Морсмордр
24 августа 2022 г., 13:00
Беллатриса Лестрейндж бежала по лесу, напевая: «Убьем полукровку, убьем полукровку, выполним задание Темного Лорда». Эхо подхватывало ее голос и разносило по лесу.
— Белла, потише, — возмущенно пробормотал Рудольфус. -Ты слишком шумишь.
Хотя на самом деле его продвижение через чащу создавало не на много меньше шума.
Беллатрисса же скорее танцевала, чем бежала. Ее ноги едва касались земли, а темные локоны развивались так, словно она спешила на праздник. Девушка улыбнулась мужу.
— Не убивай все веселье, — надулась она, грациозно перепрыгивая через поваленное дерево. — Темный Лорд выбрал нас для этого! Это важно. Он нам доверяет! Доверяет! Темный Лорд доверяет нам важные задания!
Не в силах сдержаться она снова запела. Рудольфус отчетливо понял, что ничего не сможет с этим сделать.
Сказать по правде, Белла раздражала Рудольфуса сильнее, чем он любил ее. Он и женился скорее по необходимости, чем из-за чего-то еще. Они оба были чистокровными, к тому же — примерно одного возраста. Она была слишком влюблена в Темного Лорда, чтобы обратить внимание на кого-то еще. Впрочем, продолжению рода это не мешало, а большего просто было не нужно.
Когда наконец показался дом, он взял ее за руку, призывая к тишине.
— Мы почти на месте, — тихо произнес Рудольфус.
Белла замолчала. Лицо ее приняло хищное выражение. Как у львицы, заметившей добычу. Они притаились в кустах на самой границе участка и осторожно заглянули за невысокий забор. Свет в доме горел только на первом этаже. Рудольфус усмехнулся.
— Вон то окно, — сказал он, указывая на окно рядом с деревом, ветви которого доходили почти до земли. — Через него мы попадем внутрь.
Белла тяжело дышала от предвкушения или быть может от энергичного бега-танца через лес.
— Идем.
Они стремительно пересекли залитый лунным светом сад.
* * *
Июнь подходил к концу, и вечером было куда прохладнее, чем днем. В небе серебрилась полная луна. Римус Люпин был в старом бомбоубежище на заднем дворе. Лайалл, уставший после долгого рабочего дня, полного вопросов и переживаний, связанных с новым Обществом, дремал в гостиной, обложившись газетами. Хоуп с улыбкой посмотрела на спящего мужа. Она отложила в сторону спицы, которыми вязала новый свитер для сына взамен старого, который тот наверняка уже разорвал в клочья, и поднялась на ноги. Женщина подошла к мужу, аккуратной стопкой сложила газеты на кофейный столик и, легко поцеловав мужчину, забрала чашки, чтобы отнести их на кухню и помыть. Шум бегущей воды заглушил для нее грохот наверху. Это Рудольфус Лестрейндж упал, запнувшись о стопку книг, почему-то находившуюся посреди комнаты. — Эписки, — прошипела Беллатриса, направляя палочку на мужа и останавливая кровотечение. Они добрались до постели, Рудольфус жестом велел Белле заходить с другой стороны. Под одеялом определенно кто-то лежал. Беллатису переполнял энтузиазм. Она беззвучно изобразила, как хлопает в ладоши, довольная, что может услужить Темному Лорду. Рудольфус потянулся к одеялу и резким движением сдернул его. «Авада Кедавра», — прошептали оба волшебника. Зеленые лучи врезались в кровать и наткнулись на подушку, засунутую под одеяло. Во все стороны разлетелись перья. Беллатриса пискнула от удивления, попятилась назад и споткнулась о ту же стопку, что и ее муж. Хоуп подняла взгляд. На этот раз она услышала грохот. Женщина выключила воду. Решив, что это прилетела сова кого-то из друзей Римуса, она вытерла руки о передник и отправилась забирать письмо. — Говорила же ему закрывать окно перед уходом, но разве он слушает? О, нет! Слышит только то, что хочет. Прямо как его отец, — жаловалась она сама себе, поднимаясь по лестнице. — Волчий слух, поэтому точно все слышит. Просто не слушает. Как будто это что-то безумно… Она поднялась на второй этаж, толкнула дверь в спальню сына и… — Авада Кедавра! Лайалл Люпин проснулся от громкого крика. Он огляделся, пытаясь понять, где находится и что происходит. Ему снилось, что он снова на том тропическом острове, куда ездил с Хоуп вскоре после свадьбы. Мужчина зевнул и, лениво потянувшись, сел в кресле. Чашек не было, и он, поднявшись, пошел на кухню. — Хоуп? Дорогая? — позвал он, но ответа не последовало. На кухне никого не было. Лайалл внимательно огляделся. Посуда была вымыта ровно на половину. У мужчины возникло неприятное ощущение. Что могло прервать ее? — Хоуп? Где ты? Он выглянул в окно и заметил пару фигур, бегущий по газону. Сердце забилось быстрее. Мужчина выскочил