Облако над пустыней

      Воспоминания об ушедшем тяжёлой цепью висели на шее и не давали свободно вздохнуть. Шикамару затягивался уже третьей сигаретой в надежде облегчить тяжесть в груди табачным дымом. Шестой дал ему отгул перед важной миссией, поэтому он спокойно сидел посреди дня дома на веранде и бессовестно курил, изредка поглядывая на лежащий перед ним свиток международной важности. Она бы уже давно убила его за такое количество выкуренных сигарет. Нара снова протяжно выдохнул. Эта привычка зародилась у него ещё при ней. Тяжко вздыхать время от времени, молчаливо сетуя на жизнь. Напоминало отца. Безрадостные мысли сменяли друг друга. Сначала она, потом отец. Он снова вздохнул.       На рассвете следующим днём ему предстояло отправиться в деревню, откуда родом Она. Свиток нужно доставить Ее брату, который распорядится всем и вынесет приговор: сколько ему нужно будет проторчать на Ее родине.       Он уже давно перестал называть Ее по имени, думая, что так будет легче. Не легче. Она все равно продолжала раз за разом появляться в его голове в виде ярких воспоминаний из его жизни, которая с Ее уходом стала блеклой и серой. Шикамару усмехался всей драме ситуации. Они расстались по обоюдному согласию, но мир сентиментального Нары все равно круто изменился, причиняя боль отсутствием в нем Её. Каждый день беспощадные воспоминания острыми клинками протыкали сознание шиноби насквозь, нанося кровоточащие раны. Находиться одному в доме было невыносимо — это сродни логову, где притаился опасный зверь, который представал в виде липких и холодных мыслей. Одиночество и раньше давило, но потом его спасало ожидание, когда в доме появится Она и принесёт в размеренную жизнь ветра пустыни и ощущение песка под ногами. Сначала было неудобно, песок неприятно впивался в кожу и находился везде где только можно, нарушая привычный порядок вещей, но со временем Шикамару привык, а теперь и вовсе без него не может.       Теперь же он знает, что Она больше не переступит порога его дома, не останется на ночь, отнимая такой любимый сон и даруя вместо него кое-что сладостнее. Сейчас кажется, что встречались они совсем недолго, но за это время успели стать друг для друга нечто большим, чем они могли представить себе, по крайней мере, так было для Шикамару.       Нара выругнулся. Как и каждый раз, когда он вспоминал Ее и их счастливые деньки. Знал ли он тогда, что те мгновения позже будут ценнее всего на свете? Определенно нет. Он винил себя за то, что недостаточно дорожил тем, что у него было, за то, что упустил счастье, которое имел.       В очередной раз попытавшись отмахнуться от вороха осознания собственной вины и самобичевания, шиноби уставился на свиток, наполняя голову мыслями о предстоящей миссии. Но эта миссия будет в Суне, где он в любом случае встретится с Ней. Проклятье! При всем желании он не сможет избежать их встречи, ведь Она сестра самого казекаге и играет немаловажную роль среди шиноби Суны.       Докурив сигарету, Шикамару бросил окурок в пепельницу и встал. Было необходимо сменить обстановку. Подталкиваемый недосыпом Нара решил заняться самым излюбленным занятием юности — вздремнуть. Позже сон буквально скинула с пьедестала одна проблемная особа из пустыни. Она стала лучшим досугом и одновременно занозой в одном месте, не дающей спокойно существовать.       Тишину в доме разрезал лишь скрип старых половиц, Шикамару проследовал в свою спальню, которую с недавнего времени считал самым невыносимым местом в доме. Иногда ему чудилось, что на противоположной стороне кровати ещё сохранился запах куноичи Песка. Такой тонкий аромат, въевшийся точно в мозг и навсегда запомнившийся.       Жар ее тела, объятия, через которые они стремились стать единым целым, прикосновения, без конца повторяющиеся... Все сводило с ума. Шикамару уже был на пределе и изо всех сил держался, чтоб подарить как можно больше наслаждения своей возлюбленной. Ее редкие постанывания приносили ему столько же удовольствия, как и частые фрикции в ней. Их тела блестели от пота в лунном свете, пробивающемся сквозь окна.       По содроганию ее конечностей, он понял, что настал тот момент. С финальным стоном и особенно глубоким толчком он излился внутрь. Ещё находясь в ней, он приблизился для поцелуя, который был завершающим штрихом в их любовной картине.       — Я люблю тебя, Темари... — сказал через силу севшим голосом, но это того стоило, ведь слова очень важные.       — Я... Я тоже люблю тебя, Шикамару... — говорит сбивчиво и неуверенно, ведь ещё не привыкла выражать свои истинные чувства. Нара улыбается. Ведь осознаёт, что любимая женщина любит его и они вместе.       Он проснулся резко посреди ночи, сел на кровать и обхватил голову руками. Снова воспоминания во снах. Иногда ему удавалось проспать спокойно всю ночь без снов, когда особенно уставал на работе и приходил домой без сил. Но в этот раз сознание решило, что с него хватит, и подкинуло крайне откровенные образы на ночь. Шикамару не мог избавиться от мысли, насколько все было реально сейчас. Будто это происходило в настоящем времени, но нет, это было во время очередного экзамена на чуунина, когда Нара отважился предложить Ей на время проведения экзамена остаться у него, а не в гостинице как обычно. А сейчас он сидит один в холодной постели, спустив ноги на пол. Необходимо срочно покурить. Он резко встаёт и проходит на веранду, захватив пачку сигарет и зажигалку. На часах два часа ночи.       Наблюдая, как дым растворяется в воздухе, шиноби опустил взгляд и наткнулся снова на злополучный свиток. Он так и не убрал его в другое место перед тем, как заснуть. До рассвета оставалось ещё несколько часов, он мог снова лечь спать, но не хотел. Потушив сигарету, Шикамару начал собираться: надел неизменный жилет шиноби Конохи, взял снаряжение в дорогу. Вместо какого-либо перекуса еще одна сигарета. Как только восточный край неба начал светлеть, он вышел из дома и побрел к воротам деревни.       Три дня пути прошли словно как один. Чем ближе был Нара к Суне, тем сильнее его одолевали приставучие мысли, которые и являлись его постоянными спутниками по дороге в деревню Скрытого Песка. Они пообещали друг другу справиться с этим и все забыть, но Шикамару уже много раз нарушил данное обещание.       Они и сами не заметили, как подобрались к сердцам друг друга, стали уязвимее. Эти чувства были в новинку для обоих, чувство незащищённости и открытости. Они боялись. Боялись боли, но не той, что получаешь на миссиях при ранениях, боялись неизвестности, боялись будущего. Будущее особенно было туманным и закрытым для них, подобно дальнему островку, к которому препятствовал бушующий океан из множества сомнений и различных обстоятельств. Самая тяжёлая ноша давила на Темари: ее происхождение, прошлое и титул сковывали в ее чувствах и желаниях. Нара это прекрасно видел. Как она не позволяла себе лишнего до последнего, пока они не дошли наконец до решающей точки. Не только тела, но и их души были обнажены друг для друга. Любовь к Шикамару расколола крепкий орех, коим являлась Темари. Он видел ее насквозь, как и она его, и это страшило больше всего. Они словно из последних сил держались на лезвии ножа, боясь в любой момент оступиться и рухнуть вниз.       Сейчас шиноби понимает: он и она просто напросто струсили, отступили назад перед неизведанным. Это сложно назвать поступком истинных шиноби и куноичи ранга джонинов, прошедших войну, но не сумевших пройти отношения. У Нары так и не хватило духу сделать любимой предложение, он до последнего боялся отказа и не смел как-либо колеблить их и так натянутые отношения. А отказ был вполне возможным исходом, ведь Темари не могла просто так оставить родную деревню с братьями, единственными родными людьми в ее жизни.       