остановится первым.              Окончательно он это поймет только тогда, когда примириться со своей темной частью, но начало этому пониманию было положено именно при общении с Нагато.              В-третьих, общение с Обито. Обито даже не догадывался, насколько он помог Наруто, когда выложил ему всю грязную историю с уничтожением клана Учиха. В своем желании состряпать образ неснимаемого проклятья, он объяснил Наруто, почему Саске подался во все тяжкие, и показал дорогу в нужном направлении.              И последнее – абсолютно все заявили о своем желании выполнить приказ Данзо после скандала на совете кагэ. Включая Сакуру - главного сподвижника Наруто в великом деле по возвращению блудного шиноби.              И… что собственно меняется? А меняется вообще все, на самом деле.              На фоне Какаши, который прямо заявил Саске, что его убьют, если он не откажется от своих планов – то есть повел себя как Наруто в прошлом, только в более ультимативном тоне, сам Наруто… перестал требовать от Саске прекратить, отказаться, вернуться и так далее, и тому подобное.              Он сказал Саске, что понимает его скорбь и понимает, почему тот так себя ведет.              Что в его ситуации он с большой вероятностью поступил бы так же.              И что он не оставит Саске одного, даже если тот решит сорваться в пропасть.              Он признал за Саске право чувствовать себя обиженным и перестал обесценивать его горе.              Стихия Ян в его лице прекратила называть стихию Инь психованной истеричкой, а просто приняла как данность, что её сестра проявляет себя и таким образом.              …временами океан приносит шторма и цунами, но он все равно остается важнейшим источником жизни для людей…              …и если ты хочешь получить выгоду от второго, то должен научиться сосуществовать вместе с первым…              И… после этого разговора Саске начал приходить в себя.              До этого момента окружающие реагировали на его поведение предсказуемым образом и тем самым подливали масла в огонь его истерии. Одни говорили – ну, ладно, месть так месть, давай отомстим, а другие – если ты не остановишься, мы тебя убьем.              То есть, во главе всего стояла месть, и Саске отдельно от нее как будто не существовал.              Но Наруто в своем разговоре выдвинул самого Саске на передний план. В его интерпретации Саске был уже не только абстрактным мстителем, но и человеком, испытывающим какие-то эмоции.              И это ярко контрастировало с тем, что все это время Обито старательно внушал Саске ощущение, будто тот даже воздухом дышит в долг.              Саске и до этого испытывал синдром последнего выжившего, но Обито довел его чувство вины до катастрофических масштабов.              Почему Саске решил разрушить всю Коноху, а не только отдельно взятый совет? Потому что он посмел испытывать к Конохе какую-то там привязанность. К той самой Конохе, что предала его семью и очернила имя его брата.              Обито создал для Саске образ Итачи-патриота, который ценил жизнь младшего брата больше родины (а с точки зрения Саске, если Итачи ради деревни поднял руку на родной клан, то значит, этот патриотизм имел невообразимые масштабы). И теперь Саске хотел своими руками уничтожить место, ставшее ему домом, и тем самым одновременно наказать и Скрытый лист, и самого себя за убийство Итачи.              Но Наруто это хаотичное саморазрушение сузил до одного конкретного человека. Человека, посмевшего заявить, будто жизнь Саске имеет значение.              И Саске искренне этого не понимал. Почему, почему Наруто так важна его жизнь?              А ведь в былые времена Саске воспринимал Наруто как брата, и даже заботился о нем как о брате. Можно сказать, практически подвинул Итачи с законного места.              Еретик.              Любое еретическое движение должно быть подавлено, и Саске выбирает Наруто своей первоочередной целью, потому что одним своим существованием Наруто мешал ему предаваться высокой Идее о саморазрушении.              Он отвлекал его. Он заставлял его думать не только о мести, но и о чем-то еще. А потому от него следовало избавиться.              