Тени

      Нейлор бегло осматривается, отмечая, что этот ярус не так уж сильно и пострадал. Видимо, чудовища сюда не добрались… Хотя он так и не понял, как именно те вообще оказались на ярусах, расположенных на достаточной высоте от дна ущелья. Если руководствоваться здравым смыслом, то те вообще не должны были бы подняться выше второго-третьего яруса. Но тем не менее их пришлось вылавливать едва ли не на самом верху Западной стены.       Восточной в этом смысле повезло намного больше — маги академии и Круга, что делят три верхних яруса Восточной меж собой, сделали всё, чтобы не позволить чудовищам даже шагу ступить. Пусть это и стоило жизни нескольким магам Круга.       Нейлор сворачивает несколько нитей жгутом, с досадой признавая, что, вероятно, ему никогда не достичь той лёгкости, с которой подобное проделывают его братья. Встряхивает головой, от чего пара прядей едва не выхлёстывает глаз — он шипит и жмурится. Этого хватает, чтобы на время забыть о семье и направить жгут на зияющую проплешину в пелене. Таких он за сегодняшний день уже успел насчитать не меньше полутора десятков. И это только на паре ярусов… Сколько же их в Дайвеге?..       Справа появляется Тейн. Он присоединяет собственную магию к жгуту Нейлора, вместе с ним перекрывая проплешину. Увы — только сдерживая её этим. Не убирая. Этим займутся матушка, Клэр и остальные женщины Семьи. Те, кто не останется рядом с ребёнком, разумеется. Нейлор вздыхает, отходит в сторону, пропуская мимо спешащих горожан. Краем уха он слышит, как один из них втолковывает второму, что нужно уезжать из Дайвега, ведь теперь его ничто не спасёт…       Нейлор заставляет себя выровнять дыхание и разворачивается в противоположную от беглецов сторону. Не стоит так остро реагировать, всё же. Это всего лишь не самые умные люди, испугавшиеся за собственные жизни…       Нейлор вздыхает — самовнушение совершенно не работает. Более того, кажется, впервые в нём просыпается дурная кровь Семьи. Нейлор прикрывает глаза, прогоняя видения разорванных в клочья тел этих дураков. И, ускорив шаг, идёт к переходу на следующий ярус. Тут все проплешины закрыты.       Надо думать, Семья обрадуется тому, что он, наконец-то, услышал голос крови…       Следующий ярус встречает воплями, мечущимися в панике людьми и полной неразберихой. Ах, да. И чудовищами, само собой. Нейлор на несколько мгновений замирает, пытаясь понять, что же ему делать дальше. Никогда раньше не приходилось… Он делает несколько неуверенных шагов в сторону чудовища. Он ещё никогда не видел их настолько близко… В памяти успевают отпечататься бледно-голубые глаза, светящиеся мертвенным светом, зубы в два ряда и то ли чешуя, то ли настолько огрубевшая кожа, что… Потом тварь едва ли не разрывается изнутри, расплёскивая вокруг себя ошмётки мяса, кожи, брызги крови. Нейлор морщится, когда небольшой осколок кости… кажется, это было ребром… проносится в непозволительной близости от его глаз. Спустя несколько мгновений перед Нейлором лежит разодранная туша, из-под которой растекается лужа крови и… нет, Нейлор не хочет вдумываться в то, что ещё могло протечь из этой твари. Он аккуратно оттирает кровь с лица выуженным из нагрудного кармана платком и вопросительно смотрит на замерший напротив силуэт, сотканный из теней и ещё большей темноты.       Кукушка.       Надо было помнить, что это… существо… где-то неподалёку…       Кукушка чуть улыбается, облизывая запачканные кровью губы и смотрит в упор. Нейлор старается с самым независимым видом, на который только способен, пожать плечами. Так, значит, именно подобным образом и выглядят прогулки отца и братьев по подземным ярусам Дайвега?! Стоит в таком случае порадоваться, что его собственная кровь недостаточно сильна, чтобы…       — Мне не почудилось? — шелестом травы, что растёт на вершине обеих Стен, стелется голос Кукушки… Кукушки. Не Шая. В Кукушке нет и не может быть ничего от брата… Нейлор едва ли не фыркает собственным попыткам отделить одну сторону Шайесса Теннери от второй. — Кровь заговорила и в тебе?!       — По-твоему — это странно? В такой-то ситуации… — Нейлор перешагивает через тушу, морщится от наполненных ужасом и преклонением взглядов горожан (он даже может понять этих людей, но…). Кукушка с ленивой грацией скользит рядом. Кажется, и вовсе не касаясь камня под ногами. — Люди…       — Злиться на людишек за то, что тем страшно и хочется оказаться подальше от того, что их пугает — глупо, Нейл. — Кукушка посылает обворожительную улыбку в толпу. Толпа предсказуемо отшатывается. Но не сбегает. Оно и понятно. Кто ж в Дайвеге не знает, что именно представляет из себя Семья? Хотя, конечно, никто никогда не позволит себе хоть слово произнести вслух. Нейлор чуть склоняет голову, признавая правоту Кукушки. Да, конечно. Люди пугаются. Тем более, что покинутый ярус был из тех, где любят селиться приезжие. И, надо думать, именно они и… — Впрочем, могу только поблагодарить их за то, что они сумели дозваться до спящей в тебе крови! И даже — лично.       Нейлор всё же фыркает, представив эту картину. Нет уж! Стоит, вероятно, пожалеть бедняг. Они явно не готовы к подобной встрече. Кукушка смеривает его насмешливым взглядом, останавливаясь около окна. Нейлор замирает рядом, отмечая, как река людей начинает огибать их, сохраняя некоторую дистанцию… вряд ли — осознанно. Рядом замирает и Тейн. Кукушка приветственно ему кивает и начинает сплетать что-то на кончиках пальцев. Нейлор, выругав себя мысленно, присоединяется к нему. Впечатление от встречи с подземным монстром оказалось достаточно сильным, чтобы он забыл о том, ради чего оказался на этом ярусе. Кукушка одобрительно кивает.       Сколько времени они в шесть рук латают проплешины на этом ярусе, Нейлор сказать не возьмётся, но по ощущениям — более чем долго. Но когда Кукушка небрежно стряхивает остатки чар с кистей, солнце, едва только коснувшееся края Острова, не сдвинулось даже на полпальца. Остров…       Нейлор прищуривается, пытаясь понять, что не так с Островом. Всматривается, но…       — Там только что были двое людей, — шорохом камней, катящихся по склону, сообщает Кукушка, даже не глядя туда. — А ещё парочка групп была на верху и на дне ущелья… Надо думать, это наши дорогие маги-отступники…       — И почему это они до сих пор гуляют на свободе? — ядовито интересуется Нейлор. Кукушка пожимает плечами. Ясно. Не его ума дело. Впрочем, Нейлор и не претендует — хватает и других проблем, которые отец с радостью навесил на него, как только появилась возможность. Так что пусть уж брат сам разгребает свои проблемы… Лишь бы те не становились проблемами Нейлора. И Дайвега.       — Отправляйся в академию и донеси до хага Деннаро важность участия его подопечных в деле спасения Дайвега от чудовищ, — произносит Кукушка, отлепляясь от окна. Нейлор скептически смотрит в глаза, кажущиеся сейчас скоплением темноты и мерцающих багровым огнём искр. — О! Я не настолько… С самими чудовищами разберётся Семья — в конце концов, давно у нас не было совместной охоты… Но латать дыры они, надеюсь, в состоянии?! Пусть внесут посильный вклад в спасение города… Не думают же они, что смогут отсидеться за стенами?.. При их-то нежной дружбе с теми, кто нам эту радость организовал…       Нейлор кивает, прикидывая, что именно он скажет. Ох, это даже будет забавным… Нейлор удерживает себя от того, чтобы плотоядно облизнуться только потому, что взгляд Кукушки слишком уж понимающий…       Нет. Нельзя оставлять любимого старшего брата в настолько хорошем расположении духа! Особенно — зная, что тому предстоит охота на чудовищ… Ведь в таком случае последние могут обойтись лёгким испугом… всего лишь!       — Неужели ты не хочешь самостоятельно наведаться к нашему дорогому другу? — почти пропевает Нейлор. Кукушка удивлённо приподнимает бровь… если она, конечно, в этой форме есть. — Внушить любовь к родному городу, например… Кроме того — успокоить будущую жену…       — Она — в достаточной степени умная девушка. И вряд ли будет творить глупости. Так что я не вижу необходимости именно сейчас встречаться с ней… — Кукушка демонстративным жестом сбрасывает с плеча соринку. — Кроме того — вряд ли девушка оценит мой нынешний облик… Не стоит пугать её раньше срока.       После этого Кукушка практически растворяется в тенях, что пересекают всё ещё людную улицу яруса. Нейлор несколько мгновений смотрит вслед, пытаясь понять — в какой же момент он опять потерял Кукушку из виду — потом передёргивает плечами, сгоняя оцепенение, кивает Тейну и начинает прикидывать, как именно будет лучше добраться до яруса, где расположена академия.

