Сойти с корабля

      Ещё полтора года все жили спокойно. За Сонхва закрепилось прозвище «мамочка», которым его называли младшие в порыве нежности. Уён опять скинул все свои обязанности на старших, из-за чего Ёсан очень долго возмущался, но с этим даже Сонхва не мог ничего сделать. Когда Хва полностью поправился, Уен и Ёсан решили, что от палатки нужно избавиться, и вместо неё построить нормальную кухню, но дальше фундамента дело не зашло. Уён постоянно ленился, а в одиночку Ёсан ничего не мог сделать.       В целом, все трое жили душа в душу. Они совместили две кровати в доме и спали втроём, младшие по бокам, а Сонхва посередине. Они прижимальсь к Сонхва, и он чувствовал себя не попугаем, а курицей наседкой, но ему даже нравилось оберегать его «деток».       Одной ночью Сонхва резко проснулся. Он хотел подскочить, но свалившиеся на него две тушки мешали это сделать, ему пришлось легонько потормошить их. — Вставайте. — Сонхва, ты с ума сошёл будить меня в такую рань? — промычал Уён. — Просыпайся, скоро сюда прибудет ещё один. — Что? Сколько можно, мне и Ёсана хватает, — возмутился Уён, но всё же встал и начал одеваться. — Ёсан, проснись, — тихо позвал Хва. — Нет, мамочка, я потом уберусь, — в полудрёме промямлил Ёсан. — Просыпайся уже! — громко и безцеремонно приказал Уён, — Скоро сюда приплывёт ещё один отщипенец, как ты. Надо встретить. — Что? От куда вы знаете? — спросил Ёсан, протирая глаза. — Сонхва приснился сон, поэтому мы идём на берег, прошу поторопиться, — язвительно бросил Уён и вышел на улицу.       Ёсан, наконец, окончательно проснулся и свесил ноги с кровати. — Сколько ещё сюда приплывёт страдальцев, которым нужна помощь? — спросил он у Сонхва. — Не знаю, но думаю, что этот не последний, — ответил Хва и вышел вслед за Уёном.

