Ты - мое спец. задание

От лица Кейт       Легкая турбулентность в очередной раз прервала мою дрему. Почему-то, как только мы сели в самолет, из меня словно все силы выкачали. Забавным оставалось и то, что я не могла вспомнить истинных побуждений, связанных с тем, чтобы отправиться лишь с Клинтом на первую точку в найденном списке.       Когда я только ехала в Лондон, мысль о том, что меня повезет частный самолет, была лишь очередным легким юмором. Сейчас же я сидела в удобном кожаном кресле, рядом на столике покачивалась в стакане кола со льдом, а в кресле напротив свернулся клубком, словно кошка, Лаки. Усмехнувшись от того, что пес, способный удерживать стальной хваткой преступника, сейчас уютно спал и периодически похрапывал, я вновь обратила взгляд к иллюминатору.       Мне ужасно хотелось вспомнить, что же произошло тогда, в кабинете. Я отчетливо помнила, что было до него, и от этих воспоминаний мое сердце сжалось. Каким образом я лечу в Германию без той, что была рядом, пока я была в тяжелом эмоциональном состоянии? Пытаясь восстановить последовательность, я вспомнила, что последнее событие, именно моего сознания, было связано с Вандой. Слова Елены по поводу того, что для всех мы объединились лишь на время и с деловой целью, каждый раз всплывали в памяти с легкой ноткой боли. Будто кто-то изнутри тыкал в мою грудь иголкой. Помню, что пока Елена, Наташа и Клинт обсуждали места встреч Дрейкова, я осталась сидеть в кресле, и мое внимание привлекло какое-то движение сбоку. Рядом стояла ваза с отражающей поверхностью, и в ней была видна Ванда. Все. Дальше произошло то, что я называю «Не подвластным собственному сознанию». Казалось, что я была слегка подавлена, когда просила Клинта отпустить меня в свою комнату. И если всем я сказала, что мне нездоровится, то на самом деле я пошла собирать вещи. Спустя час я подошла к комнате Клинта. К моему «настоящему» удивлению он был там. Не знаю, почему, но мне удалось легко его уговорить, чтобы мы полетели в Германию лишь вдвоем, конечно же, взяв Лаки с собой. Мой наставник словно ждал, что я предложу подобную идею, поскольку уже через минут сорок мы шли с вещами к дальней части «Секрета», где располагался небольшой лайнер. Подходя к нему, я тут же заметила, что пилот и миниатюрная бортпроводница уже подготовили его. Я сослала столь быструю подготовку на то, что пока Клинт собирался, то успел позвонить нужным людям, которые отвечают за самолет. Однако, все это казалось мне настолько странным, что до сих пор, спустя два часа, я не могла успокоиться, а моя дрема была словно режимом ожидания из-за того, что я слишком сильно концентрировалась на своих мыслях и в конце концов засыпала.       Однако, в некоторых вещах я была уверена точно: во-первых, Елена наверняка уже пришла в ярость от того, что я покинула особняк, ничего не сказав ей, а во-вторых, слишком много ниточек вели к Ванде, и я начала подозревать, что эта сероглазая, мягкосердечная девушка не так проста, как кажется. Однако, я решила не делиться этими мыслями с наставником, который что-то сосредоточенно рассматривал в своем лэптопе. Ведь он никак не возразил против слов о том, что у меня недостаточно опыта. А значит, посчитает мои подозрения очередным всплеском фантазии.       