Вперёд, за журавлём!

      А пока Воисвет и Святослав думали, как вытащить Дару из лап смерти, по глухой лесной тропинке, окружённой со всех сторон многолетними деревьями и колючими кустарниками, передвигалась неизвестная фигура высокого юноши примерно восемнадцати лет. Светлые волосы до плеч были слегка взъерошены, а алые, как свежая кровь, глаза готовы были закрыться в любую минуту.       Неизвестный шёл, пошатываясь то в одну сторону, то в другую, чуть ли не падая от каждого такого шага. По его состоянию было легко определить, что юноша был очень сильно пьян. Высокие стены из старых деревьев как будто сфокусировали взгляд только на нём, словно он нёс беду за собой и за всеми, кто пойдет за ним. Листва шелестела, шепча что-то по поводу в стельку пьяного прохожего.              Юношу остепенил неожиданный хруст ветки за спиной. В хмельной башке что только не придумаешь, да и тем более ночью, когда ты идёшь совсем один. Парень обернулся — никого.       Видимо, померещилось. Он повернулся обратно и обомлел. Перед ним из ниоткуда появилось двое человек: две фигуры примерно пятнадцати лет. Обе схожи как две капли воды! Одинаковая одежда, представляющая из себя костюмы из тёмно-коричневой ткани; чёрных, как самая глубокая ночь, длинных плащей и поясов, на которых висели кинжалы. Оба смотрели на неизвестного, как на добычу, хотя по маленьким ушкам и пушистым хвостам сзади можно было определить, что эти ребята из племени белок. Откуда они тут взялись? Нет, даже не так: зачем двум бельчатам следить за кем-то посреди ночи?       Двое посмотрели на юношу, который был намного выше них, и улыбнулись хитрыми и азартными улыбками, а зелёные глаза засверкали, будто были готовы сорвать джекпот.       — Бель *ик* чата, идите *ик* домой… — пробормотал неизвестный и хотел было пройти, но стоящие перед ним не дали ему этого сделать и оттолкнули его назад.       — Сдурели, мелкие? — пьяным голосом заворчал парень.

Сзади!

      Сзади него послышался шорох листьев, как от шагов. Юношу схватили за плечо и повернули в другую сторону.       Перед собой он увидел мужчину, который был выше него. Жёлтые глаза пробирали его насквозь, словно хотели распотрошить его прямо здесь и съесть со всем, что у него есть. Этот же мужчина был одет так, словно за смерть этого юноши отвечает именно он: чёрный костюм с длинными рукавами, огромный капюшон, сквозь который были видны только сияющие глаза, а на талии, как и у бельчат, висел кожаный пояс.       Неизвестный выхватил свой кинжал, который при лунном свете засиял, как драгоценный камень, и с ужасающим шипением прошептал парню на ухо:       — Веди учёного, наследника и заключённую на запад. Если не сделаешь так, как я сказал — уже не очнёшься. Эти ребятки будут следить, чтобы ты не смухлевал, — и тут юноша ощутил удар по голове чем-то тяжёлым, похожим на камень. Парень упал на холодную землю, и последнее, что он увидел, был уходящий силуэт неизвестного мужчины.       Молодой человек проснулся только на рассвете. Нежные лучи солнца освещали светлые растрёпанные волосы. Глаза казались уставшими и вымотанными. Юноша кое-как встал с холодной земли и опёрся на ствол дерева.       «Рода* ради, больше не притронусь к чёртовому вину! Что вчера происходило…» — подумал про себя юноша. Слова неизвестного ему человека крутились у него в голове, повторяясь всё снова и снова.       Шатаясь, он встал с земли. Воспоминания о вчерашнем дне были как в тумане, но тот диалог ярко впечатался в его память. Страх, пробирающий до мозга костей, понёс томными шагами к месту, где должна была случиться расплата за убийство вожака зайцев.       И вот он дошёл до чёрного входа в злополучное здание, где встретил трёх: наследника племени медведей, учёного и Дару, которую должны были казнить с минуты на минуту.

