Кот и собака – враги, а не пара.

Кинув в корзину упаковку с красной краской для волос, заглядываюсь на очередную рекламу с героями Парижа. Такие идеальные, такие умные, без единого изъяна. Фыркаю и прохожу на кассу. Быстро оплатив и сложив всё в два пакета, тороплюсь домой. — На Париж снова было совершено нападение акумы, просим оставаться всех дома… — прохожу мимо витрины с телевизорами, даже не остановившись на секунду. Пусть справляются сами. Я же такая безответственная и принципиальная! Добравшись до дома, отдаю пакеты с продуктами тёте, предварительно вытащив краску, и поднимаюсь в комнату Маринетт. Закрыв люк, падаю на диванчик. — Ты уверена, Катель? — Вуллфи спрашивает молящим голосом. — Давай хотя бы попробуем просто превратиться, без этой химии… — Хорошо… — соглашаюсь я и медленно встаю. — Вуллфи, время охоты! Концентрируюсь на своём прошлом. На ответственности, всё ещё лежащей на моих плечах, которую я так упорно пытаюсь не замечать. На мастере, ставшим для меня родным человеком. «Боюсь открывать глаза» — признаюсь себе. Обреченный вздох вырывается из груди. Щурясь, всё же смотрюсь в зеркало. — Красная Волчица… — прикрываю рот рукой, сдерживая эмоции. Красный волчий мех приятно обвивает кожу. Оружие на поясе, скорее напоминающее бумеранг, как я его называла — «Клык». Нечаянно задеваю нос, царапая его. На левой руке красуется перчатка с когтями. Да, четыре года назад я предпочла носить только одну «когтистую лапу». Красные, как перец чили, волосы были заплетены в длинную косу. Собранность приятно согревала душу. Мне было тяжело отпустить настоящую себя, стать другим человеком. Сейчас же предо мной стояла та версия, что так упорно сражалась за своих близких, за своих граждан. Та, кто не боялась брать ответственность за свои поступки. Продумывала планы наперед, благодаря которым часто оказывалась в выигрышном положении. Именно поэтому мне пришлось выходить из зоны комфорта. Становиться своей противоположностью, чтобы выжить. Мне нужна негативная эмоция, чтобы акуматизироваться. Чтобы доказать свою лояльность Монарху. Воспоминания и кошмары, что я копила на подкорке сознания, начали прокручиваться перед глазами…

— Да сдался он тебе, Мишель! — отбрасываю очередное платье, в попытке найти идеальное. — Катель, ты же знаешь, брат мастера наш ровесник, в этом нет ничего такого… — Я всё равно против, они две противоположности! — отговариваю подругу от идеи об отношениях. — Хранитель в сотни раз лучше, только напомни, насколько лет он старше нас? — Если судить внешне, то на лет десять точно… А вот его брат!.. — Забудь его! — закатываю глаза и кидаю в Мишель подушку.

Хмурюсь, понимая, что воспоминание не подходит. Приходится окунуться в недавний ночной кошмар.

Со всех сторон слышится её смех. Гром лишь усугублял ситуацию. Я трансформировалась уже в беге. Очередная дистанция, где победителей не будет. Борьба, где нет места тайнам, ведь каждая минута может стать фатальной. Каждый может знать мою гражданскую личность. Возможно, сегодня мой последний день. Путь лежит к убежищу хранителя, куда я не раз приходила. Свет в здании не горит, что бьёт по уверенности. Отворяю дверь, затем проникаю в коридор. Мрак окутывает с головы до ног, а тишина в свою очередь давит на виски, делая мысли чугунными. Ступаю осторожно и плавно. Глаза быстро привыкают к темноте, что позволяет увидеть в углах паутину. Буквально на прошлой неделе её не было, готова поклясться. Дотрагиваюсь до двери, ведущей в зал, где нас принимал мастер. Она со скрипом отворяется, открывая для глаз тошнотворную картину. Пауки свили кокон прямо в центре, а сама паутина была не только на стенах, но и на полу и потолке. Они уже не кажутся такими безобидными из-за своего размера, ведь увеличились в три раза. Только вот Вдовы нет… И мастера тоже. Шестеренки в голове двигаются всё быстрее, разгоняя тихий ужас по венам. Отшатываюсь от двери, когда доносится приглушённый удар, а за ним и слабый мужской голос. Меня рвёт на части, но в то же время я просто застыла на месте. Я должна помочь ему! Но не справлюсь с таким количеством членистоногих… — Мастер… — тихо вырывается слово со вздохом. Мне будто перекрыли кислород.

