Хулиганы тоже умеют любить

Куромаку любил учиться, но не любил школу. Каждый день он огребал по полной буквально ни за что. Компания школьных хулиганов во главе с главным шалопаем школы, - Пиком, - поджидала его везде, и в туалете и в классе. А самым страшным было то, что с ним они учились в одном классе. Не дал списать - получил, не сделал домашнюю работу каждому из банды - получил. И так изо дня в день. Со временем парень стал шугаться любых шорохов и резких движений. Ходил он всегда прижав к груди портфель или книгу и опустив голову. Обидные клички, даваемые врагами, перенимались и теперь сыпались отовсюду. Куро, будучи скромным и пугливым, никогда никому не жаловался. На вопросы откуда взялись синяки, он всегда отвечал, что слишком неуклюж, поэтому то и дело падает и ударяется. А Пик с компанией продолжали издеваться, повышая градусы. Сейчас он шагал по коридору к своему классу. Зайдя в помещение он кинул сумку на парту и хотел уже было уйти, чтобы не попадаться на глаза фиолевоволосому обидчику, как вдруг этот самый фиолетововолосый перегородил ему дорогу. -Далеко собрался? - парень ухмыльнулся, схватил Куро за ворот и притянул к своему лицу. -Удрать собрался, ботан? -Н-нет... - Куромаку зажмурился и отвернулся, готовясь получить удар, но его не последовало. -Домашку сделал? - прозвучал прокуренный голос прямо над ухом. Изо рта Пика разило гадким запахом табака. -Да-да... - парень, получив разрешения в виде ослабления хватки, подошёл к своему месту, расстегнул рюкзак и вытащил пять тетрадей. Алгебра на половину банды. Что ж, лучше, чем всем сразу. Пепельноволосый вернулся к Пику и протянул ему выполненную работу. Пока тот проверял тетради, он осмелился поднять взгляд. Пик был одет, как типичный школьный хулиган. Джинсы с потёртыми коленями, серая майка, а поверх чёрная байкерская куртка. Волосы сейчас были стянуты в тугой хвост на макушке, но обычно Маку видел его с распущенными длинными патлами и в забавной шапочке. Такие обычно гопники носят. -Ну, как всегда молодец, - крепкая рука потрепала серые волосы, и Куромаку поспешил поправить испорченную причёску. Что ещё за любезности?! -На, заслужил, - и Пик протянул ему купюру в тысячу рублей. -З-зачем...? - отличник непонимающе смотрел на него. -Разговорчики? Сказал бери, значит бери! Не желая получать люлей, Куро забрал деньги. -Ждём тебя сегодня в туалете на четвёртом уроке, - ухмыльнулся патлатый. -Вместе покурим. Куромаку с трудом сглотнул густую слюну. *** Куро считал время до окончания четвёртого урока. Он потел и волновался, в страхе содрогаясь от того, что лезло ему в голову. Что они с ним сделают? На уроке не получалось сосредоточиться, но он знал, что впереди ещё ночь и он успеет освоить тему самостоятельно. Если вообще встанет после очередной выходки местной шайки. Злосчастный звонок разлетелся по коридорам школы. Маку первым выбежал из класса. Губы дрожали и ноги подкашивались, он боялся, как в первый раз. Его били, обливали водой, зимой закидывали в сугроб и обсыпали снегом. А сколько же раз ломались его очки... Кажется, те, что сейчас на нём были шестыми, и то ему удавалось несколько раз их починить. Если не придёт будет гораздо хуже, поэтому, тяжёлыми шагами парень направился к туалетам. Он свернул к мужским и зашёл в отведённое для уборных помещение. Трое из шайки уже ждали его, куря дурно пахнущие сигареты. Пик сидел на окне. Он первым и обратился к новоприбывшему: -О, а мы уж думали, не придёшь, - парень выдохнул дым, недобро улыбаясь. В принципе, на его лице всегда была улыбка. -Да ты что, Пик, он самый послушный, всегда приходит, - хмыкнул парень по кличке Шмель. Почему его так прозвали, Куро не знал, да и знать не хотел. -Чё, нравится находится в компании мальчиков? - спросил самый старший из них, Хохотунчик. Он затушил сигарету и кинул окурок в пепельницу, принесённую кем-то из них и подошёл к блондину. Чужие руки обхватили его запястья с такой силой, что стало больно, от чего Куро тихо и с болью застонал, отворачиваясь и жмурясь. Больше всего он боялся ударов по лицу. Грубым толчком его прижали к холодной стене. Юноша громко охнул. Тело Хохотунчика было слишком близко, а отступать было некуда. Колено старшего упёрлось в его пах. -Что...