Бессонными ночами, когда только луна была свидетельницей их неспешных разговоров, когда куноичи по-настоящему открывалась ему и не существовало более никаких границ между ними, тогда она могла многое рассказать ему, в том числе и про свое трудное детство, жизнь с джинчуурики и по совместительству нелюдимым младшим братом, тяжёлые тренировки, отсутствие в детской жизни любящих отца и матери. Эти рассказы поистине приводили в ужас Шикамару, который рос в обычной семье обычным ребенком, не знавшем о проблемах таких масштабов.       Горячая пустыня страны Ветра встретила шиноби с распростёртыми жаркими объятиями, от которых хотелось только поскорее окунуться в студёную воду и охладиться. Раскалённый песок под подошвами затруднял бег и обжигал пальцы на ногах. Дышать сухим воздухом стало гораздо сложнее, во рту было так же сухо, как и снаружи. Когда же наконец из-за горизонта начала виднеться Суна, Шикамару испытал одновременно и облегчение, и тревогу. Он натянул посильнее капюшон белого походного плаща на голову и опустил взгляд.       На воротах Суны его уже ждали сопровождающие шиноби. Нара и не надеялся сразу же с порога встретить ее. Слишком уж высок был ее титул, чтоб встречать обычных шиноби из других деревень и провожать до резиденции. Первым делом ему предложили отправиться для начала в гостиницу, где он сможет отдохнуть после дороги и привести себя в порядок перед непосредственно встречей с казекаге. Он согласился с предложением, так как ему действительно стоило прийти в себя после долгого нахождения на ужасающей жаре и хоть немного отдохнуть. В идеале бы конечно хотелось поспать, но это займет слишком много времени.       Идя, казалось, по бесконечным улочкам Суны, Шикамару то и дело вглядывался в лица людей вокруг него, ища одно единственное. Он и сам не понимал, зачем стремился поскорее увидеть ее, ведь в то же время он наоборот страшился этого момента, боясь оказаться безоружным под ее пронзительным взглядом. В какой-то момент то ли от жары, то ли от частых оборачиваний у него закружилась голова, стало тошно. Хотелось поскорее добраться до гостиницы и принять охлаждающий душ.       Темари не двигаясь без конца оглядывала открывающийся из окна резиденции вид. Немигающий взгляд проносился по крышам и улицам, неустанно следя за жизнью деревни. Если бы у нее спросили, что она пытается отыскать среди суетящихся людей внизу, то она бы точно не смогла ответить на этот вопрос. Куноичи медленно погружалась все глубже в свои мысли, пока ее не вывел из этого состояния мужской голос.       — Темари? Все нормально? Ты уже минут пять так стоишь. — сзади к ней подошёл молодой человек на голову выше куноичи и положил руку ей на плечо. Протектор деревни Скрытого Песка был повязан на лбу и отражал лучи солнца из окна. Темари сразу же обернулась на зов, теперь же ее взгляд упал на раскосые карие глаза, что обеспокоенно смотрели на нее. Чёрные пряди обрамляли вытянутое лицо. Неестественная для жителей страны Ветра светлая кожа едва блестела. Тонкие губы были приоткрыты в ожидании ответа от куноичи.       — Все в порядке, я просто задумалась. — Темари отвела взгляд и слабо улыбнулась собеседнику. Было все ещё непривычно проявлять свои чувства и эмоции другим, но девушка уже привыкла к человеку, который стоял напротив нее. Ему она могла полностью довериться.       — И о чем же ты задумалась? — он так и не убрал руку с ее плеча, только чуть опустил и понежнее сжал сквозь светлую блузу.       — Разве я не могу иметь свои секреты, Аноцу? — Темари окончательно оставила свои раздумия, уступив целиком свой освободившийся разум мыслям о молодом человеке.       — Разумеется, моя девушка вольна делать что угодно, ей никто не указ. — Аноцу произнес это шутливым тоном. Широкая улыбка на лице выдала его с потрохами. В ответ на это куноичи театрально поджала губы и нахмурилась.       — Это не так! И ты это знаешь. — в мыслях она хотела добавить, что "совсем не вольна делать что угодно, к сожалению", но осеклась и, прикусив губу, опустила взгляд. Увидев перемену в выражении ее лица, шиноби Суны озадачился. Небольшая складка залегла на лбу.       — Что тебя тревожит, Темари? Расскажи мне. — он обеими руками обхватил ее лицо и приподнял, ища в ее глазах ответ на свой вопрос.       — Я просто немного устала, не стоит волноваться за меня. — в подтверждении своих слов Темари снова улыбнулась своему молодому человеку, как бы успокаивая его. Она попыталась придать своей улыбке больше уверенности, но это слабо выходило.       — Я всегда буду за тебя волноваться, не забывай об этом. — Аноцу тоже улыбнулся в ответ. Наклонившись, он аккуратно и еле весомо поцеловал ее в лоб. — Лучше тебе пойти отдохнуть в таком случае. — куноичи кивнула в ответ. Ее мысли в очередной раз окутали голову, не давая сообразить подходящий ответ. К большому сожалению, она не смогла сказать ему, что причиной ее беспокойства является один единственный джонин из Скрытого Листа, который уже скорее всего перешел границу Суны и сейчас находится на пути к резиденции.       Шикамару принял долгожданный душ и, завязав высокий хвост, стал собираться на встречу с казекаге. Он знал, что снаружи его уже поджидает сопровождающий шиноби. Выйдя из гостиницы, он неспешным шагом отправился вглубь деревни, петляя по узким улицам и разглядывая причудливые формы домов. Почему-то стало намного легче, чем когда он только собирался выходить на миссию, словно груз на душе каким-то образом испарился перед самой встречей. Он точно знал, что встретит ее.       Подниматься по лестнице резиденции стало ещё легче, чем идти лабиринтами улиц. Возможно, это из-за перемены температуры, а может из-за того, что Шикамару осталось совсем чуть-чуть, и он увидит ее. Казекаге уже ждал его, поэтому даже не пришлось дожидаться разрешения войти в коридоре. Гаара как всегда источал одним своим видом недюжинное спокойствие и сосредоточение. Нара первым делом передал свиток от хокаге, не забыв перед этим поклониться и поприветствовать главу деревни Песка.       Гаара не спеша начал изучать содержимое свитка и вслух рассуждать о нынешнем положении дел, до которого, откровенно говоря, шиноби Конохи не было никакого дела, ведь все его нутро напряглось в ожидании одной единственной особы. Внешне он казался таким же невозмутимым, спокойным, с выраженной долей ленцы, каким всегда и был.       Как он и предсказывал, недолгое время спустя дверь сзади отворилась и вошла пара шиноби. Среди них Шикамару сразу же почувствовал и ее. Может, ему помогло шестое чувство, а может, и слабый аромат, присущий только ей одной и который Нара давно успел запомнить раз и навсегда, возможно он узнал ее по аккуратным шагам или услышал ее дыхание, сложно точно ответить как. Он не подал виду, что узнал ее, ни одним движением не выдал своего состояния, лишь едва выдохнул, что почти невозможно было заметить. А она стояла сзади него, точно успевшая увидеть и узнать его. Неизвестно было, смотрела ли она на него и если смотрела, то с каким выражением лица. Ее реакция в этот миг была самой главной тайной для Шикамару. Его поток мыслей, который был схож с горным течением, прервал голос казекаге.       — Темари, я как раз ждал тебя. — он поприветствовал сестру. — Коноха, как наш главный союзник, отправила помощь в лице Шикамару-куна. Он доставил нам важные документы, но я распорядился, чтобы он остался и помог нам. Шикамару, ты будешь в отряде Темари. — как только прозвучало его имя, Нара приосанился и как по команде кивнул в ответ на решение Гаары. Он догадывался, что ему придётся остаться, ведь казекаге точно не упустит возможность воспользоваться интеллектом советника хокаге, тем более когда Шестой сам любезно предложил ему услуги своего шиноби.       — Как скажешь, Гаара. — и вот Шикамару уже слышит наяву ее голос. Такой же жёсткий и твердый, низкий и с хрипотцой. Кажется, она устала. Такой голос у нее обычно бывал в конце дня, когда не нужно было уже надрывать связки для приказов или упрёков. Нара сглотнул слюну.       — Шикамару-кун, надеюсь, ты не против задержаться у нас. Тебя, наверное, уже уведомили о нашей серьезной проблеме, поэтому мы будем рады любой помощи от альянса, а хокаге-сама выбрал наилучшее решение, послав тебя. С твоими талантами в области стратегий и тактик мы сможем наконец поймать всех нукенинов на территории нашей страны и, как я очень надеюсь, без лишних потерь. — голос Гаары был весьма дружелюбным, хоть Шикамару и относился к нему немного сдержанно ввиду его страшного прошлого и высокого титула ныне, но проникся искренней просьбе главы деревни.       — Разумеется, казекаге-сама, вы можете на меня рассчитывать. — он ещё раз поклонился.       Прежде он воспринимал Гаару не только как могущественного каге, но и как главное препятствие на их с Темари пути к счастью. Почему-то он представлял, как Гаара не позволяет сестре покинуть деревню и с осуждением относится к ее отношениям с шиноби из другой страны.       — Казекаге-сама, позвольте доложить! — второй незнакомый голос прорезал тишину и вывел Шикамару из мыслей. Нара все ещё стоял спиной к вошедшим, не смея обернуться, потому что боялся, что сразу же выдаст себя, и все поймут, о чем он думает.       — Прежде чем ты начнёшь докладывать, Аноцу, хочу отпустить Шикамару-куна. До миссии осталось несколько дней, поэтому мне бы хотелось, чтоб в это время ты погостил в моем доме, если ты конечно не против. — казекаге коротко улыбнулся уголками губ. Шиноби Конохи дал понять, что не против, энергично покачав головой, и тогда Гаара продолжил. — В таком случае можешь, пожалуйста, показать нашему гостю его комнату, Темари.       Шикамару, не показавший ни единой эмоции, учтиво поклонился главе деревни и наконец обернулся. Возле двери стояли Темари и незнакомый ему шиноби в форме Скрытого Песка. По виду куноичи тоже нельзя было ничего сказать наверняка из-за непроницаемой маски на лице. Она смотрела прямо перед собой строгим взглядом, задрав подбородок, как и всегда. Переглянувшись напоследок с незнакомым шиноби, который хотел отчитаться перед Гаарой, она вышла из кабинета. Нара молча проследовал за ней.       В прохладных каменных коридорах резиденции глубокую тишину прорезали лишь отдававшиеся эхом шаги двух человек, идущих плечом к плечу и уставившихся куда-то вниз себе под ноги. Шикамару боролся с желанием поднять взор на нее, но никак не осмеливался. Он не знал, что Темари столкнулась с такой же проблемой. Иногда она боязливо приподнимала глаза, но, боясь быть пойманной с поличным, тут же стыдливо отводила. В один миг, когда оба все же собрались с силами, они одновременно подняли друг на друга свои взгляды и задержались. Нара с замеревшим сердцем разглядывал каждую черту её лица, будто стараясь поскорее насытиться этим. А Темари точно так же разглядывала его, с неизменным серьезным выражением лица, на котором не дрогнул ни один мускул. Первым подал голос Шикамару.       — Вы встречаетесь? — вопрос абсолютно застал врасплох куноичи. От неожиданности она вздрогнула и в один момент переменилась в лице: брови взметнулись вверх, рот приоткрылся в немом вопросе, а глаза широко распахнулись.       — А? — это было все, что Темари могла сказать сразу же после вопроса. Спустя время она пришла в себя, окончательно поняв о чем речь, и смогла говорить более спокойно. — Как ты узнал?       — По вашим взглядам. — ответил шиноби. — Когда мы уходили, вы посмотрели друг на друга. А твоя нынешняя реакция лишь подтверждает мою догадку. — Темари, опустив глаза, повернула голову и снова начала смотреть вперед себя. Можно было подумать, что ей стало стыдно перед Шикамару. — Раньше таким взглядом ты смотрела на меня. — добавил Нара после небольшой паузы. Куноичи поджала губы.       — Аноцу, он... Он отличный шиноби, и мне с ним хорошо. — Темари говорила сиплым голосом, словно силы покинули ее.       — Я очень счастлив за тебя. — от этих слов девушка встрепенулась и уставилась на Шикамару неверящим взглядом.       — Ты серьезно?       — Ты бы не стала встречаться с человеком, к которому ничего не чувствуешь. Значит, ты действительно счастлива с этим Аноцу, а мне большего и не надо. — Шикамару говорил спокойно и убедительно, хоть и с ноющей болью в сердце, на которую старательно закрывал глаза. — Этот парень по-настоящему счастливчик. — шиноби усмехнулся. Все это время куноичи неотрывно глядела на него.       — Я удивлена твоим словам. Вот уж не думала, что получу их именно от тебя. — Темари и сама не понимала, что чувствует в этот момент: обиду и разочарование или же умиротворение. Даже после расставания шиноби умудряется нарушать ее душевный покой, вызывая сомнения. Шикамару же в ответ промолчал.       Бредя коридорами и переходами в полной тишине, они незаметно подошли к жилой части. Нара без конца удивлялся архитектуре деревни, ее причудливому строению, как дома в ней словно переплетались друг с другом крытыми переходами, чтоб людям не приходилось лишний раз бывать под солнцем. Вот и сейчас они попали в западное крыло резиденции, где жила семья казекаге. Им пришлось снова подниматься по лестнице наверх, где коридоры уже изрядно потерпели изменения: стали более домашними и уютными. Они прошли просторное помещение, которое, по-видимому, являлось гостиной, затем снова коридор. Пройдя мимо нескольких дверей, они остановились у гостевой. Темари открыла ее, впуская Шикамару внутрь. Его взору открылось скромное убранство небольшой комнаты: письменный стол, кровать, посередине низкий столик с татами. Проведя краткую экскурсию и пожелав приятного отдыха, куноичи удалилась. Шиноби больше ничего не оставалось, как завалиться спать, что он, собственно, и сделал.       Жизнь с семьёй казекаге не казалась Наре чем-то за пределами обычного. Он старался полностью отдаваться работе, из-за которой и жил временно в доме главы Песка. Особенно по вечерам они засиживались в гостиной, обсуждая план по захвату нукенинов. По различным причинам миссия пока откладывалась. Поздней ночью Шикамару забирался на крышу и курил, рассматривая звёзды. Чрезмерная загруженность помогала ему не думать много о Темари, которая жила с ним под одной крышей. Неизвестно по чьей воле, но виделись они редко. Всего лишь пару раз в день и то мельком. Они могли пересечься утром, во время завтрака, после чего Темари уходила по своим делам, или вечером, когда Темари возвращалась. Вернее было бы сказать ночью, ведь куноичи заканчивала работу очень поздно. По крайней мере, Шикамару так казалось.       Одним таким вечером, когда шиноби Листа по обыкновению забрался на крышу покурить, он увидел их. Парочка стояла в тени домов, прильнув друг к другу. Они целовались. Если их целью было быть как можно незаметнее, то с этим они с треском провалились. Тогда Шикамару осознал в полной мере все своё отчаяние, что так старательно прикрывал за маской безразличия и постоянным потоком самовнушения. Он твердил и верил, что давно смирился с этим, ещё когда они расстались и пообещали все забыть. Но боль так никуда и не делась. В тот вечер он так и не докурил сигарету, оставив ее тлеть в руке. Проклятый ком в горле мешал.       