***

      Кери жалеет, что времени у них с Лио не так много, чтобы можно было потратить его на местных чудовищ. Поэтому приходится довольствоваться наблюдением издалека. Но даже так Кери может отметить, что эти существа значительно уступают тварям Севре. Те были прекрасны… и чудовищны. Она помнит, как внутри всё замирало от ужаса, замешенного на восторге, пусть тогда, в те пару раз, что пришлось столкнуться с ними лицом к лицу… Кери хмыкает, на мгновение задумавшись, стоит ли называть лицом морду твари… И то чувство не идёт ни в какое сравнение с тем, что… Всё же в тварях угадывался разум. Пусть прямых доказательств этому у Кери и нет… Ну, не считая, конечно, оговорок Лио и его же слов, что к созданию тварей приложил руку Кукольник.       Местные же чудовища туповаты…       Во всяком случае сообразить, что не стоит соваться к Лио или… Кери заставляет себя дышать размеренно и не поддаваться желанию от души проклясть Дайвег… или к родне… Берны. Кери намеренно сосредотачивается на образе подруги Льяты, чтобы не бороться с и так непереносимым искушением. Она отходит от края Острова и быстрым шагом направляется вглубь этого во всех отношениях занятного места. Всё же есть какое-то очарование в кладбищах… Во всяком случае — в тех нескольких, на которые Кери заносило в последнее время. Лиссер-Шатт, могилы семьи Лио, какое-то не вполне реальное кладбище в Кепри, куда её привели ноги после долгой прогулки по улочкам столицы в компании Сойлара, упорно отказывающегося говорить, кто же он такой… И — Остров. Самое нелогичное и переполненное магией место. По которому не так-то и просто ходить, надо сказать. И — Кери гордится собой, что сумела это заметить — Лио явно тут не по себе. И он точно предпочёл бы сейчас быть в любом другом месте. Даже на пепелище родного дома. Но только не здесь.       И тем не менее…       Кери останавливается около старинного склепа, находящегося на достаточном отдалении от остального кладбища… А всё же интересно — кого именно здесь хоронят? Места на Острове — пусть тот и достаточно внушительных размеров — явно не хватило бы, хорони жители Дайвега здесь всех своих мертвецов. Так что, надо думать, большую часть всё же провожают в мир иной как-то иначе. Чести быть закопанными в редкую для города, расположенного в толще скал, землю явно удостаиваются немногие. И кто же..?       Кери выпрямляется, краем глаза отметив мелькнувшую за чахловатыми деревцами тень — явно одно из чудовищ добралось-таки до Острова. Интересно знать — как? Они и правда способны добираться по отвесным скалам до самого верха ущелья?! Какая… мерзость. Кери передёргивает плечами и переводит взгляд на склеп. Наверное, было бы интересно забраться внутрь и проверить догадку…       А смысл? Да. Ты правильно поняла, Шайли.       Разве врата Дайвега не находятся под землёй? И первые, и вторые?       Эти, скажем так, неучтённые. И практически не работающие. — Лио раскладывает на чахлой травке чуть поодаль от склепа уже виденные Кери сегодня предметы — пара чаш, порядком обгоревшие свечи, набор камней (на этот раз — бирюза), ритуальные ножи и прочую мелочь, включающую в себя мешочки трав из Шайраша. Кери не отказывает себе в удовольствии поднести один из мешочков к лицу, чтобы вдохнуть полынную горечь… А ведь всего полдня находится в Дайвеге… Но, да. Надо признать, что за последнее время это едва ли не самая долгая её отлучка. Впрочем, Кери и не планирует надолго покидать Руины. К чему? — Чтобы их открыть, потребуется немалая сила и соответствующие условия.       Какие, к примеру? — Кери окидывает склеп внимательным взглядом, отмечая то, что прошло бы мимо стороннего наблюдателя. Символы, замаскированные под сколы, неровности камня, сплетающиеся в единый узор…       Хотя бы одни открытые врата под землёй, как минимум, — пожимает плечами Лио, кладёт последний камешек на отведённое ему место, посыпает растёртыми в пальцах травами из мешочка и замирает в центре фигуры. Кери встаёт напротив названого брата и принимается вплетать собственные чары в узор, что сейчас стекает по пальцам Лио. Это заставляет Кери едва ли не полностью отрешиться от окружающего мира. Настолько, что было бы страшно, позволь она себе хотя бы на мгновение задуматься о том, насколько они с Лио сейчас беззащитны. Но — не до того.       