Protective Mama Bear Dream

Леденящий кровь крик пронзил тишину коттеджа, заставив Шлатта вскочить, его мозг был немного затуманен от того, что он только что проснулся, пока не понял, что крик исходит из комнаты Дрима, и он немедленно бросился туда. Он ненадолго задержался за дверью, не желая вторгаться в частную жизнь Омеги, но душераздирающие рыдания, доносившиеся изнутри, подтолкнули его к краю, и он быстро ворвался внутрь только для того, чтобы увидеть, как Дрим мечется в своем гнезде, когда крики и рыдания вырываются из него. Шлатт прикусил губу, присев на корточки рядом с гнездом, и порылся в своем мозгу, пытаясь придумать, как утешить блондинку, не заходя в гнездо, поскольку ему не хотелось, чтобы разъяренный Омега выцарапал ему глаза. — Мечта тебе нужно проснуться, это просто кошмар, он не может навредить тебе, ты в безопасности, — успокаивающе скащал он, но его слова остались без внимания, поскольку Мечта продолжал метаться и всхлипывать. — Папа, пожалуйста! Это вредит! Пожалуйста, остановите это! — Дрим прерывисто всхлипнул, от чего у Шлатта кровь застыла в жилах. Он в отчаянии посмотрел на край гнезда, прежде чем принять решение: слова ничего не дадут, а действия приведут. — Будь прокляты последствия, — пробормотал он, войдя в гнездо и притянув Дрима в утешительные объятия, издавая успокаивающее урчание, чтобы попытаться вытащить Омегу из его кошмара. — Все в порядке, Дрим, все будет хорошо, никто не причинит тебе вреда, — тихо пробормотал он, нежно проводя пальцами по волосам блондина. Дрим сделал пару прерывистых вдохов и медленно моргнул, открывая глаза, одновременно осознав несколько вещей. Успокаивающий аромат кофе, успокаивающее урчание Альфы и мягкие заверения Шлатта. — Шлатт? — он устало пробормотал, взглянув на гибрида барана, который вздохнул с облегчением, увидев, что он проснулся. — Привет, Дрим, как ты себя чувствуешь? — тихо спросил он, и Дрим немного смущенно моргнул, прежде чем остатки кошмара ударили его по лицу. — Блядь, прости, что разбудил тебя, — пробормотал он, собираясь отстраниться, но Шлатт только издал тихий неодобрительный звук, притягивая его ближе. — Все в порядке, ты буквально спас меня от смерти, так что я не против помочь тебе с кошмаром, — успокаивающе пробормотал он, и Дрим устало вздохнул. — Ты, наверное, хочешь знать, о чем это было, а? Он устало пробормотал, но Шлатт лишь тихонько напевал, продолжая запускать пальцы в волосы Дрима. — Тебе не нужно говорить об этом, если ты не хочешь, — мягко заверил он, что заставило Дрима немного сгореть от облегчения. — Спасибо, — пробормотал он, и Шлатт промычал в знак признательности. — Давай поговорим о чем-нибудь другом, хорошо? Отвлекись от этого, — предложил он, и Дрим кивнул в знак согласия, это звучало мило. — Так ты действительно можешь оживлять мертвых? Шлатт с любопытством спросил, что заставило Дрима весело хихикнуть. — Технически у меня есть способность, но я поклялся, что никогда ею не воспользуюсь, — объяснил он, что заставило Шлатта с любопытством наклонить голову. — Почему? — спросил он с любопытством. — Вмешательство в смерть может иметь серьезные последствия, и, кроме того, я слишком уважаю Кристин, чтобы вмешиваться в ее дела, — объяснил он, и Шлатт понимающе кивнул. — Какие последствия? — он спросил, что заставило Дрима на мгновение задумчиво наклонить голову. — Это может варьироваться в зависимости от причины воскрешения, вы можете потерять одно из своих чувств и стать немым, глухим или слепым, у вас могут быть вечные кошмары, нескончаемая боль или, в самых экстремальных обстоятельствах, смерть, — наконец объяснил он, чем вызвал удивленный шум от Шлатта. — Если последствия такие крутые, почему админов учат пользоваться этой возможностью? — спросил он в ужасе, и Дрим немного скривился. — На самом деле этому больше не учат, и большинство администраторов в настоящее время понятия не имеют, что эта способность вообще существует. Это было довольно распространенной практикой в древние времена, прежде чем это было стерто из истории из-за последствий, вот почему это было в вашей книге, поскольку некоторые администраторы не хотели забывать эту способность, — объяснил он, и Шлатт издал тихий звук понимания, прежде чем с любопытством взглянуть на него. — Так откуда ты знаешь, как это сделать? — он спросил, что снова заставило Дрима поморщиться. — Моя семья со стороны матери была одним из администраторов, которые не хотели забывать об этом, потому что это был один из моих предков, который первым открыл эту способность, — объяснил он, что заставило глаза Шлатта расшириться от шока. — У нее были только самые чистые намерения, поскольку она просто хотела вернуть своего маленького сына, который погиб в ужасном несчастном случае, поэтому ее последствием было просто то, что она стала бесплодной. Но ей было все равно, потому что она вернула своего сына, на самом деле, она, вероятно, даже не осознавала, что были последствия, и именно поэтому она поделилась этой способностью, — продолжил он объяснять, когда на его лице появилась легкая хмурость. — Сначала люди использовали его только в самых экстремальных обстоятельствах, но жадность — это человеческая природа, и вскоре люди пытались создавать армии из возрожденных, именно по этой причине XD бог, который даровал моей семье их админскую кровь, лишил их способностей, пока я не родился, — закончил он объяснять когда он поднял руку, чтобы позволить зеленой магии танцевать на его пальцах. — Именно благодаря этим силам я все еще жив, — тихо пробормотал он, позволив магии исчезнуть, в то время как Шлатт инстинктивно прижал его ближе. — Что случилось? — тихо спросил он, и Дрим устало закрыл глаза. — Моя мать смогла сразу сказать, что у меня кровь администратора, и она, и мой отец использовали мои способности изо всех сил, на самом деле, если бы я не представился как омега, они, вероятно, все еще использовали бы меня для выполнения своих жадных желаний. — он тихо пробормотал, от чего глаза Шлатта на мгновение вспыхнули красным. — Что вы имеете в виду, если бы вы не представились как Омегу? — он спросил серьезно. — Они были традиционалистами, и даже обещание того, что мои силы могли бы дать им, помешало бы им избавиться от меня. Это стоило им жизни, но оставило меня поврежденным, — объяснил он, слегка приподнимая рубашку, чтобы показать свой шрам, что вызвало защитное рычание, вырвавшееся у Шлатта, когда он еще крепче обнял Дрим — Никто никогда больше не причинит тебе боль, — серьезно поклялся он, и Дрим немного удивленно моргнул, прежде чем обнять Шлатта в ответ, в то время как несколько слезинок скатились по его щекам, чувствуя себя на удивление в безопасности в объятиях Альфы, это было похоже на то, как он представлял себе отцовские объятия.