Когда же наконец точно решили с датами миссии, подготовка началась более усиленно. Выяснилось, что в отряде Темари будет и Аноцу. Он стал чаще появляться в доме казекаге под различными предлогами, но было ясно, за чем он приходил в действительности. Шикамару пришлось однажды сидеть с ними вместе во время ужина. Шел лёгкий разговор о каких-то мелочах, как вдруг взгляд шиноби ни с того ни с сего опустился и наткнулся на переплетённые мизинцы их рук. В тот момент Темари проследила за его взглядом и еле заметно напряглась.       С наступлением ночи он как обычно сидел на крыше и получал свою дозу никотина. По правде говоря, ему было лень каждый раз взбираться на нее. Будь его воля, он бы курил на подоконнике в своей комнате, вот только окно не открывалось, будучи из очень толстого стекла на случай песчаных бурь. Покатая крыша успела надоесть шиноби, он понял, что скучает по родной деревне, чувствуя себя чужим здесь.       — Не спится? — грубый голос резко вытащил его из вороха мыслей. Шикамару обернулся и увидел Канкуро.       — Никак не могу избавиться от пагубной привычки, да вот только в доме негде покурить у вас. — брат казекаге понимающе кивнул. Нара не мог сказать точно по виду кукловода, что у того на уме. Выглядел он довольно расслабленным и расположенным к разговору. За все время пребывания в доме у казекаге Шикамару мог со смелостью заявить, что успел немного сблизиться с обоими братьями. Частенько во время обсуждения работы разговоры ненавязчиво перетекали в незамысловатые беседы ни о чем и одновременно о многом. Они могли обсудить различия между их жизнями в разных деревнях или поделиться рассказами с миссий. Наре было довольно комфортно в обществе казекаге и его брата, но его все равно не покидало осознание, что они знают об их отношениях с Темари, но сознательно не показывают вида, за что Нара был весьма благодарен. Поэтому он мог по-настоящему расслабиться в их обществе, откинув свои волнения и переживания куда подальше. Был даже случай, когда Канкуро по какому-то поводу принес несколько бутылок саке и предложил Шикамару выпить с ним. Тот согласился из уважения, но злоупотреблять не стал, в любом случае было необходимо держать себя в руках и не падать лицом.       — Я заметил, что ты каждую ночь выходишь. Неужели и курение у тебя по расписанию? — Канкуро басовито усмехнулся. После чего все же стал посерьёзнее, выпрямившись и сузив глаза. — Все никак не можешь отпустить сестру? — повисла тишина. Шикамару задумчиво начал разглядывать тлеющую сигарету, а потом потушил ее об крышу, разнося по ветру горящие искры.       — Так заметно? — наконец шиноби ответил вопросом и поднял голову на собеседника. Было ощущение, будто вся деревня вмиг умолкла, внемля разговору двух шиноби.       — Не для всех. Ты очень хорошо делаешь вид, что тебе все равно. Можно действительно в это поверить. Но на самом деле ты просто стараешься скрыть настоящие чувства. Я это вижу по твоим неестественным порой движениям. — на этот моменте кукловод сделал непонятный жест рукой. — Издержки моей профессии, скажем так. — пояснил он. — Видеть людей по их движениям. Я ведь должен как-то воссоздавать жизнь путем управления через нити. — кукловод замолчал. Казалось, он немного мешкал перед тем, как сказать что-то ещё. Шикамару это видел и не стал перебивать. После небольшой паузы он наконец продолжил. — Ты неплохой парень, Шикамару, но ведь ты и сам прекрасно понимаешь что к чему. — Нара нехотя кивнул. Да, он и сам прекрасно понимает что к чему. Им с Темари не быть вместе из-за пресловутых деревень с их различиями и долгом перед ними. — Знаешь, а ведь я очень обрадовался, когда Темари сообщила, что вы расстались. Стыдно конечно, но что поделать. Я очень боялся, что она уйдёт от нас в конечном итоге. А потом всё-таки вы одумались. Сначала почувствовал облегчение, а потом увидел, каково было ей... Она ведь мне первому об этом сказала... А я как дурак обрадовался, даже не утешив ее толком, стыдно очень в общем. Ну, я не об этом, тяжело ей было сильно. Она сделала выбор в пользу деревни и нас. И теперь мне даже как-то неудобно перед тобой. Вижу же, что ты не отошёл. Но ты особо не волнуйся, Аноцу хороший парень. Отличный шиноби и как пара для Темари тоже неплох. Ей с ним очень полегчало. Я рад за сестру, что она обрела новое счастье здесь. И тебя бы я хотел предостеречь на всякий. Ты уж не воспринимай на свой счёт.       Шикамару неподвижно сидел и слушал необычную для кукловода речь. Он уж точно не думал, что в какой-то момент с ним рядом окажется Канкуро и поделится чем-то таким личным и в то же время своеобразно поддержит его. Этой ночью брат казекаге обернулся для него новой стороной, закрытой для посторонних. Шикамару ощутил некую гордость, что стал свидетелем такого открытия. Но на словах об Аноцу он прикрыл глаза. Хороший парень. Все о нем такого мнения, и сам Шикамару в том числе. Темари рядом с хорошим парнем, и ей с ним комфортно. Нара никогда не окажется на его месте. Он не был таким идеальным, и с ним Темари было не так комфортно, каждую встречу из раза в раз их сопровождала и разлука.       — Я очень рад за нее. Главное, что она счастлива, а большего мне и не надо. Спасибо, Канкуро. — Шикамару солгал. Как и во время разговора с Темари, когда сказал ей те же самые слова.       Сроки миссии снова перенесли. Шикамару уже думал, что никогда не покинет жаркую деревню, раз за разом его уход отсрочивали. На этот раз причина была более весомая, и лучше бы Шикамару никогда ее не узнавал. Одним вечером, когда все семейство казекаге находилось дома и проводило свободное время кому как заблагорассудится, на пороге появился Аноцу. Сам Нара в это время играл в шоги с Гаарой, шла третья партия, стоит сказать, шла довольно напряжённо.       Неожиданного гостя встретили со всем почетом и теплом. Как успел заметить шиноби Конохи, Аноцу состоял со всеми в хороших отношениях, поэтому его приход лишь обрадовал многих, в том числе и куноичи Песка, которая встретила его с неким волнением. Началась мирная беседа о разных мелочах. Шикамару видел, как парень волнуется, временами сжимая кулаки, видимо хочет что-то сообщить. Когда тянуть ещё больше не было смысла, Аноцу, тряхнув головой, убирая с лица тонкие черные пряди, встал и официальным тоном обратился ко всем присутствующим.       — Казекаге-сама, я пришел сюда ради одной просьбы, которая не может более ждать. Я хотел обратиться с ней лично к вам в окружении Канкуро-самы и Темари-самы. — От таких слов все заметно удивились и устремили все внимание на говорящего. Гаара слегка смутился от столь неуместного официоза и ответил:       — Может, стоило обратиться ко мне в резиденции и решить все дела как обычно там? — Гаара предпринял неловкую попытку свернуть такой важный разговор, так как думал, что он касается его работы, а ведь он хотел в кои-то дни хорошо отдохнуть с близкими.       — Нет, казекаге-сама. Я хотел застать вас именно дома, когда и все остальные будут рядом. — тут он бросил короткий взгляд на Шикамару. Тот это заметил и принял за немую просьбу покинуть их. Он только привстал, как услышал голос Аноцу уже в свой адрес. — Не сочтите за грубость, Шикамару-сан, я не хотел прогонять вас, вы тоже можете присутствовать. — Нара неуверенно сел обратно. Парень напоследок обвел всех взглядом и снова начал говорить. — Казекаге-сама, я пришел сюда просить руки вашей сестры Темари.       То, что последовало за этими словами, Шикамару помнил слабо, да и не хотелось это держать в своей памяти. Когда Аноцу произнёс наконец цель своего визита, у Нары что-то упало внутри. Что-то тяжёлое и объемное, оно падало долго и мучительно. Возможно, это было его сердце.       