Incolore

Звездочки. Маленькие разноцветные искры. Неяркие всполохи на красноватом полотне закрытых век — это то, что можно увидеть, прикрыв глаза и подставив лицо ласковым лучам солнца. Впрочем, любой другой яркий источник света тоже подойдет. Гарри с каким-то напряжением приоткрыл глаза, чтобы в следующий миг удивленно распахнуть их — вместо потолка комнаты или, на крайний случай, лазарета, он увидел удивительное ярко-голубое небо, такое яркое, будто природа случайно плеснула неразбавленную краску на небосвод. Далекий горизонт прерывался темно-зеленым даже сквозь легкую дымку лесом. В нос наконец пробился запах. Гарри мимолетно удивился, как не учуял его раньше, ведь такой прекрасный аромат, сочетающий в себе свежесть травы, благоухающей, будто по ней только-только прошлись косой, и тонкую сладость полевых цветов, сложно игнорировать. Брюнет осторожно сел и оглянулся вокруг. Как и подумал, он был посреди какого-то то ли большого луга, то ли давно одичавшего поля, окруженного с двух сторон лесом, остальные же направления показывали просто бесконечные травы. Гарри поджал ноги, обхватив себя руками за колени, и положил на них голову, повернувшись в сторону чистого горизонта. — Так красиво… И ярко… — прозвучавший совсем рядом знакомый до боли голос заставил вздрогнуть. Гарри резко вскочил и повернулся в сторону подошедшего человека. — Малфой?! — голос явно дал петуха. Поттер уставился на школьного неприятеля, тщетно пытаясь понять, что здесь происходит. — Гарри? Ты в порядке? — брови более темного, чем волосы, цвета удивленно поползли вверх. — Ты так давно не звал меня по фамилии, даже странно звучит. Спишь еще? — Я что?.. — брюнет сглотнул. Не сводя взгляда с Драко, Поттер осторожно присел обратно. Моргнул. — Ничего не понимаю! — заявил куда-то в небо. — Малфой, ты что, головой ударился? Драко склонил голову набок, светлые волосы, более длинные, чем помнил Гарри, мягкой волной стекли вниз. Блондин решительно подошел к Герою и как-то привычно положил ладонь на лоб, где с детства была тонкая полоска шрама-молнии. — Температуры вроде нет… Гарри, я точно в порядке, а ты? — брови сложились домиком, демонстрируя явное переживание владельца. — Не заболел? — Драко аккуратно прислонился лбом к темной голове, проверяя температуру сравнением. — Вон, покрасневший какой-то… Издав полузадушенный писк, Гарри резко отшатнулся и упал на спину. — У-у-уй! — к несчастью, где-то в районе поясницы Поттер напоролся на небольшой, но довольно острый камушек. — Гарри? — в голосе Малфоя Герой слышал непривычную заботу, переживание и… Нежность? Брюнет тряхнул головой, отгоняя бредовые мысли. — Что здесь, Мерлин раздери, происходит? — Гарри снова сел, сжимая внезапно разболевшуюся голову руками. — Что?.. — на светлую ткань рубашки, в которую был одет Поттер, упала алая капля крови. Брюнет провел рукой под носом и с недоверием посмотрел на следы крови на пальцах. В ушах противно зазвенело, беспокоящийся голос Малфоя звучал, как сквозь толщу воды, а краски стремительно теряли яркость: сначала алая кровь выцвела, будто кто-то сделал монохромное фото, а потом и зелень травы поблекла, превращаясь в монотонно-серую массу. Голову сдавило сильнее, Гарри вскрикнул… И проснулся. Спустя миг он понял, что кричать в стенах лазарета Школы — идея не очень хорошая сама по себе, а уж кричать, напрягая почему-то саднящие связки — еще хуже. — Мистер Поттер! Вы наконец очнулись! — пухленькая медиведьма, неизменно ухаживающая за учениками, поспешно шла со своей каморки. — Вы пролежали в обмороке два дня, я не могла Вас разбудить! Уже даже написала письмо в больницу Св. Мунго… — Простите, пожалуйста, я правда не хоте… — фраза прервалась на полуслове, когда взгляд упал на прикроватный столик, на котором кто-то заботливо оставил букет цветов. Красных цветов с зеленым стеблем. Наверное. Гарри видел серые лепестки и такие же листья цветов…