Кери остро жалеет, что в ритуалах подобных этому нельзя использовать крючок. Было бы гораздо проще перенаправлять нити чар при помощи его…       Ритуал обрывается внезапно. Точно так же, как и в первый раз. Только теперь Кери готова и не пытается в срочном порядке понять — кто же им мешает.       Никто, само собой. Кери, зеркально повторяя действия Лио, отходит от центра рисунка назад. Пять шагов, десять, пятнадцать. На двадцать пятом она упирается в стену склепа. И останавливается — то, что вело её, схлынуло. Она замирает, сфокусировавшись на точке в центре рисунка.       Здесь всё, конечно, несколько иначе, чем в Восточной стене. Там и часть рисунка пришлось поднимать под углом, из-за чего Лио перебрал весь запас ругательств на нескольких языках. И места было меньше… И вообще — пришлось пробираться едва ли не по стеночке через кишмя кишащую народом академию магии! Ну, разумеется! Всё перепуганы случившимся, ждут, тревожатся, сплетнями обмениваются… Кери только и пожалела, что так и не удалось увидеть Иву — узнать, как она чувствует себя после того, как поучаствовала в том, чтобы сделать Дайвег более доступным для посещений…       Что? Монстры нападают на людей? Кери давит желание фыркнуть в голос. Хотя бы потому, что это может нарушить сейчас действие чар. В том же Севре твари регулярно нападали на идиотов, что решались оказаться за пределами обережи после наступления темноты… И что-то никто по этому поводу в панику не ударялся…       Всё же то, что местная… правящая семья… Кери заставляет себя дышать ровно, чтобы не потревожить чары…       Всё же то, что местная правящая семья — как бы Кери к ней не относилась — столь рьяно защищает горожан, имеет и отрицательную сторону. Жители Дайвега совершенно неспособны адекватно реагировать на опасность…       Кери смотрит, как из центра рисунка вверх начинает тянуться чёрный конус, который словно бы засасывает в себя солнечный свет. Кстати! Кери поднимает голову вверх и несколько мгновений с радостью рассматривает солнце. Зимой, помнится, солнечных дней было в избытке, пусть те и были слишком уж коротки. Но лето тут… Конус вытягивается, растёт. Спустя некоторое время рисунок полностью занимает достаточно высокая стела. Полностью чёрная. И, надо думать, далеко не для всех соседство с ней будет приятным. Впрочем, это мелочи. Тем более, что Остров явно не то место, куда горожане Дайвега ходят на прогулку.       Кери откидывает голову назад, стараясь охватить стелу взглядом целиком.       В целом, выглядит даже неплохо. И, на взгляд Кери, вполне себе вписывается в окружающие… декорации. И, в отличие от окна в одной из верхних галерей академии (правда, не той, где Тьянни устроила личное убежище), превратившегося в своеобразную дверь, не пытается втянуть в себя всю магию вокруг. Только солнечный свет поглощает. Но это ведь может быть и всего лишь обманом зрения?       Нам пора. — Лио небрежно бросает в сумку огарки свечей и прочую мелочь. — И так уже нет уверенности, что третья дверь получится.       В самом деле. Кери прищуривается и видит, что дыр, за счёт которых они делали себе персональные проходы, практически не осталось. Кроме того кое-кто тоже под шумок что-то сделал с парочкой перспективных проплешин. И теперь…       До Западной стены они добираются уже тогда, когда последняя проплешина практически заштопана. Лио только и успевает, что сделать что-то вроде наброска углём внутри одного из более заброшенных ярусов Стены… Странно, что, в отличие от Восточной, Западная стена намного пустыннее. Не потому ли, что мало кто желает соседствовать с… хагенн Теннери? Или Кери чего-то не понимает? Практически сразу после того, как Лио заканчивает, на плечи падает едва ли не вся каменная толща Дайвега. Дышать становится настолько тяжело, что Кери хватается за грудь, пока Лио проворачивает в воздухе ажурный ключик со вставленным в сердцевину кристаллом — Кайт посоветовал сделать «ключам» достойное оформление. Видимо, это на его так общение с Кукольников, который теперь появляется слишком часто, действует.