После этих слов наступила плотная и напряжённая тишина. Все обдумывали и переваривали сказанное. Темари приоткрыла рот и неподвижно сидела, пребывая в тихом шоке, будто бы ее окатили ледяной водой. Гаара явно потерял связь с реальностью, уставившись в одну точку, и даже когда он вспомнил, что изначально обратились к нему, то не смог связать слова в предложения с первого раза.       — Я... Э-эм... Я думаю, что в первую очередь надо об этом спросить у самой Темари, хочет ли она этого. — В тот же миг четверо пар глаз устремились в сторону куноичи, которая сидела так же неподвижно с широко раскрытыми глазами, которые по очереди осматривали каждого, пытаясь найти в них ответ на вопрос, как же ей поступить.       Когда их с Шикамару взгляды встретились, то за столь короткое время они успели многое поведать друг другу. Темари пыталась отыскать на дне его черных глаз разгадку, узнать что именно он думает о ней и обо всем этом, а он же хотел своим взглядом донести до нее одну единственную мысль. Нет. Не соглашайся. Как только куноичи уловила, как он едва заметно покачал головой, то она вмиг собралась, сконцентрировав взгляд прямо перед собой и приосанившись, будто ко всему готова. Так и было.       — Я согласна.       Нескончаемые песочные пейзажи сменились на долгожданные поляны и леса. Куда бы не кинуть свой взор, везде встречались приятные глазу зелёные оттенки. Отряд шиноби принял решение сделать остановку возле небольшого родника, всем хотелось утолить жажду после долгого перехода по пустыне. Единственный среди отряда шиноби из Конохи закурил. Командующая отрядом коротко взглянула на него и поморщилась, но этого хватило, чтоб Шикамару заметил. Он был несказанно рад, что наконец они вышли на миссию и оставили Суну позади, где, подобно кипящему жерлу вулкана, была бесконечная суета по поводу подготовки к свадьбе. Он даже не планировал возвращаться туда, собирался сразу после миссии отправиться в Лист. Не хотел видеть всю эту праздничную мишуру, которая буквально на каждом шагу напоминала о том, что его любимая женщина скоро выйдет замуж. За другого. Этот другой тоже был на задании и при каждом случае старался быть подле Темари. Шикамару же держался от них поодаль, чтоб никто не заметил его мрачных взглядов в их сторону.       Перед тем, как они отправились на миссию, они поговорили наедине. Впервые за долгое время. Оба прекрасно понимали, что им необходимо поговорить. Возможно, разговор ни к чему не приведет, но озвучить так долго терзающие мысли стоило. Шикамару был удивлен, что Гаара распорядился сразу же готовиться к свадьбе, нанял нужных людей, заказал лучших портных, разослал приглашения всем важным знакомым, в том числе и феодалу. У Нары промелькнула мысль: уж не переживает ли Гаара о том, что сестра успеет передумать, и поэтому надо сыграть свадьбу как можно быстрее. Иной причины для такой спешки он не видел. Ещё он думал о том, что не ему одному в тот вечер показалось согласие Темари каким-то странным и неестественным, словно она тоже спешила куда-то и потому выдала то, что было первым в голове. А ещё ее испытующий взгляд, которым она перед этим смотрела на Шикамару. Быть может, она чего-то хотела от него, а он и не понял, тогда она, спешившись, озвучила то, чего от нее все ждали. Все эти размышления поселили в нем сомнения, что Темари в действительности не очень-то и хочет выходить замуж.       — Мне кажется, или ты начал ещё больше курить? — вопрос в духе Темари. Довольно оригинальное начало разговора, но в этом вся она. Они стоят в коридоре их дома, делая вид, что оба смотрят в окно и наслаждаются видами, даже когда никого нет поблизости, они усиленно не хотят быть со стороны "вместе". Их взгляды не пересекаются, они просто проходили мимо и остановились полюбоваться вечерней Суной.       — Тебе просто кажется. — Шикамару непоколебим. Снаружи видимое безразличие ко всему, но это в корне не так. Он только недавно зашёл с улицы, курил. От него несёт куревом и запахом улиц деревни Песка. Для Темари такая смесь ароматов почти родная.       — Завтра выходим на задание. Надеюсь, ты в форме и по пути не задохнёшься от долгого бега, а то курение неблагоприятно влияет на лёгкие, знаешь ли. — он знает. Она сама часто об этом говорила, когда в очередной раз читала нотации о вреде курения, сама не заметив, как уже привыкла к этому запаху и как начала со временем любоваться курящим Шикамару исподтишка, чтоб он не заметил. А он замечал и молчал, все как в его духе.       — Не беспокойся за меня. Лучше бы тебе переживать за своего будущего мужа. — краем глаза он заметил, как она свела брови к переносице и взгляд ее ожесточился.       — Я полностью уверена в его способностях. — отчеканила она. — Хотелось бы, чтоб на миссии у нас не было проблем. — она неопределенно отвела взгляд вниз. Они сразу поняли друг друга. Он слабо кивнул.       — Если это то, чего ты по-настоящему хочешь, то я выполню просьбу. — теперь Шикамару уже смотрела прямо на нее, а она же не смела поднять свой взор. Поняв, что он имел в виду, а точнее тот момент, когда она дала согласие, Темари поджала губы.       — На что ты намекаешь? Ты думаешь, что между нами ещё что-то есть или даже что-то возможно? Не тешь себя глупыми мыслями. — она не выдержала и сама озвучила все то, что таилось в мыслях обоих.       — Как скажешь, Темари. — он назвал ее по имени после долгого времени, от чего по ее телу невольно расползлись мурашки. Ей стало немного совестно за произнесённое. А Шикамару добавил. — Как только мы закончим, я сразу же отправлюсь в Лист, не буду возвращаться в Суну, так что не переживай об этом. — Темари посмотрела на него, будто не расслышав.       — А я надеялась, что ты будешь гостем на моей свадьбе... — тут уже Шикамару взглянул на нее удивлёнными глазами.       — Ты серьезно? Зачем мне присутствовать на вашей свадьбе? Я явно буду лишним, не хочу занимать место. — он неуверенно повел плечами, посмотрев куда-то в сторону. Куноичи еле слышно ему ответила.       — Ты бы не был лишним и не занимал бы места... — она склонила голову, рассматривая пол. Слова прозвучали тихо, но из-за тишины в округе он услышал их. Что-то внутри зашевелилось, стало одновременно и приятно, и больно. Шикамару смотрел на нее распахнутыми глазами с немым вопросом в них, но натыкался лишь на ее макушку. Она не рисковала поднять голову и посмотреть в его глаза, боясь своих же желаний увидеть в них определенные чувства.       — Темари... — казалось, что шикамару потерял всякую власть над своей способностью к речи.       — Не надо. Ты ведь сам сказал, что счастлив за меня и тебе больше ничего не нужно. — куноичи отвернулась, будто бы скрывая глубокую обиду от всех посторонних. Шикамару вздохнул. Как бы он хотел подобраться к ней, разрушив все стены, что они сами воздвигли между собой, сказать все те словами, что уже очень давно тяжёлым грузом лежат на душе. Но он понимал, что не должен этого делать. Бездействие сейчас для них самый подходящий вариант. Так будет лучше для всех. И не только для них.       — Да, ты права. У тебя скоро свадьба, ты счастлива, я тоже счастлив. — он чувствовал, как слова, произнесённые им, пронзают его внутри, не оставляя и целого места. Внутренности сжимаются под натиском удушающего спазма. Он и не подозревает, что его слова причиняют боль не только ему. Темари, слушая его, медленно опускает веки. Она и сама не знает, чего хочет услышать больше всего из его уст.       