И что же происходит дальше.              Пока Саске отлеживается, привыкая к новым глазам, Наруто продолжает свой забег по наставникам и оканчивает этот путь уже на четвертой мировой войне.              И очень примечательно, что личная схватка с Обито у Наруто начинается именно тогда, как мертвые освобождаются от Эдо Тенсей и отправляются обратно в Чистый мир.              Для Наруто это событие означало рубеж, после которого лично для него война от обычного мордобоя начнет плавно переходить в идеологическое поле. Где он будет уже не только сражаться, но и вдохновлять армию громкими лозунгами, и спорить с Обито, доказывая тому свою точку  зрения.              Но что особенного в данном временном отрезке? А то, что именно в этот момент Саске в последний раз разговаривал с Итачи.              Как бы Итачи не хотел избежать разговора с младшим братом, но Саске догнал его и заставил ответить на некоторые вопросы.              И здесь из всей череды событий происходят две важные вещи.              Во-первых, самое главное - Итачи заявил Саске, что будет любить его любым, что бы тот ни натворил. В глазах Саске это выглядело как некий акт прощения, снимавший с него обязанность заниматься самобичеванием. Великое божество разрешило ему жить дальше.              Во-вторых, на вопрос Саске, почему после всего произошедшего Итачи все еще сохраняет верность Скрытому листу, тот протранслировал ему идеи Шисуи о служении чему-то большему, чем отдельно взятый человек или семья.              Об осознанном служении с открытыми глазами, зная, что немалая часть этого большего носит весьма неприглядный характер.              Но опять же, в конце рассказа Итачи добавил, что никак не изменит свое отношение к брату, если тот разрушит Коноху.              И вот тут у Саске наступает переломный момент. Его мир перестает вертеться вокруг семьи, и он начинает пытаться увидеть и понять ценность того, чему так самоотверженно служил его брат.              Понять, почему оно заслуживает этого служения.              …я больше не ребенок, я больше не могу им быть…              Дело в том, что после этого разговора его чувство вины никуда не пропало, но изменило свою форму. И если раньше он пытался наказать себя и весь мир за убийство Итачи, то теперь в нем начало прорастать желание жить за Итачи. Брат отдал все, чтобы спасти его, и это значит, что он должен прожить эту жизнь в служении тем ценностям, что Итачи считал важными.              Итачи сказал ему, что он мог бы изменить весь клан – что выглядит, как еще один намек на то, что Итачи видел в брате солярного героя -  и Саске решил исполнить его посмертное желание.              Ради брата он должен изменить бытие. Но нужно понять, что изменить и как именно.              То есть в тот самый момент, когда Наруто переходит от буквальной войны к идеологической, Саске пробуждает в себе лунное стремление упорядочивать этот мир.              И Саске, и Наруто наконец-то начали тратить накопленную силу на реализацию непосредственных функций Инь и Ян в глобальном масштабе.              Но если Наруто спокойно перешел от дела к слову, то Саске перед принятием конкретных шагов требовалось найти ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего-всего. И число «42» ему здесь ничем не могло помочь.              Наверное, если бы Саске действительно являлся солярным героем, то он бы не задавался вопросом «Как изменить мир». Вдохновение, эмоции и сила творца помогли бы ему найти ответы.              Но он был лунным персонажем, привыкшим подходить к любой проблеме с аналитической стороны. Лунные герои вообще не умеют «Изменять», они не вытачивают новые кусочки мозаики, а складывают их вместе.              Саске пытался представить работу художника с точки зрения инженера, проектирующего чертежи, и естественно не мог прийти к цельной картине.              Поэтому он волевым решением вытаскивает Орочимару из проклятой печати и отправляет воскрешать ему хокаге.              