что вы от меня хотите?! - завопил Маку, когда осознание холодом обожгло изнутри. Насиловать. Они собрались его изнасиловать! Об этом кричал каждый сантиметр тела, заставляя содрагаться и пытаться сопротивляться. -Нет-нет! Я не хочу! Не хочу! По зубам тут же прилетело, а следом рука Хохотунчика зажала его рот. - Будешь орать - прирежу к чертям, - пригрозил тот. Младший умолк. По щекам сами по себе потекли слёзы. -Ты погляди, а ботан-то педик, - заулыбался рыжий бандит. -Какой твёрдый... Возбудился от того, что я тебя прижал, или от того, что бью? Ты садист? Любишь пожёстче, м? -А давайте его трахнем, заодно и узнаем, - Шмель приблизился к ним. Он схватил жертву за руки и зажал ему рукой рот, а Хохотунчик запустил свои руки в штаны Куромаку, расстегнув ремень. -Ты знал, что гомиков у нас не любят? - темноволосый Шмель лизнул ушную раковину младшего. -Поэтому мы их наказываем. А будет ли тебе хорошо, или херово - это уже зависит от того, насколько ты широкий. Куромаку перестал сопротивляться, лишь иногда предпринимал отчаянные попытки вырваться. Слёзы градом лились из глаз, а на то, чтобы закричать не было сил. Наверное, над ним действительно надругались бы, если бы их не остановили: -Э, алё, а меня спросить не забыли? - злобно гаркнул Пик, который носил кличку Царь. -А ну отошли от него. Оборзели? Это статья. Хохотунчик и Шмель в непонятках уставились на него. -Я чё, непонятно выразился?! - разозлился в конец фиолетоговолосый. -Отошли от него, грёбаные дауны! Оба, услышав гневный крик главаря всего их сборища, отскочили от Куро, как от чумного. -Пошли вон, - Пик сделал затяжку, потом выдохнул. -Разговор с вами будет. Хохотунчика со Шмелём как ветром сдуло. Куромаку, захлёбываясь в слезах исудорожно всхлипывая, сполз по стене вниз. Он прикрыл рот рукой чтобы сдержать истерику. Царь сначала молча смотрел на всё это, потом выбросил сигарету в открытое окно, спрыгнул с подоконника и подошёл к нему. -Они...тебе больно не сделали? - спросил с паузами Пик, будто подбирая слова. Куро покачал головой в отрицательном жесте. -Чёт не похоже, - выдохнул парень. -Ноешь, как баба. Куромаку только сильнее сжался, боясь того, что старший разозлиться из-за того, что он плачет. Но Пик был совершенно спокоен. -Да хорош тебе, - выдавил из себя он. -Ничего ж они не сделали. Он опустился рядом с ним и посмотрел блондину в лицо. -Что ж ты неженка такой, а? - его тёплая ладонь стёрла слёзы. -Покрепче вроде был. Маку посмотрел на него. Его потряхивало от истерики. -Ну же, перестань, - раздражённо фыркнул Пиковый. Младший задышал чаще. Он отвернулся, думая, что разозлил своего обидчика. -Эй, - старший схватил его за подбородок и не слишком резко поднял его лицо на себя. -Да не бойся ты, не трону я тебя. Легче явно не стало. Хрупкое тело дрожало. -Ну и долго ты реветь будешь? Они ушли же. Ну, не знаю...