Огонь в моей душе

***

      "Брови ровные и темные. Невыраженный сгиб. Ресницы редкие и длинные, глаза карие, словно пуговки, хоть и на выкате… Белки красноваты в уголках. Работает долго за компьютером? Аллергия? Или может даже травма? Похоже на признаки язвы. А может и нет… Темные круги под глазами. Стресс? Недосып? Плохое питание?" — мысли мерно перетекали в голове девушки, сидящей на низком раскладном стульчике. Карандаш в ее руке резво скакал по закрепленной на мольберте бумаге. Опираясь левой рукой на край стула, она выглядела немного сгорбленной. Низко завязанный пучок на голове разболтался за весь день, и несколько выбившихся прядей уже лежали на плечах, развеваемые осенним ветром. Весь ее вид был утомленным, а глаза лениво бегали от бумаги к лицу человека, сидящего перед ней. Работа была почти закончена, что несказанно радовало.       Завершая последние штрихи, девушка еще раз всмотрелась в лицо мужчины. Он был улыбчив и общителен первое время: дважды попытался начать разговор, но, получив в ответ лишь пару коротких фраз, совершенно осунулся. Она не хотела поддерживать беседу. Это был один из тех дней, когда мысли лезут в голову, заставляя вспоминать, анализировать и вновь приходить по проторенной дорожке к самоуничижающим выводам. Снова возвращаться в точку, в которой хочется забыться.       "Это лишь набор ни о чем не говорящих симптомов, незачем к этому возвращаться", — твердо сказала она сама себе, отмахиваясь от своих наблюдений. Так усердно вырабатываемая привычка обращать внимание на детали сейчас лишь мешала жить.       — Закончили, — на выдохе произнесла она.       — Аа, спасибо, спасибо, — замешкался мужчина, доставая купюру из кошелька, даже не видя результат. Он, наверное, хотел просто познакомиться, а портрет ему и вовсе не был нужен. — А у вас совсем небольшой прайс за свою работу, — сказал он, посмотрев на мольберт. Девушка слабо улыбнулась в ответ.       Закат разливался по небу коралловыми красками, отражаясь в стеклах многоэтажек. Осень уже осела на деревьях, и промозглый вечерний ветер заставлял прохожих кутаться в шарфы. Расправив рукава свитера, девушка не торопясь собирала карандаши и краски в футляр. Мостовая пешеходная набережной еще полнилась людьми, но продолжать работать в такой ветер было уже мазохизмом. Взглянув на время, девушка решила идти домой пешком. Размять затекшее тело показалось хорошей идеей. Прикинув в голове примерный маршрут через небольшой супермаркет, она медленно двинулась в сторону магазина.       — Все-таки придется сделать крюк, — со вздохом подумала она. Сложенный мольберт с красками в специальной сумке за спиной давил на плечи своим весом.       — Сакура! — справа послышался тянущийся мужской голос, едва девушка вышла с набережной. Шатен двинулся к ней, еле неся свое тело на заплетающихся ногах. Он вроде пытался перейти на бег, но получалось слабо. — Привет, дорогая, — пробормотал он, когда наконец приблизился, пытаясь приобнять девушку. — Я не застал тебя на реке, думал придется заглянуть к тебе домой!       — Это было бы лишним, Киба, — ответила девушка шатену, отодвигая от себя его руки, сморщившись от распространяющегося перегара.       — Ой, да ладно тебе! — он смеясь поднял руки в жесте «сдаюсь». — Могла бы и поблагодарить вообще-то, — сказал он, копошась во внутреннем кармане потертой осенней куртки. Он протянул ей спичечный коробок, завернутый в газетную бумагу так, чтобы это было незаметно со стороны. — Так какие планы на вечер?       — Работа и сон, — сказала она, застегивая замок на художественной сумке. — Увидимся, — она махнула ему рукой, собираясь развернуться, когда увидела за его спиной компанию мужчин, с которыми он и пришел. Трое ровесников Кибы выглядели такими же пьяными, как и он сам. Парни о чем-то спорили, не обращая внимания на оторвавшегося от них собутыльника. — И, Киба, я просила не приводить свою компанию на встречи со мной, — сказала она строго.       — Прости-прости! У нас просто новый друган, надо было показать ему окрестности, — он небрежно почесал затылок улыбаясь. — Не хочешь с нами?       — Точно нет, до встречи, — отмахнулась рукой девушка с легкой улыбкой, отходя от парня. Компания мужчин воссоединилась и поплелась в неизвестном направлении.       Прогулка домой довольно затянулась из-за очереди в магазине и небольшого дождя, который пришлось переждать там же на парковке. Так, девушка подошла к родной пятиэтажке уже ближе к 9 вечера. Обшарпанная панелька встретила ее сыростью, тянущейся из подвала, и слабым гулом голосов, доносящихся сверху. Подъем на последний этаж дался тяжело и добравшись до пролета между четвертым и пятым этажами, девушка почти выдохлась. Но, увидев, наконец, источник болтовни, вздохнула и закатила глаза.       — Какого хрена ты припер их сюда, Киба? — сказала она с раздражением, обращаясь к сидящему на корточках мужчине. Двое других промямлили что-то вроде приветствия, возвращаясь к своему разговору.       — Не будь занудой, Сакура! — пропел он пьяным голоском. — Это местечко невозможно пропустить в нашей экскурсии!       Девушка обошла компанию, поднявшись на последний этаж.       — Мы поговорим об этом, когда ты будешь в нормальном состоянии, — она открыла дверь, тихо добавив, — Если это когда-нибудь произойдет.       — Сакура-а, — растянул последний слог парень, смотря на закрывшуюся дверь.       Гул на площадке продолжился, а девушка со вздохом сбросила свою ношу на пол в коридоре. Голова гудела то ли от ухудшающейся погоды, то ли от того, что она накручивала себя всю дорогу домой. За вечер нужно было успеть закончить два заказа, поэтому распределив купленные продукты по местам, Сакура загрузила мультиварку овощами и ушла в душ. Мысль о рагу заставила желудок урчать, поэтому она быстро помыла тело и голову, и вышла из ванной с высоким тюрбаном из полотенца. По телевизору шел какой-то незамысловатый сериал, который она заставала каждый будний вечер. Следя в пол уха за сюжетом, девушка поела и приступила за работу.       Четыре часа прошли незаметно. Работа шла мерно и увлекательно, как медитация. Сериал давно сменился радиопередачей о космосе, которую крутили, наверное, в самое подходящее время для любителей звезд. Она любила послушать о бесконечности вселенной, далеких неизведанных системах, явлениях вроде энтропии. Это заставляло ощущать себя еще меньше, личные проблемы несущественнее, а душевные метания и вовсе глупостью.       Ехать в город завтра девушка не собиралась, а из планов только поход на почту, чтобы отправить готовые портреты заказчикам. Решив, что в таком случае свой меланхоличный вечер можно было бы и скрасить, девушка достала спичечный коробок, который ей дал сегодня Киба. Давно заученный процесс немного приободрял, словно бы хорошо заворачивать косяк, было жизненно важным навыком. Вытряхнув черновик, над которым она использовала грайндер, она осмотрела кухонный стол. Под травку и сериал зашли бы орешки и может какое-нибудь мороженое. Скулы свело от предвкушения вкусностей.       Девушка, оставшись в домашних шортах и футболке, накинула старую куртку и надела высокие ботинки на шнуровке, которую поленилась завязывать. Путь до круглосуточного магазина был не длинным, поэтому она решила не заморачиваться с переодеваниями. На площадке тускло мерцала лампочка, создавая упадническую атмосферу. Едва Сакура начала спускаться вниз, в глаза бросилась темная фигура в углу лестничного пролета. Проходя мимо, она вдруг вспомнила в нем одного из собутыльников Кибы.       "И чего они тут его оставили?" — подумала она, уже почти отвернувшись, как вдруг увидела полоску крови на шее мужчины. Сердце екнуло. "Это просто неизвестный алкоголик, не более. Таких тысячи. Не помогать ведь теперь каждому?" — мысленные попытки заставить себя уйти упирались в совесть. Это ведь может быть друг Кибы. Да и в целом, это ведь верхний пролет, соседей обычно нет, когда его тут найдет кто-то другой?       Вдруг по телу пробежала неприятная дрожь. Его голова была опущена на грудь, и осознание того, что перед ней, возможно, находится труп, забило в голове набатом.       