Саске требовалось определить переменные, чтобы выстроить математическую модель и понять свою роль в этой модели как руководителя работ. Что есть шиноби, что есть клан, что есть деревня – как базовые единицы общества с его точки зрения. Он не представлял, как без четкого понимания что-то изменять, разве что просто разрушить старый мир в надежде, что пустое место само заплонится чем-нибудь по ходу жизни.              …вот что бывает, когда инженеру-проектировщику попадается заказчик, чьи запросы сводятся к фразе «Сделай мне красиво»…              Кроме того, первый Хокаге в его глазах выглядел не только тем, кто способен объяснить вышеуказанные термины, но и человеком, имеющим реальным опыт в создании нового мира. Он уже ходил тем путем, по которому собирался идти Саске, а значит, мог дать совет.              Вот только Хаширама принадлежал к стихии Ян, и потому он и Саске закономерно мыслили по-разному.  И то, что понял Саске, было совсем не тем, что пытался рассказать Хаширама. Особенно с учетом Тобирамы и его попыток оправдаться.              Да, если остальные кагэ честно старались ответить на вопросы Саске в меру своих сил, то все, что делал Тобирама – это оправдывался, в первую очередь перед старшим братом.              Даже Минато посчитал нужным принести свои извинения, хотя был виноват только в том, что умер. Тобирама же упорно отказывался признавать, что принятые им решения привели к плачевному результату, и это особенно не красит его поведение вместе с тем, что он единственный из кагэ вспылил и перешел к прямым угрозам.              …самый спокойный и хладнокровный человек,  да-да...              Его же беседа с Саске... выглядит, как параллель разговору Обито и Наруто. Это даже забавно, если подумать. Солярный герой с лунной генетикой, использующий для убеждения солярные доводы, и лунный герой с солярной генетикой, использующий для убеждения лунные доводы. Вот только в отличие от Наруто Саске имел впечатлительную натуру, склонную к самоедству и рефлексии, и потому воспринял все сказанное всерьез.              Тобирама в этой ситуации сыграл ту же роль, что и Итачи, который из великой братской любви посоветовал Саске не держать ноги в тепле, заводить друзей и избегать подозрительных личностей, а растить в себе ненависть. Только Тобирама заявил травмированную ребенку, что привязанность к людям является слабым местом клана Учиха, сводит их с ума и вредит служению высоким идеалам.              …да, это именно то, что надо говорить мальчику, нуждающемуся в курсе психотерапии…              Слова Тобирамы превращали убийство Мадары из акта отчаяния в правильное и взвешенное решение, хотя сам Хаширама его таковым не считал.              Собственно, история Хаширамы тоже являлся параллелью рассказу Обито – он вслед за ним пролил свет на историю Мадары, но иначе расставил акценты, а некоторые события и вовсе имели совершенно иное развитие. Например, в рассказе Обито Хаширама зарезал Мадару в грудь, хотя сам Хаширама признался, что ударил друга в спину, чтобы избежать поражения.              Обычно солярные герои стремятся выставить себя в лучшем свете, но рассказывая свою историю, Хаширама был честен от и до. Чистый солярный герой и не мог поступить по-другому.              И если Обито в своей «автобиографии» пытался направить Саске на путь ненависти, подводя к тому, чтобы он ассоциировал себя с Мадарой и его нежеланием отказываться от вражды с кланом Сенджу, то в истории Хаширамы Саске увидел себя в Мадаре со всем с другом стороны.              С какой именно?              Дело в том, что в рассказе Хаширамы Мадара показан как человек имевший мечты и амбиции, но не нашедший в себе силы оставить прошлое в прошлом. Он не мог забыть о старых связях и старых обидах, и Хаширама был вынужден избавиться от него при всей своей дружеской привязанности.              Мадара тащил его на дно, и ради будущего деревни Хаширама скинул с себя эту ношу. То, что не смог сделать Итачи, так как слишком сильно любил своего маленького брата.              Если старый мир мешает рождению нового мира, то его следует уничтожить. В том числе в своем собственном разуме.              …предаваясь ностальгии, Хаширама вряд ли думал, что Саске воспримет его рассказ как инструкцию к действию…              В какой-то мере это выглядело как правильный вывод. Построить новое здание гораздо проще, чем ремонтировать и достраивать старое.              