Пролистав свой плейлист, я остановила выбор на Alberto Bof и Lexi Stellwood и их песне Never go back. Ритм этой песни удачно подходил для того, чтобы отбивать пальцами ритм, постепенно выпуская напряжение, бегающее по телу, а так же, чтобы держать себя в руках и быть относительно спокойной, словно облака в иллюминаторе. Мягкие звуковые волны раз за разом отсылали меня к Елене. Меня не отпускала мысль, что, наверное, стоит с ней как-то связаться и успокоить. Хотя, почему я решила, что она будет как-то переживать за меня? Из всех агентов лишь я словно белая ворона: меняю стандартное постельное белье, тихо плачу в ванной из-за синяков с тренировок и проявляю нежность. К тому же Елена наверняка сейчас занята работой с Наташей. Да и после того, как я узнала их историю, то поняла, что вряд ли найдется еще кто-то, кто будет также дорог этой блондинке. Но мысль о том, что этим человеком могу стать я, тут же сковала мой разум.        — Когда-нибудь я пожалею о своей наивности, — ответила я себе и, не спеша, отправилась к Клинту. — На борту есть какой-нибудь телефон или, может быть, устройство, при помощи которого можно позвонить? — Кому ты собиралась позвонить? К тому же мы в самолете, и связь здесь не особо хорошо ловит.       Его ответ меня даже слегка удивил. — Ну, надо же… Элитная организация, а не додумалась создать какую-нибудь мощную телефонную сеть для личных разговоров? — Моя колкость явно пришлась ему не по душе, мужчина скептически взглянул на меня, после чего вернул взгляд обратно к лэптопу. — Личная сеть у нас, действительно, есть, чтобы ты не думала, будто мы отстаем от мира. Но с кем-либо связать я тебе не дам. Нас могут засечь чьи-нибудь радары. — Радары? Клинт, ты серьезно? Это глупая отговорка, сам же говорил, что этот самолет невозможно обнаружить. — Однако рисковать я не хочу. — Всего один короткий звонок. — Кому? — поинтересовался мужчина и мимолетно скользнул глазами по мне.       Я понимала, что у него возникнет еще больше вопросов, если я скажу, кому хочу позвонить. За считанные мгновения я взвесилась множество «за» и «против» в своей голове, но решила не делиться подробностями. — Я не могу сказать. — А я не могу дать позвонить. Кажется, ты делаешь успехи в следовании моим принципам.       Я томно вздохнула и поплелась к своему месту. Возможно, это и к лучшему. Иногда мне кажется, что Елена воспринимает меня, как, своего рода, игрушку, с которой можно делать все, что захочется. Но как только я об этом подумала, то сразу же отбросила эту мысль. Я поняла, что в очередной раз переживаю о том, чем закончится наша история. Что будет после того, как мы расправимся с Дрейковым? Мне оставалось лишь гадать. Но кое в чем я была уверена: даже если наши пути разойдутся, я буду скучать по этой блондинке.

***

      После того, как я в очередной раз задремала, но на этот раз на приличный промежуток времени, оказалось, что мы практически прибыли. Под нами, по большей части, простирались леса и небольшие озера, но это уже выглядело довольно зрелищно. Намечалась слежка среди густых лесов, и меня это настолько взбудоражило, что я еле-еле дождалась момента, когда самолет начал заходить на посадку.       Спустя некоторое время мы уже выходили из арендованного минивена и направлялись в хостел рядом с озером Альп. И пока Клинт оплачивал бронь на наш двухкомнатный номер, я поспешила на местный пляж. Пробравшись по узенькой и еле-заметной дорожке, мне хватило пары секунд, чтобы влюбиться в это место. Озеро располагалось среди высоких холмов и скал и, по большей части, было окружено лесами. И, несмотря на прохладный ветер со стороны воды, я все равно не удержалась и подошла к ней, чтобы убедиться в том, что все это не сон. В отличие от лондонской погоды здесь было довольно ясно, но прохладно. Однако все это не играло особой роли, а важным было то, что я сейчас была рядом с живописным местом, в чьем водоеме была освежающая, но прозрачная вода.       Слегка зависнув от увиденного, я напрочь забыла о Лаки. Но он уже успел найти себе развлечение. Вероятно, полет настолько его утомил, что сейчас ему не терпелось, как можно больше, побегать. Мой друг носился туда-обратно вдоль берега и периодически лаял на уток, которые осмеливались подплыть ближе к берегу.       