хочешь, я скажу им, чтобы они тебя не трогали? Слышь, а ты правда педик? Серьёзно возбудился? Куро, боясь, что тайна будет раскрыта, сжал свои бёдра, пряча стояк. Это было не в первый раз. У него не раз стоял на парней. Маку боялся этого, считал себя неправильным, часами зависал в интернете, читая истории таких же, как он. Только вот было существенное отличие - финалы в историях были счастливыми чаще всего, а Куро считал, что его финалом будет изнасилование и мучительная смерть. Но пока горе обходило его стороной, вот и сейчас он тоже сумел спастись. -М, ясно... - Пик достал из кармана зубочистку, а после принялся ковыряться в зубах. -Не тронут они тебя. Я обещаю. Потом он встал и протянул ему руку. Маку посмотрел на него, потом протянул свою, дрожащую. Страх был настолько велик, что он старался угодить обидчику. Пик помог ему встать, а после ушёл. Куро решил умыться, а после последовать его примеру. Тяжёлый учебный день наконец подошёл к концу. Шестой урок, самый тяжёлый из всех, закончился и уставшие ученики отправились по домам. Куромаку стоял в коридоре, ожидая одного из посланников. Один из шайки приносил тетради, где за ночь нужно было сделать кучу работы. Но никто так и не появился. Как на зло, ещё и приспичило. Пепельный снова вернулся в туалет, где два урока назад его едва не лишили девственности. Он уже собирался зайти в свободную кабинку, как вдруг до него донеслись странные звуки. Прислушавшись, парень понял, что это были всхлипы. -Хей? Тут кто-то есть? У тебя всё хорошо? Почему ты плачешь? - Маку опустил голову, вновь прислушиваясь. Повисла тишина. Потом знакомый голос спросил: -Ботан, ты, что-ли? -Я, - ответил тот, поправляя очки. -Чё домой не идёшь? - Куромаку наконец различил, чей это был голос. Пик! Это явно был он. Но почему же он плачет? -У меня встречный вопрос, - найдя кабинку, в которой закрылся его хулиган, он сел рядом с ней на пол, совсем не боясь запачкать одежду. -Почему ты плачешь? -Я не плачу! - жёстко ответили ему. -Ну, я ведь слышу, - Куро, не смотря на страх, решил всё-таки выяснить причину слёз старшего. Пик молчал. Куромаку не оставалось ничего, кроме того, чтобы терпеливо ждать ответа или посыла. -Проблемы есть, - наконец ответил Пик. -Тебе-то до меня какое дело? -Ну, как "какое"? Обычное. Мне стало интересно, да и я подумал, что могу помочь... -Не можешь ты помочь! - зло фыркнул Пик. -И вообще... Я ведь издеваюсь над тобой, так зачем тебе мне помогать? -Мне неважно, что делает мне человек. Я помогаю всем, кому это нужно. Второй промолчал. -Ну... Тебе ведь нужно алгебру сделать... Давай тетрадь. -Сам справлюсь! Иди домой и отъебись от меня. -Ладно, - вздохнул Куромаку, поднимаясь. -Если нужна будет помощь - обращайся. Сделав свои дела, парень покинул туалет, а следом и школу. Придя домой, юноша прошмыгнул в свою комнату, стараясь не попасться на глаза матери, готовящей на кухне и отцу алкашу, который, скорее всего, уже был пьян. Пожалуй, его родители стоили друг друга. Мать строила из себя добрую и милую женщину на людях, которой выпала злая доля иметь мужа пьяницу. На деле же была настоящим тираном. Всё, что ей нужно от сына - хорошие оценки и помощь по дому. Никакой любви и поддержки. На телефон он себе сам на копил, на компьютер тоже. И тогда, пожалуй, всё было куда лучше, чем сейчас. За отца вообще говорить нечего. Парень швырнул портфель на кровать и упал рядом с ним. От чего-то из головы не выходил образ Пика. Его длинные фиолетовые волосы, тёмные, но ясные глаза, эта с виду злая, но на самом деле невинная улыбка... Странно было ощущать эту непонятную тягу к тому, кто делал ему больно. Но ещё большее парня волновал вопрос, почему же он плакал? Неужели у хулигана, как у него, бывают поводы для самых настоящих слёз? Пересилив в себе желание провалиться в сон до самого утра, Куро встал и сел за уроки. Погода на улице портилась. Небо затянули тёмные тучи и полил холодный ливень, стуча по окнам. Этот звук одновременно раздражал и успокаивала пепельноволосого. Уставший от уроков, он вздохнул и взял