Вот только люди это не здание, и даже не картина на холсте художника. Человеческое общество находится в постоянном движении, качаясь как маятник между эволюцией и деградацией, в зависимости от того, кто или что довлеет над их умами. Концепция понятная и Хашираме, и Наруто, но не лунным героям вроде Марады или Саске, привыкшим воспринимать хаос как нечто неправильное.              На любой забытый горький опыт всегда придет новый, потому что хождение по граблям - национальная забава хомо саписенсов со времен становления цивилизации.              Больше того: одна из главных функций стихии Инь – Взращивание – полностью опирается на передачу опыта старого поколения новому. Это именно то, что позволяет человечеству ограничить откат назад до определенного уровня. И, отвергая прошлое как важную часть будущего, Саске полностью перечеркивал возможность изменить мир с помощью естественного для своей стихии метода.              Таким образом, из всех вариантов  у него оставалось только упорядочивание и ограничивание. Он не мог создать новые идеи (так как это стезя стихии Ян), и не мог использовать старые, а значит, перевоспитание девиантных личностей становилось невозможным. И все, что ему оставалось – это защищать от них законопослушную часть населения и играть роль местного пугала, чтобы люди объединялись против него, забыв про мелкие распри и обиды.              По сути, Саске планировал взять на себя роль карательного органа исполнительной власти, не имея легитимного места в иерархии общества. Подобный самосуд естественно не одобрялся законом и правительством, а потому мог быть реализован только в виде неуловимого преступника. Стихия Инь в его лице не собиралась ждать, пока сияющая стихия Ян прискачет на белом коне, завоюет страну и подарит ей должность министра внутренних дел. Саске решил сам назначить себя капитаном полиции, точно так же, как в прошлом он сам назначил себя главой клана Учиха.              Вот так идея Шисуи об идеальном шиноби, что защищает деревню из тени, превратилась в подобие Бэтмена. Только воспаленный разум реинкарнации Индры мог прийти к столь гениальной мысли.              Но стоит заметить, что до появления Хагоромо и раздачи бижутерии сестрам, интересы Саске не выходили за пределы Скрытого листа. Истекая кровью от удара в грудь, он сказал, что ради брата должен создать новую деревню. Деревню, а не целый мир.              Но получив персональный риннеган и оценив, как лихо все объединились против Мадары, Саске пришел к выводу, что план может выгореть и в больших масштабах. То есть можно не только создать новую деревню, но и избавить весь мир от войн.              Идея, способная по-настоящему почтить память его брата.              Правда, имеющая один нюанс.              Если Сакура и Какаши уже продемонстрировали, что могут махнуть на Саске рукой и признать опасным рецидивистом, то Наруто упорно продолжал причислять его к стану хороших парней и тем самым имел все шансы сорвать ему моноспектакль и роль Великого злодея. Кроме того, Саске уже один раз почувствовал свою уязвимость перед его словами и видел в этом серьезную угрозу для плана.              А значит, Наруто следовало устранить. Он тянул его назад, в старый мир, точно так же, как сам Саске тянул на дно Итачи.              Наруто же… вполне предсказуемо оказался против. И дело не только в нежелании умереть во цвете лет, но и потому, что деревни практически подошли к тому, чтобы заключить мирный договор.              Эта была мечта Джирайи, которую Наруто искренне разделял. И произошедшее на четвертой мировой войне вместе с освобождением Хвостатых выглядело как что-то, что могло перерасти в эту мечту. Если Саске видел в кагэ хранителей старых традиций и старой ненависти, то Наруто был убежден, что теперь они откажутся от холодной войны в пользу мирного сосуществования.              Наруто верил, что пройдя вместе через тяжелые испытания, кагэ перестали воспринимать друг друга как вечных противников, в то время как Саске считал их союз лишь временным сотрудничеством перед лицом грозного врага.              