Она должна радоваться его словам, но не делает этого. Она говорила себе, что надо надеяться, что он тоже смог обрести счастье и у него все хорошо, но не надеялась. Смятение, поселившееся в ее душе после его прихода и в момент, когда она дала согласие, разрасталось и грозилось обратиться в любой момент в сильнейший шторм, над которым куноичи не будет властна. Чувства всегда были неизведанной территорией для нее. А Шикамару, будь он неладен, в один момент смог откопать все ее чувства, которые она так старательно прятала на протяжении всей жизни, явить миру и обнажить их во всей красе. Этого Темари и испугалась, потому и дала слабину, чего никогда не позволяла себя на поле боя. Но эта битва была иной.       Теперь же куноичи стояла посреди поляны, задумчиво глядя на зелёную траву и совершенно не слушая Аноцу, который то и дело обращался к ней. Внезапно ее взгляд упал на курящего Шикамару, по привычке она нахмурилась от данной картины, а потом так же резко вдруг вспомнила, что уже давно не вправе упрекать его за вредную привычку.       — Что-то не так, Темари? Тебя что-то тревожит. — наконец она обратила внимание на своего жениха, повернувшись в его сторону. Стало немного неудобно, что она задумалась о Шикамару.       — Ничего такого, просто задумалась о миссии. — Аноцу чуть наклонился, чтоб поближе рассмотреть лицо невесты и лично убедиться, что все в порядке. Затем, вздохнув, он выпрямился, решив поверить ей на слово. Темари немного засуетилась. Собравшись с мыслями, она приняла роль командующей и отдала приказ всем собираться и следовать дальше. Им предстоял ещё путь до вечера.       Когда же наконец они добрались до основного места, то к работе подключились ниндзя сенсоры. Выяснилось, что группа нукенинов проходила здесь недавно, они взяли след. Темари довольно ухмыльнулась: все проходило довольно гладко. Такими темпами они должны нагнать преступников уже следующим днём, а она была уверена, что бой будет недолгим, после чего они встретятся со специальным отрядом и передадут им отступников, чтобы те были осуждены по всем законам объединённого альянса шиноби.       Было решено остановиться на привал, дабы хорошенько отдохнуть и набраться сил перед завтрашней битвой. Темари отдала приказ постовым следить в оба глаза, обстановка хоть и казалась спокойной, но остерегаться неожиданного удара все же стоило. После быстрого перекуса пилюлями, куноичи устроилась чуть поодаль, чтоб было легче наблюдать за всеми одновременно. Компанию ей составил Аноцу. Они были уже не в первый раз вместе на миссиях и отлично знали друг друга, Темари могла уверенно доверить свою жизнь ему и потому быстро заснула рядом с ним, успокоив мысли, зная что подле нее близкий ей человек. Доверять было сложно, но они смогли преодолеть все вместе. Перед тем, как окончательно заснуть, в ее голове промелькнула мысль о том, что по большей части доверять другим ее научил именно Шикамару.       Сон был недолгим, куноичи резко раскрыла глаза и приняла сидячее положение. Что-то в один момент заставило её прийти в сознание. Но она не сразу поняла, что именно это было. Оглянувшись, она увидела спящего рядом Аноцу. Как будто почувствовав сквозь дрему ее обеспокоенный взгляд, он открыл глаза и быстро сел, вопрошающе глядя на Темари. Та лишь покачала головой и продолжила осматривать окрестности. Вверху на деревьях сидели шиноби, которые должны были бдить и охранять сон товарищей. Судя по луне, уже приблизившейся к горизонту, стало понятно, что караул уже успел смениться и ночь подходит к концу. Но какое-то давящее чувство не давало покоя девушке, заставляя без конца вглядываться в темень окружающего леса, ища что-то неизвестное.       В этот час Темари не одна проснулась по неясной причине. Шикамару долго не мог заснуть, не доверяя свою безопасность незнакомым шиноби, потому всю ночь ворочался, время от времени открывая глаза и проверяя обстановку. Нормальный сон все никак не шел. Из-за этого дошедший до слуха шорох со стороны Темари тотчас же вырвал шиноби из неглубокого сна. Повернув голову на слабый шум, он увидел оглядывающуюся куноичи и как всегда тревожащегося рядом Аноцу, который всю миссию не отходил от Темари ни на шаг и не давал ей спокойно вдохнуть воздуха, как виделось Наре. Встретившись с ее метающимся взором, Шикамару вопросительно сдвинул брови, но не нашел ответа на ее лице, изображающем слабую тревогу.       Все произошло в одно мгновение: чуть только меж их взглядами завязался немой диалог, воздух прорезал еле слышимый свист и посреди поляны, где остановился отряд шиноби, приземлилась горящая стрела. Глаза присутствующих не сумели вовремя разглядеть взрывную печать, коей была обернута стрела, как раздался мощный взрыв, выведший из строя нескольких ниндзя ударной волной. Паника тут же охватила всех без разбора, подстёгивая действовать наобум и без раздумий. Шикамару старался как можно быстрее встать на ноги и прийти в себя после оглушающего взрыва. Первым делом он кинулся в сторону Темари. А та уже успела расправить веер и встать в боевую позу, ожидая следующего удара. Следуя чёткому алгоритму действий, куноичи быстро прикинула в уме сколько шиноби осталось в строю, готовых вступить в бой. Противник не заставил себя долго ждать. В свете огня из леса стали появляться тёмные фигуры, отбрасывающие длинные тени. На свету блеснуло оружие. Никто толком не успел сориентироваться, как начался бой. У врагов было преимущество в виде фактора неожиданности и взрыва в опасной близости. Все происходило слишком быстро.       Темари не успевала дать достойный отпор, враги наступали именно на нее. Похоже они догадывались, кто был командующей отрядом и кого следовало быстрее нейтрализовать. Но куноичи не собиралась сдаваться без боя. Постепенно веер раскрывался, являя все три луны. Ветер разогнал повсюду огонь после взрыва, усиливая пожар вокруг. Лес незаметно охватило стремительно растущее пламя. Отряд шиноби Суны смог успешно дать отпор отступникам. Темари видела, как их становится все меньше и меньше благодаря слаженной работе отряда. Взгляд зацепился за одного нукенина, который следил за остальными, находясь на достаточном расстоянии и не вступая в бой один на один. Когда стало ясно, что победа будет за ниндзя Суны, этот нукенин преодолел стену из огня и запрыгнул на пока что целое дерево в попытке скрыться, ускользнув от занятых боем шиноби. Куноичи, освободив себе путь одним махом веера, не медля бросилась в догонку. Им необходимо было поймать абсолютно каждого бандита, она не могла упустить даже одного единственного.        Дыхание уже давно сбилось, но Темари продолжала погоню, не теряя из виду фигуру в темных одеждах впереди себя. Темный лес оказался главным препятствием на пути к поимке преступника. Внезапно он остановился на небольшом пустыре. За ним продолжались деревья, за которыми ничего не было видно. Куноичи вслед за ним спрыгнула с дерева, достав веер и уткнув его в землю, готовая в любой момент раскрыть его и нанести удар. Враг огляделся, ища пути отступления, но поняв, что ему ничего не остаётся, кроме как принять бой с джонином Суны, раскрыл полы своего плаща. В ту же секунду в Темари полетели кунаи, противник умело достал их и запустил в одно движение. Реакция куноичи сработала идеально, когда те уже приближались к ее лицу, она мгновенно взмахнула полураскрытым веером, воздушные потоки столкнулись с кунаями, не дав им дойти до цели. Решив не оставаться в долгу, она незамедлительно атаковала техникой ветряного серпа. Поток мягкого, ранее ласкающего кожу ветра обрёл незримую глазу форму и легким движением срезал стволы ближайших деревьев, повалив вековых гигантов. Девушка оглянулась, выискивая врага среди поднявшейся пыли и листьев, чутьё настойчиво твердило, что от подобной атаки не спастись, но не было видно ни тела, ни жалкого клочка одежды. Дыхание перехватило от большого количества потраченной чакры, руки на несколько секунд взялись дрожью, а оседающая пыль вызывала жжение в глазах.       