из дома во двор. — Стойте! — крикнул он вслед убегающим. — Кто вы такие? Что вы забыли на моем участке? Он бежал за ними, но догнать не сумел. Лайалл слышал, как один из них — определенно женщина — рассмеялась прежде, чем легко перемахнуть через забор и скрыться в лесу. Вторая фигура остановилась у забора, повернулась лицом к дому, и Лайалл отчетливо услышал произнесенное заклинание: «Морсмордр!». Голос принадлежал мужчине, но разглядеть его черты в темноте не представлялось возможным. Также, как и его спутница, мужчина скрылся в лесу. Неприятное зеленоватое свечение заполнило ночь, и Лайалл Люпин, развернувшись, увидел прямо над своим домом яркое пятно. Пятно в форме черепа и обвивающей его змеи. Мужчине показалось, что сердце его сейчас остановится. Он уже видел этот знак раньше. — Воландеморт, — прошептал он и бросился к дому. Паника сжигала его изнутри, пропитывая своим ядом каждую клеточку тела. — Нет. Нет. Пожалуйста, нет, — бормотал он, открывая дверь и входя внутрь. — Хоуп! — он позвал любимую так громко, что она должна была услышать, где бы не находилась. Ответа не было. — Хоуп! Лайалл взбежал по лестнице на второй этаж, молясь всем богам, чтобы она просто спала в их общей спальне. Но стоило ему добраться до верху, как сердце ушло в пятки. Дверь в комнату Римуса была открыта и оттуда… Он увидел ее руку. Жемчужный браслет — подарок на свадьбу — сверкающий в серо-зеленом свете, сочащемся через окно. — Хоуп, — всхлипнул мужчина, падая на колени рядом с женой.* * *
Джеймс Поттер завтракал, когда в комнату вошел Карлус с газетой в руках. Лицо его было бледным. — Черт возьми… — пробормотал он. — В чем дело, дорогой? — спросила Дора, не отрываясь от плиты, где жарился бекон. — Убили жену сотрудника Министерства, — ответил Карлус, как-то странно глядя на газету. — В их собственном доме, — он нахмурился. — Аластор Муди считает, причиной нападения стала брошюра, что мы получили пару дней назад. Про Общество Связей с Магглами. Дора тоже нахмурилась. — Нет. Джеймс поднял взгляд. — Муди вел у нас Защиту от Темных Искусств во втором полугодии. После того, как Тутман уехал, — сказал он с набитым ртом. — Правда? — спросил Карлус, хотя было заметно, что мысли его заняты другим. Он перечитывал статью в Ежедневном Пророке. — Черт, — пробормотал он, тряхнув головой. — У них есть сын. Примерно тебе ровесник, Джеймс, может вы знакомы? Карлус показал Джеймсу фото семьи. Джеймс выронил вилку. — Римус! Дора взволнованно посмотрела на сына. — Вы знакомы? — Это мой приятель! — крикнул мальчик. — Это была его мама? — его замутило. — Блин… В взгляде Карлуса читалось раскаяние. Джеймс отодвинул тарелку. Аппетит пропал. Даже от запаха еды его воротило. Он смотрел на фотографию Римуса и его родителей. На фото Римус выглядел младше, чем в их последнюю встречу. Наверное, сделали прошлым летом. Если верить надписи, во время отпуска во Франции. — Я пойду наверх, — сказал Джеймс. — Мне нужно написать ему. Карлус кивнул и забрал газету обратно. Джеймс вбежал в свою комнату, вытащил кусок пергамента и какое-то время просто смотрел на него, не зная, что сказать. У него не было подходящих слов. Мальчику безумно хотелось, чтобы его чувства сами излились на бумагу. Так было бы куда проще. — Джеймс! Из зеркала донесся голос Сириуса. Джеймс оставил пустой лист на столе и взялся за зеркало. Перевернув его, мальчик увидел друга. Тот был взлохмаченнее, чем когда-либо. — Здорово, — вздохнул Джеймс. Он перенес зеркало на стол, размышляя, как лучше сообщить Сириусу о произошедшем. — Я скоро свихнусь, — сказал Сириус. — Домовой эльф моего брата ходит за мной по пятам, — он хмуро посмотрел на что-то, что не было видно в зеркало. — Ненавижу этот дом. Джеймс решил, что нет смысла ходить вокруг да около. Воландеморт убил маму Римуса. Сириус замер. — Что? — выдохнул он. Джеймс почувствовал себя крайне неудобно. — Мама Римуса мертва, и Муди в газете говорит, что это из-за того, что его отец защищает права магглов. Сириус сглотнул. — Я хочу написать ему, чтобы он знал, что его друзья с ним, понимаешь? — продолжал Джеймс. — Но не знаю, что сказать, — мальчик пожал плечами. — У меня раньше не было знакомых, у которых умер кто-то из родителей. Сириус вдруг очень разозлился. — Ненавижу Темного Лорда, — прошипел он. — Ненавижу его! На глаза навернулись злые слезы, и Джеймс узнал ту пламенную ненависть, с которой Сириус сказал тогда, что собирается в Запретный Лес. — Я знаю, — кивнул Джеймс. — Я тоже его ненавижу.
