Дневник смены летнего лагеря Сяо Чжаня

      Мне так и не удалось вчера пообщаться с Ли Вэй. Она слишком занята, и даже на концерте я не смог к ней подойти. Но её песня была божественна: такой приятный голос. Думаю, мы прекрасно спели бы дуэтом.       А ещё мне нравится старший отряд. Такие самостоятельные и приятные ребята! Хотя и малышей я тоже люблю. Сегодня будет дискотека, и, надеюсь, я заполучу первый танец Ли Вэй.       Первая ночь прошла тихо и без приключений. Сяо Чжань выспался и перед общим подъемом успел накидать в блокноте план на день. Они с Сюань врубили песню Pain – Shut your mouth, чтобы взбодрить своих пионеров и настроить на продуктивный день. Те потихоньку выползали из своих палат и плелись в общую ванную комнату умываться.       К зарядке все собрались вовремя и дружной толпой отправились на поле. Сяо Чжань летел туда быстрее всех, потому что тай-чи вела Ли Вэй. Все пионеры выстроились по отрядам в несколько линий и повторяли движения за тренером. Сяо Чжань не мог оторвать взгляд от утончённой фигурки девушки, развалившись рядом на трибуне. В сердце всё трепетало от наполняющих его эмоций, и он с трудом перевёл взгляд на ребят. Его отряд прекрасно исполнял технику, и он рассмотрел каждого. В первом ряду он заметил Лю Жуань и Мин Пичая, которые надели слишком откровенные шортики и короткие топы. Они смеялись и шутили, постоянно оглядываясь назад. Там стоял Ван Ибо. Сяо Чжань усмехнулся: слишком очевидно девочки хотели понравиться парню. Хотя это было и понятно, потому что тот действительно был красавчиком. Что он там говорил? Кажется, что танцует… Его движения были чёткие и плавные, двигался он грациозно и явно имел хорошую физическую подготовку. Но Ибо не обращал на них никакого внимания, будто его в том мире ничего не интересовало. Но в один момент он целенаправленно посмотрел в сторону вожатого и поймал взгляд Сяо Чжаня. Тот слегка растерялся, не ожидая, что его поймают, и стыдливо перевёл взгляд на тренера. И что его так смутило, в конце концов? Разве он не может следить за своими подопечными? Но оставшееся время его внимание было приковано к изящной Ли Вэй.       После завтрака ребята разделились и разошлись по классам. Каждый изначально записался в кружок того языка, который выбрал. В непринужденной обстановке пионеры тренировали грамматику, общались с носителями и играли в игры. Такой подход к изучению иностранных языков был фишкой лагеря. А так как многие учили по два языка, до обеда других мероприятий не предполагалось. А вот во второй половине дня их ждал мастер-класс по кулинарии.       Весь старший отряд столпился на просторной кухне и осваивал приготовление кейк-попсов. Сяо Чжань тоже с удовольствием присоединился. Заранее испечённый бисквит перемололи в крошку, и каждый смешивал её с джемами или кремом. Получилась клейкая масса, из которой отлично лепились шарики. Напротив вожатого Джессика уже скатала десять аккуратных шариков и внимательно слушала указания повара. А справа от неё пыхтел Ибо, у которого получались какие-то лепёшки. Сяо Чжань едва сдержал смешок и тоже стал слушать дальнейшие указания. Всем раздали растопленный шоколад: нужно было окунуть в него палочки и нанизать на них предварительно охлаждённые в морозилке шарики. Затем обмакнуть в глазурь и поставить застывать. Большинство ребят справилось с задачей и радостно посыпало свежую глазурь разноцветными шариками и звёздочками. Пока сбоку неожиданно не раздался тихий возглас:       — Блять…       Сяо Чжань повернулся и увидел, как Ибо растерянно держит палочку, а его «лепёшка» расползается по столу бесформенной массой. Он не сдержался и рассмеялся.       — Ибо, мы же в лагере, следи за выражениями, — мягко пожурил его вожатый.       — Ну не всем же дано так хорошо готовить, — Ибо с тоской посмотрел на аккуратные кейк-попсы Сяо Чжаня.       — И ты научишься, только нужна практика.       — Да ну, — лениво протянул Ван Ибо. — Может Сяо-лаоши угостит меня своим прекрасным десертом, — парень игриво подмигнул и облизал губы.       Чжань на миг залип на этом маленьком язычке и пухлых губах. Но скинув с себя мимолётное наваждение, он отвернулся и вместе со всеми отправил своё творение в холодильник.       На очереди была клубника, которую следовало обмакнуть в карамели. У всех были небольшие плитки, и под контролем повара ребята потихоньку растапливали сахар.       — Твою мать, — раздался знакомый голос, и Сяо Чжань моментально посмотрел на Ибо.       Тот мотал рукой и матерился. Вожатый первый подскочил к нему и осмотрел кисть. Ван Ибо уже успел смахнуть застывшую карамель, и теперь на её месте была покрасневшая кожа. Сяо Чжань заметил наливающийся волдырь, схватил парня за запястье и потащил к раковине. Там он включил холодную воду и бесцеремонно сунул чужую руку под струю.       — Ибо, всем же сказали, что с карамелью надо быть осторожными. Почему ты не надел перчатки?       — Сяо-лаоши заботится обо мне? — Улыбнулся Ван Ибо.       Сяо Чжань на миг замер. Он обо всех заботится! Ему же голову снесут, если с кем-то из его детей что-то случится. Детей? Ну, конечно, они уже почти взрослые, но это не отменяет всей ответственности вожатого. И он не смог ничего ответить, продолжая пялиться на покрасневшую руку.       Спустя пару минут он выключил воду и бросил коллеге:       — Сюань-лаоши, присмотришь за всеми? Я отведу Ибо в медпункт.       — Да, идите, конечно.       Хорошо, что медкабинет был на том же этаже главного корпуса, и они быстро добрались до него. Сяо Чжань скрестил руки на груди и подпирал дверной косяк плечом, пока медсестра обрабатывала рану мазью и накладывала бинт.       — Сяо-лаоши, не хмурься так. Я не специально.       — Ты не специально, а мне прилетит выговор… — Удрученно заметил Сяо Чжань.       — А мы никому не скажем, правда, мисс Ли? — Ибо посмотрел на медсестру и ухмыльнулся. Та в ответ смерила его серьезным взглядом, потом Сяо Чжаня, но в итоге слегка улыбнулась и кивнула.       Из медкабинета они вышли спустя пятнадцать минут, и на кухне уже вовсю шла уборка. Им осталось только забрать свои кейк-попсы, потому что клубнику никто из них так и не сделал. Точнее Сяо Чжань забрал свой десерт, а Ибо выкинул свои лепёшки в мусорку и ушёл с ребятами в корпус.       Сяо Чжань же, оставив отряд на Ван Сюань, пошёл в тренерскую. С трудом справившись с учащённым сердцебиением, он коротко постучал. Ли Вэй отозвалась, и он осторожно вошёл внутрь.       — Привет… — голос немного дрожал, но он продолжил: — Мы тут с ребятами готовили десерт, и я решил угостить тебя!       — О, Чжань-Чжань, спасибо, — улыбнулась она в ответ. — Какие они милые.       — Эм, ну я пойду? — неуверенно спросил Сяо Чжань, хотя в душе надеялся на приглашение к чаю. Но его не последовало и, увидев лёгкий кивок, ушёл, явно расстроенный.       