***

      Вот опять.       Тьянни морщится покалывания в висках, поворачивая голову влево. Не поможет, конечно — за последние несколько часов она перепробовала, наверное, все позы, до которых только сумела додуматься — даже лежала, перекинув ноги через спинку дивана и свесив при этом голову до пола. Только боль, накатывающая волнами, не проходит.       Тьянни не понимает, что с ней такое. Наверное, всё же стоит пересилить себя и отправиться к целителям… которые опять наговорят такого, от чего год после этого будешь обходить их стороной. Вот зачем, спрашивается, связывать свою жизнь с исцелением, если тебя люди раздражают?!       Она резко выдыхает, с отвращением понимая, что все планы, которые она возлагала на этот день, помахали ей рукой издалека. А ведь столько усилий пришлось приложить, чтобы высвободить себе этот день!       Можно подумать, она и в самом деле прогуливает уроки бездумно… Как же! Да все темы, с которых она позволила себе отлучиться, Тьянни знает наизусть! И пусть только кто попробует усомниться! В отличие от той же Ивы… Тьянни фыркает. Забавная она временами, всё-таки.       Боль вновь колет в виски, от чего Тьянни жмурится до мушек в глазах и сползает с дивана на пол. Под ладонями ощущаются доски, с которых давным-давно сошёл лак. Как бы не посадить занозы… Тьянни кое-как поднимается на ноги и подходит к окну. На мгновение возникает мысль распахнуть его, чтобы впустить свежий воздух. Тем более, что сейчас, летом, будет явно не так холодно. Но… В последний миг Тьянни замирает, не донеся руку до рамы совсем немножко.       Не хочется. Открывать окно не хочется. Потому что там…       Что?       Тьянни прислоняется к окну и всматривается в тот небольшой участок скал, что виден отсюда. Где-то в глубине души она знает, что ни в коем случае нельзя открывать окно. Там… Это не объяснить словами. Но ей — уроженке Даэх, что делит ущелье с Дайвегом — всё предельно понятно. Что-то не так. И в такой степени, что игнорировать предупреждение скал будет сродни попытке сброситься сейчас вниз. Она непонимающе смотрит по сторонам.       Что успело случиться за то время, что она провела здесь, над заброшенной галереей, пытаясь унять боль? Которая, к слову, становится слабее… Или это только кажется? Тьянни осторожно ведёт головой из стороны в сторону, прислушиваясь к ощущениям. Вроде бы и правда… Тьянни приподнимает крышку люка и соскальзывает в галерею. Пустую сейчас. Хотя это и не особенно удивляет — всё же она никогда особо не пользовалась популярностью. Ну, не считая романтически настроенные парочки, ищущие уединения, конечно.       Первым делом Тьянни подходит к окну, из которого можно рассмотреть гораздо больше, чем из того, что там, наверху. И почти сразу отшатывается, заметив карабкающегося по скале монстра. Они же… Они ведь вылезают только по ночам!       Они ведь не существуют…       Хотя хаг Шайесс уверял её в обратном.       Тьянни провожает взглядом свалившееся чудовище, которое, кажется, сбили какими-то чарами.       Кажется, она ухитрилась пропустить что-то крайне интересное…       Тьянни выглядывает за дверь галереи, чтобы убедиться, что никто не заметит, откуда она появилась, но сразу же понимает, что можно и не беспокоиться — мимо проходят несколько студентов, не замечая ничего и никого вокруг. Они яростно спорят о том, из-за чего монстры появились на ярусах. Тьянни выскальзывает вслед за ними и старается идти так, словно бы была с этими юношами и девушками с самого начала.       Значит, монстры вырвались из заточения на подземных ярусах… Надо думать, среди жителей тех ярусов, на которые монстры попали, есть жертвы. О, нет… Тьянни вовсе не собирается сейчас же бежать и спасать несчастных. Пусть ей и правда жаль их. Для начала было бы неплохо узнать — есть ли монстры на их ярусе, и что вообще сейчас творится в академии. Хотя, конечно, было бы слишком наивно думать, что никто не озаботился защитой этих ярусов. Вне зависимости от взаимоотношений главы академии и главы Круга… Тьянни чуть улыбается, вспоминая, какими эпитетами награждал преподавателей академии хаг Шайесс. Но сразу же становится серьёзной. Она надеется, что никто из тех, с кем она учится, не пострадал. И спешно припоминает целительские чары, думая мельком, что, если бы она их знала получше, можно было бы и вовсе не задумываться о головной боли, которая всё утро не давала покоя. Конечно, вряд ли конкретно её навыки кому-то понадобятся, но…       Но Тьянни вспоминает последний разговор с будущим мужем перед тем, как тот отбыл в Кепри. Они долго гуляли тогда по окраине Даэх. И говорили о том, что обязан правитель сделать для своих подданных. И стоит ли жертвовать собой. И — в каких случаях.       