Однако, как бы мне не хотелось остаться, но стоило возвращаться. Мне не нравилась мысль, что потом придется ходить и стучать в каждую дверь в поисках Клинта.       И я довольно удачно подобрала момент для возвращения. На пути к хостелу я заметила, что машина уже закрыта, а мой наставник стоял со скрещенными руками и слегка постукивал ногой. — Да ладно тебе, я же не долго, — тут же попыталась я оправдаться. — Не помню, чтобы разрешал тебе куда-то идти.       Этот родительский тон привел меня в замешательство. Я даже на секунду остановилась, не поверив, что Клинт так со мной разговаривает. — Что за упреки? Я не сделала ничего такого. — Соглашусь, однако, все поменялось, и в данный момент я — твой командир, а ты — под моей ответственностью, — недовольным тоном ответил мужчина и направился в сторону входа, оставив меня в неком замешательстве. — Мы и раньше работали вместе, но ты себя так не вел, — подумала я, но так и не сказала об этом моему наставнику.       Оказавшись в номере, я сразу же юркнула в ванную, чтобы освежиться после полета. Но стоило мне закрыть за собой дверь, как из ниоткуда возникла мысль, заставившая меня вновь напрячься. В последний раз я была в ванной с Еленой. И хотя ее не было рядом, мне казалось, что я вижу ее образ в зеркале, рядом со своим отражением.       Позже, на вопрос о том «Что же Дрейков здесь забыл?», Клинт ответил, что мужчина собирается выкупить некое устройство с черного рынка. Все бы ничего, но запрещенную покупку он собирался совершить в замке Нойшванштайн, в котором завтра вечером планируется благотворительный вечер. Это означало лишь одно: на этом вечере должны оказаться и мы. — Мне нужно пожать руку тому человеку, который додумался до того, чтобы прикрывать черный бизнес благим делом.

***

Лондон От лица Елены       Проверив в третий раз, собран ли весь необходимый мне набор оружия, я закрепила увесистый ящик около стенки. Для чего подобная проверка? Очень просто — я привыкла полагаться лишь на себя. Подобных мне, «Секрет» холил и лелеял, главное — точно выполняй приказы. За свою службу я успела убить не мало людей, по крайней мере, они заслуживали это за бесчисленное количество своих преступлений. В ходе работы я отключала рамки приличий и превращалась в убийцу. Подобное умел делать почти каждый здешний агент. Но не Кейт. И что-то мне подсказывало, что ее внезапный отъезд был заранее спланирован.       Кому-то не понравилось, что столь юное создание сумело найти важную улику и сдвинуть наше дело с мертвой точки. Клинт просил вернуть ее для того, чтобы найти Дрейкова, однако, когда наступил момент, вместе отправиться на его поиски, Бартон уехал без нее. Я не была параноиком, но взяв с собой Кейт вместо Наташи, тем самым он подписал себе практически смертный договор. Я еще не до конца осознавала, что испытывала из-за поступка Кейт, но точно знала, что Клинт нарвался на серьезный разговор. Если он так сильно печется о будущем своей протеже, то почему ни разу не навестил после ее усердных тренировок? В «Секрете» слухи распространяются быстро, и я была более чем уверена, что Джеймс успел поделиться этой новостью с ним.       Как бы там ни было, Клинт уже отчасти отплатил мне. Пока я искала ласточку, то также заглянула и в его лабораторию. Мне на глаза попался антидот забвения. Как-то раз я слышала, что он способен не только снять эффект забвения, но и действия от других сывороток. Поэтому я решила рискнуть и применить его в будущем, если столкнусь с кем-то из моих сослуживцев, попавших под влияние Дрейкова.       