***

Последние лучи заходящего солнца освещали водную гладь, окрашивая воду в цвет лепестков пылающего огня, горящего на берегу в кострах, через которые прыгали юноши и молодые девушки. — Как же тут красиво… — с этими словами несколько девиц с красивыми венками из различных цветов и трав, смеясь и улыбаясь, взяли девушку за руки и потянули её в реку. Их улыбки притягивали, словно магнитом, а сияющие раздором и весельем глаза заставляли следовать за собой. Они затащили её в воду, нарушая спокойствие реки радостными возгласами и беспорядочными всплесками. Чтобы река взбунтовалась, понадобилось несколько секунд. Некогда спокойные воды начали колыхаться, набирая волны. Река веселилась вместе с ними, заманивая всё дальше и дальше в свои водные владения. Девушки начали нырять в безграничное водное царство с головой, стараясь искупаться в волю до захода последнего луча солнца. Неизвестно, сколько прошло с момента их захода в воду. Может, они плескались всего лишь несколько минут, а может, прошло уже несколько часов. В любом случае, девушки уже вышли из воды. На берегу была вся компания, кроме одной девушки. Все веселились вне водных простор, не замечая, что не хватает лишь одного человека — Дары. С самого начала она отплыла подальше от посторонних глаз на самую глубину реки. А когда толща воды стала успокаиваться от бурных игр, девушка выплыла из своего убежища в середину водной глади. Глубина реки словно гипнотизировала, заставляя опуститься в свои владения и остаться в ней навсегда. Все мысли о тёмном и неизведанном дне подталкивали девушку опуститься в воду с головой. Погрузившись на глубину, она открыла глаза. Открыв глаза, она увидела лишь мрак подводного царства и ничего более. Единственное, что она могла сделать — нащупать пальцами рук разнообразные формы камней. Она всплыла на поверхность и поплыла к берегу. Дара вышла на сушу и увидела своих новых знакомых, сидящих у костра. Её восхищениям вечерним пейзажем не было предела. На вид безграничная гладь реки становилась всё темнее и темнее с каждым уходящим солнечным лучом и появлением каждой, даже маленькой звезды. На лицах людей сегодня не было серьёзных и безразличных масок. Это всё сменили улыбки и глаза, наполненные неизведанным счастьем. Как же хорошо на душе… Почему это не может длиться вечно? Что мешает людям быть счастливыми вне праздников и торжеств? Всё было хорошо, пока пол под ногами не начал замерзать, как в самую лютую и холодную зиму, какая только и могла быть в царстве Тайги. Дару в момент переклинило, и из царства грёз она переместилась в жестокую реальность, где с минуты на минуту её поведут на эшафот. — Дара! — раздался голос сзади неё. — Я так скучал по тебе! Девушка обернулась. За железной решёткой стоял её друг Воисвет, а рядом с ним был какой-то незнакомец. — Ты можешь не орать? Сейчас охрана придёт, и ты её точно не увидишь! — недовольно пробормотал незнакомец, вставляя ключ в замок. — Я просто рад, что в этом такого? — Воисвет с возмущением посмотрел на своего знакомого. — Если будешь так орать — нас выгонят отсюда с волчьим билетом! — с явным недовольством сказал тот и пихнул мальчишку плечом, лишь бы он ему не мешал.       — Да ты сам тут орёшь, а я ничего! — сказал Воисвет и отобрал у учёного место у замка.       Их споры и попытки открыть камеру выглядели очень смешно, что заставило Дару улыбнуться в столь непростое время.       Через пять минут сквозь продолжительные ссоры решётка отворилась и Дара оказалась на свободе. Они побежали к чёрному входу, где наткнулись на неизвестного юношу, который явно не хотел, чтобы они ушли.       Бежавшие к выходу не могли и слова проронить. Никто из них не ожидал увидеть на пути незнакомца.       — Куда-то собрались? — сказал тот с хищным оскалом и горящими, как огонь, глазами. Юноша стоял у входа, и по нему можно было сказать, что он ждал их.       — Кто ты такой? — с неким страхом и недоумением спросила Дара.       — Сейчас это не так важно… Сто-о-оп, это же ты тот самый журавль, не ошибаюсь? — сказал тот с хитрой и лукавой улыбкой.       — Я не журавль! Меня просто напросто подставили! — девушка начала повышать голос от жуткой обиды, что её обвиняют в том, что она не делала.       Юноша заткнул ей рот рукой и приблизился к её лицу.       — Мне плевать, что вы делали, а что — нет. Хотите жить — должны пойти со мной, иначе ваши тушки будут валяться где-нибудь на обочине. — Неизвестный говорил пугающим до чертиков голосом…