Выхватив из сумки кунай, Темари прикрыла веер, желая дойти до точки, где ранее располагался враг. Глаза начали слезиться, шорох листьев мешал сосредоточиться, чтоб уловить какое-либо движение или иной признак опасности. Где-то внутри промелькнула страшная мысль, что вот она, джоунин Суны, беспомощна на поле боя из-за обычных природных условий. Сомнения душили, враг мог появиться в любую секунду, а Темари никак не может предугадать его удар. Гарантий нет, вдруг он ускользнул от техники, изловчился на минимальный урон и отсиживается в тёмному углу, намереваясь напасть. Задержав дыхание и стараясь не моргать лишний раз, куноичи достигла цели, но и отсюда не стало ясней о судьбе преследуемого.       Носовые пазухи сдавило, воздуха стало не хватать в лёгких, девушка прикрыла глаза на долю секунды, было необходимо перевести дух и собраться с мыслями. Колени подкашивались, перед глазами заплясали мерцающие звездочки. Перехватив крепче кунай, она резко обернулась, проверяя окружающую зону видимости. Темень вокруг лишь усугубляла ситуацию, голые ветви поваленныех деревьев принимали причудливые формы, загораживая дальний фон. Вдохнув побольше воздуха, Темари призвала нити чакры, разбрасывая их вокруг себя на манер маячков — любое колебание воздуха теперь давало подсказку куда следовать, куда бить. Ориентироваться стало проще: враг стоял рядом, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, молчаливо продумывая план действий по захвату куноичи. Заполучив жалкие секунды, Темари метнула кунай, куда указывали нити. Промахнулась, но это и нужно было. Отвлеченное внимание врага проморгало очевидное — веер в руке, пусть и не до конца раскрытый, создал новый поток, пригвоздивший тушку мерзавца к стволу. Зрение немногим прояснилось, пусть на ресницах и продолжали висеть крупные слезы, но теперь, не ориентируясь по одному лишь воздуху, появилась чёткая мишень для следующего лезвия. Новый кунай казался не таким острым, как следовало, но правильное использование в натренированной руке могло и простую палку сделать оружием.       Выпрямившись, девушка ощутила головокружение, желудок моментально сжался. Глаза вновь утонули в океане мутного тумана, цель расплывалась ярким пятном. Боясь окончательно потерять контроль, Темари метнула оружие, вложив через руку достойное количество чакры для пущего усиления, для остроты. По телу волной прокатилась слабость, девушка еле устояла на ногах. Как только взгляд прояснился, она увидела лишь воткнутый в ствол кунай, перед этим услышав характерный хлопок. Теневой клон. Темари вслух выругнулась. Теперь стоило ждать ответного удара с любой стороны. И стоило этой мысли возникнуть в голове, как слева к ней из тьмы выпрыгнула вражеская фигура. Ему удалось быстро сократить дистанцию между ними, чтобы куноичи больше ничего не оставалось, как принять ближний бой. Темари не успела как следует выставить блок, как удар чужой ногой пришелся на живот, отбросив на пару метров назад. Враг не собирался останавливаться и уже приготовился нанести новый удар, но она успела вовремя отскочить назад, прежде чем его нога встретилась с землёй.       Несколько прыжков назад, и вот куноичи снова окружают деревья, до слуха дошел слабый звук воды, но было некогда рассуждать о том, где здесь поблизости ручеёк. Продолжая медленно пятиться назад, Темари приняла боевую стойку, посильнее сжав кулаки и готовясь обороняться и атаковать в ответ, но враг не последовал вслед за ней. Он вновь скрылся в тени деревьев и не показывался. Куноичи с тревогой вглядывалась в темные силуэты деревьев, ища один единственный, принадлежащий врагу. Где-то впереди раздались еле различимые звуки шагов, кто-то по неосторожности наступил на упавшие ветви, от чего с глухим треском сломались. Темари ускорилась, все больше увеличивая расстояние между ней и врагом, который, как чувствовала куноичи, собирался неожиданно ударить спереди, но у него это точно не выйдет. Она со всей аккуратностью медленно ступала назад, стараясь быть как можно бесшумнее, почему-то земля под ногами становилась все более рыхлой.       Внезапный свет от огромного пламени осветил всю округу, ослепив на мгновение глаза. Огненная техника. Гигантский поток огня стремительно несся прямо на Темари, грозясь испепелить ее в один миг. Она инстинктивно завела руки за спину, чтоб выхватить веер и попытаться отбиться сильными потоками воздуха, но с ужасом осознала, что ее верное оружие было отброшено во время краткого ближнего боя, она не смогла его разыскать в темноте, больше опасаясь за свою жизнь, когда враг практически прижал ее к стенке, нападая исподтишка с разных сторон, очевидно хорошо зная местность и умело пользуясь этим в бою.       Соображать не было времени, ей срочно следовало уклониться от мощной атаки. Ещё один шаг назад оказался очень не кстати. Она и не заметила, как подобралась к самому краю, преодолев деревья и кустарники, за которыми не было видно огромной пропасти, на дне которой бурным потоком бушевала река. Земля на оступе начала обваливаться под тяжестью тела, Темари в панике оглянулась через плечо. Едва появившийся страх беспомощности перед опасной стихией молниеносно сменился на головокружение от открывшейся картины глубокой темной бездны, куда ее усиленно тянула сила притяжения. Это мгновение промедления ей стоило слишком дорого. Огонь уже был готов поглотить ее тело, неожиданно оказавшееся таким маленьким и хрупким перед вражеской техникой.       — Темари!!! — громкий крик раздался, казалось, со всех сторон одновременно. Этот голос куноичи ожидала услышать в самую последнюю очередь. Она не успела и оглянуться, как словно из ниоткуда появилась темная фигура и, схватив, повалила ее вниз. Бушующее пламя уже было готово поглотить их, но они уже летели прямо в пропасть. Не успев до конца все осознать, Темари наблюдала за тем, как обрыв стремительно отдалялся, уходя ввысь, а в ее глазах отражалось озарившее всю округу огромное пламя. После этого ее тело со всей силой столкнулось с толщей воды. От шока и резкого холода, она раскрыла рот и начала судорожно глотать воду. Последнее, что она ощущала, как ее тянули куда-то за руку.       Как только банда нукенинов начала нападение на отряд, Шикамару уже был в полной боевой готовности и не спускал взгляда с командующей отрядом. Он нисколько не сомневался в ее силе и навыках, но не мог себе позволить пренебрегать безопасностью самой важной для него женщины, даже если она против этого. Весь бой он сохранял дистанцию и не давал врагу подойти к нему слишком близко, лишая возможности использовать его техники. Пожар был как нельзя кстати. Когда же отступников стало намного меньше, Шикамару заметил их главаря, уже искавшего пути отступления. И ему всё-таки удалось скрыться в лесной чаще, но, как назло Наре, за ним ринулась Темари. В той стороне был густой лес, а небо затянуто облаками, от чего там была кромешная тьма. Его техники без единого источника света бесполезны, но он не мог оставить все на самотёк, не в случае с Темари. Отбившись от одного из врагов, он рванулся за уже скрывшимися в лесу беглецом и преследовавшей его куноичи. В запасе оставалось несколько кунаев и сюрикенов, и Шикамару мог надеяться только на них.       