Заканчивая укладку вещей, я вдруг услышала тихий шорох позади себя. В мгновение, достав из кобуры пистолет, я резко развернулась и нацелилась на того, что незаметно оказался сзади. Однако моя сестра даже не шелохнулась, и, как ни в чем не бывало, примостилась к краю двери. — Машина для личных поездок тебе уже не подходит, поэтому ты решила взять вертолет?       Мне совершенно не хотелось с кем-то пересекаться, но я знала, что даже если бы незаметно уехала, Наташа бы двинулась следом. И каким-то невероятным способом сумела бы меня найти.       Я тяжело вздохнула и медленно убрала пистолет на место. — Злишься, что Клинт не взял тебя с собой? — поинтересовалась Наташа. — Я и без него смогу справиться, к тому же я не собиралась следовать за ними, — безэмоционально кинула я и прошла мимо Нат на улицу. — Хочешь перехватить в новой точке? — Да. — Но по датам он прибудет туда лишь после визита в Германию. — Тогда мне ничто не помешает до этого времени осмотреть территорию королевского отеля в Версале.       Этим и отличался Дрейков: он любил роскошь во всем, поскольку все его точки в списке были тем или иным способом связаны с богатством и дорогой обстановкой. Сколько нужно времени, чтобы осмотреть и изучить четырехэтажный отель и его систему слежения? Максимум пара часов. — Присоединишься? — решила я уточнить, хотя уже заранее предполагала, что она ответит. — Пока нет, но, думаю, на Ибице мы точно пересечемся.       Ибица была предпоследней в списке. После Парижа и Германии наш психопат собирался отправиться в Аргентину, затем на Ибицу и закончить свое путешествие в Нью-Йорке.       Когда я впервые увидела список, то тут же поймала себя на мысли, что ни разу не была в Нью-Йорке. Забавно осознавать, что столь элитный агент объездил практически весь земной шар, но миссии и его собственные ноги не привели его в город, чьи инициалы так часто печатали в виде принта на футболках.       Решив напоследок осмотреть вертолет изнутри, краем глаза я все равно замечала, как Наташа следует за мной по пятам. И хотя я уже давно переступила порог восемнадцатилетия, подобные наблюдения сестры отбрасывали меня назад: когда моя старшая сестра, словно тень, преследовала меня и не давала попасть в неприятности. — Нат, я в состоянии самостоятельно осмотреть вертолет, я же все равно вернулась бы к двери, где ты стояла.       Последовала небольшая пауза, в ходе которой я услышала еле заметное хмыкание. — Я в тебе не сомневаюсь, может быть, ты даже однажды спасешь мне жизнь, но мне нравится наблюдать за тобой. Когда ты только пришла в организацию, у тебя было точно такое же серьезное выражение лица. В последнее время ты так хмуришься, если тебя что-то беспокоит, либо…твоя серьезность достигла предела.       Наташе удалось заставить меня остановиться и полностью повернуться к ней, и как бы я не старалась, но все равно не смогла удержаться и улыбнулась, когда заметила на ее губах фирменную ухмылку. — Если кому-то скажешь, я отрежу во сне твою косичку. — Что? — спросила Наташа, явно не понимая, к чему я клоню.       Но мне было крайне важно сделать это сейчас. Я юркнула к ней и крепко обняла. Наташа удивленно приподняла руки, но уже спустя мгновение мягко обняла меня в ответ. Мне не хотелось признаваться, что я сильно волнуюсь и совершенно не представляю, что меня ждет. Но объятия сестры всегда успокаивали меня. Иногда мне казалось, что при помощи этого я забираю частичку Нат с собой, и моя уверенность во время миссии не падает, а стойко держится до последнего. Дело Дрейкова имело статус «Особо опасно», поэтому я постаралась, как можно больше напитать себя энергией сестры. И когда я почувствовала легкое касание ее губ в области своего виска, я позволила себе в последний раз испытать слабость, потому что когда я приоткрыла глаза, слезы слегка затуманили мой взгляд.