***

      Минги рос безбедно. У его родителей было рыбатское судно, и они успешно продавали свой улов. Минги дали хорошее образование, и возлагали на него большие надежды, рассчитывая, что он станет чиновником, но он предпочёл связать свою судьбу с морем, впрочем родители не сильно этому препятствовали, и в 16 отпустили сына работать на торговом судне. Ему безумно нравилось каждый день вдыхать запах моря. Раз в несколько месяцев он возвращался в родную гавань и встречался с родителями. Они были горды своим сыном, который со временем возмужал и стал объектом обожания девушек. Три года Минги спокойно служил на корабле, пока на его судно не напали пираты. Они забрала всё, что могли и взяли несколько членов экипажа в плен, в их числе оказался и Минги, ведь пираты узнали что у его родителей есть какие никакие сбережения, и, если их сыну будет что-то угрожать, они точно заплатят выкуп. Его, как и других членов команды, кинули в трюм, и ему не оставалось ничего, кроме как ждать своей участи. ***       Троица прибыла на берег, когда пиратский корабль уже стоял на якоре, и пираты высадились на остров. Сонхва призвал к тишине, они решили спрятаться в кустах и обсудить план действий. — План тот же, — сообщил Сонхва, — Вы на шлюпке, я полечу. Забирайте всё ценное. Если найдёте ЕГО раньше меня, ждите. — Ты опять собираешься вырубить там всех? — Да.       Но на берегу ещё оставалась парочка пиратов, они мешали Уёну и Ёсану забраться в лодку, тогда Сонхва взял их на себя. Он вышел из леса и быстрым шагом направился к кучке пиратов. Они заметили его и уже хотели пристрелить, но их оружие рассыпалось у них в руках, а потом в руке Сонхва появилась увесистая палка, и уже через пол минуты все пираты, оставшиеся на берегу лежали на песке без сознания, не успев поднять тревогу. Из леса вышли Уён и Ёсан, апладируя великолепному перформансу друга. Сонхва поклонился, как будто и правда только что дал представление. — Иногда мне жутко находиться рядом с тобой, — заметил Ёсан. — Это было великолепно! — воскликнул Уен.       Они сели в лодку и на пол пути Сонхва превратился в попугая.       Когда Уён и Ёсан добрались до корабля и зашли на палубу, Сонхва уже справился с командой, и им пришлось обходить с десяток бессознанных тел. Вдвоём искать ценности оказалось гораздо быстрее, и на этом корабле их было больше, чем на прошлом, поэтому совсем скоро они набрали достаточное количество вещей и отправились на поиски либо Сонхва, либо того, кого тот ищет.       Подумав, что ЭТОГО парня, как и Ёсана заперли в трюме, они отправились туда и не прогадали. В трюме было много клеток и в нескольких сидели люди. — Ну и кто из них нам нужен? — спросил Ёсан. Заключённые повернули головы на нежданный гостей.       Ёсан заметил, что один из них отличался красотой и молодостью по сравнению с остальными, довольно опытными моряками. — Я думаю, что это он, — сказал Уён, показывая на того самого заключённого. — С чего ты взял? — поинтересовался Ёсан. — Он красивый. — С каких пор мы ищем только красивых? Ты же тоже здесь. — Ах ты скотина, — Уён набросился на Ёсана и чуть не повалил его на пол. Маленькую потасовку прервал голос Сонхва. — Вы уже здесь? Уён, отпусти волосы Ёсана, — строго приказал Сонхва. — Хорошо, мамочка, — Уён отпустил прядь, которую собирался вырвать и грозно посмотрел на Есана. Сонхва подошёл к одной из клеток, внимательно вглядываясь в лицо каждого заключённого, и, в конце концов, признал в одном из них нужного им человека. — Это он, — Сонхва показал на парня, которого ранее заметил Уён. — Я же говорил, — сказал тот язвительно, обращаясь к Ёсану. Тот лишь закатил глаза.       Сонхва открыл дверь и протянул парню руку. — Пойдём с нами, мы тебя спасём.       Заключённый всё это время не понимал, кто перед ним, и зачем он им понадобился, поэтому сидел смирно. — Не бойся, пойдём, — этот розововолосый парень вызывал в нём доверие, но доверять незнакомцам не стоит. — Что вам от меня нужно? — Клянусь, ничего. Просто пойдём с нами. — С чего бы я должен тебе верить? — Боже, Сонхва, просто выруби его и мы отнесём его на лодку, — сказал Уён. — Ты идиот? Мы его не дотащим, — заметил Ёсан. — Заткнитесь оба, — Сонхва строго посмотрел на друзей, веру в благоразумие которых только что потерял, и они выпрямились по струнке, — Они шутят, — заверил Сонхва парня перед ним, — Мы правда хотим помочь. — Подумай, что ты теряешь? Тебя быстрее съедят крысы, чем ты выберишься от сюда, — Сонхва кинул на Уёна убийственный взгляд, но парень задумался. Эти трое не выглядели сильными, и он легко бы с ними справился. — А остальные? — спросил он о других заключённых.       Гости переглянулись. — Прости, но мы не сможем их забрать, — ответил Сонхва с искренним сожалением в глазах.       Моряки, жавшиеся в углу не знали, смеяться им или плакать.       Парень задумался. — Я же смогу увидеть родителей? — Конечно. Может не скоро, но ты их увидишь, — Сонхва протянул руку парню, но тот поднялся без его помощи. — Я согласен. — Отлично. Я Сонхва, это Уён и Ёсан.       Парень лишь мельком взглянул на этих двух, как ему казалось, не очень умных людей. Потом он напоследок посмотрел на людей, с которыми работал последние три года, и чтобы сострадание не коснулось его, пошёл к выходу. Он делал это ради родителей, но даже этот факт не заставил его думать, что он поступил правильно. — Я Минги, — напоследок бросил он и вышел на палубу.       Сонхва выходил последним. Он закрыл клетку обратно, а когда уходил, до его уха доносились мольбы остальных заключённых спасти и их, но они пришли только за Минги и не могли взять больше никого.