Так что… Сейчас Тьянни не торопится предлагать свою помощь (тем более, что этого пока что от ней никто не требует), но, в отличие от года прошлого, не считает, что стоит остаться в стороне… Надо думать, что правящая семья… Семья… сейчас делает всё, что может, чтобы оградить мирных жителей Дайвега от кошмара. И Тьянни, как будущая жена одного из представителей Семьи, не может оказаться недостойной этой чести.       В неё кто-то врезается, от чего Тьянни едва удерживается на ногах. Она касается ладонью стены — в голове сразу возникает соответствующая строчка из книги по этикету. Тьянни болезненно морщится, тут же отдёргивая ладонь, благо, на ногах она уже стоит твёрдо. Но кто…       Впереди она видит быстро удаляющуюся девичью фигуру в одежде ученицы академии. И ни мгновения не сомневается, что это…       Тьянни ускоряет шаг, стараясь не выпускать Иву — это ведь именно Ива, не правда ли? — из виду. Та спешит куда-то в сторону ещё одной заброшенной галереи. Ею Тьянни никогда особенно не интересовалась — после того, как она обнаружила комнатку, остальные закутки академии уже не были важны. Но теперь…       Догнать Иву получается только внутри галереи. Тьянни проскальзывает в стремительно закрывающиеся двери и замирает точно так же, как и Ива. Та медленно оборачивается и смотри на Тьянни каким-то совершенно больным взглядом. Как будто бы произошло что-то… Неужели всё-таки кто-то из академии пострадал?! Хотя Ива никогда не казалась той, кто станет переживать о людях ей лично незнакомых. То есть, разумеется, она будет сожалеть и всё такое, но… кто-то из её подружек, что ли?       Тьянни делает пару шагов вперёд, чтобы… Она и сама не знает — для чего. Ива не двигается. Нервно сжимает в руках платочек, который цветом практически не отличается от кремовой блузы. Это выдаёт нервозность, само собой, но Тьянни не знает, что именно сейчас сказать и как…       Она открывает рот, но шум отлетевшей в сторону двери за спиной заставляет испуганно обернуться — на пороге стоит Кэо. Мрачный, как темнота подземных ярусов (пусть Тьянни там и не бывала). Молча он проходит мимо, чуть отклонившись, чтобы не задеть Тьянни ни краем одежды. Крепко ухватывает Иву за руку и тащит прочь. Ива так же молча следует за ним. Кэо выставляет Иву за порог галереи, потом оборачивается и снисходительным тоном, от которого Тьянни вечно хочется прибить наглеца, сообщает:       — Она видела, как одна из учениц совершила ритуал, из-за которого монстры вышли на поверхность… Как ты можешь понять, Ива сейчас несколько не…       — И что с ученицей? — Это может быть правдой. А может быть и ложью. Но это Тьянни выяснит позже.       — В лазарете. Без сознания, — равнодушно пожимает плечами Кэо. — Можешь пойти и убедиться лично.       После этого он покидает галерею, осторожно прикрыв за собой дверь.       Тьянни же разворачивается и тоже намеревается покинуть это место, но замирает, привлечённая одним из окон. Оно… оно выглядит не так, как должно бы. Причём Тьянни не может сообразить, что же с ним не так. Она прикасается к его поверхности и тут же отдёргивает руку, ощущая, как по пальцам растекается жар. Подносит руку к лицу и рассматривает чистую кожу.       Она раньше почти не бывала здесь, пусть из окон этой галереи и можно увидеть Даэх… именно поэтому и не бывала, надо сказать… так что невозможно сказать — было это окно всегда таким, или же…       Что?       Тьянни отходит на несколько шагов назад, чтобы посмотреть на окно целиком. Но ничего необычного не видит. Хотя при этом что-то… Словно бы что-то тянет по ногам… сквозняк? Она встряхивает головой, отгоняя наваждение. И обещает себе потом порасспросить об этом окне кого-нибудь.