***

От лица Ванды       Видеть, как шпионка, наемница и превосходный боец проявляет нежность по отношению к кому-то, это что-то из разряда «Невероятное». Наташа всегда отличалась сдержанностью, к тому же в ее жизни было мало людей, к которым она питала сильные чувства.       Так как мы с Клинтом являемся руководителями организации, окна наших комнат выходят на значимые места: его — на стрельбище и склад с некоторым оружием, мои — на гараж и посадочную полосу, что находилась от особняка примерно в ста метрах.       Рыжая макушка Нат слишком сильно выделялась на фоне зелени, вокруг полосы. Зайдя в комнату, я случайно заметила какое-то движение вдалеке и осталась стоять у окна до тех пор, пока Елена не улетела на вертолете. Она прекрасно знала, что даже в ее сторону прозвучит запрет на вылет, она все равно сделает по-своему. К тому же подробности о том, куда она отправилась, я смогу выяснить у Нат. Наблюдая за тем, как нежно и заботливо она обнимает сестру на прощание, внутри меня вновь что-то щелкнуло. Возникновение этого чувства я связывала с тем, что слишком внезапно потеряла обоих родителей, затем так же внезапно Пьетро, я дорожила всем, что было в моей жизни. Когда же в ней появилась Наташа, я поняла, что этот человек стал следующим из тех, кого я боялась потерять. Поэтому чувство ревности было отчасти обоснованным. Мне было ее мало, хотелось забрать все ее объятия и касания себе. Я старалась контролировать себя, но мои мысли всегда оказывались быстрее. И она оказывалась быстрее. Как бы я не пыталась отбросить эти глупые мысли, ей всегда хватало крошечного мгновения, чтобы вновь проникнуть в мое сознание.       Чтобы бороться с ней, я выбрала тактику стойкости, потому что, даже если она могла периодически меня контролировать, ей не удастся окончательно меня сломать.       В блеклом отражении на стекле я уловила взглядом, как моя внешность начала меняться. Вокруг глаз растеклись черные разводы, кожа начала бледнеть и покрываться трещинами, губы приобретать более темный оттенок, ближе к бордовому, а вены на шее стали выделяться сильнее и темнеть на глазах. Я лишь проявила сильную эмоцию и снова стала делить сознание с этой нечистью. — Что же ты не прервала их душераздирающее прощание? — А ты только этого и ждешь.       Отражение хрипло усмехнулось, показывая заостренные гнилые зубы. — Я бы не стала к тебе являться, если бы не уловила исходящие от тебя волны ненависти. Даже такие слабые. — Мне не о чем с тобой разговаривать, — холодно ответила я и попыталась отойти в сторону, однако даже не смогла сдвинуться с места. — Я еще не закончила, Ванда. Ты ведь понимаешь, что они практически добрались до тебя? — Ты ошибаешься, я была силой в это втянута и сумею оправдать себя.       Отражение вновь засмеялось, явно находя забавным мои слова. — Не ври самой себе, Ванда. Ты сама притронулась к реликвии, в тебе есть та же темнота, что и во мне. А страсть по отношению к любимой Нат подкрепляет не только тебя, но и меня. Наверное, так приятно вновь чувствовать этот медовый вкус ее губ? Хотя, почему я спрашиваю, мне и самой это прекрасно известно.       Большой опыт в медитации помог мне научиться отчасти контролировать проявление своих негативных эмоций. Я старалась найти каждой из них оправдание и мгновенное решение, и каждый раз я чувствовала, как внутри меня шевелился этот демон, стараясь наклонить чашу весов духовного баланса в негативную сторону. — Как мило, пытаешься удержать меня в себе? Но я более чем уверена, что если бы Наташа сейчас вошла в твою комнату, ты бы не отказалась повторить то, что было в оранжерее.       Она не могла читать мои мысли, но могла ощущать эмоции. Она питалась ими, в особенности, яркими, такими как печаль, гнев, радость и… любовь. Я думала, что сейчас получу очередную порцию издевательств, но отражение сдвинулось с места и собиралось исчезнуть со стекла. — Ах да, хотела сказать, что меня впечатлила твоя игра с Еленой. Думала, что отведешь подозрения на счет их влюбленности? Напрасно. Милая Кейт показала мне все в подробностях, я бы даже посоветовала тебе взять у нее уроки флирта. Однако, эта парочка начала ходить по краю лезвия, работая вместе. И если Елену погубит собственная самоуверенность, то для Бишоп всегда найдется человек, который разделается с ней в два счета. И если не хочешь вновь упасть в глазах Наташи, не пытайся их уберечь.       После этого тень пропала из отражения, оставив меня с мелкой дрожью в теле. Она прекрасный манипулятор. И лучше всего ей удавалось делать из меня пустое место, девушку, не способную постоять за себя. Забрав в данный момент мое отражение, она лишь в очередной раз напомнила мне об этом.       И если сейчас Наташа махала в окно Ванде, мне же казалось, что она машет в пустоту.