Но при этом, не смотря на совершенно противоположные точки зрения, каждый хотел удержать это состояние мира. Наруто, вдохновляя людей поддерживать дружеские отношения, а Саске, продолжая запугивать, чтобы они воспринимали личные обиды и амбиции как нечто мелкое и неважное на фоне общей угрозы.              Получалось, что они оба поставили себе одну и ту же цель, но собирались идти к ней разными путями. И я знаю, что немало членов фандома поддерживает именно подход Саске, так как он выглядит более жизненным и реалистичным, чем наивная вера в светлое будущее в исполнении стихии Ян.              И самое интересное, что Наруто тоже не оспаривал саму концепцию этого плана. Он не мог не признать, что в ней есть здравое зерно, и что таким образом действительно можно сплотить шиноби в единое целое. Конечно, подобное общество нельзя будет назвать свободным или демократичным, но на безопасность его жители точно могли рассчитывать. И через пару – тройку поколений при отсутствии старичков с хорошей памятью все благополучно бы забыли о том, что когда-то деревни воевали друг с другом.              Но вот что он отказывался признавать, так это оправданность жертв, на костях которых Саске собрался построить новое общество.              И сейчас на этом моменте нам стоит задержаться. Дело в том, что если проанализировать данный идеологический конфликт с точки зрения ценностей Инь и Ян, то происходящее… будет выглядеть весьма абсурдно.              Потому что Наруто в этой сцене занимается тем, что вообще-то полагалось делать Саске как реинкарнации Индры.              Он отстаивает важность опыта прошлого.              Он ратует за сохранение действующего старого мира, так как считает, что он не безнадежен.              И он выражает протест против того, чтобы жертвовать другими людьми ради создания нового мира, каким бы замечательным этот мир не был.              По началу, он пытался доказывать свою точку зрения, апеллируя к Итачи как авторитету, но это было абсолютно бесполезным занятием, потому что Саске помнил своего старшего брата как человека, который попрекал клан Учиха за привязанность к прошлому и советовал убить лучшего друга. Жизненный опыт Саске был слишком другим, чтобы эти доводы имели хоть какой-то шанс сработать.              Все люди, окружавшие Саске, так или иначе, утверждали, что эмоции, привязанности, прошлое, верность семье – вещи неправильные и ненужные, хотя он чувствовал иначе и желал иного. Он считал себя настолько везде и во всем виноватым, что отказал себе в праве защищать и любить то, что ему хотелось защищать и любить.              Он практически подошел к тому, чтобы стать черной луной, хотя психически был к этому вообще не предрасположен. Он будто надеялся произвести инверсию света в своей вотчине, и таким образом превратить ночь в день.              И Наруто это видел, хоть и не сразу понял, к чему все идет.              Видел, как Саске намеренно портит отношения с Какаши и Сакурой, не забыв при этом вырубить последнюю, чтобы та не полезла под горячую руку во время дуэли, как это случилось когда-то в больнице.              Видел, как вместо того, чтобы по-быстрому ударить его в спину и решить вопрос сразу же, Саске сначала побежал в определенное место, потом толкнул пафосную речь, а потом еще и попрекал его тем, что он дерется не в полную силу.              Мне очень интересно, что бы сделал Саске, если бы Наруто вместо драки начал бегать кругами и вопить «А-а-а-а-а, спасите, убивают!». Наруто, конечно, был слишком горд, чтобы так поступить, но я думаю, подобное поведение немало бы смутило нашего претендента на звание нового Великого зла.              И именно поэтому Наруто заявил, чтоб не бросит его одного в таком состоянии. Что он не может умереть, зная, что тогда Саске останется один. Потому что Наруто понимал, что Саске вообще-то не хочет его убивать. Что да, он считает это своей важной миссией, но чем дольше длится поединок, тем меньше в нем остается решимости это сделать.              