Управляющий чувствами

      Его светло-карие глаза заглядывали прямо в душу, освещая самые темные уголки Тартальи. Мужчина что-то горячо шептал, поглаживая щеку рыжеволосого парня, но Чайльд не слышал — он тонул в этих, казалось, янтарных глазах. Парень расплывался в улыбке и, будто кот, потерся щекой об ладонь собеседника. Мужчина смущенно замолчал. Видимо, этот жест юноши его разнежил, и он потянулся к губам Тартальи. Парень будто давно этого ждал и, закрыв глаза, потянулся навстречу губам, как вдруг.. БАМ Проснулся от удара носом об парту. Черт, это был сон. Окончательно выпутавшись из сладкой паутинки сна, Тарталья поднял взгляд. Перед ним стоял Чжун Ли, его препод по геологии. Мужчина хмурым взглядом смотрел на парня, скрестив руки на груди, своими длинными пальцами он сжимал указку, видимо, от волнения. — Чайльд Тарталья, не могли бы вы меня успокоить и сказать, что вам приснился генезис минералов, поскольку в конце пары вы будете писать тест по этой теме, — спокойным голосом, будто медом намазывал хлеб, сказал Чжун Ли. «А ведь из-за тебя я не спал всю ночь, чертов извращенец», — с ухмылкой подумал Тарталья, и тут же протянул ленивым голосом: — Чжун Ли Аждахович, не переживайте, мне снились Вы!       Мужчина лишь кивнул, не выдавая никаких эмоций, и продолжил лекцию. Тарталья тихо издал звук, напоминающий «тю» и, оперев голову руками, наблюдал за Чжун Ли.       Сколько они уже в отношениях? Почти восемь месяцев? И еще никто из студентов не заподозрил? Хотя.. Тут нет ничего удивительного. Тарталья по своему характеру всегда шутит и язвит, и к этому все привыкли. А с Аждаховичем у него изначально сложились особые отношения — Чайльд не посещал ни одну пару геологии, так как одногруппники сказали, что препод какой-то молодой и особо не наседает. Ну Тарталья и решил, что можно не ходить, а перед сессией уболтает нового преподавателя как-нибудь. Первые недели он так и делал, пока Чжун Ли лично не поймал прогульщика на перерыве в буфете. — Чайльд Тарталья, рад знакомству,— услышал тогда юноша над своим ухом очень приятный мужской голос, — Я полагал, что вы являетесь мифом, который выдумали ваши будущие коллеги. Однако теперь у меня появилась возможность убедиться что вы действительно существуете. Хотелось бы теперь убедиться, что и я вас не придумал, и видеть вас каждый день после занятий в своем кабинете. Дело в том, что у вас скоро закончится лимит долгов, и вам придётся покинуть сие учебное заведение. Будет очень жаль, что я с вами попрощаюсь, не успев толком познакомиться. Поэтому жду вас сегодня, и хочу сказать, что второй шанс я даю далеко не всем.       Тарталья повернул голову и увидел достаточно симпатичного мужчину лет 30-ти. Длинные каштановые волосы завязаны в хвост на затылке, концы челки были светлее основного цвета волос. На мужчине были надеты кофейные брюки и песочного цвета джемпер, из под которого торчал белый воротник рубашки. Но Чайльда больше притянули его глаза. Казалось, они заливаются янтарным блеском, и этот яркий свет заливал парня полностью — от концов его рыжих волос до ногтей ног.        Конечно, Тарталья потом ходил каждый вечер в кабинет Чжун Ли, и более занятий не пропускал. Было на это несколько причин. Первая: парень пожалел, что не познакомился с этим мужчиной раньше, не каждый день в твой университет устраиваются такие молодые и красивые преподаватели. Вторая: если Чайльда исключат — ему попадет от его людей, но о них попозже. И третья, ключевая причина: спустя месяц сдачи долгов между Тартальей и Чжун Ли завязались отношения.       