телефон, чтобы посмотреть время. Его внимание привлекло входящее сообщение в единственном мессенджере, которым он пользовался. Парень открыл чат. Догадаться, от кого оно, не составляло труда. "Ей, ботан, что там в третьем задании?" "Знаки препинания грамотно расставлены, - подумал Маку, фотографируя ответы в своей тетради. -Кажется, с русским у него всё хорошо." Пик появился в сети сразу же, как фотография отправилась. Куромаку отложил телефон, думая, что ответа уже никакого не будет, но телефон издал вибрацию, оповещая о новом смс. "Спасибо." "Говорил же, давай тетрадь, я сделаю." "Я думал, сам справлюсь. Но, как видишь, получилось не всё. Да и ты не обязан, это ведь мы тебя заставили." "Я уже привык." После этого сообщения на той стороне какое-то время молчали. "Ты как?" - наконец ответил Пик. "Как обычно. Что-то должно быть не так?" "Мы ведь обидели тебя сегодня." "Я ожидал этого. С такими, как я, только такое и случается." "Это с какими - "такими?" Куро не знал, как лучше написать. Для этого было много названий, и какое из них было употребить лучше, парень не мог сообразить. Потом он всё-таки решил, что ответит прямо. "Геями." Да, он уже давно принял тот факт, что он другой. Его не влекло к противоположному полу, только к своему. Нет, он не был травмирован или обижен девочками. Он родился таким. И отрицать свою истинную ориентацию было бесполезно. "Фу, так ты реально педик? От кого-от кого, а от тебя, ботан, уж точно не ожидал." Маку не обиделся на него из-за этих слов. Просто потому, что именно такая реакция и должна быть у людей. По крайней мере, сам Куромаку считал именно так. Он убрал телефон и продолжил делать домашнюю работу. В голове вместо светлых мыслей путались клубки из каких-то обрывков слов и фраз. Они мешали сосредоточиться, и Маку то и дело хмурился и поправлял очки. Время близилось к часу ночи, а он всё ещё сидел над алгеброй не в силах сообразить что-либо. Оставив дело, которому всё равно конца не будет, парень выключил настольную лампу и верхний свет, а после скользнул под одеяло. Странно, что мать сегодня не зашла. Обычно она заходила к сыну, дабы проверить дневник и кинуть пару-тройку замечаний в его сторону, например по поводу внешнего вида. Ну, не зашла и ладно, ему же лучше. Не будет выслушивать лекции о том, какой он плохой сын и что его рождение было следствием ошибки молодости, и вообще, она бы сейчас не страдала, а каталась как в сыр масле и замужем была не за этим отбросом, а за каким-нибудь богатым красавчиком. Сначала эти речи ранили парня, потом он перестал их слушать и вообще замечать женщину, породившую его на его этот свет. Таким. Неправильным. Заснуть никак не получалось. Маку ворочался в постели, но сон не приходил. Перестав пытаться, он вылез из-под одеяла и подошёл к окну. Фонари под окном роняли жёлтый свет на дорогу, левую стену соседней многоэтажки и качели на детской площадке. Только они были видны из его окна. Не души там, снаружи... Он сел на подоконник. Это нежелание спать ощущалось им впервые. Обычно после тяжёлого дня в школе он засыпал сразу, как только заканчивал то, что было задано на дом. А сейчас... Перед глазами по-прежнему маячил Пик, потряхивая своими на вид мягкими волосами... "Неужели, очередная влюблённость? - подумалось вдруг блондину. -Нет, он не примет мои чувства. Уверен, с завтрашнего дня он будет ещё пуще и извращённее издеваться надо мной вместе с дружками... Что же, видно, такова моя жизнь." В голове возникла ещё какая-то мысль, но переварить её содержание нагруженный за день мозг не успел. Веки потяжелели и тело расслабилось. Он наконец смог провалиться в это сладкое небытие, оставляя рутину жизни и все горестные ожидания во вчерашнем дне.