И в данной дуэли Наруто боролся не за деревню, свою мечту или хвостатых. Он боролся за то, чтобы Саске отказался от попыток превратиться в убогое подобие солярного героя. Реинкарнация Ашуры боролась против реинкарнации Индры за лунные ценности.              Условие выполнено, цикл прервался.              Стихия Ян в лице Наруто заявила, что стихия Инь в лице Саске важна и нужна ей такой, какая она есть – со всеми своими достоинствами и недостатками. И это прямая отсылка на то, что когда-то, сотни лет тому назад, Хагоромо не смог принять лунность старшего сына.              И потому чакра Индры успокоилась.              Саске не избавился моментально от чувства вины. Это с ним останется на всю жизнь, и друзьям придется мириться с его приступами самоуничижения. Но Саске перестал пытаться выламывать себя и разрешил себе жить так, как ему хотелось и казалось правильным.              Что важно из последующих событий, так это то, что когда Саске решил отправиться на искупление своих мифических грехов (и правильно, путешествия полезны для расшатанных нервов), Наруто его не отговаривал, не висел у него на шее и не умолял остаться в деревне. Он принял как данность, что его астральному брату необходим другой образ жизни, и никак этому не препятствовал.                             А на последок, в завершение этой главы я напишу пару слов об их семьях, тем более, что я обещала это сделать ранее.              Как я уже говорила, пары в манге складываются по тому же принципу, что и астральные братья. Подружка солярного героя будет чистой лунной героиней, в то время как у девушки лунного героя появятся признаки стихии Ян.              Из солярных героев самый банальный пример – это Яхико и Конан. Или Обито, влюбившийся в Рин по тем же самым причинам. Рин - картонка? Зато лунная героиня, как она есть.              Очень забавно выглядит компания женщин хокаге и их учеников: Хирузена, Джирайи и Минато. Все трое имели сильную лунную составляющую, а потому не удивительно, что и Бивако, и Цунаде, и Кушина вполне могли строить полки, но обычно строили своих мужчин. И да, в эту компанию просится Сакура, но, увы, и ах, Наруто оказался слишком сильным солярным героем, чтобы у него и Сакуры сложились отношения.              Дело в то, что люди с сильной составляющей Ян очень склонны к соперничеству. А соперничество способно навредить даже самой крепкой дружбе, не говоря уже про любовь. Очень трудно строить отношения с человеком, когда вы постоянно перетягиваете корону. И поэтому любовь Наруто и Сакуры закончились бы ровно в тот момент, когда они начали выяснять, кто из них в паре главный.              Так что было предсказуемо, что Наруто женится именно на Хианте - даже не чистой, а концентрированной лунной героине. Вот уж кто действительно мог назвать себя наследницей Хамуры.              На самом деле Наруто как солярный персонаж не особо нуждался в браке, но будучи сиротой, он воспринимал семью как нечто недоступное, а потому ценное. Выходцы из приютов очень часто хотят завести семью просто потому, что у них её нет, и Наруто здесь ничем от других сирот не отличается. Но то, что он в Боруто от зари до зари сидит в кабинете хокаге, вполне вписывается в поведение солярного персонажа.              Поведение Саске тоже достаточно четко соответствует паттерну лунных героев. В своих отношениях с Сакурой он сразу установил определенную иерархию, на которую та добровольно согласилась. Она приняла свою роль, не пытаясь воевать за место лидера, потому что невозможно соперничать с тем, кто отказывается участвовать в соревновании, и либо сразу уступает, либо устанавливает допустимые рамки.              Собственно, сам факт, что Саске вообще решил жениться – узаконить отношения и завести ребенка - это признак того, что у него начала восстанавливаться психика. Во-первых, у него, как лунного героя, существовала потребность в создании семьи, а во-вторых, психически здоровый человек подсознательно стремиться реализовать в своей жизни ту социальную модель, которую считает примером нормы. А для Саске примером социальной нормы все еще оставался отец, таким, каким он его помнил в детстве.              …потому что все, что было после него, в принципе ни в какие нормальные социальные рамки не вписывалось…