Случилось всё как-то неожиданно и быстро, по мнению парня. Сначала парень просто приходил написать тесты и лабораторные работы. Потом они начали общаться во время их внеурочного часа. Общались на разные темы, от видов горных пород до подробностей личной жизни. И в один день Тарталья просто поцеловал своего преподавателя, а тот ответил взаимностью. Чжун Ли почему-то быстро привязался к парню, а Тарталье не хватало чего-то обычного, теплого, нежного.       Тарталья из богатой семьи, и у него есть всё, что можно пожелать. Но дядюшки и тетушки очень много требуют от него, потому что он будущий приемник их бизнеса. Он и сейчас играет роль в их деле, но ни о какой любви и теплоты речи быть не может. Да, у парня есть родители, которые его любят, и братья с сестрой тоже есть, но Тарталья редко их навещает. То ли стыдно, что оставил их и перебрался к другим родственникам, то ли не хочет впутывать их в свои дела с грязными деньгами. Пускай живут обычной жизнью, а Чайльд давно уже отвык от этого.       А тут преподаватель, который был готов принять рыжего наглого парнишку в свое сердце. Кто откажется-то? Верно, может кто-то и отказался бы, но Тарталья точно не упустит такого шанса. Парень был уверен — он точно влюбился, и именно так должна выглядеть настоящая любовь — как бурный поток реки, такая же резкая, быстрая, сносящая всё на своем пути.       Секс, кстати, у них тоже был такой же бурный. А потом Тарталья приходил на его пары, в прямом смысле, заебанный. И еще этот Аждахович, будто не понимая, спрашивает у парня: «А что это мы спим на паре? Чем это мы ночью занимаемся?».       Ах, да, точно. Никто не должен заподозрить, что преподаватель геологии, по которому вешаются все девчонки на потоке, в отношениях с самим рыжим-бесстыжим Чайльдом Тартальей. Не так поймут, еще и с университета выпрут. Поэтому надо держать планку серьезного преподавателя, у которого нет-никаких-любовных-связей со студентами.       Однако Тарталья не переживал по этому поводу, их никто не поймает, потому что парень уже успел заработать репутацию юмориста года, и всерьёз его шуточные высказывания уже давно никто не воспринимает. Но юноше всё равно нравилось подшучивать над Чжун Ли перед всей группой, а потом каждый вечер выслушивать от него длинную нотацию, мол, «дошутишься когда-нибудь». Ага, и закончатся хиханьки-хаханьки.       Тарталья вырвался из своих мыслей, когда прозвучал звонок на перерыв. Рядом с Чжун Ли с толстой папкой стоял парень с лохматыми, блондинистыми волосами, перевязанными в хвост красной резинкой. Он что-то оживлённо рассказывал преподавателю геологии, а тот заинтересованно слушал парня.       Чайльд не мог разглядеть его лица, однако всё равно узнал блондина по маячившей перед глазами красной рубашке. Это был Тома, из другой группы. Кто вообще не знает Тому? Такое ощущение, что его боготворит весь универ. Вот он, герой нашего времени! Нужна помощь? Попроси Тому. Нет денег на обычный дошик? Не беда, Тома накормит. Не понял тему? Какие вообще вопросы, обратись к Томе! Кстати, этого парня тоже записали в клуб юмористов, но если Тарталью там знают, как наглого и хитрого шутника, то Тома был дружелюбным и жизнерадостным. Чайльд и сам не знал почему, но блондин его жутко раздражал. Как только Тома пытался заговорить с рыжим, тот начинал токсично подшучивать над парнем, а когда блондина не удавалось пробить (Тома лишь улыбался и отшучивался в ответ), Тарталья просто сливался.       Чайльд пытался прислушаться к разговору Чжун Ли и его собеседника. Понял, что они обсуждают проектную работу и, сделав вывод что это надолго (Аждахович любил говорить часами на тему геологии), Тарталья вышел из аудитории и направился к выходу на улицу. По пути парень достал из кармана своих синих брюк портсигар и, отойдя в место для курения, вытащил зубами одну сигарету Парламента и закурил.