После ужина радостная ребятня собралась в холле главного корпуса на дискотеку. Приглушенный свет и биты заряжали драйвом, и отдыхающие двигались в такт бодрой музыки. Сяо Чжань ходил по периметру и смотрел за своими, хотя, если признаться честно, высматривал Ли Вэй. Но заметил, как в центре образовалась пространство, где в окружении зрителей Джессика, Ибо и ещё какой-то парень из второго отряда показывали невероятные движения. Чжань даже подошёл ближе, чтобы полюбоваться. Ребята не обманули: было видно, что на тренировки они потратили не один год и чувствовали музыку всей кожей. Собравшиеся вокруг бодро подтанцовывали, аплодировали и всячески подбадривали новоявленных артистов. Сяо Чжань тоже с удовольствием похлопал, когда музыка стихла, оценивая мастерство своих подопечных.       Следующей песней заиграл медляк, и Сяо Чжань судорожно стал искать глазами свою жертву. Он нашёл её сбоку от диджея, увлечённо болтающую с Ван Сюань. Он стремительно пересёк танцпол и, не мешкая, протянул руку:       — Вэй-вэй, потанцуем?       Та зачем-то посмотрела на собеседницу, будто спрашивая разрешения, хихикнула и легонько кивнула. Они прошли пару шагов к центру холла, и Сяо Чжань притянул девушку за талию к себе, покачиваясь в такт музыки. Он так волновался и был напряжён, что с трудом мог насладиться моментом. Нужно было о чём-то поговорить, и он судорожно начал соображать.       — Понравился десерт?       — Какой десерт? — сначала удивилась девушка, а потом спохватилась: — А, те шарики? Да, понравился, спасибо…       — На родительский день планируешь куда-то выехать?       — М, пока не думала ещё…       Вопросы у Сяо Чжаня закончились, и он машинально начал рассматривать людей вокруг. Немногие танцевали, а остальные стояли в сторонке и болтали. Кто по парочкам, кто группами. И тут его взгляд споткнулся об Ибо. Тот сидел на стуле и, казалось, сверлил своего вожатого взглядом. Сяо Чжань удивился и пару секунд смотрел в ответ, но парень даже не отвёл взгляд. Он так и продолжал пялиться и даже вроде сильнее нахмурился. Сяо Чжань не выдержал и отвернулся.       Когда мелодия закончилась, он поблагодарил Ли Вэй и, немного сконфуженный, отошёл в тень колонны. Он копался в своих мыслях, бездумно блуждая взглядам по веселящимся пионерам. Ещё пару песен спустя, диджей объявил белый танец, и Сяо Чжань слегка выпрямился, ощущая предвкушение и надежду. Он опять отыскал глазами тренера, но то, что он увидел сильно разочаровало: девушка приглашала на танец вожатого четвертого отряда. Сердце жалобно ухнуло вниз и будто перестало биться.       — Твою мать! — Пробормотал он и ушёл в туалет, потому что не хотел смотреть на этот танец.       Выйдя из кабинки, он мыл руки и наблюдал, как струи стекают по ладоням. И почему же те, кто ему нравится, не отвечают взаимностью? Он уже много раз задавал себе этот вопрос. И иногда внутренний голос успокаивал: потому, что ты ждёшь того самого человека… Который предназначен судьбой и небом. Потом он давал себе мысленную оплеуху, напоминая, что это всё сопливая чушь. Так не бывает.       — Сяо-лаоши, тебя не учили экономить воду? Ты уже три минуты так стоишь, — знакомый голос вывел его из задумчивости, и Сяо Чжань посмотрел в зеркало.       Там стоял Ван Ибо, прислонившись к стенке кабинки. Сяо Чжань глядел на него потерянным взглядом, и парень продолжил:       — Я бы за это время подрочить успел, а ты всё стоишь тут… Что, тренер не ответила взаимностью?       Глаза Чжаня округлились, и он, быстро выключив воду, нервно дёргал бумажные полотенца. Вожатый даже не сразу нашёлся, что ответить. Его опыт работы с младшими не подразумевал такие разговоры с детьми. Да с какими детьми, Чжань? Перед тобой взрослый парень, почти мужчина. Уши предательски заалели, и он буркнул:       — Много ты понимаешь… — и поспешил выйти из уборной.       Вечер прошёл на автомате, и после отбоя Сяо Чжань просто зарылся в одеяло, мечтая побыстрее уснуть и не думать ни о чём.