Она резко потянулась к его шее рукой, пытаясь нащупать пульс. На секунду задержав дыхание в концентрации, резко выдохнула. Живой.       Отбросив брезгливость, девушка подняла его волосы, чтобы осмотреть рану на голове. Шевелюра, кстати, оказалась собрана в низкий хвост, перекинутый на грудь, где кончики касались ключиц. Вернувшись к источнику крови, Сакура с облегчением поняла, что кровь шла из пореза на мочке уха, а не из какой-нибудь дыры в черепе. Парень не просыпался, и она снова прощупала его пульс, убедившись, что сердце бьется размеренно.       Она тихо встала и спустившись вниз, отправилась в круглосуточный магазин.       С пакетом в руке Сакура присела перед незнакомцем, который за время ее отсутствия почти не поменял позы. Она уже оставила в квартире свои орешки и мороженое, переобулась в шлепки, и принесла тазик с полотенцем и домашнюю аптечку. Несмотря на отек и наливающийся синяк на скуле, парень показался девушке довольно симпатичным. Самое главное, он не был похож на заядлого алкоголика или бомжа. Рассматривая его волосы, девушка заметила, что хоть куртка и была грязной, это была брендовая вещица, как и его ботинки.       Наблюдения говорили ей не быть предвзятой. Порванная мочка уха может принести неприятности, если вовремя не позаботиться о ней. С этой мыслью девушка решила, что, нужно хотя бы промыть рану, чтобы не допустить усугубления ситуации. В конце концов, судя по состоянию парня, он еще не скоро придет в подходящее состояние, чтобы этим заниматься.       Девушка аккуратно стала смывать грязь и кровь с его уха и шеи. Кожа была покрыта чем-то липким, вроде сладкого напитка. Увлекшись, она дернулась, когда заметила, что руки мужчины пошевелились. Он сморщился, схватившись за голову одной рукой, пытаясь проснуться.       — Вам нужно в больницу, — тихо произнесла девушка.       От неожиданности парень резко повернул голову в ее сторону, широко раскрыв слипшиеся глаза. Девушка сидела в метре от него на корточках, подпирая щеку рукой, и прямо смотрела своими зелеными глазами в его черные.       — Не нужно мне ни в какую больницу, — заплетающимся языком огрызнулся он.       — Вам нужно зашить ухо, иначе оно загниет и отвалится, — ответила она в его тоне, не допустив вслух смешка.       — Ишь какая умная, — парень просипел от боли, явно неосторожно пощупав рану. Поняв, что делать с этим все-таки что-то нужно, он разочарованно выдохнул. — Не могу я пойти в больницу.       — Ну я так и поняла, — пробормотала она, раскрывая свою довольно объемную аптечку. — Я могу сделать это сама, если потерпишь, — вежливость, казалось, уже была не актуальна.       Парень недоверчиво взглянул на нее, все еще потирая лицо ладонью в попытке разогнать пьяное онемение. Большого выбора не предоставлялось, и он нагнул голову влево, чтобы дать больший доступ к травме.       — Валяй, — буркнул он, снова закрывая глаза.       Девушка хмыкнула, и приступила к зашиванию, предварительно отчистив и обеззаразив мочку. В процессе она совсем не отвлекалась на его тихое сипение и на то, как его рука периодически сжималась в кулак. Из анестетиков был только Ледокаин в спрее, так что не удивительно, что ему было больно. Сакура была осторожна, но работала довольно быстро. Ее рука совсем не дрожала.       Пока она, закончив, собирала аптечку, парень не проронил ни слова.       — В таких ситуациях люди обычно говорят «спасибо», — поднимаясь с колен, сказала она.       Он промолчал. "Алкаш, а сколько гордыни," — подумала девушка и эта мысль отразилась на ее лице искривленными губами. Она уже поднялась на несколько ступеней вверх, когда сзади послышался вопрос.       — Ты кто?       Девушка развернулась и, посмотрев на парня сверху вниз, кивнула ему на пакет с едой, который оставила рядом с ним.       — Твой свет в оконце.       Парень тихо усмехнулся, глядя на закрывшуюся дверь квартиры. Еда была как раз кстати.       Девушка прошла в ванну и, облокотившись руками на раковину, посмотрела на свое отражение.       — И нахрена я так сказала? - плохое предчувствие засело в груди.