Поначалу он слепо бежал в одну сторону, надеясь, что они никуда не повернули и он следует за ними. Когда до него долетели небольшие порывы ветра, он убедился, что движется в верном направлении. Лес постепенно начал расступаться перед ним, пока ему не открылась картина сплошь поваленных деревьев. Искать их пришлось по слабым звукам ударов и летящих кунаев. Он подобрался к Темари в самый нужный момент: когда из тьмы из-под нагроможденных стволов деревьев появился враг и собрался повергнуть куноичи огненной стихией, а та оказалась безоружной, шиноби Листа не раздумывая бросился к ней. Видя, как она почти оступилась на самом краю пропасти, Шикамару крепко схватил ее и не отпускал, пока они падали вниз. Течение реки мощным потоком уносило их прочь, пытаясь разъединить, но Нара смог вынырнуть на несколько мгновений, чтоб вдохнуть воздуха перед тем, как вода снова поглотит его. Темари уходила вниз. Держа ее руку мертвой хваткой, он изо всех сил тянул ее к себе, попутно стараясь держаться на плаву. Река все дальше мчалась с безудержной силой, унося с собой двоих шиноби.       Со временем русло реки расширилось, а течение перестало быть таким сильным. Скалистые склоны с двух сторон постепенно меняли очертания, пока не превратились в пологие берега. Прижимая куноичи к себе со спины, Шикамару с большим усилием начал плыть в сторону ближайшего берега. Девушка была без сознания, поэтому он старался добраться до суши как можно быстрее, чтоб убедиться в том, что жизни куноичи ничего не угрожает. Сердце уже стучало с безумной скоростью, одышка не заставила себя ждать, оставалось совсем чуть-чуть до того, как он окажется на твёрдой земле и сможет спокойно выдохнуть.       Аккуратно взяв Темари на руки, шиноби тяжело шагал по мелководью. Ноги утопали в илистом дне. Пройдя достаточное расстояние от воды, он бережно положил ее на землю, уже готовый оказать первую помощь. Пульс был слабым, но самое главное, что он был. Как только он собрался приподнять ее, девушка подала признаки жизни, сморщив лицо в попытках свободно вдохнуть воздух. Шикамару помог ей привстать, чтоб та откашлялась и избавилась тем самым от излишков воды внутри. После этого она окончательно пришла в себя, недоверчиво осматривая окружающую местность, в том числе и спасшего ее шиноби.       Нахмурившись, Темари с запозданием начала прокручивать в голове все произошедшее. Мокрая одежда неприятно осела на кожу, обволакивая холодом. Остатки воды до сих пор мешались где-то в носоглотке. А ко всему прочему ситуацию дополнял сидящий рядом Шикамару, обеспокоенно и неотрывно глядящий на нее. Первым, что пришло в очищенную от ненужных мыслей голову, был нелепый вопрос:       — Где мы? — девушка слегка поежилась от холода, что не осталось незаметным для глаза опытного шиноби.       — Хотелось бы знать. Мы достаточно далеко уплыли от места схватки. — ниндзя быстро оглянулся, по привычке оценивая ситуацию, но сейчас его взгляд не дал нужных подсказок: местность была незнакомой, да и темнота заметно мешала. Они находились на берегу небольшого озера, окаймленного со всех сторон густым лесом. Можно было предположить, что они на территории страны Огня, но точных сведений они не имели. — Тебе холодно? — Шикамару с тревогой взглянул на куноичи, положив руку ей на плечо.       — Нет. — Темари отвела взгляд. Непонятно было, зачем она ему соврала, поддерживая свой образ бесстрашной куноичи, которой неведомы людские невзгоды и такие мелочи, как холод. Тем более это было неуместно после того, как она потеряла сознание в воде и ее вытащил из нее Шикамару. Она прикусила губу в попытке отвлечься от неприятных мыслей. Она могла умереть, но ее спас шиноби из Конохи, которого она меньше всего ожидала увидеть в столь роковой момент. Она сейчас сидит на этом берегу и дышит только благодаря ему, но слова благодарности не спешат выйти наружу. Куноичи снова в смятении, на душе вновь неспокойно, как и во время миссии до нападения нукенинов, как и до нее, когда началась подготовка к свадьбе после того, как Шикамару вступил за порог ее дома. А пауза тем временем затягивалась, поэтому необходимо было перевести тему, пока он ничего не заподозрил в ее поведении. А он как раз внимательно пронизывал ее своим взглядом.       — Понятно. — шиноби без лишних слов начал расстёгивать свой жилет, чего не сразу заметила девушка.       — Думаю, надо подняться наверх по течению. Может быть, мы сможем переправиться на тот берег, только непонятно, сколько времени займет возвращение к точке перевала. Да и возможно, что битва уже давно закончилась и на наши поиски были отправлены отдельные отряды... Эй, ты что делаешь?! — Темари уставилась на Шикамару, стягивающего с головы свой зелёный жилет.       — Раздеваюсь. — невозмутимо ей ответил джонин. — Не стоит просиживаться в мокрой одежде, можно и заболеть. Тебе тоже советую раздеться, тебе ведь и так холодно, что бы ты не говорила. — он остался в одной водолазке, прилипшей к телу.       — Ч-что? Раздеться? — куноичи неверяще смотрела на шиноби, готовившегося уже снять и водолазку.        — Да, Темари. Раздеться. Ты и сама знаешь, что так быстрее согреешься. Я попробую отыскать хвороста и развести огонь, но лучше все равно избавиться от мокрой одежды. — стянув с себя и водолазку, Шикамару поднялся и последовал в сторону леса, оставив девушку одну.       Темари в замешательстве осталась сидеть на земле и смотреть вслед уходящему шиноби. Он ушел не очень далеко, начав собирать мелкие ветки у подножия леса. Девушка, вновь погрузившись в свои мысли, медленно приступила к снятию с себя насквозь промокших брони, сумки для кунаев, перчаток, обувь и другой одежды, пока не осталась в одной блузе и шортах. Временами она ежилась от холода, вцепившегося в кожу в виде капель воды. Она обхватила колени руками и положила на них голову. Поток мыслей бурным течением, подобно той самой реке, в которую они угодили, захватил голову куноичи. Что там с ее отрядом? Скорее всего, Аноцу взял командование в свои руки, ему уже не привыкать, опыт и ранг позволяют, к тому же он отлично знает Темари и не раз подменял ее в важных делах. Безусловно, он ищет ее. Он не вернётся домой без нее. С нукенинами должно быть уже покончено, найти главаря не составит много сил. Да и они с Шикамару как можно скорее вернутся к отряду, возможно быстрее, чем те сами найдут их. Казалось бы, ни к чему лишние переживания, все почти разрешилось и проблем не наблюдается, но что-то все равно гложило Темари изнутри, скребя ее душу в желании выйти наружу.       — Темари. — Шикамару незаметной тенью подошёл к куноичи, заставив ту вздрогнуть от неожиданного голоса. Она тут же повернулась к нему, ожидая его следующих слов, будто от них зависела ее жизнь. — Сейчас я разведу огонь. Подожди немного. — Нара сразу уловил нервозность в ее движениях и крайнее волнение во взгляде. Что-то было не так. Он и сам чувствовал смятение от сложившейся ситуации, не только из-за того, что они отбились от остального отряда и находились на неизвестной территории, но ещё и из-за причин, которых он и сам толком не мог объяснить.       Сложив ветки в кучу, он достал из кармана жилетки сыроватую зажигалку, несколько раз пощелкав ею, его глазам наконец предстал долгожданный слабый огонек, которым он немедленно поджёг одну веточку. Постепенно огонь начал охватывать и остальной хворост, разрастаясь и нагревая воздух вокруг. Со временем шиноби, сами не замечая того, начали приближаться ближе к огню и друг к другу. Осознав всю интимность обстановки, они почти одновременно отвели взгляды, буравя ими землю. Казалось, что витавшую в воздухе неловкость можно пощупать руками. Первым осмелился нарушить тишину Шикамару:       — Темари... Я думаю, нам стоит поговорить.