Слёзы застилают глаза. Боль заставляет выть, из-за чего приходится зажать рот рукой. Тот день невозможно забыть. И бежать от него бесполезно. Я могла его спасти. Могла попытаться, но в тот роковой день просто выбежала из здания, как загнанная в угол кошка. Меня вырвало. Почему в свои шестнадцать я была вынуждена принимать подобные решения? — Здравствуй, Мстительница, я Монарх, — въелось в сознание. В один момент я вспомнила ради чего это. — Монарх, у меня есть просьба к тебе, — критическое мышление работало изо всех сил. — Просьба… Я выслушаю тебя. — Я хочу примкнуть к тебе. Хочу стереть эти наглые улыбки с лиц героев Парижа, — уверенно говорю, надеясь распознать эмоции собеседника по голосу. — Я готов подарить тебе такую возможность, при условии, что ты раскроешь мне личность какого-либо из героев, — нарочито спокойный и властный голос раздражал. — Принимаю твои условия, оставь меня. Акума без колебаний покинула Клык. Вытерев на щеках мокрые дорожки, оставшиеся от слёз, детрансформируюсь. — Я так и знал, что надо было продолжать тебя отговаривать! — недовольно начал Вуллфи. — Не сейчас, пора увидеться с геройским дуэтом. Сейчас я работаю исключительно ради своей выгоды. Поэтому костюм Созвездия вновь покрывает всё тело. Выхожу на балкончик и доверяюсь своему обонянию. Прыгая на очередную крышу, чуть не падаю, когда кто-то хватает меня за хвост. Скалюсь и оборачиваюсь. — Надо же! Объявилась так вовремя! — раздражённое лицо Супер Кота способно сказать куда больше, чем его гневная тирада. — Что не так? Чёрная Вдова сегодня не вылезала из своей крысиной норы, разве нет? — закатываю глаза и выпрямляюсь. — О-о, так ты собираешься помогать только в том случае, если она появится? Да и какая от тебя может быть помощь? Помогите! Меня покусали паучки и я не могу их раздавить своими коготками! — Не смей говорить о том, в чём ничего не смыслишь! — вспыхиваю и тыкаю ему в грудь. Перехватывает мою руку и смотрит в глаза. — Хорошая попытка втереться ко мне в доверие, но она не сработала. Порыв эмоций, конечно! — шумно втягиваю воздух, на что парень ухмыляется. — Знаешь, что такое смерть? Знаешь то чувство, когда стоишь перед выбором: попытаться спасти близкого человека и умереть самому, тем самым обрекая на смерть и других ни в чём невинных людей, либо оставить его умирать и попытаться спасти этих невинных людей? Хватка Кота ослабла, что позволило выдернуть руку. — Позволил бы Леди Баг умереть, обрекая на муки парижан? — продолжаю психологически давить его. — Или оставил бы её, чтобы помочь тем, кто на тебя надеется? — Здесь нет верного выбора, — отрицательно замотал головой Кот Нуар. — Герои обязаны выбирать. Когда-нибудь придётся… Осматриваюсь по сторонам, пока парень в замешательстве. Никакой угрозы городу не вижу, значит с акумой они справились. Последний раз смотрю в изумрудные глаза и опускаю взгляд на оживленные улочки. — Постой… — оборачиваюсь на замершего в нерешительности Кота. — И после всего этого мы должны доверять тебе? — Только вам решать стоит доверять мне или нет, — всё же поднимаю взгляд на лицо, скрытое чёрной маской, — я уже сделала выбор, пока вы только над ним задумались. После брошенной вслед фразы, прыгаю вниз и скрываюсь за тёмным поворотом, где принимаю гражданский вид. Игра началась.